В мире Наруто с Системой Патриарха

Глава 459 — Интересно, зачем уважаемый Хокаге собрал нас всех вместе… — Предвкушая нечто очень хорошее, пробормотал тучный мужчина средних лет, пытаясь не упускать из виду все ходы и выходы, дабы иметь возможность первым среагировать на появление Хирузена, и выказать ему свое уважение. — Хокаге? Мне сообщили, что нас собрали для встречи с главой клана Накаяма… — Удивленно прокомментировал тощий мужчина, сидящий за соседним столом, и чувствующий себя в относительной безопасности, ибо помимо него, за столом сидело двое телохранителей в ранге Джонина. — Клан Накаяма? С чего вдруг мы все должны с ним встретиться? Не самое лучшее время для заключения бесполезных торговых соглашений! — В раздражении заявил старик, и поднявшись на ноги, приказал сопровождающим следовать за ним: — Я, Гото Исаму, уж точно не нуждаюсь в подобной встрече! Однако, стоило ему сделать несколько шагов, как с парадного входа показалось трое человек, приковавших к себе внимание. Даже глава клана Гото, старик Исаму не мог скрыть удивление в глазах, и замер на месте. — Вы правы, Исаму-сан. Сейчас действительно, не самое подходящее время для заключения торговых соглашений… Однако, дело по которому я собрал вас всех — куда серьезнее. А по сему, пожалуйста, сядьте на место. — С легкой улыбкой, уважительно сказал Кеншин. — Хм! Хорошо, Накаяма-сан, из уважения к вам, я пожалуй останусь. — Пытаясь не потерять лицо, возвышенно заявил старик, после чего проследовал обратно к своему столу. Тем не менее, его поведение было предельно понятным для каждого из присутствующих, ибо в ситуации, когда противоположную сторону сопровождали двое Элитных Джонинов, показная гордость уходила на второй план, а глаза самого родовитого аристократа, внезапно начинали видеть в этом человеке равного. — Я благодарю уважаемых господ за отклик на мое приглашение. В условиях того, что вы пережили прошлой ночью — это демонстрация большого уважения к моему скромному клану. А по сему — можете не сомневаться в выгодах, которые принесет наша маленькая, судьбоносная встреча. — Усевшись на большое кресло во главе самого роскошного стола, с улыбкой заявил Кеншин. Лесть и уважительное обращение произвело на присутствующих очень приятное впечатление, ибо клан, обладающий одним Элитным Джонином мог занимать главенство даже в столице целой страны, а двое Элитных Джонинов в подчинении могли обеспечить любому клану непреодолимое превосходство над всеми остальными, что полностью избавляло лидера клана от надобности в бессмысленном уважении к нижестоящим. — И все же, вы наверняка заинтересованы в причине этого собрания?.. — Легким, очень мягким тоном спросил Кеншин, после чего, церемониально продолжил: — Все очень просто. Томико-сан, прошу вас. Глаза всех присутствующих автоматически проследили за движением руки Кеншина, которая указывала на вошедшую в зал, скромно одетую женщину. На ней было классическое, церемониальное, траурное одеяние, а голова была прикрыта крайне необычным головным убором, представляющем из себя нечто похожее на платок. — Т-Томико-сан? — Удивленно воскликнуло несколько человек, узнавших в вошедшей женщине, главную жену Дайме. При виде живой и здоровой жены Миямото Масахидэ, некоторые из присутствующих, и в том числе Гото Исаму, пропустили удар сердца. Все их возникшие за столь непродолжительное время амбиции ощутимо дрогнули, а коллективное, подсознательное желание ей смерти с головой накрыло чуткого к подобным вещам, Кеншина. К всеобщему удивлению, Миямото Томико не произнесла ни слова, и заняв место неподалеку от Кеншина, молчаливо уставилась вникуда, всем своим видом демонстрируя крайнюю степень скорби по безвременно ушедшему мужу. — Гибель великого героя и защитника Страны Огня, Миямото Масахидэ — оставила огромную травму на сердце каждого из нас… — Голосом наполненным сожаления, сказал Кеншин: — Именно поэтому мы с вами должны сделать все, чтобы старания Дайме не прошли напрасно, а его великий род не сгинул в пучине истории… — Вы правы, Накаяма-сан! Вы правы! — Громко воскликнул мужчина средних лет, лишь немного проникнувшись этими словами. Однако, быть первым в одобрении позиции столь могущественного человека, само по себе являлось возможностью, вне зависимости от того, что он думал на самом деле. — Кхм… Гибель нашего многоуважаемого Дайме — это трагедия, которая