Союз тёмных

У него очень хорошо получалось притуплять чувства своей избранной, иногда казалось, что их вовсе нет, но её тоску ему приходилось ощущать чаще других…оно вытесняло злость, разочарование, обиду. Кай уверял себя, что Хари последний элемент его стадии инициации в вожака, и скорее всего так и было. В момент, когда она ворвалась их с Мильварой спальню, парень не чувствовал ничего, кроме раздражения, по отношению к ней. Ему хотелось вывести её с комнаты и навсегда избавиться с лицезрения этого больного бледного лица, сморщённого в гневную гримасу. — Здраствуйте, — упираясь на руку служанки, раскрасневшийся от бега, недолгого, но очень утомительного, и глубоко вдыхая воздух, произнесла внушительница, тут же бегло осмотрев спальню, в которую зашла. — что, хорошо вам, голубки? Кай уже заранее знал, что сейчас начнётся, и поэтому злился, сдерживая свой встречный гнев получше этой девчонки. — Свадьбу перенести надумали? — засмеявшись, произнесла болезненным голосом она, отбиваясь от рук пришедших слуг, прибежавших на помощь своему прекрасному герцогу. — Любимый, а со мной посоветоваться? — обращаясь к брюнету, прижимающему к своей оголённой груди красавицу, обёрнутую в белую простыню, как-то издевательским тоном поинтересовалась та. Хюнин аккуратно отцепил пальцы Мильвары от себя, попросив её сесть на кресло у балкона, в то время как затаив дыхание, Хари наблюдала за этой картиной, сдерживая предательские слёзы обиды и этой…этой чёртовой ревности. Она не знала откуда они взялись, просто раз и всё. Разве он заслуживал этого? Голосом Мины в голове девушки звучало горькое, — нет. Этот индюк точно не заслуживал любых нежных чувств с её стороны. Но сердце считало по-другому, и это бесило. — Покинь мои покои или… — он не успел договорить. Оттолкнув от себя слуг, девушка подбежала к мужчине, и не смотря на возмущённые вздохи наблюдавших за этим «семейным спектаклем» людей, в частности совсем посторонних, закричала, выискивая по полочкам предметы, которые идеально бы смогли раскрасить его красивое лицо, которое уже какую неделю снится ей в кошмарах. Книги, ваза, цветы, чашки, женские духи — всё полетело в него. А вместе с ними летели оскорбления. Хари достало положение, в котором она оказалась, достало, что её не воспринимают за человека и относятся так, словно та дорогой запылившийся портрет, который не выкинули только из-за стоимости. Девушка не чувствовала здесь свободу. А после свадьбы можно было бы устроить свои порядки, и единственный, кто осмелился их пресечь, был бы муж, а не каждый слуга, почувствовавший себя господином. — Ты подкаблучник! Ясно? — очутившись в лапах Хюнина, завопила она, пытаясь выкрутиться с захвата его рук, что оказалось напрасным. Герцог сам разжал пальцы на её талии, грубо отпихнув от себя. — Чтобы тебя морем снесло, идиот. — уже менее громче, пожелала та. — Я могу закрывать глаза на твои игры, — смотря на неё снизу вверх, начал Кай, чуть нагнувшись. — но не на оскорбления. Тебе нужна была свадьба? — понимающе кивнув, поинтересовался он, уже прекрасно зная ответ. — Значит она наступит не скоро. Очередной спектакль вновь с треском провалился. Его захватила волна негативных чувств, испытываемых ею, когда она лежала на полу, в кругу осколков, смотря на его широкую спину, вскоре за которой скрылась побледневшая девушка, укрытая сползающей на плечах простынёй. Гнев Хари не остыл, но сил уже не было. Ломал, он просто ломал её. Она так и не смогла добиться своего, свадьба была перенесена на ещё два месяца. За это время ей не разу не удалось увидеть своего жениха на яву, правда он снился ей во снах. Может быть Хари становилась зависимой от него, от мыслей о нём…всё это происходило непроизвольно. В эти моменты имела смысл только месть. Приносило ли ей удовольствие выискивать удобные для этой «мести» случаи? Она бы не смогла уверенно ответить на этот вопрос, ведь ей ещё не приходилось выигрывать в схватке с «волком», в чьих лапах та оказалась, не смотря на то, что этому самому волку подобная добыча и не нужна была. Заскрипев зубами, девушка тряхнула светло-каштановыми волосами, пытаясь избавиться от наваждения. Иногда ей становилось тошно от самой себя и своих глупых попыток выплыть с этой бездны в одиночку, оставив на дне Кая и всю вселенскую муть, заточившую её в этом волчьем логове. Хари уставала бороться с течением, утягивающим ту вниз. У неё не было того, за что можно было бы ухватиться. Она осталась предоставленной самой себе, несмотря на величественный статус избранницы Варванской герцогини, и угрожающей по своему существу силы эмпата с тёмными задатками. Этих черт не хватало для борьбы с Каем. Софи вновь отрицательно