hide and seek

в комнате пахнет острыми специями из пакетиков, которые всегда кладут в придачу к рамёну, и соевым соусом, когда тэхён тихо закрывает дверь в их общажую комнату после свого побега. на фоне гудят голоса из какого-то шоу про искусство фотографии, которое чонгук иногда включает по выходным, из угла комнаты почти не слышно доносится пение. тут спокойно. тихо и весьма уютно, как часто бывает по вечерам, когда они едят булочки, припрятанные с полдника, делают домашку, засиживаясь до ночи, и что-то обсуждают, не боясь быть застуканными. как ему объяснить чонгуку, где он был последние сорок минут, всё ещё оставалось важным вопросом, ответить на который тэхён не знает как. с одной стороны, ему лучше соврать, потому что альфе не составит никакого труда сдать его учителям, а дальше уж и отцу, но а с другой, тэхёну не хочется портить какие-никакие складывающиеся взаимоотношения с парнем. тот порою весьма специфичен, как и многие альфы, но тэхён не придаёт этому большого значения. если честно, чонгук самый комфортный сожитель из всех, что мог бы быть. и это скорее не комплимент ему, а просто вынужденные обстоятельства искать меньшее зло. старший не причиняет ему неудобств и дискомфорта (до тех пор, пока тэхён не начинает думать о гонах и течках), с ним о многом можно поговорить, хоть ещё и не все темы ими изведаны. — even though we're going through it, — признаться честно, у чонгука чистый и красивый юношеский голос. он подпевает своим мыслям, особо не стараясь вытягивать высокие ноты, — аnd it makes you feel alone just know that I would die for you, — слышится щелчок ручки, — baby i would die for you, yeah. — красиво поёшь, — прерывает его тэхён, облокотившись на стену. — какого чёрта. — пугается чонгук, вздрогнув над конспектами по правоведению. в растянутой домашней одежде с растрёпанными волосами он скорее походит на бету, чем на бесстрашного альфу. старший берётся рукой за сердце, корча рожицу истинного страха и громко возмущается, — й-а, тэхён, зачем ты так? — извини, — коротко усмехается омега, отлипая от стены. ему немного неловко от взгляда чонгука, который рассматривает его с ног до головы. в воздухе витает напряжение, и это сбивает омегу с толку. — эм, — произносит чонгук. иногда неловкий, когда они наедине, немного тормозящий в каких-то бытовых моментах, теперь сидит и не знает, как продолжить разговор. омега отчетливо понимает, какой именно вопрос хочет задать чонгук, но специально медленно переодевается в ванной комнате, умывает лицо и садится за свой рабочий стол, спиной к альфе, который так и не продолжает учить конспекты. тэхён ведёт себя так, будто бы не пропал неизвестно куда почти на час, будто так и должно быть. но он знает, что чонгук знает. и если не знает, то догадывается, где он был. возможно, ему бы стоило быть честным соседом, рассказать о дырке в заборе, о том, что в следующий раз они могли бы пойти вместе, но альфа для него всё ещё незнакомец, а тэхён всё ещё один среди альф в состоянии бунтующего пубертата. поэтому тэхён, немного нервничая, раскладывает учебники по полкам и открывает ежедневник с записанными домашними заданиями. чонгук сзади него поджимает губы и утыкается взглядом в немного кривой почерк на белой бумаге. вот и поговорили.

