Ведьма

Коснись губами глаз моих, Дай мне проснуться и прозреть...

Света нашла её зимой в лесу. Она лежала, сжавшись в комочек, под пушистой ёлкой и почти совсем окоченела от холода, но в груди ещё теплилось слабое дыхание и жизнь. Скинув с волокуш нехитрую поклажу - сучья и ветки, Света погрузила свою находку и поволокла домой. Благо дом был недалеко, на лесной опушке. Везти было тяжело, снегу в этом году насыпало много. Проваливаясь в нем по колено, Света упорно шла, волоча за собой самодельные саночки. Дома сняв с девушки верхнюю одежду, стянула теплую шаль и огненно рыжие волосы рассыпались по плечам. Девушка была худенькая, даже вся какая-то иссохшая, как от тяжёлой болезни. Бледное лицо, закрытые глаза, ледяные ладошки. Щёки были обморожены и оттого сверкали ярким нездоровым румянцем. Нужно быстро нутряным салом намазать, что б даже следов не осталось, Света ловко управлялась, натирая лицо свиным жиром. Пока переодевала её в теплую одежду, вспомнились предсказания русалки на русальей неделе. Света купалась в озере, а та ухватила её за ногу и все норовила на глубину утянуть. Щекотала, да только Света щекотки не боялась. Отпустила тогда русалка девушку. - Сильная ты! Судьбу скажу, хочешь? - Не хочу ничего знать! Как будет, так и будет! – рассердилась Света. - Я всё одно, скажу, не хочешь, не слушай. Света заткнула уши, но русалий голос прямо в голове звучал. - Деву молодую встретишь, любая твоя зазноба будет. Да только сгинете обе, пропадёте! Света выбралась уже на берег, скинула мокрую рубаху, натянула сарафан, быстрым шагом пошла к дому, раздумывая над русалкиными словами. - Надо ж такое удумать! Деву! Да ещё, что полюбится мне! Да быть такого не может! А вот и правда ей девушку, видимо сам Берендей послал, не хотела ведь Света в лес за валежником сегодня идти, а пошла! А там – вот такая находка. Несколько дней девушка не приходила в себя, металась в горячечном бреду, исходила пОтом, что-то бессвязное шептала пересохшими губами. Света меняла одежду, обтирала травяными настоями, смачивала губы. Пыталась влить сквозь плотно сжатые зубы хоть ложечку тёплого молока. Прошла уже почти неделя, а девушка всё не приходила в себя. В тот день Света проснулась раньше обычного и стала привычно хлопотать по дому, принесла воды, затопила печку, когда услышала вопрос. - Зачем? – прохрипела Найдёнка. - Ой, ты очнулась? Вот и славненько, вот и хорошо, - Света засуетилась возле девушки, - а что зачем-то, я не поняла? - Спасала меня зачем? - Так ты ж замерзла почти до смерти там! – воскликнула Света и возмущенно всплеснула руками. - Так я и хотела…чтобы до смерти. Помешала зачем? Кто просил? – прохрипела девушка. - Ишь, удумала чего! Больно молода да красива, что б об смерти говорить, - Света тем временем ловко натягивала на девушку тёплые носки, подала темную юбку и цветастую кофту, - давай помогу, у тебя ж сил то совсем нет. Света управлялась очень быстро, причесала гребешком густые красивые волосы, в один миг заплела тугую косу, принесла миску с теплой водой и умыла девушку, вытерла насухо рушником. Найдёнка сидела, низко опустив голову. - Ну вот, теперь поесть тебе хоть немножко нужно, а то вона кожа да кости. Звать-то тебя как? Кто ты, да откудова? – Света принесла кружку парного молока. Девушка только губы смочила, не стала пить и отставила кружку в сторону. - Дианой меня звать, ведьма я, за то и из деревни родной прогнали, - девушка невесело усмехнулась, и еще ниже наклонила голову. - Настоящая ведьма? – у Светы глаза стали круглыми как плошки, но не от страха, нет, просто она никогда не видела настоящих ведьм. - Нет, конечно, - усмехнулась Диана, в деревне скот стал дохнуть, пожары стали случаться, а я травы разные собирала, меня бабка научила, коренья разные, в родах помогала, вот кто-то один сказал – "вона она рыжая ведьма виновата", другие подхватили, чуть кольями не забили, насилу вырвалась. Три дня по лесу шла, потом совсем силы оставили, решила, зачем жить, да и где жить. Легла под ёлку и тут так тепло мне стало, в сон уволокло. Ну, а очнулась я уже здесь. - А меня Светланой кличут, я тоже травами занимаюсь, людей лечу. А пожить, пока не оправишься, у меня можешь, изба свободная, одна живу, мамка с тятей давно уж померли, одна я на всем белом свете. А там, глядишь, и насовсем оставайся, всё вдвоем сподручнее и веселее. Диана подумала о том, что идти ей совсем некуда, и решила остаться, пока приглашают. Огляделась вокруг, в доме было очень чисто. Кухонька и две комнаты были наполнены тускловатым светом и едва уловимыми, приятными запахами. И Диана вдруг почувствовала голод, а Света тем временем суетилась, накрывая на стол – молоко в крынке, свежий хлеб, ловко достав из печи чугунок, насыпала в миски разварной рассыпчатой гречи. У Динки прямо слюнки потекли, до чего ж вкусно и аппетитно запахло по всему дому ароматной гречей. - Ну, давай-ка за стол, а то вона одни мослы остались, откармливать тебя буду, - Света помогла Динке дойти до стола, бережно поддерживая девушку за поясницу.