покачала головой. Аудиенция с предыдущей герцогиней снова была ей отказана. Всё идёт не так, не так как надо. Но отказываться от своей цели Каори не собиралась. Она снова и снова будет падать, пока дело не будет перенесено на необходимую ей точку. Но отчаяние никогда не переставала утихать в ней, оно сливалось с ней в одно целое. Подойдя к зеркалу, висящему на стене, та медленно избавилась от тонкой ткани на своём теле, оставаясь в одном пеньюаре, оголявшем кожу спины. С того самого времени заточения в этом замке, ей никогда не предоставляло удовольствие вставать у зеркала. — Вы видите, к чему привёл меня ваш господин? — скорбно улыбаясь, невинно спросила девушка, повернувшись боком, для более удобного изучения тонких линий, обтянутых на коже спины. Каждый видел в них уродливые шрамы. — Леди… — испуганно прижав ладонь ко рту, пискнула девчонка, отшатнувшись к двери. Только Хари видела в них способ манипуляции жителей замка. Ей нравилось выстраивать вокруг себя стену среди слуг, жалевших её, но ещё сильнее ей нравилось выслушивать грязные сплетни о семье Хюнин. «Герцог и его любовница вновь оскорбили будущую луну Варванской степи», «Мильвара и её козни против невесты вожака», «Насильственное отношение жениха к луне Империи»…как же иронично. Предыдущая герцогиня Силиция разгадала ход её мыслей немного раньше, чем Кай. Он слишком сильно был занят отсрочкой свадьбы и изучением свитков, чтобы выслушивать сплетни, вот только его дорогая Мильвара то и делала, что лежала на пышных одеялах и подушках, выкармливая себя и своё дитя, чтобы найти время сообщить эту прискорбную для её ушей новость. Теперь старшая Каори выделывала десятки кругов по спальне, в ожидании его прихода. Но это глупо было предполагать, что ему было дело до каких-то слухов, распускаемых задетой фигурой, вроде неё. Парень заставлял ждать, медля с этим, а ей так хотелось с ним повздорить, выцарапать на его лице это прикреплённое к нему ею слово — «неудачник», хотя в сложившийся ситуации, именно её, можно было отнести к подобной категории людей. Хари желала обменяться с ним ролями, но данной возможности ещё ей не представилось. Распуская всякие сплетни, которые в свойстве своём являлись информацией достоверной, она надеялась на поворот событий, закрученных в её пользу, но все эти запреты и непрочное состояние в волчьем обществе, возымели свои плоды. — Мне жаль. — склонив голову в поклоне, выдавила наконец-то служанка, буравя карими глазами, валяющуюся у ног будущей герцогини, ткань. Хари могла и не вглядываться в глаза девчонки, чтобы прочесть в них сочувствие и страх. Подождав, пока та накинет на неё тот самый халат, который совсем недавно укрывал тонкие плечи, девушка развеяла наваждения, искусственно ею созданных в голове Софи. Шрамы давно зажили, но память о них никогда не рассеется в воспоминаниях волшебницы, и она умело этим пользовалась. — Тогда может быть посетим герцога? — подходя к кровати, устало прошептала она так, чтобы эти слова долетели до ушей Софи. — Только он об этом знать не должен. Проведя ладонью по горячему лбу, та присела на мягкий матрас, ощущая адскую слабость и дрожь в теле. Магия отнимала у неё огромное количество сил. Тело ещё не забыло потрясения тех ночей в холодной темнице. А восстановление оказалось слишком длительным и невыносимым. Единственным спасением для девушки являлась мана, которую в силу здоровья она не могла использовать на ежедневной основе. Приходилось выискивать иные способы саморазвлечения, например борьба с семьей Хюнин и закрепление в ней своей власти, но пока особых достижений сделано в этом деле не было. Ещё не родившийся наследник Варванской степи заранее накрывал её великие планы медным тазом. Она не знала на что ей надеяться, кроме Бога. — Будет сделано госпожа. — поклонившись, произнесла как можно уверенней, девчонка, готовая встать на защиту «принцессы», как любили звать её некоторые среди слуг. Защитников у Хари было намного больше, чем ей думалось изначально, и за это она была им благодарна. Когда она вновь оказалась стоящей напротив герцога, прошло не так много времени, лишь одна короткая ночь в долгих размышлениях, среди которых та теряла счёт времени. — Рада видеть тебя, — совсем не радостно улыбаясь, проговорила девушка, сверкая голубовато-зелёными глазами. — «милый». Он скривился, зарывшись тонкими пальцами в смолистые волосы, зализанные назад. Ему не нравилось, как та его звала, и парень не раз давал ей это понять, но чем больше тот угрожал, тем чаще девушка обращалась к нему в подобной форме. Конечно это раздражало, но он способен был немного потерпеть. Вести беседы с тёмной волшебницей, выбранной для него внутренним