В мире Наруто с Системой Патриарха

Глава 391 Ощутив прикосновение к своему плечу со стороны, где всего секунду назад никого не было, регулировщик подпрыгнул на месте, и едва не выронил прикуренную сигарету. Он мгновенно обернулся к вопрошающему, и лишь увидев молодого парня без чакры, одетого в достаточно тривиальные одеяния, почувствовал облегчение. - Кха-кха… - Прокашлялся он, вытащив сигарету изо рта, и с нескрываемым презрением взглянул на Кеншина: - Тебе чего? - Я спрашиваю, по какому праву ты взымаешь с людей деньги? – Более грубо заявил Кеншин, едва сдерживая свой гнев. - Слушай, пацан, иди куда шел, иначе ноги переломаю. – Нахмурившись заявил мужчина, и с нахальной ухмылкой, швырнул сигарету ему в лицо. Однако, к его удивлению, сигарета зависла в воздухе в десяти сантиметрах от лица Кеншина, и даже истлевший, белый пепел не задел чистую, черную ткань его простого костюма для тренировок. - Хотелось бы поболтать с тобой подольше, но к сожалению, я спешу. – С холодной улыбкой сказал Кеншин, а затем повернулся в сторону, и добавил: - Допросить, и найти всех причастных к вымогательству денег. - Есть. – Ответил Двадцать Первый, появившись за спиной мужчины, одновременно со звонким щелчком наручников, защелкнувшихся на его запястьях. ***** За исключением инцидента с вопиющим взяточничеством и превышением служебных полномочий, прогулка с Куроцучи вышла крайне продуктивной. Она поверхностно ознакомилась со множеством технологических и социальных инноваций, с подробным объяснением причин и следствий, что увеличило уровень ее понимания. К его сожалению, изначальный план полноценной прогулки наедине, плавно перетекающей в свидание не удался, ибо формация отвода глаз работала ровно до тех пор, пока они не привлекали к себе внимание. Тем не менее, сближение с Куроцучи все же произошло, и к концу экскурсии, она совершенно беззастенчиво держала его за руку, и чувствовала себя максимально расслаблено. Прогулка затянулась практически на четыре часа, и на обратном пути, Кеншин все же решил вновь посетить ресторан Ичираку, дабы уважить Теучи, и произвести на Куроцучи правильное впечатление. Не то, чтобы лучшие блюда создаваемые в рамках способности «Убежище Патриарха», хоть чем-то уступали блюдам из Ичираку, но своеобразный ритуал похода в ресторан, производил гораздо более сильное впечатление на любую девушку, нежели обыкновенный ужин дома. Это принесло несколько дополнительных очков лояльности Куроцучи, но в то же время столкнуло Кеншина с очередной проблемой, слегка подпортив ему настроение, ибо этот вопрос требовал окончательного решения. Встретившись с обслуживающей их столик Аяме, и увидев искру обожания в ее глазах, а так же ощутив некую печаль в глубине ее души, он серьезно задумался о судьбе девушек, которые волею судьбы так или иначе оказались связаны с Кланом Накаяма. С одной стороны он не горел желанием брать в жены каждую, на кого подействуют его способности, но с другой стороны Аяме и Шизуне не вызывали у него отторжения, и он не желал разбивать их сердца. Этот вопрос буквально поглотил его разум, и даже оказавшись дома, он не мог выбросить из головы грустное выражение лица дочери Теучи. Однако даже этого было недостаточно, чтобы вынудить его пересилить себя, и начать принимать в жены всех, к кому чувствует небольшую жалость. В конце концов он решил пригласить Аяме на должность семейного повара Клана Накаяма, дабы позволить ей жить рядом, и при этом не чувствовать себя бесполезной, ибо не смотря на неограниченный доступ ко всем блюдам мира, его жены время от времени любили питаться едой, приготовленной своими руками. ***** Весь оставшийся день Кеншин посвятил работе, решив не проводить ритуал усиления, и сосредоточившись на дальнейшей передаче знаний по искусству формаций, и администрировании всех задействованных проектов. Скорость с которой он вникал в курс дела могла поразить любого управленца из когда-либо существовавших, ибо при работе с собственными сыновьями и женами, Кеншину было достаточно нескольких секунд, чтобы дать техническое задание. Все его дети без труда усваивали структурированные пакеты знаний, и практически все из них научились формировать свои, позволяя отцу в считанные секунды ознакомиться с достаточно объемным докладом. Это все еще не спасало от коррекции планов и достаточно длительных обсуждений, но Кеншин старался выстроить систему управления так, чтобы корпоративные вопросы и обсуждения его не касались. Тем не менее, были вопросы, которые требовали его личного вмешательства и ознакомления. Одними из них были исследования Хитоми в области «продвинутого ирьениндзюцу» Именно так было названо направление медицины, совмещающее в себе знания и навыки двух совершенно разных миров. У Хитоми не было особых достижений, но все же, с небольшой помощью Цунаде, ей удалось приблизиться к разгадке феномена под названием «Цветок Долголетия». Именно эта практика позволила Кеншину иметь физическое тело равное Чунину, что вкупе с псионикой и экзокостюмом позволяло ему развязать мощь Элитного Джонина. Однако в рамках его планов, этого было недостаточно. Хитоми прекрасно об этом знала, поэтому сосредоточила свои усилия на исследованиях каналов чакры, расположенных внизу живота. Благодаря тому, что она освоила эту методику, ей не составляло никакого труда проводить исследования на себе. По ее словам, существовала возможность усилить эту методику, путем задействования всех каналов чакры возле женской репродуктивной системы, ибо на данный момент ее качество было на несколько порядков ниже. Это открывало огромные перспективы для взрывообразного усиления, ибо в этом случае, существовал большой шанс достичь физических показателей Элитного Джонина без задействования псионики и экзокостюма, что несказанно обрадовало Кеншина. В глазах Хитоми читалось явное желание получить заслуженную похвалу, и глядя на ее пышную грудь, не обремененную лифчиком, Кеншин не смог удержаться от небольшого смещения графика. Из-за огромного сексуального голода, Хитоми раскрылась перед ним с совершенно неожиданной стороны. Крайне покорная и ласковая женщина, внезапно накинулась на него с необузданной страстью в глазах, и в считанные секунды сорвав с них обоих одежду, толкнула его на кушетку, после чего с блаженным стоном забралась на него сверху. Для Кеншина это был необычный, но крайне приятный опыт, и он с удовольствием позволил Хитоми, впервые взять все под свой контроль, ограничившись лишь движениями бедер навстречу, и ублажением ее подпрыгивающей в такт, огромной груди. Она оказалась настолько ненасытной, что позволила ему уйти лишь после того, как выжала его досуха три раза подряд, и вдоволь полакомилась его спермой, которая совершенно необычайным образом стала для всех женщин Клана Накаяма, вкуснейшим лакомством и сильнейшим возбудителем. Кеншин в свою очередь, как любой здравомыслящий мужчина, был совсем не против такого повышенного внимания к его семени, и с особым усердием, не жалея собственных яиц, помогал пышногрудой мамочке лакомиться. К тому же, это внеплановое посещение квалифицированного ирьенина оказалось вовсе не бесполезным, ибо помимо огромного удовлетворения, Кеншин получил заветный тридцать четвертый уровень, после чего со спокойной душой, чистой совестью, и опустевшими яйцами, вернулся к работе. Глава 392 Пробуждение утром 575-го дня было не только безболезненным, но и в некотором роде радостным, ибо способность «Сила Патриарха» наконец вновь стала доступна, и Клан Накаяма вновь стал защищеннее. Блаженно потянувшись, и приласкав спящую рядом Хитоми, Кеншин вновь окунулся в собственные размышления, ибо дилемма о том, куда вложить свободное очко навыков, была крайне сложна. Первой его мыслью после получения нового уровня было незамедлительное повышение навыка «Талантливое Потомство», но задумавшись о целесообразности, он начал сомневаться. Оценив возможные перспективы, он пришел к выводу, что благодаря уже имеющимся навыкам и способностям, Цунаде родит сына с уровнем таланта на голову превосходящим Сенджу Хашираму. Эти оценки все еще были весьма поверхностными, и не исключали полезность дальнейшего увеличения таланта сыновей, но в сложившейся ситуации, этот подход показался ему весьма спорным. Вторым вариантом – было повышение навыка «Создание Формаций». Он чувствовал, что в этом случае, пополнит и без того обширную базу знаний по искусству создания формаций новыми методиками и открытиями, а так же сможет усилить уже имеющиеся формации. Однако и этот вариант он счел нерациональным, ибо из-за ограниченности по времени, даже существующая база знаний не была задействована даже на половину, что резко снижало эффективность распределения очка способности в этот навык. Последним вариантом был самый, на первый взгляд бесперспективный навык «Создание Убежища». Изначально Кеншин даже не задумывался о том, чтобы в ближайшей перспективе развивать его выше десятого уровня, однако, задумавшись более глубоко, понемногу