станет рубцом на сердце этого старика… Однако, Накаяма-сан, мы все еще не услышали причину собрания… — Высказавшись о себе от третьего лица, заявил глубоко пожилой мужчина с обвисшей кожей и пигментными пятнами на некоторых участках лица. — Причина проста, Окада-сан. — Ответил ему Кеншин, изрядно удивив старика степенью осведомленности: — Я здесь для того, чтобы поддержать справедливую преемственность власти, и обязать вас выполнить свой жизненный долг. Стоило ему произнести эти слова, как весь зал наполнился тихими перешептываниями, и удивленными возгласами, которые переросли в настоящий гул непонимания и неодобрения. — При всем уважении, Накаяма-сан, но у моего рода Фукуда, нет никаких долгов перед госпожой Томико… Мне очень жаль, но я не считаю уместным разговор о подобных вещах без тщательного осмысления. — Покачав головой, заявил лысый, на вид пятидесятилетний мужчина, являющийся главой крупного, владеющего большей частью рыбных промыслов всего северного региона. Гото Исаму придерживался ровно такой же позиции. Однако, всю свою жизнь он привык доверять своей интуиции, которая ни раз помогала ему избегать беды. И в этот раз, она буквально кричала об опасности публичного несогласия с выдвинутыми требованиями, от чего старик, в очередной раз решил помолчать, и проследить за развитием событий. — Что же, Фукуда-сан, в таком случае, не смею вас больше задерживать… — С глубоким сожалением в голосе заявил Кеншин, ошеломив присутствующих: — Есть ли желающие последовать за ним? — С улыбкой добавил он. — Накаяма-сан, честно сказать, я думаю, что Фукуда прав. Мой скромный род Окада, так же, выполнил все обязательства перед Миямото Масахидэ, и не желает присягать кому-либо другому. — Покачав головой, заявил глубокий старик, в чьих глазах было сокрыто предвкушение. Он чувствовал небольшую опасность, но решил рискнуть попасть в немилость Кеншину, ради возможности освободиться от подчинения роду Миямото. — Конечно, Окада-сан. Вы вправе самому решать подобные вопросы, и теперь, вы так же, как и Фукуда-сан, свободны от своих прошлых обязательств. — Мягким тоном сказал Кеншин, утвердительно кивая. Это вынудило некоторых из присутствующих глубоко задуматься о том, чтобы последовать примеру обоих стариков, но нереалистичность происходящего, все еще отталкивала самых опасливых, от столь радикальных заявлений. Один мужчина средних лет хотел было подняться из-за стола, и так же, заявить о несогласии подчинения, но был спешно схвачен за руку другим мужчиной, который, являясь главой влиятельного рода, по совместительству являлся его другом детства. — Не вздумай… — Тихо прошептал он своему другу, и силой усадил обратно, опасливо озираясь по сторонам, в надежде, что их действия не привлекли лишнего внимания. — Отец, почему ты молчишь? Это великолепный шанс! — Тихо шепнул молодой, двадцатилетний на вид парень, своему убеленному сединами, отцу. — Замолчи! — Шикнул на него старик, и так же, заозирался по сторонам. Многие хотели заявить о своей независимости, но никто, за исключением двух стариков, так и не решился на столь опасную авантюру, даже под предлогом дружелюбия главы крупного, и очень сильного клана. — Похоже, что вы, Фукуда-сан, и вы, Окада-сан — Взглянув сначала на одного, затем на другого, сказал Кеншин: — Являетесь единственными, кто публично отказались от присяги. — Заявил он гораздо менее дружелюбным тоном. — Как я и говорил, отныне вы, и ваши славные рода — свободны от всего, включая ваши жалкие жизни. — Со зловещей улыбкой добавил Кеншин. — Ч-что?! — В изумлении прохрипел старик по фамилии Фукуда, и в следующее мгновение его голова покатилась по красивому, деревянному полу роскошного церемониального зала. Пуф! Пуф! Пуф! Две катящиеся по твердому полу головы, создавали невообразимый звуковой контраст с замолчавшими главами родов и кланов, которые в глубоком изумлении не могли вымолвить и слова. — Что касается всех остальных — как я и говорил, это собрание принесет вам большие выгоды, и все имущество гнусных предателей должно быть немедленно переведено в распоряжение славных защитников Великой Страны Огня, коими являетесь вы все. — Возвышенно заявил Кеншин, и прогуливаясь между рядами дрожащих на своих местах людей, похлопывал некоторых из них по плечу, словно те являлись не главами родов и кланов, а были, не более чем несмышлеными юнцами перед лицом старейшины