волком, являлось последним, о чём тот желал. И встретив её в своей спальне, Кай шумно вздохнул, придирчески оглядев ту с ног до головы. Соблазнять она его точно не планировала, но даже если бы это было целью Хари, поражение стояло плечом плечу с ней. Хюнина никогда не привлекали такие болтливые и пустословные представители женского пола, которые умели только яро жестикулировать и орать до подрыва голоса. Её тело и без характерных качеств поведения дамы низшего слоя, кричало о недостатках женских изяществ. Походка волшебницы была не как у лани, а как у медведихи. Это первое, что пришло ему на ум. Несмотря на худощавость, которую она с трудом скрывала под пышной одеждой, девушка всегда напоминала ему неуклюжую медведиху. Каю казалось, что он ни за что не перестанет её сравнивать с этим существом. От них всегда были проблемы, например если взять клан Ко, проживающих в Солнечном лесу. Эти оборотни вечно кидались на остальных, словно заражённые бешенством. Такая и была Хари. Ей стоило стать невестой вожака медвежьего клана, а не волчьего, ведь она идеально подходит под их стандарты. — Я не звал сюда посторонних. — проигнорировав приветствие девушки, остерегающе произнёс Кай, вглядываясь в побледневшее лицо служанки. Ей явно поплохело от взгляда своего господина. — Я попросила её меня сопроводить…к тебе. — приближаясь к нему, начала Каори, борясь с чувством вины по отношению к Софи. — Можешь идти. — уже обратившись к девчонке, добавила та. Голос Хари дрожал. Она давно не встречалась с ним, и тем более уже много времени не вела беседы с глазу на глаз. А вдруг Хюнин прогонит её, не позабыв провести «воспитательную беседу», о чём бы только она не была. Девушка не знала, как прощупать почву эмпатически, ведь его ментально защищают хорошо выстроенные блоки. Ей бы тоже этому научиться, может тогда, стало бы яснее с управлением силы внушения. Волшебница ещё в полной мере не ощутила власти над своей магией. — Распоряжения в моём замке даю я, — отпрянув от протянутой Хари рукой, зарычал он. — и они не в вашу пользу. — Этот оборотень имел в в иду их обоих: служанку и свою невесту. Дрожь Софи она почувствовала и без всяких стараний, не нужно было сильно напрягаться, чтобы ощутить это. Её реакция являлась довольно ожидаемой. — Покинь покои моего красавца-жениха. — собрав в себе как можно больше силы, она вновь перешла к магии внушения, игнорируя факт плохого самочувствия. И как только дверь за служанкой затворилась, волшебница рвано выдохнула. — Не думаю, что этот замок продолжит быть только твоим. — всё-таки ухватившись за его локоть, как можно громче, вдвинула та свои пять копеек, намекая на свадьбу, которую как мог, этот комок шерсти оттягивал. — И каким образом ты это докажешь? — проигнорировав девичьи прикосновения, поинтересовался тот, вглядываясь своими жгуче карими глазами в её, морские. — Женившись на мне? — с смешком в голосе, иронично произнёс он, ловя искры злости и обиды, возгорающихся в больших глазах девушки. В них отражался он, такой властный, что коленки дрожали, стоило ей поймать в выражение его лица хоть какое-то изменение. Это неправильно, неправильно думать о нём в таком ключе, потому-что ей становилось плохо больше не от страха его пугающей фигуры, а чувств, которые лились волной от любого взгляда Кая на неё. Безусловно, этот волк в белоснежной рубашке, был достаточно красив, внешне очень даже привлекателен, но он чёртов Хюнин, герцог Варванской степи и её избранный, невидящий факт одного существования девушки в этом мире. И кстати она тоже, этот факт ненавидела. Дом Хари не здесь, — основная этому причина, кстати. — Я пришла поговорить с тобой об этом. — наконец-то произнесла она, ощущая как ладонь горит от прикосновений с ним. И конечно Кай её послал, ей даже не удалось вновь приоткрыть рот, высоко задрав подбородок, для начала своей пламенной речи, как та оказалась в своей спальне…вместе с ним. И он явно не был этому рад. Вырвав свою локоть, он злобно ухмыльнувшись, отступил от неё на шаг назад. — Классная штука. — опустив взгляд на потухший алый камень, просипела волшебница. Спустя пару секунд и самого Кая след простыл. Он просто избавился от неё таким вот телепортом, а она и не выведала ничего. Но не это было страшно, ужас ждал её ещё впереди, когда на свет вышел следующий наследник Варванской степи. Этот день настал намного раньше, чем её с Каем свадьба… Хари казалось что она не успела, не успела стать первой и ввести в этот замок свои правила и законы. Тем, кто оказался главным женским персонажем этой истории, стала Мильвара. А на неё она злиться не могла, только совсем тихо ненавидеть…это правда разные вещи. Злилась та лишь на Хюнина.