**

— не хотелось бы вас расстраивать, но результаты самостоятельной, которую мы проводили в начале недели, меня совсем не порадовали. — с этих слов начинает утро среды учитель по математике. альфы недовольно гудят в ответ на эту фразу, кто-то в бессилии падает на парту, раскидывая руки куда придётся, парочка из них тяжело вздыхает, будто на их плечи опустился тяжкий груз двух мешков с картошкой. конец марта. погода с каждым днём становится всё лучше, ученики грешат перебежками в лёгких рубашках и штанах до школы, вся она понемногу включается в трудную работу — пережить ещё один учебный год. для тэхёна и его любимых одноклассников он будет последним, который они проведут в школе. в последний раз будут есть в школьной столовой, в последний раз будут слушать об омежках на руках от учителя физкультуры, в последний раз увидят друг друга. и самостоятельные по математике тоже. тэхён слегка хмурится на заявление учителя, начиная вспоминать номера, которые им дали на прошлой неделе. вроде бы ничего сложного он не помнит, а поэтому ещё сильнее становится похож на грозовую тучу. — не выпускной класс, а сплошное разочарование. — тихо бурчит себе под нос учитель кван, перебирая на столе двойные листочки. — чонгук, раздай пожалуйста, — мужчина поднимает взгляд на альфу, который легонько кивает и встаёт со стула, что тут же тихо поскрипывает. омега провожает его взглядом, всё ещё пытаясь вспомнить задания, в которых бы мог провалиться. тригонометрические уравнение? он неправильно написал значение в радианах? тэхён не понимает. чонгук забирает листочки с ответами из чужих рук и принимается раздавать их каждому. когда он подходит к нему, то тэхён всё ещё витает в своих мыслях, уставившись в одну точку. обзор ему перегораживает парень, кладя на деревянный стол листок, вырванный из большой тетрадки по математике. сегодня альфа закатал рукава на рубашке и надел браслеты и фенечки, которые на прошлых выходных привёз из дома. одна красная, со слоником посередине, два браслета с коричневыми камнями и разноцветная фенечка с черными камушками на завязках. они издавали приятные звуки, когда он клал руки на парту. — меня очень огорчают пару индивидов в вашем классе, которые, судя по всему, придумали иной способ решения задач. может, кто-нибудь объяснит мне, как так получилось? — мужчина выгибает бровь, опершись одной рукой на парту. в классе повисает гробовая тишина, и даже чонгук, раздававший самостоятельные оставшимся альфам, старался не шелестеть бумагой. — например, сонжун и енхван. — учитель перевёл взгляд на названных альф и самодовольно улыбнулся. — кажется, я даже знаю, как называется такой способ решения — списать с первого попавшегося сайта, да? — нет, сонсэнним. — пытается оправдаться один из названных альф, не выглядя и капли виноватым. — не верю. — отрезает мужчина, садясь за стол. — к доске. оба. сейчас будете разбирать всю самостоятельную. сонджун тяжело вздыхает, впрочем, тут же для виду сдувается под грозным взглядом учителя. — мистер пак, вздыхать будете по окончании этого учебного заведения, а сейчас — разделите мелом доску и будьте добры объяснить классу все нечетные задания из самостоятельной работы. — конечно, сонсэнним, — ещё тяжелее вздыхает альфа, поднимаясь из-за парты. он поправляет на себе белую рубашку и подходит к учительскому столу, забирая лист с примерами. где-то сзади омеги скрипит стул, и пока вставший со своего места енхван бредет по следу предыдущего альфы, кто-то трогает его за плечо. тэхён медленно поворачивает голову, стараясь ненароком не привлечь внимание и так разгневанного мужчины. когда на тэхо падает его взгляд, он неловко улыбается и наклоняется торсом к парте, прячась за чужими плечами. — тэ, что у тебя в первом? — мистер пак, не стойте истуканом, начинайте писать решение. — слышится голос учителя где-то у доски. омега радостно выдыхает от понимания, что на них не обратили внимание. он в том же положении косится на свой исписанный решениями листочек. сказать? идея, прозвучавшая в голове, звучит неплохо, особенно при понимании того, что тэхо с каждым днём всё стремительнее метит ему в приятели. отказать? альфа знает, что тэхён лучше половины класса разбирается в закорючках-формулах. лучше него только пара альф и чонгук, который к тому же сдает физику на экзамене. но альфа был полностью сосредоточен на происходящем у доски, даже выпрямил спину для пущей сосредоточенности. ладно — решается он — была не была. — три пи, деленное на четыре. — окей, — громко шепчет парень, опуская глаза на свои ответы. — а в одиннадцатом? — одна целая и одна третья. — спасибо! — резво благодарит альфа, радостно ерзая на месте. — всегда пожалуйста. — также тихо отвечает тэхён, глянув на учителя. тэхён усаживается ровно, обращая внимание на доску, на которой двое альф с трудом выводят правильное решение под грозный взгляд учителя. — мистер пак, вам не кажется, что было бы неплохо поторопиться и не занимать так много времени? — монотонно цедит учитель хван, помечая что-то в своём журнале. — ээ, — только и находит что ответить сонджун, с умоляющим взглядом оборачиваясь к классу. он раздражённо подаёт знаки одной рукой, тыкая пальцем в доску в попытке добиться чужой помощи. — покажи ответ! — шипит он равнодушному альфе, сидящем за первой партой. кажется, хвангын. на что он нарочито медленно проходится взглядом по своему листку, но не успевает ничего сделать прежде, чем раздаётся голос учителя, давно наблюдающего за альфой. — ученик пак, просите-просите, не буду вас отвлекать. но попробуйте взять пример с енхвана — он уже написал половину решения, в отличие от вас. хоть и неправильно, конечно. — усмехается мужчина, смотря на чужое решение. — ладно! — хлопнул он в ладони, вставая из-за стола и поправляя руками полы пиджака. — оба — за парты, расскажу о вас миссис кан, пусть займётся. но ваши действия показывают ваше отношение к учёбе, юные альфы. и абсолютно не позволительно подходить с таким настроем к предмету, от которого вы не отвертитесь. — чужие мутно карие глаза остановились на сонджуне и сидящем за ним енхване. — только через мой труп.