изменил свое мнение. И хотя Убежище уже полностью удовлетворяло все потребности Клана Накаяма, Кеншин задумался о том, какие изменения может принести повышение уровня этой способности, ибо на данный момент, казалось не было ничего из его прошлого мира, что бы оставалось недоступным для использования. Чем дольше он задумывался над этим вопросом, тем больше интуитивных подсказок рождалось у него в голове. И хотя эти «подсказки» были крайне мало информативными, он все же смог составить устойчивое представление о том, что скрывается за повышением уровня способности. Это стало решающим фактором в выборе навыка, и способность «Создание Убежища» была незамедлительно повышена до одиннадцатого уровня, что заставило его откинуться на подушку, и провести в кровати добрых пол часа, прежде чем наконец справиться с головной болью. ***** Повышение навыка принесло за собой множество незначительных, но в сумме приятных бонусов, и практически все они облегчали задачу по проведению индустриализации в близлежащих регионах. Прежде всего, лимиты по созданию различных ресурсов и материалов были значительно увеличены, и коэффициенты внутренней системы баллов, были сдвинуты в сторону удешевления «обмена». Ранее Кеншин мог создать достаточно большое количество относительно примитивных ресурсов на экспорт за пределы территории убежища, однако в случае с высокотехнологичными изделиями и ресурсами – дело обстояло куда сложнее. За это отвечала внутренняя система баллов, которые могли быть потрачены на создание любого ресурса, инструмента или станка, и в зависимости от сложности, редкости, и затрат на создание того или иного предмета, стоимость «обмена» вырастала в разы. Кеншин разбирался в ней лишь поверхностно, ибо количество подвергаемых конвертации предметов и ресурсов исчислялось миллионами, и попытка разобраться в этом более глубоко – была попросту бесполезной, и не приносила ничего, кроме головной боли, ибо никаких лазеек и «выгодного обмена» попросту не существовало. Тем не менее, после повышения уровня навыка, количество начисляемых баллов в сутки не только увеличилось практически вдвое, но и коэффициенты обмена стали гораздо приятнее, что в свою очередь позволяло создать десять грузовых самолетов марки «Боинг» 747 в сутки, в то время, как ранее, баллов хватало лишь на три. Ко всему прочему, территория убежища так же увеличилась более, чем на три километра в диаметре, что открывало неплохие перспективы по созданию целых производственных линий в обход всех лимитов. Это было вторым по значимости бонусом от повышения навыка на новый уровень, и позволило Кеншину значительно расширить горизонт планирования, и ускорить развитие индустриализации в западном регионе Страны Огня. Первым же, и самым главным приобретением – стали новые, не изученные даже в его прошлом мире технологии. По большей части они включали в себя лишь незначительные изменения в существующих концептах, такие, как улучшенные схемы литий-ионных аккумуляторов, позволяющих увеличить КПД более, чем на тридцать процентов, и схожую модернизацию в других отраслях. Эти технологии все еще подлежали вдумчивому освоению, и не могли быть изучены одним человеком, не смотря на идеальную память и разветвленное сознание, что вновь возвращало Кеншина к размышлениям о кадровом голоде. Частичным облегчением этой проблемы стало крайне необычное, и удивительное приобретение в виде уникальных, примитивных дроидов, которые могли быть созданы лишь на территории убежища, и не могли быть вынесены за его пределы. Едва узнав о том, что в его распоряжение попали самые настоящие роботы, Кеншин, словно впечатлительный мальчишка, незамедлительно принялся скрупулезно изучать этот вопрос. Однако первичная радость от приобретения «невероятного робота прямиком из будущего», сменилась небольшим разочарованием, стоило ему полностью разобраться в этой теме. Дроид представлял из себя небольшую, полутораметровую конструкцию на колесах, с некоторым подобием рук, и обладал самым примитивным искусственным интеллектом из всех возможных. В рамках эксплуатации он мог быть запрограммирован на одно конкретное действие из достаточно ограниченного списка возможностей. Простейшим из них была уборка. Сложнейшим – полноценная, но относительно примитивная работа на производстве. Сперва Кеншин немного обрадовался тому факту, что кадровый вопрос мог быть решен так легко, но затем столкнулся с суровой реальностью, ибо дроиды были столь несамостоятельны, что все их действия требовали четких настроек и регламентов. Это значительно усложняло задачу по организации автономного производства чего бы то ни было. Но даже так, дроиды все еще были гораздо более перспективнее, нежели обучение и обеспечение отдельно взятых специалистов. Закончив ознакомление со всеми тонкостями от повышения уровня способности, Кеншин приступил к завтраку, где параллельно формировал новые указы и инструкции для сыновей, включающие планы по подготовке к эксплуатации дроидов, и формирования новых логистических маршрутов с учетом увеличившегося лимита на экспорт. К его большому сожалению, времени на уделение внимания многочисленным женщинам попросту не оставалось, ибо существовали вопросы, требующие его непосредственного участия, поэтому запланированный поход в Коноху не подлежал обсуждению. Глава 393 - Ха-ха-ха, Накаяма-сан, вы не представляете, как я рад вас видеть! – С громким смехом сказал Абураме Тадао, и вышел из главных ворот Конохи, чтобы поклониться гораздо более уважительно, чем раньше, и пригласить его внутрь. - Что вы, Тадао-сан, не стоит быть таким вежливым. Я все тот же человек, каким был месяц назад. – С приятной улыбкой ответил Кеншин, и дружески похлопал его по плечу, смело направившись вперед. Однако стоило ему войти внутрь, как его брови непроизвольно двинулись вверх. По обеим сторонам, вдоль стены стояли в ряд несколько отрядов шиноби, во главе с Джонинами, и каждый из них стоял сцепив руки вместе, и согнувшись в уважительном поклоне. Кеншин никак не прокомментировал увиденное, и лишь кивнул обеим сторонам. Отказываться, и прибедняться в этой ситуации было крайне неуместно, ибо ответное уважение к давнему знакомому было актом снисходительного уважения, но попытка поравняться с нижестоящими, была бы воспринята, как однозначное проявление слабости. Тадао в свою очередь, без малейшего недовольства засеменил за ним, и улыбчиво принялся развлекать уважаемого гостя. Все это было в новинку для Кеншина, однако будучи царем, богом, и воинским начальником своего собственного города, он уже привык к подобному поведению нижестоящих, и быстро смирился с новым видом отношений между ним и братом главы клана Абураме. Кеншин с удивлением оценил высокий профессионализм и тактичность Тадао, который не обмолвился ни словом о событиях экзамена на Чунина, хотя в его мыслях читалось огромное желание узнать немного больше, чем положено. Тем не менее, Кеншин не собирался удовлетворять его любопытство, и с улыбкой проследовал к роскошному дворцу Хокаге, с каждым шагом преодолевая несколько десятков метров. ***** - Да уж… Выглядишь ты просто ужасно. – Со вздохом сказал Кеншин, и сел напротив Хирузена, с сожалением глядя на его пустующий рукав. - Не важно как я выгляжу. Главное, как я себя чувствую! – С неестественно ярким огнем в глазах ответил Хирузен, и хрипло рассмеялся. - Почему ты не восстановил руку? Разве регенерации Каге недостаточно? – С небольшим удивлением спросил Кеншин, сосредоточив псионическое воздействие на культе. Однако без дозволения Хирузена, он мог видеть лишь поверхностные изменения, не в силах проникнуть глубже. - Хм? – Нахмурился Хокаге, обнаружив странное сканирующее излучение, но затем ощутимо расслабился, и криво усмехнувшись, достал из стола небольшой свиток, после чего добавил: - Все из за проклятого клинка… Он повредил не только плоть и кости, но и воздействовал на саму душу! Услышав его слова, и увидев материализовавшийся из ниоткуда длинный клинок, Кеншин испытал огромное напряжение. Глядя на клинок, он чувствовал сокрытую, поистине злую сущность, желающую уничтожить все вокруг. - Пожалуй я буду вынужден попросить тебя уступить этот клинок Клану Накаяма. – Спокойным тоном сказал Кеншин, откинувшись на спинку кресла, и сцепив руки в замок у себя на груди. - При всем желании, я не могу отдать оба клинка. Он стоил мне руки, и мои приближенные попросту не поймут. По крайней мере не сейчас… - Со вздохом ответил Хирузен, испытав некоторое недовольство наглостью Кеншина, ибо ожидал от него большего трезвомыслия. - Уверен, то, что я собираюсь предложить взамен – лучше десяти клинков Кусанаги… - С лукавой улыбкой ответил Кеншин, и беззастенчиво посмотрел на «статус» Третьего Хокаге. Имя: Сарутоби Хирузен Возраст: 76 лет Уровень таланта: 58 Качество чакры: 13 Количество чакры: 25200 Контроль чакры: 91% - Хм, ты очень силен... Боюсь представить, каким ты станешь после «усиления»… - Задумчиво пробормотал Кеншин, осматривая