***

Обычно празднества при рождении бастарда являлись редкой картиной, но видимо в этой вселенной было всё совсем наоборот. — Выровни лицо, пожалуйста. — попросила принца девушка, поправляя складки пышного платья. Она, как и Субин, была недовольна сложившейся ситуацией. Какого чёрта они делают здесь?! Мина планировала вести беседы со своей коронованной Инес, а не с любовницей местного вожака волчьей стаи. Эта стерва, она ею наверняка была, ей не нравилась, но ещё больше ей не нравился Кай. Как? Как можно было допустить какой-то там даме забеременеть при живой-то невесте? Каори была крайне возмущена, но не переставала улыбаться каждому проходящему и не проходящему мимо аристократу, будто это мероприятие было самым прекрасным из всех, на которых ей пришлось побывать. А всё совсем было наоборот. Ей тошнило, жутко тошнило от этой ванили. — Следи за своим языком, — шикнул парень на девушку, несильно пихнув ту локтем в бок. — ведьма. Он был не в духе. Сдерживая себя от заката глаз, волшебница смирённо прикрыла веки. — Меня сейчас вырвет. — и в правду, это было странно вообще-то. Конечно черты её представлений о жизни оборотней сглаживались родством императорской четы с кланом Варванов, но почему всё так…приторно? Чхве кивнул, без задней мысли, соглашаясь с ней. Его тоже чуть подташнивало, но улыбаться и брызгаться комплиментами, как и принимать их, являлось частью жизни представителей голубых кровей. Собственно, он давно уже должен был привыкнуть к подобному, а этой тёмной только свыкаться с этим. Таким образов, им обоим необходимо было отдохнуть. — Тебе не кажется странным, что ни невесты, ни самого жениха… — чуть ли не выплюнув последнее слово, начала девушка. Она вновь запорхала у столика, медленно проводя по нему жадный взгляд голодного человека. — нет? Субин усмехнулся, презрительно разглядывая пальцы спутницы, с которых стекал крем, спустившийся с подбородка. Невозможно быть такой прожорливой и одновременно худой. Каким заклинанием эта тёмная пользуется?! — Выясняют отношения, наверное. — предположил он, отвернувшись. Мина засмеялась, прикрыв липкой ладонью запачканный рот. Им тоже необходимо было выяснить отношения, но предыдущая герцогиня и героиня торжества, вздохнуть спокойно не давали. Это был ужас, и слава Господи он прекратился…хоть ненадолго. Беседа, которую она вела с наследником огненного дракона, стала недолгой отдышкой, от этих двух назойливых дам, которые совсем недавно отошли полюлюкать с остальными гостями. — Что нам мешает куда-нибудь пропасть на некоторое время? — прошептала девушка, подбегая к парню. Пару раз она готова была упасть лицом вниз, но его спина стала прекрасной подушкой безопасности, об которую можно было упереться ладонями, для поддержания равновесия. По этой причине раздражительность парня увеличилась на крат сто. — Ничего. — сухо ответил он, утягивая её за собой. Они слились в толпе танцующих пар, змейкой семеня мимо потных и усталых господ, в попытках ухватиться глазами за спасительный выход с этого душного зала. И дело их окончилось удачей. Вскоре принц и его спутница оказались в одном из пустых коридоров замка, шумно дыша и глотая воздух. — Можно уже отпустить мою руку. — недовольно пробормотала девушка, опуская взгляд на его красивые пальцы, обрамлённые золотыми кольцами, которые вскоре перестали цепляться за её предплечье. — И куда нам теперь, Ваше Высочество? — обнимая освободившейся рукой живот, поинтересовалась та, облизнув сухие губы. Субин проигнорировал её вопрос, направившись к кожаному дивану, стоящему в самом углу. Он собирался сесть, не желая больше находить себе глупых приключений на мягкое место. И спустя пару секунд, волшебница побежала за ним, плюхаясь на другом конце мебели. Те ещё не отдышались в полной мере, после долгих дистанций с одного конца зала к другому, в поисках пустой комнаты, где можно было бы хорошо отдохнуть, позабыв о существовании посторонних… Можно представить, что кроме него, в этом замке никого