**

школьный коридор — место сборищ компаний различных возрастов и интересов. будь то щуплые ученики первых классов средней школы, с трудом справляющиеся с самостоятельной жизнью, или альфы постарше, поинтереснее. высокие, оставившие детские черты лица позади, в конце средней школы, пусть и с акне или их следами, пусть ещё не взрослые, те же дети. почему-то тэхён сторонится именно последних компаний, обходя их стороной. хотя его компания нашла его сама. — ну и устроил мистер кван жаришку, у меня даже задница вспотела. — с особенным восторгом отзывается о прошедшем уроке тэхо, лавируя за омегой между учеников. — я чуть не наложил в штаны, честное слово! равнодушный чонгук плетется ещё дальше, поглядывая в телефон, будто ожидая от кого-то сообщения. ладно. конечно, их ещё было сложно назвать компанией — целостной и приятной. скорее, их просто сбила в кучку жизнь. чонгука, который общается с остальными альфами из желания болтать хоть с кем-нибудь на учёбе. тэхёна, пытающегося скрыть свой субгендер, у которого, между прочим, это успешно получается. и тэхо, который, наконец, взял в свои руки уверенность и отказался от общения с другими. возможно, это даже комфортно (?) тэхён не знает, как описать это состояние словами — будто бы его не сильно волновало, если бы чонгук с тэхо исчезли, но и без них уже не хотелось. — может, не стоит кричать об этом на весь коридор? — хмыкает тэхён, повернувшись в профиль к альфе, всё ещё не отошедшем от чужих слов. — да ладно тебе. — отвечает тэхо, кладя свою руку на омежье плечо, облаченное в оранжево-черный пиджак, по-дружески сжимая. именно в этот момент омега задевает кого-то рукой и тут же летит в стену, не успев даже ойкнуть. — аккуратнее надо быть! — басом восклицает альфа из большой компании, собравшейся в конце коридора. среднего роста, с длинными коричневыми волосами и пухлыми губами, искривленными в усмешке. в школьной форме. красивый, можно и так сказать. альфа с наигранной болью потирает ушибленный бок, за которой всё же не может скрыться удовлетворение от происходящего. стоящие рядом одобрительно гудят, косясь на застывшего тэхёна. альфы хотят мессива, но он не может им этого дать. внешне тэхён выглядит тряпкой. трусом, что не может ответить. но никто не знает, как внутренне он борется с раздражением, пытаясь не выдать себя с потрохами сладкими омежьими феромонами. просто блядство. — ничего не скажешь? — незнакомец хмыкает, наклоняет голову вбок, заискивающе вглядываясь в глаза. школа, полная альф. у каждого пятого, какой день недели ни выбери, — гон. молодые, буйные альфы. клыки хотят врезаться в чью-то шею, руки хотят вцепиться в плечи и хорошенько приложить головой о стену, член хочет дырки. как в таком сборище не попасть под горячую руку? тэхён думал, что он особенный. ровно до этого момента. поэтому и сторонится таких компаний. — отвянь. — подаёт голос тэхо, подхватывая под руку застывшего тэхёна. как хочется что-то сказать и ему тоже: дать понять, что не слабак, что может ответить за себя, но знает, что раздражение, осевшее в желудке, пойдёт вверх по глотке, выходя неконтролируемым потоком брани. что нежный запах сгустится и осядет плёнкой в носах всех присутствующих. поэтому молчит, сжимая руки в кулаки. — рот будешь открывать после того, как узнаешь, что я мамку твою, — не успевает договорить старшеклассник, как его сущность придавливают ответными словами. — завались. — омега впервые видит своего одноклассника таким раздраженным, с пульсирующей венкой на шее. — он старше. и я вместе с ним. хорошо думай, прежде чем лезть на выпускной класс. — повисает тишина, и толкнувший недовольно делает шаг назад, немо признавая поражение. старший альфа имеет больше власти над младшим, если последний, конечно, его не завалит. — ещё посмотрим, кто чью мамку трахнет. — произносит тэхо в затянувшейся тишине, довольно хмыкнув. повисшая тишина вмиг разрывается громким смехом и гудением. тэхо прижимает омегу за талию, уводя с коридора на лестницу, тихо причитая под нос. уж очень быстро он меняет своё поведение, что совсем непривычно для омеги. — альфа, не умеющий постоять за себя — не альфа, тэхён. парень опускает свою руку, недовольно глядя в чужие, оказывается уже давно