Хокаге. - Ч…что это было? – Удивленно спросил Хирузен, на секунду ощутив себя голым перед неведомым глазом, и лишь запоздало осмыслил услышанное, после чего добавил: - Усиления?.. - Именно. Я могу не только укрепить твое здоровье, но и сделать тебя гораздо сильнее. – Взглянув ему прямо в глаза, заявил Кеншин. Поймав его взгляд, Хирузен с удивлением понял, что все сказанное не является глупой шуткой. Разум подсказывал ему не поддаваться на провокации, но слова Кеншина резонировали с самой душой Третьего Хокаге, потревожив давно забытые амбиции и стремления. - Я слушаю. – Едва скрывая участившееся дыхание, прохрипел Хирузен, и сосредоточил все свое внимание на удивительном рассказе Кеншина. ***** Последующий диалог с Хирузеном выдался для Кеншина едва ли не сложнее самой процедуры «усиления», ибо Третий Хокаге, не смотря на огромный уровень доверия и внутреннее желание поверить всем его словам, проявлял предельную осторожность, и уточнял каждую деталь. В конце концов Кеншин сумел уговорить главного союзника на столь опасную для него процедуру при условии присутствия Джирайи в качестве негласного защитника на случай «непредвиденных обстоятельств». Хирузен не выражал свои опасения вслух, но Кеншин прекрасно понимал причину подобного недоверия. Ему все еще не нравилась идея присутствия опаснейшего шиноби за спиной, готового уничтожить его в случае вреда Хирузену, однако это был единственный способ углубить союзнический договор с Конохой. Подготовка к ритуалу, включая длительное обсуждение всех деталей, заняла немногим больше часа. Помимо поиска удобного и крайне безопасного места, Кеншину предстояло обеспечить достаточное количество маны, что в свою очередь вылилось в дополнительную задачу. У него не было никаких проблем с использованием любых формаций в пределах территории Клана Накаяма, ибо огромные резервуары запасенной маны могли быть использованы в любую секунду. С Конохой все обстояло куда сложнее. С одной стороны он без труда мог черпать энергию из бриллианта висящего на груди в качестве амулета, но с другой – это было нерациональной растратой стратегически важных ресурсов. Поэтому еще час был потрачен на поиск крупнейших алмазов Конохи, с последующим спешным сбором окружающей энергии, благо в пределах Конохагакуре, ее странным образом было крайне много, что значительно упрощало задачу. Спустя два часа после прибытия в Деревню Скрытого Листа, Кеншин наконец был готов приступить к ритуалу, который окончательно и бесповоротно перепишет всю историю этой многострадальной деревни. - Готов? – Спросил Кеншин, глядя на лежащего на каменном столе Хирузена. - Готов. – Хрипло ответил он, и окончательно успокоив дыхание, закрыл глаза, будучи готовым к любому исходу. Глава 394 - Я надеюсь ты отдаешь отчет своим действиям… Душа – это не игрушка. Если с ним что-нибудь случится… - С намеком пробормотал стоящий в углу Джирайя, глядя на Кеншина с явным неодобрением. - Поверь, мало кто в этом мире понимает ценность души больше, чем я. – Со вздохом сказал Кеншин, и закрыл глаза, приступив к очередной перепроверке сформированной в разуме структуры четырехмерной формации. Джирайя хотел было ответить, но странным образом ощутил всю серьезность ситуации, и замолчал. Спустя несколько секунд он удивленно раскрыл глаза, ибо вылетевший из лба Кеншина огонек был одним из самых странных феноменов, который он видел в своей жизни. Спустя еще секунду, все тело Хирузена засветилось ярко голубым светом, а он сам открыл глаза. В них читался непередаваемый ужас, но все тело, как и душа – были полностью парализованы. Его душа кричала от ужаса, и умоляла прекратить эту пытку, опасаясь столкнуться со страшнейшей катастрофой, и Хирузен никак не мог на нее повлиять. Он буквально забыл обо всех договоренностях и правилах поведения, отдавшись панике. Старый Хокаге ощутил тот же страх, как и в момент знакомства с «Богом Демонов», которое едва не закончилось пожиранием его дрожащей от ужаса души. Это продолжалось достаточно долго, и Кеншин сам едва не поддался паническим настроениям, ибо попытки найти общий язык с душой Хирузена – были тщетными. Тем не менее, спустя несколько минут Хирузен все же сумел взять себя в руки, и вспомнил обо всем, что ему объяснял Кеншин. Из-за небольшого опыта столкновения с потусторонними силами, его душа оказалась слегка более управляемой, нежели души других людей с которыми ранее имел дело Кеншин. После того, как все оказалось под контролем – дело пошло невероятно быстро, и Кеншин с удивлением наблюдал, как иллюзорный силуэт, повторяющий физическое тело Сарутоби Хирузена, перестраивается прямо на глазах. Что его действительно удивило, так это то, что рука отсутствовала не только у тела, но и у души. Это полностью объясняло невозможность регенерации физического тела, и вселило в сердце Кеншина небольшой страх столкновения с легендарными артефактами прошлого. Однако самым удивительным фактом всего ритуала стало медленное восстановление души в области отрубленной руки. Несколькими секундами ранее на обрубке виднелся четкий, предельно гладкий разрез, однако трансформация участков души вышла за пределы ожидаемого, и на месте травмы стали бурным потоком прорастать все новые и новые иллюзорные клетки. Спустя десять минут после начала, ритуал был окончательно завершен, и Кеншин устало откинулся в стоящее рядом кресло, а Хирузен в свою очередь с полными изумления глазами, вскочил на ноги. Перед тем, как погрузиться в расслабляющую медитацию, Кеншин не приминул возможностью насладиться результатом своих трудов, и все же одним глазком взглянул на изменившийся статус Третьего Хокаге. Имя: Сарутоби Хирузен Возраст: 76 лет Уровень таланта: 73 Качество чакры: 14 Количество чакры: 36700 Контроль чакры: 94% ***** - Что это за кеккей-генкай? Просто немыслимо! – Восторженно воскликнул Джирайя, прекрасно ощущая изменения в ауре Хирузена. - К сожалению, Джирайя-сан, это внутренний секрет моего клана. Скажу лишь то, что это крайне сложная процедура. – Не открывая глаз, спокойным тоном ответил Кеншин, не прерывая процесс медитации. Услышав его ответ, Джирайя глубоко задумался, и не стал поддаваться глупому, сиюминутному желанию попросить о подобной услуге для себя. Он все еще не знал последствия от этого «ритуала», и не мог предложить ничего равноценного взамен. - Необычно. Словно стал на десять лет моложе, и на голову сильнее. – Пробормотал Хирузен, осматривая каждую часть тела, и с удивлением поигрывая пальцами левой руки. - Успеешь еще собой налюбоваться. У меня не так много времени… - С намеком сказал Кеншин. Для Джирайи это заявление было словно гром среди ясного неба, и изумило его до глубины души. Он знал о союзнических отношениях Кеншина и Хирузена, но всегда считал это чем-то вроде формальности, даже не сомневаясь в главенстве Третьего Хокаге. Однако неуважительное, панибратское, и в некотором смысле хамское заявление, не вызвало гневной реакции Хирузена, а совсем наоборот – заставило его громко рассмеяться. - Ха-ха-ха, ты совсем не изменился со времени нашей первой встречи. – Раскатисто рассмеявшись, сказал Хирузен. - Говоришь так, словно это было много лет назад… - Усмехнувшись, парировал Кеншин. - Мало кто способен за всю жизнь повлиять на мир так, как ты сделал это за год. – С доброй улыбкой, заявил Хирузен. ***** Утвердив все основные договоренности, и обсудив еще несколько малозначимых вопросов, Кеншин решил заняться другими делами, коих было намного больше, чем свободного времени. Из-за плотности графика, он так и не смог встретиться с Итачи, ибо эта встреча требовала огромных временных затрат. Хирузен в свою очередь тоже не спешил раскрывать ему все тонкости установленных с бывшим нукенином взаимоотношений. Персона Учихи Итачи была тщательно сокрыта от подавляющего большинства людей. Единственными, кто знал о личности загадочного мужчины в длинном плаще – были Джирайя и Шикаку, что в свою очередь было явным доказательством признания заслуг клана Нара. Кеншин же в свою очередь не спешил лезть во внутренние дела Конохи, и отказывался даже думать о сложности натурализации этого человека. Ему по большому счету было плевать на подобные вопросы, но небольшая эмоциональная привязанность к «знакомым» по прошлой жизни персонажам удивительного анимационного приключения – заставляла его раз за разом возвращаться к мысли о взаимоотношениях двух братьев. Тем не менее, этого все еще было недостаточно для того, чтобы перевесить важность встречи с одним из самых близких друзей Клана Накаяма в лице скорбящего Шикаку. ***** - К сожалению, Накаяма-сан, глава сейчас не принимает гостей. Боюсь, вам придется согласовать время посещения, и зайти в другой раз. – С формальным уважением, но откровенным пренебрежением, ответил пожилой привратник, узнав о цели его визита. - Просто сообщи главе клана о моем визите. Не усложняй жизнь нам обоим. – Слегка нахмурившись сказал Кеншин. Будь это привратник любого другого клана Конохи, Кеншин не стал