obsession

Был приятный летний вечер, лучи закатного солнца мягко освещали подоконники и полки магазина. Сотрудники то и дело сновали туда-сюда, составляли отчеты или занимались своими делами. Рабочий день уже подходил к концу. Такемичи расставлял коробки с CD-дисками в нужном порядке, напевая себе под нос какую-то мелодию. У него было просто прекрасное настроение. Сегодня после работы они с Наото планировали заскочить в бар, дабы выпить пару рюмок и расслабиться. Колокольчик над дверью звякнул, оповещая о приходе каких-то запоздалых клиентов. — Извините, наш магазин уже закрыт, приходите завтра, мы будем рады вас ви… — как по бумажке чеканил Ханагаки, на автомате делая тон доброжелательным, но его поток слов беспардонно прервали. — Ты Ханагаки Такемичи? — раздался грубый хриплый голос, который заставил Ханагаки остановиться. Его взгляд быстро скользнул по двум высоким амбалам в строгих костюмах. У одного из них был шрам на половину лица, проходящий через глаз, второй был со странными усами и бородкой. Эти двое нисколько не внушали доверия, потому Ханагаки решил поспешно ретироваться. — Извините, вы ошиблись, — с легкой полуулыбкой произнес он, разворачиваясь и уходя прочь. — Слышь, Мочидзуки, у него же на бейджике написано, — в следующее мгновение крепкая рука грубо схватила его за плечо, разворачивая обратно. «Сука… Ненавижу свою работу», — подумал Ханагаки, буквально вцепившись в пачку с CD-дисками, будто та как-то спасет его. — Реально. Слышь, пацан, а врать-то нехорошо, — поддержал второй. — Кто вы такие? Я сейчас вызову охрану, — уверенно произнес брюнет, хмуря брови. Мужчина со шрамом молча достал листок из портфеля и передал Ханагаки. Тот отложил упаковку с дисками, внимательно вчитываясь в мелкий текст. И чем дальше он читал, тем сильнее округлялись его глаза. — 26 миллионов йен?! невозможно, мой отец… проиграл такие деньги? — голос Такемичи дрогнул и стал тише, в груди разрасталось чувство тревоги. — Но он ведь умер… — Правильно, поэтому расплачиваться с долгом придется тебе, — произнес мужчина со шрамом на лице. — Но у меня нет таких денег, — осевшим и полным отчаяния голосом произнес Ханагаки. — А вот это уже не наши проблемы, малец, — хмуро сказал мужчина с бородкой, затем сунул руку в карман и, вытащив оттуда сотовый телефон, набрал чей-то номер. В трубке послышались гудки. — Добрый вечер, босс, да, мы нашли его, но этот мальчишка сказал, что ему нечем выплачивать долг. Да. Да, вас понял, босс. Хорошо. Завершив разговор, мужчина выключил телефон и положил его в карман пиджака. После этого оба без слов подошли к ничего не понимающему Такемичи и схватили его под руки. — Нет, отпустите меня! Что вы делаете?! — срывая голос, кричал тот, а они и глазом не моргнули, быстро выволакивая Ханагаки из магазина. Как назло, остальных сотрудников будто бы ветром сдуло. Возмущению их наглости не было предела. Разозлившись, Такемичи со всей силы наступил на ногу мужчины с бородкой, из-за чего хватка слегка ослабла. Парень высвободил одну руку, но амбал со шрамом на пол лица тут же скрутил ему другую, чуть не сломав ее, заставляя Ханагаки вскрикнуть от боли. — Я ж тебе все зубы выбью, щенок, — злобно проскрипел другой, опасно надвигаясь на испуганного юношу. — Босс попросил предоставить его целым и невредимым, — произнес шрамированный, кладя в рот сигарету. — Хотя, признаться, у меня и у самого уже руки чешутся. Далее они продолжили свой путь. Такемичи понимал, что сейчас он не сможет ничего сделать, ведь эти двое громил в разы сильнее его. Не оставалось ничего, кроме как смириться со своей нынешней участью. Уже нисколько не сопротивляющегося и поникшего парня затолкали на заднее сидение машины, связав перед этим запястья плотной веревкой. Черная иномарка мгновенно тронулась с места, оставив лишь клубок серого дыма в воздухе.