взрослые глаза. казавшийся постоянным весельчаком альфа теперь открывается ему с совершенной новой стороны, и невольно в его груди расцветало чувство вины. будто его тыкали носом в испорченные тапки, как непослушного котёнка. — я знаю. — тэхён не хочет никаких причитаний, пусть и от человека, который защитил его. он не хочет признавать своё бездействие слабостью, хоть и понимает, что со стороны это выглядит действительно так. никому нет дела до его внутренних метаний, никто и не должен о них знать. — альфа должен уметь постоять не только за себя, а в первую очередь за омегу. — тэхо с серьёзным и обеспокоенным видом оглядывает тэхёна на наличие каких-нибудь травм, поворачивает того за плечи. слишком много ненужного контакта, как для одноклассников. омега кривится. это не уходит от взгляда старшего, пусть он никак не комментирует это. — говоришь, как наш учитель. — со смешком закатывает глаза тэхён, невольно обняв себя рукой за другую, не давая больше себя осматривать. с ним всё в порядке, только немного болит спина и рука, но это временно. — дай посмотреть. — не обращая внимания на редких учеников, с интересом поглядывающих в их сторону, просит парень, протягивая свою сухую и большую ладонь к нему. от него веет аурой спокойствия и защищённости. чужие волосы в модной причёске пружинят при любых движениях головой, на длинном овальном лице отражается лёгкое беспокойство, а тёмные глаза заискивающе глядят на него, будто пытаясь разобрать что-то. — не надо, спасибо. — уворачивается омега, чей взгляд падает на проход между коридором и лестницей. — погоди. что чонгук делает с ним? — его голос становится обеспокоенным и он вытягивается в лице. сосед и товарищ, вроде как же. — с кем? — уточняет тэхо, стоящий спиной к проходу. кажется, он не спешит снова надевать маску весёлого парня и внимательно рассматривает омегу, которого смущает такая резкая смена образов. — с тем парнем. — а, кынбин. — понимающе тянет парень, оборачиваясь. — такой сукин сын перед гоном, ей богу. — но только бросив взгляд на толпу и одинокого альфу, становится понятно, что за прозрачной дверью происходит разговор не из приятных. — постой тут. — кидает он, быстрым шагом направляясь в самый эпицентр конфликта. — какой постой. — не выдерживает всего и сразу омега, идя следом. альфа резко открывает дверь, обращая на себя внимание, и встаёт рядом с чонгуком. кажется, его глаза проходятся по всем и сразу, а взгляд исподлобья делает ситуацию патовой. это означает, что он на стороне чонгука. и тэхёна, конечно же. этого щуплого сопляка, который не может себя защитить. остальные их одноклассники столпились где-то в глубине коридора, глазея. здесь их только трое. — нормально? — продолжает свою фразу недовольный и неугомонный альфа, что на год их младше. — а потом твой друг опозорил меня перед всем классом? — он выгибает бровь, но его лицо перекашивает от злости, что вкупе даёт незабываемый эффект. — опозорил ты сам себя, уймись. — спокойно отвечает чонгук. по его голосу и не скажешь, что он еле держит себя в руках. почему-то чувство справедливости никак не давало ему покоя, и он решил вступиться. — если у тебя скоро гон и ты хочешь драться, то сиди дома, как собака, и не мешай учиться остальным. — чон, — лёгким тоном окликает его тэхо, щипая за бок, привлекая всеобщее внимание, — все хотят крови и бетона, — он даже умудряется ухмыльнуться, не обращая внимания на запал младшего, — это альфы, ты и сам знаешь. и тем более, у нас английский через, — он бесцеремонно выхватил его телефон из крепко сжатых рук и тапнул два раза по экрану, — м, пять минут. но чонгук всё ещё смотрит немигающим взглядом на всю толпу, не отдавая себе отчёт о неравных силах. как будто он бессмертен и его не волнуют такие мелочи. — пойдём, — тянет гласные тэхо и хватает альфу за плечо, наконец сдвигая того с места. — всем счастливо оставаться. — он машет рукой с худыми длинными пальцами и насильно выталкивает серьёзного и настроенного на конфликт чонгука. они проходят мимо тэхёна, на лестницу, а на него тут же обрушивается волна взглядов и коридор оживает. омега успевает выскользнуть за дверь прежде чем толпа успеет что-либо сообразить, под конец оглянув всех с нечитаемым выражением лица.