бы сдерживаться, но клан Нара он считал родственным, оттого был готов до поры до времени закрывать глаза на мелкие, но крайне раздражающие неудобства. - К сожалению, это невозможно. Попрошу вас уйти, и «не усложнять жизнь» клану пребывающему в трауре. – Колко ответил лысый старик в ранге Чунина, после чего услышал усталый вздох. - У меня нет на тебя времени. – Со вздохом сказал Кеншин, и в долю секунды оказался возле старика, после чего приложил ладонь к его лбу. Лысый привратник не успел даже осознать, что произошло, как внезапно потерял сознание, и провалился в глубокий сон. Кеншин в свою очередь оттащил его тело с помощью телекинеза в стоящую рядом сторожку, и направился к дому главы клана Глава 395 Не смотря на то, что за окном был прекрасный солнечный день, а неподалеку от дома резвилось множество маленьких потомков клана Нара, в глазах Шикаку не было ни капли радости. Он молча сидел на твердой циновке, и занимался каллиграфией. Его длинные черные волосы ниспадали до самых плеч, а распущенная борода делала его похожим на неряшливого бездомного. Однако это было последним, что могло волновать скорбящего по ушедшему отцу, главу клана. Сидя на коленях, будучи одетым в траурное кимоно, Шикаку пытался успокоить свой разум методичным и неспешным нанесением чернил на бумагу. Позади него, на стене висел большой портрет с изображением предыдущего главы клана, и служил напоминанием о необходимости сохранения твердости духа, а так же следования пути учтивого сына, хорошего отца, и мудрого лидера. Церемониальный акт каллиграфии продолжался еще более пятнадцати минут, и не смотря на то, что Шикаку знал о присутствии Кеншина, он сохранял предельное хладнокровие, и до завершения идеально выверенного иероглифа, не произносил ни единого слова. - Прими мои соболезнования… - Нарушил тишину Кеншин, и встав на против портрета Шиничи, глубоко и уважительно поклонился. - Спасибо. Его бы это обрадовало… - Со вздохом ответил Шикаку, и направился на веранду, где принялся неспешно разжигать небольшую печь со стоящим наверху чайником. - Более нет смысла об этом умалчивать, поэтому я хотел бы кое-что тебе рассказать… - Устало вздохнув, сказал Кеншин, и поджав под себя ноги, сел за небольшой, традиционный чайный столик. ***** - Но ведь так не бывает! – Ошеломленно воскликнул Шикаку, впервые за последние три дня проявив эмоции. - Как ты мог заметить по моим способностям – бывает. Моя главная способность – это рождение талантливых потомков. Некоторые из наших с Касуми сыновей уже достигли ранга Джонина, и в скором времени я помогу им продвинуться дальше. – Сделав глоток чая, сказал Кеншин. - Почему ты не привел ни одного из них в клан Нара? Я должен познакомиться со своими внуками! – С нотками радости в наполненном удивлением голосе, заявил Шикаку, заставив Кеншина улыбнуться. - Ха-ха-ха, в следующий раз возьму одного из них с собой. Они очень благодарны тебе за техники клана Нара. – С улыбкой ответил Кеншин, первые ощутив теплые чувства к кому-либо за пределами Клана Накаяма. Шикаку в свою очередь был невероятно рад такому развитию событий, и не смотря на то, что дети Касуми не являлись членами клана Нара, он все еще считал их потомками своего клана, и связующим звеном между Накаяма и Нара. Следующие два часа Кеншин с огромным удовольствием провел в поистине родственном клане, пообедав в кругу семьи Шикаку, и получив множество приятных впечатлений. В отличии от прошлых посещений клана Нара, в этот раз он был представлен всему клану, как крайне уважаемый гость, и зять главы клана. Рядовые члены и старейшины были едва ли не шокированы подобным заявлением, и с некоторым удивлением смотрели на Кеншина, который в их глазах являлся совершенно непримечательным, обычным человеком. Высокопоставленные старейшины в свою очередь хоть и были осведомлены о статусе Кеншина заранее, но не смотря на теплое отношение Шикаку, не питали к нему особого уважения, ибо считали его не более чем главой гражданского клана торговцев. Тем не менее, среди членов клана практически не было глупых людей, и никто не смел демонстрировать хоть сколько-нибудь неуважительное отношение к уважаемому гостю и зятю главы клана. Кеншина же это интересовало в последнюю очередь. Он и ранее осознавал степень неудобств с которыми ему придется столкнуться без активной демонстрации своей силы, и успел смириться с тем фактом, что это может доставить определенную долю неудобства, с наведением излишнего шума. За время проведенное в клане Нара, Кеншин без особых проблем утвердил новые экономические договоренности, подняв их на новый, гораздо более глубокий уровень по своей инициативе. Так же, он впервые упомянул не только о экономическом, но и военном сотрудничестве, что изрядно удивило, и немного обрадовало Шикаку, который лучше других осознавал перспективы клана, способного порождать десятки гениев за год. Военный союз был по большей части односторонним, ибо в официальном договоре значился принципиальный запрет на участие главы клана Нара в каких-либо крупных военных столкновениях в защиту Клана Накаяма. Кеншин же обязывался направить немедленную военную помощь в случае столкновения клана Нара с вражеским вторжением, или непосредственной угрозы в отношении главы клана, и его семьи. В понимании Кеншина этого все еще было недостаточно, чтобы компенсировать потери клана Нара в подавлении недавнего заговора, о чем он напрямую и заявил в разговоре с Шикаку, ошеломив его до глубины души. После составления союзнического договора, один из оригиналов был помещен в клановое хранилище, а копия незамедлительно была направлена Хирузену, дабы это соглашение стало публичным заявлением о намерениях для всех кланов Конохи. ***** Покинув квартал клана Нара, Кеншин с гораздо более хорошим настроением, чем прежде, направился в еще одно, крайне немаловажное место, дабы окончательно завершить незавершенное дело. На этот раз привратник оказался гораздо менее конфликтным, и сразу узнав Кеншина, пропустил его внутрь, сопроводив до самого дома главы клана Инузука, после чего поспешно ретировался, дабы не попасть в немилость разъяренной женщины. Последние несколько недель матриарх клана Инузука казалась всем гораздо более раздраженной, нежели обычно. Никто не мог понять причину подобного настроения, и мало кто находил в себе смелость спросить ее об этом напрямую. Всем оставалось лишь грустно вздыхать, и мириться с переменчивым характером госпожи, не взирая на спонтанные вспышки гнева, и перманентное желание побыть одной. Кеншин был не в курсе подобных тонкостей, и едва не получил свою порцию праведного гнева от разъяренной от одиночества женщины. - Я что, не ясно сказала?! – Рявкнула Цуме, услышав чьи-то шаги, и едва обернувшись, выражение ее лица мгновенно изменилось. - Кеншин! – Шокировано воскликнула она, и едва не поскуливая от радости, ринулась в его объятья, совершенно не заботясь о том, что рядом могут быть другие люди. - Я тоже скучал… Прости, что так долго, но в этот раз я пришел забрать тебя с собой! – Решительно заявил Кеншин, и подхватил обрадованную женщину за бедра, позволив ей без труда сцепить ноги за его спиной. - Правда?! Это здорово! – Не в силах поверить в услышанное, воскликнула Цуме, и принялась неуклюже целовать и лизать его губы, щеки, и подбородок, едва справляясь с нахлынувшими на нее эмоциями. - Теперь ты, Накаяма Цуме окончательно и бесповоротно принадлежишь мне! – Властно заявил он, с крепко схватил ее за упругую, но достаточно небольшую задницу, после чего решительно разорвал ее штаны, и не желая сдерживать переполняющие через край эмоции, навеянные обоюдным желанием быть вместе, повалил ее на землю. Цуме была вне себя от радости, и не обращала никакого внимания на время, место, и способ близости. Единственное, чего она желала в этот момент – это быть рядом с Кеншином, а все остальное являлось второстепенным. Кеншин, не в последнюю очередь благодаря эмпатии, тоже загорелся огромным желанием к этой, давно не испытывавшей ласки женщине, поэтому не обращая внимания на то, что под ними цветочная клумба, окончательно раздел любимую женщину. Ее тело хоть и не являлось идеалом женской красоты, но было по своему прекрасно. Рельефные, крепкие мышцы, сильные связки, небольшая грудь, миниатюрная задница, и идеальные, крепкие ножки – все это в одно мгновение свело его с ума, и заставило превратиться в дикого зверя, готового заниматься этим на голой земле, посреди растущих цветов. Глава 396 Лежа на цветочной клумбе, и поглаживая крепкую, но очень гладкую спину Цуме, Кеншин обдумывал свои дальнейшие шаги. Изначально он планировал навестить правящую семью клана Хьюга, но осознавая сложность объяснений внезапного становления матриарха клана Инузука одной из его жен, понял, что на еще одно «приключение» у него нет ни сил, ни желания. И хотя по большому счету ему было плевать на внутренние проблемы клана Инузука, он понимал, насколько это важно для Цуме и Ханы. Однако устраивающего