нет, для ещё большей уверенности. Но это можно только представить. Картина конечно, обстояла совсем противоположная, сейчас одна из этих посторонних сидела неподалёку от него, и Чхве молился на то, чтобы их уединение не было пресечено остальными. Звук музыкальных инструментов и здесь был отчётливо слышен. Тяжело вздохнув, он прикрыл глаза, ругая себя за свою сентиментальность. Субин мучился самобичеванием с того времени, как её пятки превратились в пузыристую кашу, что подавали в столовой. Но тот всегда об этом забывал, стоило ей показаться на горизонте…вина переходила в злость и раздражение. — Мне стало тебя жаль, — объяснился он. — иначе бы я сам покинул этот зал, обойдясь без твоей компании. Мина недовольно сжала губы, сверкнув зеленовато-голубыми глазами. Ей захотелось ему возразить, но она не смогла и звука издать, голос будто пропал, а он продолжил говорить. — Становиться свидетелем сцены твоих бесконечных позоров, мне не хотелось. — Им овладело желание её задеть. — Я вынужден ходить за тобой, словно пастух за овцами, чтобы о твоей глупости и недалёкости не узнал светский мир. — Ему нравилось видеть искажённое в болезненной гримасе лицо этой девушки, поэтому парень не видел смысла останавливаться. — Я до сих пор не получил никакой благодарности. —засмеявшись, он шумно выдохнул. — Ах, я же забыл, ты у нас ведьма, совсем обделённая задатками развитого волшебника. Но Мина на удивление молчала, и ему стало интересно почему. Наконец-то взглянув на неё, он вопросительно приподнял одну из бровей. Каори, совсем побледневшая и дрожащая всем телом, глазела куда-то за его спину, шумно вздыхая. Развернувшись, Чхве громко выругался. Мина стояла в конце коридора, уперевшись всем телом на одну из столбов, а возле неё навис его двоюродный братец, с поднятой в воздухе рукой. Вскочив с дивана, он вновь оглянулся, уже в сторону настоящей Мины, что медленно поднималась за ним, не моргая, вглядываясь в отражение самой себя. — Хари, — Чхве напряг слух, чтобы разобрать звуки, издаваемые девушкой. — Хари… Субин долгое время не мог понять, что происходит, в голове царила одна пустота, пока не услышал тихое: «сестра». Это не клон адептки факультета тёмных искусств. Схватив её за локоть, он прошептал первое пришедшее в голову заклинание, прижимая к груди макушку волшебницы, бьющийся в его объятиях. Следующее, что произошло между Каем и Хари, она не должна была видеть. Его зубы глухо скрипнули, когда тот свёл челюсти, сжимая в руках тельце своего сосуда. Сцену падения близнеца Мины на холодный пол, он запомнит на всю жизнь, как и алую отметину на её бледном лице… Хюнин вновь отдался зверским инстинктам, медленно превращаясь в того волка, что держал в страхе всю Империю. Чёрный волк вернулся, чтобы вновь вводить свои беспорядки. Только вот Субин не знал, что внутреннее чудище Хюнина оказалось против этого, сжирая изнутри свою человеческую сущность, наказывая её. Действиям Кая был оправданием сам он и его грубость, а не волк. Волк не может обидеть свою избранную по своему собственному желанию. — Отпусти! — закричала Мина. Она всё видела, чёрт этого пса недоношенного, побери. Ненависть к Каю росла с геометрической прогрессией, хотя и раньше он и не спешил целовать его ботинки. — Отпусти меня! Там моя сестра! Ты не понимаешь, — всхлипывая, продолжала она. — там Хари. — Заткнись, тупица! — злобно рыкнул Субин, хорошенько тряхнув её. — Сейчас там опасно, я приведу её к тебе, только перестань рыдать. Каори замерла, неуверенно подняв на него взгляд покрасневших глаз. Ей казалось, что она ослышалась, но нет. Он смотрел на неё, недовольно нахмурив брови. — Сейчас я пойду за ней, а ты жди нас здесь. Субин исчез, так и не вернувшись. Ей было страшно. Только спустя пару минут анализирования и принятия происходящего, девушка поняла, что стоит на меховом ковре принца. Он телепортировал их в свою спальню, чтобы потом так же быстро исчезнуть, пообещав ей вернуться с сестрой. Это обещание не должно оказаться пустым.