**

во время урока английского их троих вызывают к директору по громкоговорителю, по которому слышен недовольный голос отца и его тупую манеру причмокивать перед каждой паузой. — что вы сделали, мальчики? — возмущённо спрашивает учительница, бета, расхаживая по светлому кабинету со шпаргалками на стенах и массивным удобным учительским столом посередине. ох, она любит этот кабинет больше всех других в этой школе, и гордится тем, что он выходит на солнечную сторону и с самым свежим ремонтом. этим она обязана себе же, потому что достучаться до директора стоит немалых усилий. — немного поконфликтовали, — едко усмехается сонджун, оглядывая класс в поиске поддержки. несколько альф повторяют этот жест, качая головами. — с кем? — интересуется женщина, отложив учебник на стол. — старшеклассник. — тут же отвечает сонджун, пытаясь завладеть всем вниманием. — толкнул тэхён-и, тот не смог ответить, едва не расплакался. — альфа пытается изобразить плаксивый голос под одобрительный смех. чонгук находит взглядом тэхёна, пытаясь понять реакцию на чужие слова. но на чужом каменном лице отражается лишь лёгкая усмешка. не над собой и не над чужими словами. а над ситуацией. обернувшийся в сторону задних парт парень, кажется, знает немного больше, чем кто-либо в этой комнате. конечно. для всех он слабак. но он не может не гордиться собой, тем, что не разозлился, давая омежьему запаху пробиться из-под блокаторов и явить всему коридору большой обман. чонгук хмурится, переводя взгляд на сонджуна, что светится изнутри от всеобщего внимания и продолжает говорить, не скрывая едкой ухмылки на лице, испещренном рубцами от прыщей. — а чонгук и тэхо вступились, защитнички. — ладно, хватит, — в попытке остановиться альфы просит женщина, отходя к доске, — давайте продолжим урок, а молодые люди пойдут к директору. — так нет же! — повышает голос развеселенный сонджун, привставая со своего места, пока трое учеников встают из-за парт, готовые выйти из кабинета. — даже ничего толком не сделали, альфы называется! — пак сонджун! — прикрикивает учительница, впериваясь взглядом в молодого альфу и не обращая внимания на покидающих класс. — ещё слово и вы тоже полетите к директору. — она раздражённо откидывает прядь со лба и, мазнув по нему недобрым взглядом, и поворачивается к доске. таким же недобрым, каким его одаривает чонгук, выходя из кабинета.