все стороны решения попросту не существовало, ибо держать вдали от дома своих жен на постоянной основе он был не согласен. К его радости, Цуме уже имела готовое, достаточно радикальное, и способное устроить огромный скандал, решение. Тем не менее, она была крайне решительной и прямолинейной женщиной, поэтому за следующие пол часа собрала совет старейшин, и беззастенчиво объявила о сложении своих полномочий, как матриарха клана Инузука. Воизбежание обострения конфликтной ситуации, Кеншин держался от этих событий подальше, но в любую секунду был готов среагировать. Однако этого не потребовалось, и Цуме, с каменным выражением лица, молча покинула клан, не обращая никакого внимания на преследующих ее старейшин. Сам Кеншин держался от нее на некотором расстоянии, и не желал, чтобы вся Коноха, а затем и весь мир начал трубить о «неслыханной наглости» в виде похищения главы крупного клана, и насильной женитьбе. У кучки старейшин был единственный шанс остановить «обезумевшую» главу клана, и попытаться действовать через высшее руководство АНБУ, в попытке запретить ее выход за пределы деревни, сославшись на необходимость принудительной проверки на вменяемость. Однако Кеншин предусмотрел этот момент заранее, и настойчивые мольбы старейшин к главе внутреннего гарнизона АНБУ не принесли никаких результатов, что едва не заставило их окончательно поседеть. Цуме в свою очередь, не смотря на внешнее безразличие, испытывала смешанные эмоции. Любовь к Кеншину хоть и была сильна, но воспитываемое десятилетиями чувство долга не могло быть отброшено в сторону даже такой волевой женщиной, как она. Как только Цуме покинула ворота Конохи и набрала предельную скорость, оторвавшись от преследующих ее старейшин, Кеншин наконец получил возможность подхватить ее с помощью телекинеза, и взмыть в небо, окончательно избавившись от погони. ***** Стоило Кеншину подумать, что неприятности этого дня закончены, как реальность преподнесла ему неожиданный, и крайне неприятный сюрприз, который хоть и был в некотором роде ожидаемым, но все же застал его врасплох. Находясь в нескольких десятках километров от фактических границ территории Клана Накаяма, Кеншин отчетливо ощутил огромный, коллективный страх нескольких десятков людей, проживающих в небольшой деревне внизу. Эта эмпатическая волна окатила его разум, словно ушат ледяной воды, и заставила его снизить скорость и высоту, после чего осмотреть деревню, состоящую из нескольких десятков домов. - Похоже бандиты потеряли всякий страх… - Едва сдерживая гнев, прошептал Кеншин, обращаясь к Цуме, и сосредоточился на детальном осмотре деревни. Беглый осмотр с применением псионики немного прояснил картину. Сорок семь жителей были собраны в одну группу, и находились на некотором подобии собрания. Их окружало семь крепких мужчин, двое из которых владели чакрой на уровне Генина. В нескольких десятках метрах от толпы, в куче лежало девять недавно убиенных людей. Благодаря развитой эмпатии, Кеншин без особого труда вычислил всех членов банды, и спустившись на землю, мгновенно сковал их телекинезом, прижав каждого из них к земле. Оказавшись в непосредственной близости с негодяями, он в считанные секунды смог уловить эмоции и мысли каждого, после чего испытал неконтролируемый гнев. Все мирные жители были в полнейшем шоке от произошедшего, и пока многие из них ошарашенно хлопали глазами, плакали или перешептывались, Кеншин провел расследование, вынес приговор, и привел его в исполнение. - Аааааа! – Дико завизжала молодая женщина, и поборов свой страх ринулась к телу одного из бандитов с расплющенной головой. - Н-нет! Д-демон! – Оторопев от ужаса, воскликнула пожилая женщина, и закрыв глаза своей внучке, схватила ее на руки, и бросилась бежать. - П-пощадите! – Не справившись с ужасом, умолял двенадцатилетний подросток, упав на колени перед Кеншином. Реакция народа стала для него огромным, крайне неприятным сюрпризом, и лишь несколько секунд спустя он с ужасом для себя, почувствовал истинные чувства и эмоции окружающих людей. В разуме молодой, бросившейся к телу «бандита» женщины мелькали различные картины и эмоции, среди которых было множество кадров совместной жизни с этим самым «бандитом». Пожилая женщина в свою очередь являлась матерью одного из убитых мужчин, а маленькая, хнычущая девочка на ее руках была его дочерью. Подросток же, стал свидетелем убийства своего старшего брата, и не мог сдвинуться с места. Многие из присутствующих не являлись родственниками убитых, но все еще предпочли паническое бегство, безумно опасаясь участи стать следующими жертвами безумного, кровожадного демона. - Стоять! – Прорычал Кеншин, и принудительно остановил каждого пытающегося сбежать. ***** Последующие шаги Кеншин предпринимал практически в автоматическом режиме, и едва сумел отвлечься от деструктивных, разъедающих его разум мыслей. Лишь после того, как прибыл отряд из города Накаяма, он смог отдалиться от бесконечного потока негативных эмоций. - Опроси всех. Выясни, почему некоторые из них внезапно обезумели. – Холодным тоном приказал он Двадцать Первому, как главе будущего развед-корпуса. - Есть. – Ответил тот, и скрылся в невидимости. - Тела убитых – изучить на всевозможные токсины, воздействие гендзюцу, или любые другие аномалии. Обо всем докладывать мне. – Приказал он Двадцать Второму, как одному из самых перспективных медиков под руководством Хитоми. - Есть. – Прекрасно осознавая необычайность ситуации, ответил он, и направился к своим людям. - Прочеши всю близлежащую область на предмет малейших странностей. – Приказал он Двадцать Шестому, как одному из лучших пользователей бьякугана, после чего повернулся к Ичиро, и добавил: - Обеспечь безопасность. - Есть. – Коротко отрапортовали оба, и незамедлительно двинулись в разные направления. Как только Кеншин остался один, к нему подошла долго молчавшая, и не умеющая поддерживать людей эмоционально, Цуме. Она не понимала причин столь большого беспокойства, о чем беззастенчиво и сказала. - Ты слишком сильно переживаешь. Никто не знал, что тела этих людей захвачены ёкаями. Лучшая помощь в этом случае – быстрая смерть. – Взвешенно сказала она, пытаясь подбодрить его в рамках своих умений. - Это были не ёкаи… Кто-то целенаправленно обманул мои чувства… Осталось выяснить кто посмел объявить войну Клану Накаяма… - Едва ли не выдыхая пар из ноздрей, прошипел Кеншин, желая немедленной, прямой конфронтации с невидимым врагом. Глава 397 Двумя часами ранее. В небольшой деревне под незатейливым названием Уго, кипела беззаботная, размеренная жизнь. Местные жители существовали сугубо за счет сельского хозяйства и небольшой рисовой плантации, десятилетиями не зная бед. С появлением в регионе Клана Накаяма деревня не только не скатилась до состояния хутора, но и начала постепенно развиваться. Жители получили доступ к более современным инструментам, а так же дефицитным продуктам питания в обмен на избыток риса, древесины, и небольшого охотничьего промысла. Однако мирная жизнь в деревне Уго оборвалась в ту секунду, когда из толстого дерева, стоящего на участке одного из домов, не выбралось странное, и пугающее существо с корневыми наростами, прикрывающими лицо. Ни один житель не мог увидеть или почувствовать незваного гостя, и Зецу без малейших сантиментов к местному населению, хладнокровно принялся воплощать свой план в реальность. Ощутив сигнал одного из расположенных в сотне километров клонов, он выявил самых крепких мужчин деревни, и нанес личный визит каждому из них, «наградив» их неизвестными семенами, способными за секунду врасти в человеческий организм, и взять его под контроль. Совершив задуманное, Зецу приказал своим марионеткам согнать всех жителей в одном месте, после чего спрятавшись глубоко под землей и дождавшись появления Кеншина, отдал приказ к действию, намереваясь окончательно прояснить характер одного из самых загадочных врагов. Все, что произошло далее – безумно его обрадовало, ибо хладнокровный и расчетливый враг был во много раз более опасным и непредсказуемым, чем тот, кому не наплевать на жизни случайных людей. Одно лишь это снизило уровень страха перед Накаяма Кеншином, и подтолкнуло Зецу к формированию гораздо более кровавого плана по уничтожению самого непредсказуемого человека этого мира. ***** «Отец, я кое-что нашел!» - Мысленно отчитался Двадцать Шестой, и Кеншин незамедлительно двинулся в направлении зова. - В мозгу троих из них я нашел вот это. – Заявил он, и протянул Кеншину маленькое зернышко размером с половину крупинки риса. Кеншин мгновенно подхватил странный предмет при помощи телекинеза, и шокировано раскрыл глаза, ибо в следующую секунду зернышко принялось стремительно истлевать, и распадаться на чистую чакру, не оставляя никаких следов. - Хорошо. Законсервируй их для дальнейшего изучения. Все остальное обсудим после того, как вернемся домой. – Безэмоционально ответил Кеншин, и более не желая находиться в этом проклятом месте, скомандовал всем остальным сыновьям «отбой». Он прекрасно понимал, что столь загадочный и невероятно опасный противник, как Зецу, даже в случае раскрытия сможет с легкостью сбежать от любого шиноби этого мира, поэтому обнаружение и поимка уверенного в своей анонимности врага, была не выгодна для самого Кеншина. Даже Нагато, не смотря на наличие риннегана, пугал его меньше Зецу, чьи способности выходили далеко за рамки представления всех шиноби этого мира, воспитанных на достаточно ограниченной школе ниндзюцу. Кеншин понимал, что Зецу является порождением существа другой цивилизации. Его «мать», Ооцуцуки Кагуя, не смотря на абсолютную бесталланность, как бойца – владела немыслимым арсеналом способностей, и не пользовалась печатями для применения техник, изменяющих окружающую реальность. Именно эти знания не позволяли ему зацикливаться на достигнутых вершинах. Даже Каге в его глазах являлись лишь муравьями, перед лицом поистине богоподобных персонажей, коих в клане Ооцуцуки было огромное множество. Каждый из них мог играючи уничтожить все Великие Деревни, не встречая серьезного сопротивления. И даже существо, созданное одной из представительниц их расы, было способно подвести весь мир к катастрофе. Единственное, что немного успокаивало Кеншина – это надежда на невозможность создания джинчурики десятихвостого в ближайшее время. Однако он все еще был уверен в неизбежности воскрешения Кагуи, в случае невозможности осуществления основного плана Акацуки. ***** Вернувшись домой, Кеншин незамедлительно занялся разработкой формации обнаружения, планируя перевести ее в четырехмерную плоскость, и окончательно исключить возможность проникновения кого бы то ни было. Он лишь бегло представил Цуме всем остальным, и попросил Хану позаботиться о матери, после чего заперся в своей мастерской, где до глубокой ночи проводил различные эксперименты и исследования, формируя структуру новой, во многом уникальной формации. И хотя фундаментальные концепты оставались неизменными, Кеншин создал на их основе совершенно новую формацию, используя лишь свои собственные, не похожие ни на что наработки. Это не значило, что в огромной вселенной не существовало других подобных формаций, но все они отличались друг от друга исходя из уровня знаний, понимания, и изобретательности своего создателя. Кеншин понимал, что для максимальной эффективности, подобный проект должен впитать затраты сотен и тысяч часов кропотливого, аналитического труда целых команд, состоящих из высокопрофессиональных мастеров создания формаций. В этом случае он не сомневался, что итоговая формация, даже с текущим уровнем знаний и способностей, сможет выйти далеко за рамки всего, что могло существовать на этой планете. Тем не менее, для текущих задач ему было достаточно того, что он успел осмыслить за восемь часов, под пятидесятикратным фокусированием, что на текущий момент являлось пределом для работы с четырехмерными формациями. Именно поэтому, к обеду следующего дня у него был готов устойчивый прототип четырехмерной «Формации Обнаружения», которая в первом же тесте показала результаты близкие к идеалу. Ни Двадцать Первый, со своей улучшенной невидимостью, ни Ичиро, с трудом прорвавшийся в пространство Камуи, не могли скрыться от обнаружения, и полной идентификации. Кеншин был приятно удивлен возросшей мощностью этой формации, и даже в самых смелых ожиданиях не мог вообразить подобный эффект. Дело оставалось за малым, и уже к вечеру он закончил нанесение Формации Обнаружения по фактической границе территории Клана Накаяма. Однако этот «подвиг» выжал из его разума последние соки, и сделал его неработоспособным до завтрашнего дня. Женщины в свою очередь были только рады подобному повороту событий, и с огромным удовольствием принялись виться вокруг любимого мужчины, не стесняясь в демонстрации любви, и накопленного за долгое время желания. Куроцучи хоть и не позволяла себе вульгарности, но практически влилась в дружную семью, беззастенчиво обсуждая любые вопросы, и тихонько хихикая, после раскрытия очередной «тайны» Кеншина. Темари, не смотря на недавнее пережитое потрясение, достаточно быстро подружилась с Макото и Карин, а так же, к удивлению Кеншина, нашла общий язык с Касуми, приемный отец которой убил ее отца. Касуми будто бы чувствовала небольшую вину перед светловолосой девушкой, и пыталась помочь ей в социализации, а Темари этому не противилась, с удовольствием приняв дружбу от равной по статусу, возрасту, и складу ума девушки. Цуме, вслед за дочерью, достаточно быстро нашла общий язык с Норико, после чего все трое стали ответственными за всю суматоху, шум, и громкий смех этого вечера. Кеншин не имел ничего против подобного «не женственного» поведения любимых жен, и время от времени их грубые, пошлые шутки смешили даже его. Цунаде в свою очередь сколотила свою собственную команду, в которую вошли Хитоми и Кохару, как две самые мудрые, и рассудительные женщины. Им очень не нравилась команда Норико, но все их «противостояние» заканчивалось лишь взаимными колкостями, без агрессии. К радости Кеншина, ни одна из женщин не оставалась без компании, ибо даже Мэюми и Кейко влились в плавающий коллектив, включающий Айю, Нацуми, и Касуми. Это было именно то, о чем он мечтал, представляя себе дом, полный большим количеством жен. Глава 398 Следующие несколько дней стали самыми спокойными за последний месяц, и позволили Кеншину заняться важными делами, не отвлекаясь на внешние раздражители, что положительно сказалось на эффективности его работы. К вечеру 577-го дня ему наконец удалось разгрести ворох организационных проблем, и утвердить политические и экономические соглашения, требующие его непосредственного внимания. На данном этапе развития, ему более не требовалось лично встречаться с главами городов и средних кланов, что экономило приличное количество времени, и редко вызывало недовольство противоположной стороны. Однако подобное недовольство не считалось чем-то важным в рамках стратегии всего Клана Накаяма, ибо Кеншин позволял своим сыновьям самостоятельно решать подобные вопросы, не прогибаясь и не уступая в стратегически важных местах. Параллельно с дипломатической работой, Клан Накаяма активно наращивал свою экономическую мощь, путем развертывания новых производств, и повышения квалификации рабочих на уже существующих производствах. На данный момент город Накаяма и его окрестности были полностью заточены на первичную обработку полезных ископаемых, и в первую очередь стали. Кеншин старался подготовить, как можно больше специалистов для развертывания десятков металлургических комбинатов, для скорейшего проведения первичной индустриализации. Для полноценного перехода целой страны во второй технологический уклад, минуя первый, Кеншин наметил основные пути развития, включающие в себя обучение специалистов, и развитие угольнодобывающей, и сталелитейной промышленности. Ключевым фактором успеха являлся мало-мальски квалифицированный персонал, и скорейшее строительство заводов с прокладкой сотен и тысяч километров железнодорожного полотна. С крайне полезными функциями способности «Создание Убежища», Кеншин мог приступить к началу воплощения этого плана в жизнь уже сейчас. Однако ни один из Кадзоку не согласился на столь «глубокие» экономические связи с Кланом Накаяма, требуя больше преференций, и подходя к этому вопросу не торопясь. Кеншина подобное промедление не просто не нравилось – оно выводило его из себя, и единственное, что сдерживало его от начала активных действий – полная занятость внутренними проблемами Клана Накаяма. Всю первую половину 578-го дня он потратил на совместную разработку и утверждение плана эксплуатации дроидов-работников, параллельно с этим решая вопрос создания нескольких заводов и комбинатов на границах внутренней территории Клана Накаяма, с постепенным включением в эксплуатацию, и обучением специалистов. В конечном итоге план был утвержден, и возложен на плечи неоднократно показавшего себя с лучшей стороны, Шестнадцатого. Он был одним из немногих сыновей Кеншина, который глубоко разбирался в теме тяжелой промышленности, и большую часть времени проводил на различных производствах, вникая в каждую деталь, дабы воплотить планы отца в жизнь. Настройкой дроидов-работников Кеншин заниматься не стал, и повесил все это на плечи Шестнадцатого, без строгих требований к срокам реализации проекта. Это было одним из самых явных маркеров изменившейся политики. Ранее Кеншин пытался сделать все сам, и даже делегируя полномочия, не мог не вникать в курс дела, тратя огромное количество времени и внимания на многие вопросы, которые могли быть решены без его участия. Насыщенные различными приключениями события последних нескольких недель, позволили ему по новой взглянуть на все происходящее, что вкупе с советами опытных Цунаде и Кохару позволило ему сделать окончательный шаг в создании автономной, самоподдерживающейся структуры. Его сыновья в свою очередь восприняли этот