**

омеге нравится тишина и спокойствие коридоров во время уроков. все трое стараются идти тихо, не привлекая внимания учителей, ведущих уроки. солнце просачивается через большие окна, падает лучами на пол, греет своим теплом. через прозрачные окна в кабинетах видно чужие занятия. кто-то откровенно засыпает на задних партах, кто-то активничает на первых, кто-то смотрит на них, проходящих мимо, — в школе запрещено ходить по коридорам во время уроков. правда, у них особая миссия сегодня. под дверью кабинета директора, в самом мрачном и холодном углу второго этажа, они встречают кынбина, облокотившегося о стену. он громко хмыкает, едва завидев их, и сильнее обнимает себя руками. он никак не мог отплипнуть от них, вставая на ноги и отряхиваясь. — ну что, кто будет стучать? — спрашивает чонгук. — полагаю, виновник всего события. — тихо смеётся тэхо, косясь на начинающего закипать альфу. — объединим силы и постучим все вместе? — предлагает тэхён, но поняв, что никто шутку не оценил — закатывает глаза и стучит сам. — войдите! — раздаётся голос за дверью и тэхёна пробирает мурашками. он не был дома уже две недели из трех, и отца видел перебежками в школе и на внеплановых собраниях с учителями в углах коридора. оттого встреча с ним лицом к лицу делала ситуацию ещё хуже но, вопреки своему страху, первый и открывает дверь, заходя в его кабинет. просторный, со множеством книг на полках, стоящих по бокам. директор сидит за большим столом с кипой бумаг и здоровенным гудящим компьютером с краю. «ким джихан» — гласит табличка, золотого цвета, стоящая посередине. — прошу! — усмехаясь своей затее, мужчина показывает рукой на ковёр перед столом. красивый. омега помнит, как отец заказывал его из турции много лет назад. но не это главное — все стулья убраны. такое унижение стоять отчитанным перед взрослым человеком, давящим на тебя, будто ты десятилетий ребёнок. ему сразу вспоминаются моменты из детства, как стоящий над ним отец ругал его за что-то, давя аурой и возрастом, а ему оставалось лишь смотреть в пол и глотать слезы. он ненавидит показывать свою слабость перед отцом, и в этот раз не будет. — директор ким, — начинает кто-то, чей голос парень не может разобрать в ворохе мыслей. — моё время говорить, не находите? — в его голосе сквозит усмешка. — простите, директор ким. — не время для нежностей, я не для этого вас звал. — мужчина встал с большого кресла, поправляя на себе пиджак. — лучше скажите мне, почему все вы возомнили себя теми, кем не являетесь? — тэхён наблюдает за его движениями, за тем, как отец чувствует себя королём. но не опускает глаз. это уже дело принципа. — что за драки в коридорах школы? что за толкучки и обзывательства? вы находитесь здесь не для этого, юные альфы, — взгляд мужчины остановился на сыне и он продолжил говорить, — а для учёбы. впервые за много времени омега согласен с отцом, хоть никогда и не признает этого. он уже давно не питал любви к отцу, и казалось, её никогда и не было. их связывало только родство и общий любимый человек: для одного — жена, а для другого — мать. — мы больше так не будем. — раздалось сбоку. кажется, тэхо пытается исправить ситуацию. — отмазки трёхлетнего ребёнка. поверьте, я знаю, какого это. тэхён хмурится от непрошенных воспоминаний, но они мутной пеленой застилают его разум, подкидывая всё новые и новые сцены из прошлого. его, пятилетнего, отчитывают за повреждённый велосипед. никто из взрослых не знал, что он едва не съехал в кювет, но оно и не нужно было — маленький он понимал, что его не хотят слушать. вот он, десятилетий, терпит адскую боль от ожога, лишь бы не говорить родителям об этом и не быть отруганным. и он, пятнадцатилетний, сразу же склоняет голову перед старшим, пытаясь думать о других вещах, пока родитель вновь бранится, утопая в своей власти и слишком заигрываясь. его отцу нравится ругать, ему нравится власть над человеком, над людьми. он не любит быть под кем-то, но единственный человек, кто может остановить его — это собственная жена, не более. поэтому по молодости он быстрее всех двигался по карьерной лестнице, льстил больше всех, врал больше всех, но и работал больше всех. и именно поэтому на старости лет он держит эксклюзивное училище для альф, которое знают во многих уголках страны. но тэхён больше не хочет быть ребёнком. сейчас весна, но зимой ему будет восемнадцать. и он приложит все усилия, чтобы поступить в престижный университет и уехать от отца как можно дальше. — надеюсь, все уяснили сегодняшний урок. а теперь, — мужчина с исключительным дьяволизмом обводит взглядом лицо каждого, прищуриваясь, — на урок. — зачем тогда это всё, — бурчит мрачный кынбин, выходя из кабинета и направляясь в противоположную сторону, — ни крови, ни мяса. — самому бы знать, — с ноткой веселья отвечает тэхо ему, даже не оборачиваясь. статная фигура фигура альфы с руками на чужих плечах (сейчас тэхён даже не намерен убирать его руку с себя. чонгук и подавно) скрывается за углом, на лестнице, ведущей на верхний этаж. маразм крепчает. ровно как и их компания.