шаг совершенно спокойно, и в очередной раз настояли на том, что все поручения будут исполнены в лучшем виде, что не могло не успокоить удовлетворенного самостоятельностью и мудростью сыновей, отца. Единственным из оставшихся внутренних дел, требующих личного вмешательства Кеншина, был вопрос создания гвардии Клана Накаяма, способной уничтожать противника на несколько рангов выше себя. Этот вопрос потребовал присутствия на совещании Ичиро и Двадцать Первого, которые выдвигали свои предложения по улучшению и коррекции сформированного Кеншином плана. И если на первый взгляд сбор добровольцев на достаточно «хлебные» должности мог показаться очень простым, то в реальности дело обстояло куда сложнее, ибо в вопросе фигурировало слишком много внутренних секретов Клана Накаяма. Двадцать Первый, после прочтения огромного количества литературы по кадровой подготовке агентов лучших спецслужб Земли, полностью проникся философией «цель оправдывает средства», и без особых сантиментов предлагал сделать всех гвардейцев рабами Клана Накаяма, благо у Кеншина существовало несколько надежных способов. Тем не менее, даже Ичиро отнесся к этой идее с некоторым неприятием, но все еще был готов с ней согласиться, если бы не категоричная позиция Кеншина, который отказывался идти на подобные шаги, без тщательного осмысления альтернативных вариантов. Однако даже после часового обсуждения этого вопроса, никто не смог найти ни единого варианта, полностью исключающего возможность предательства и распространения ценных знаний за пределы клана. В конце концов Кеншин был вынужден принять сдержанно-радикальное решение, с регламентом установления ментальных закладок в разум каждого гвардейца на манер аналогичных методов контроля информации в Корне АНБУ. Это решение далось ему очень тяжело, и вынудило заняться тщательным осмыслением всех тонкостей и регламентов, с особым упором на щедрую компенсацию бойцам, решившимся навсегда отдаться служению Клану Накаяма. Помимо щедрой оплаты, Кеншин утвердил доселе неслыханные льготы и послабления, включающие полную заботу о семьях гвардейцев, и выплату жалования еще сотню лет после смерти храброго воина. В перечень льгот так же входили многочисленные обязательства по бесплатному обучению детей в гражданских или военных отраслях, включая академии шиноби, с щедрой стипендией и помощью с развитием. Едва услышав весь перечень льгот предназначенных гвардейцам, Двадцать Первый испытал шок и небольшую радость, ибо имея некоторый теоретический и практический опыт вербовки людей, он прекрасно осознавал вес подобных предложений, совершенно не сомневаясь в том, что необходимое количество из пятидесяти гвардейцев будет найдено менее, чем за месяц. ***** Утро 579-го дня выдалось для Кеншина достаточно напряженным, ибо события, к которым он тщательно готовился, претендовали на то, чтобы быть записанными в учебниках истории. С одной стороны у него было все, для публичного объявления своей позиции, и никто во всей Стране Огня не имел возможности помешать его планам. Тем не менее, в подобных вопросах он придерживался позиции пера, а не топора. К тому же, Ишимура Нобу являлся первым Кадзоку, увидевшим перспективы сотрудничества с Кланом Накаяма, и по мнению Кеншина, не заслуживал применения силовых методов воздействия. Тем не менее, после заключения достаточно тесного сотрудничества с Кланом Накаяма, Кадзоку Ишимура казалось бы добился желаемого, и не торопился заключать новые, гораздо более глубокие договоренности. Кеншин не был уверен наверняка, но подозревал, что пожилой глава рода Ишимура, попросту не нуждался в большем богатстве, и более того, не имел сил и возможностей, для того, чтобы потянуть больше инфраструктурных объектов на своей территории. Именно поэтому, после завтрака в кругу любящих женщин, Кеншин был вынужден отправиться в неофициальную столицу всего региона, цветущий город Ишимура, дабы раз и навсегда решить вопросы промедления развития Клана Накаяма. Глава 399 579-й день, город Ишимура. Не смотря на огромное трудолюбие, Ишимура Нобу являлся пожилым человеком, и попросту не мог игнорировать свое здоровье, поэтому был вынужден отдыхать большую часть дня, передав управление регионом в руки старшего сына, принимая участие только в решении самых важных вопросов. Полуденный сон во дворе роскошного особняка стал для него традицией, и в глубине души убеленный сединами мужчина был очень доволен тем, насколько стабильное управление ему удалось выстроить за долгие годы. Старший, и несколько младших сыновей достаточно хорошо справлялись со своими обязанностями, и практически не конфликтовали, что было невероятной редкостью в родах и кланах с ярко выраженной проблемой престолонаследия. Однако прекрасный полуденный сон под греющими лучами осеннего солнца был прерван внезапно появившимися из ниоткуда мужчинами, один из которых был хорошо знаком шокированному Кадзоку. - Нобу-сан, простите за такое бестактное вторжение, но в противном случае ваши подданные могли не верно истолковать мой визит, и совершить множество нежелательных для нашего крепкого сотрудничества, действий. – Сложив ладони вместе, и уважительно поклонившись, сказал Кеншин, после чего занял пустующее кресло. - Ч-что это значит, Накаяма-сан? – Не в силах скрыть подступивший к горлу ком, судорожно ответил старик Ишимура. - Вы ведь не против, если я не стану играть в этикет, и буду с вами откровенен? – Откинувшись на спинку кресла, и сцепив руки в замок на своей груди, спросил он. Эти слова буквально выбили старого Кадзоку из колеи, вынудив его на несколько секунд глубоко задуматься о том, что происходит. Он не имел ни малейшего представления о цели визита главы Клана Накаяма, и взглянув ему в глаза, осторожно кивнул. - Конечно, Накаяма-сан. Нет никаких причин ходить вокруг да около. – С натянутой улыбкой ответил Нобу, все еще опасаясь услышать нечто ужасное. - Дело в том, что я очень хочу изменить этот мир, и вашему Великому Роду Ишимура, представился шанс сохранить свое величие в веках, поддержав идеи и цели Клана Накаяма. – Неотрывно глядя в ясные глаза удивленного старика, возвышенно заявил Кеншин. - Я… Я не совсем понимаю, что вы имеете ввиду. – Оторопев от неожиданности, ответил Нобу. - Думаю вам стоит взглянуть на юридическую сторону вопроса. Документ уже составлен, и ожидает вашего подписания. – С улыбкой сказал Кеншин, протягивая старику лист бумаги, на которой стояла официальная печать Клана Накаяма. Вместо дальнейших вопросов, Кадзоку Ишимура принялся немедленно читать документ, и на первом же пункте ошеломленно выпучил глаза. Он не мог поверить в подобное, во всех смыслах наглое предложение, и не сдерживаясь воскликнул: - Вы сошли с ума?! Мой сюзерен – Миямото Масахидэ, и ваше «предложение» абсолютно неприемлемо! - Ишимура-сан, пожалуйста, дочитайте документ до конца. Все вопросы потом. – Со все той же дружелюбной улыбкой сказал Кеншин, и выпустил небольшую часть псионического давления. Этот намек подействовал на Кадзоку Ишимуру лучше ведра ледяной воды, и вынудил его благоразумнее подходить к ситуации, в которой он оказался. Единственным желанием Нобу в этот момент – было максимальное затягивание времени, дабы сильнейшие из его шиноби успели прибыть на помощь. Кеншин в свою очередь не слишком сильно надеялся на его сговорчивость и здравомыслие, прекрасно осознавая насколько недоговороспособным станет человек, в чей дом фактически вломились грубой силой. Тем не менее, все остальные варианты, за исключением самых радикальных – включали в себя еще большую эскалацию конфликта, и многочисленные, бессмысленные жертвы, с последующей ненавистью противоположной стороны. Юридическая часть договора так же, являлась лишь формальностью, ибо единственным аргументом в подобных вопросах было право сильного. Однако Кеншин все еще старался сохранить видимость приличий, и обозначить четкую позицию, закрепленную на бумаге. - Не двигайтесь, чужаки! – Спустя несколько длительных минут тишины, заявил появившийся из ниоткуда мужчина средних лет, заняв позицию между своим господином и Кеншином. - Нобу-сан, если вам так будет спокойнее – я не имею ничего против присутствия вашей личной охраны. – С улыбкой сказал Кеншин, не обращая никакого внимания на стоящего перед ним длинноволосого мужчину в кимоно. Его взгляд хоть и был направлен на главу личной охраны рода в ранге Джонина, но в то же время, он будто смотрел сквозь него. - Все в порядке, Акинао. Все нормально. – С небольшим облегчением сказал Нобу, чувствуя себя в относительной безопасности. На некоторое время воцарилось неловкое молчание, и Кеншин, прекрасно осознавая что будет далее, дал противоположной стороне время на обдумывание ситуации, и принятие правильного решения. - К сожалению, Накаяма-сан, ваши условия меня не устраивают. Предлагаю вам покинуть мое скромное жилище, и забыть об этой встрече, как о недоразумении. – Спустя минуту молчания сказал Нобу, с трудом натянув дружелюбную улыбку. - Ишимура-сан, вы верно не правильно меня поняли. Договор всего лишь ширма для того, чтобы вы сохранили лицо. На самом деле у вас нет выбора. – Все так же беззаботно сказал Кеншин, расслабленно глядя в глаза пожилому мужчине. - В-вы! – Изумленно воскликнул Нобу, и не успев выкрикнуть что-то еще, ощутил у себя на плече тяжелую руку Акинао, который спустя мгновение наклонился к его уху, и прошептал что-то настолько безрадостное, что цвет лица Кадзоку стал пепельным. - Кажется ваш человек уже осознал, что Клан Накаяма имеет все возможности для подобных ультиматумов. – Прокомментировал Кеншин, после чего с сожалением вздохнул, и добавил: - Однако, поймите меня правильно. Я здесь не для того, чтобы вас грабить. Я здесь для того, чтобы сделать вас гораздо богаче. - Богаче?! Вы собираетесь отнять священное право независимости и суверенитета Кадзоку внутри собственных границ! Это уничтожит мой род! – Отчаянно воскликнул Нобу, хлопнув по деревянному столику. - Вы ошибаетесь. То, что у вас будет новый советник – совершенно не значит потерю влияния вашего рода. Как только ваши сыновья будут готовы встроиться в новую мир систему, управление регионом вернется к вам в полном объеме. – Взвешенно ответил Кеншин. - К тому же, Нобу-сан. Особый статус вашего рода позволит всем вашим потомкам сохранить за собой право собственности на большую часть существующих активов, и им попросту не будет нужды окунаться в грязь политических игрищ. – Заявил Кеншин, не оставляя попыток убедить разгневанного старика. - Деньги – это меньшее, что меня волнует! Власть, влияние, и статус! Если я соглашусь на это самоубийство – мой род все это утратит! – Не в силах унять свое недовольство, восклицал Ишимура Нобу. - Отчасти вы правы. Текущий уровень власти Кадзоку сохранить невозможно… Однако, я вас уверяю, через двадцать лет, ни у кого в мире не останется подобного уровня власти. Можете мне не верить, но у вас и у вашего рода нет выбора. – Гораздо более холодным тоном заявил Кеншин. Кадзоку Ишимура хотел что-то воскликнуть, но раз за разом сдерживался, глубоко задумавшись обо всей ситуации, в которой ему не посчастливилось оказаться. Он безумно сильно хотел нагрубить, нахамить, и решить все это грубой силой, но здравый смысл, и инстинкт самосохранения уберегли его от подобной глупости. - Мне нужно обсудить это с советниками. – Хмуро заявил Нобу, после очередного прочтения договора. - Хорошо. У вас есть час на раздумья. Однако, настоятельно не рекомендую совершать глупости, иначе вы утратите статус друга Клана Накаяма, и новый договор будет совершенно иным. – Со все той же, дружелюбной улыбкой заявил Кеншин, от чего Ишимура Нобу испытал страх. Глава 400 - ЧТО?! Накаяма?! Да кто они такие, чтобы диктовать нам условия?! – Пылая от ярости, воскликнул высокий, коренастый мужчина средних лет с заплетенными в хвост черными волосами. - Отец, Ринтаро прав! Нужно срочно оповестить Дайме, и потребовать его защиты! – Поддержал старшего брата нахмурившийся молодой мужчина с пугающим шрамом на пол лица, и блестящей лысиной. - Я уже отправил просьбу о помощи, но в данный момент нам нужно обозначить свою позицию. – С тяжелым вздохом ответил Нобу, чувствуя себя фарфоровой куклой, оказавшейся на пути кузнечного молота. - Этот ублюдок! Мы ведь протянули руку помощи его проклятому клану, и помогли ему заработать миллионы рё! – Гневался старший сын, и без пяти минут новый Кадзоку восточной части Страны Огня. - Хватит. – Властно заявил Нобу, и недовольно взглянув на обоих сыновей, добавил: - Я собрал вас не для того, чтобы вы, словно собаки, лаяли на тигра за забором! На кону стоит не просто самоуважение, но и существование всего нашего рода! Услышав резкие, но предельно понятные слова отца, оба брата пораженно замерли. Их глаза расширились от удивления, стоило им задуматься о том, что ситуация вышла далеко за рамки торгово-экономических соглашений, где были уместны эмоции. - Э-это ведь не может быть правдой?.. Они не посмеют! В противном случае Дайме и Хокаге будут вынуждены вмешаться, и казнить весь его клан! – Эмоционально воскликнул Данро, утерев пот с блестящей лысины. - Я уверен, что не посмеют. Но если ситуация выйдет из под контроля, произойти может все, что угодно! Поэтому приведите свой разум в порядок, и не позволяйте своему языку стать лестницей, по которой беда придет в наш дом! – Мудро отчеканил Нобу, чем вызвал понимающие, уважительные кивки сыновей. - Отец как всегда прав! Какими бы безродными не были эти ублюдки, мы не имеем возможности игнорировать их силу… - Сжимая кулаки, заявил Ринтаро. Именно в этот момент дверь в совещательную комнату громко отворилась, и внутрь суматошно вбежал пожилой мужчина, незамедлительно упав на колени, и протянув свиток главе рода, отчитавшись об успехе: - Господин! Уважаемый Дайме дал свой ответ! На долю секунды в помещении воцарилась гробовая тишина, после чего Ишимура Нобу, едва ли не трясущимися руками схватил протянутый свиток, приказав старейшине покинуть помещение. - Ну же, отец, что там написано? – Не в силах унять съедающее его изнутри любопытство и предвкушение. Нобу в свою очередь посетило дурное предчувствие, однако будучи не молодым, и крайне опытным человеком, он достаточно быстро взял себя в руки, и уняв дрожь, раскрыл свиток. - О-отец! – В унисон воскликнули два ошеломленных брата, и ринулись к рухнувшему в кресло отцу, который выглядел так, словно за одно мгновение постарел на десять лет. - Все кончено… - Прошептал Ишимура Нобу, и уставился в пустоту. ***** - Ишимура-сан, перестаньте драматизировать. У вас такое выражение лица, словно я какой-то бандит, решивший отнять ваше имущество… - Со вздохом сказал Кеншин, откинувшись на спинку кресла, и глядя в безрадостные глаза старого Кадзоку. - Будто бы это не так… - Едва слышимо пробормотал Нобу, ошеломив обоих сыновей, которые уже намеревались извиниться за эти слова, однако Кеншин не выразил никакого возмущения, и лишь улыбнулся. - Нет, Ишимура-сан, это не так. У меня нет цели обижать ваш Великий Род, или лишать его суверенитета, однако новый мир требует новых порядков, и централизованного управления с развитием плановой экономики. – Взвешенно ответил Кеншин, игнорируя достаточно оскорбительные и крайне неприятные мысли членов рода Ишимура. - Чем вас не устраивает существующая модель? Сотни лет наши предки жили именно так, и справлялись со всеми задачами! – Эмоционально воскликнул Нобу, от досады заскрежетав пожелтевшими зубами. - Задачи последних сотен лет судя по всему заключались в обеспечении хорошего уровня жизни для всех лордов, путем высасывания жизненных соков у остального населения… - Саркастически подметил Кеншин, удивив присутствующих, и продолжил: - Не то чтобы меня сильно волнует благосостояние крестьян, однако на них держится весь наш мир. Если держать их вечно голодными, невежественными, и уставшими – ни о каком развитии не может быть и речи. – Приправив свою возвышенную речь эмпатическим воздействием, закончил Кеншин. Эти слова произвели глубокое впечатление на всех присутствующих, и заставили их задуматься о каждом слове и смысле, вынуждая отца и двух сыновей анализировать столь необычную точку зрения. - И что теперь? Род Ишимура должен отойти в сторону, чтобы не мешать вашему наместнику? – Слегка поубавив недовольство, спросил Нобу. - Нет, вовсе нет, Ишимура-сан. Никто не ждет от вас подобных шагов. Более того, я надеюсь на то, что Ринтаро сможет понять все новые принципы, и необходимость в советнике от Клана Накаяма попросту отпадет. А до тех пор я надеюсь на ваше понимание, и соблюдение рекомендаций со стороны моего клана. – С улыбкой сказал Кеншин, и постукивая пальцами по столу, продолжил: - В данный момент я не жду от вас быстрых решений, но все замороженные проекты Клана Накаяма должны быть немедленно одобрены. Так же, вам необходимо сформировать дипломатическую группу, уполномоченную на заключение договоров от вашего имени. Новейшие концепты должны быть реализованы в самые короткие сроки. – Серьезным тоном заявил он, совершенно незаметно для окружающих перейдя к приказному тону. - А как быть с Дайме? На данный момент род Ишимура имеет огромное количество договоренностей и вассальных обязанностей перед родом Миямото… - С очевидным намеком сказал Нобу. Даже в столь неприятной ситуации, в первую очередь он думал о выгоде. - Все обязательства рода Ишимура перед родом Миямото аннулированы. Если возникнут какие-либо проблемы, направляйте всех ко мне. В случае силового воздействия… В ближайшее время я позабочусь об усилении защиты всего региона. – Серьезным тоном заявил Кеншин, по сути давая обещание защиты первому вассалу. Обсудив еще некоторые организационные моменты, Кеншин в сопровождении молчаливых, но крайне угрожающе настроенных сыновей, покинул родовое поместье рода Ишимура, а Нобу, Ринтаро и Данро до глубокой ночи обсуждали сложившуюся ситуацию, и решали, каким образом весь род Ишимура должен жить и процветать в дальнейшем.