Вопреки всему. Вопрос доверия

Дни удручали своей однообразностью, впрочем, как и его мысли, от которых Коннор бесконечно устал. Только визиты Линдси радовали его и скрашивали унылость существования в запертой палате медицинского корпуса. Время её посещений чётко регламентировалось, она приходила трижды в день и оставалась на двадцать минут. Этих небольших отрезков времени Коннор ждал с таким нетерпением, какого в жизни не выказывал. Лин делилась с ним новостями, приносила ему всё, что он просил, чтобы хоть как-то разнообразить немногочисленные доступные ему занятия вроде чтения книг или физических упражнений. Но больше всего он ждал этих кратких визитов, чтобы почувствовать её тепло и ласку, потому большую часть времени они предпочитали проводить, обнимаясь и целуясь. Это было гораздо приятнее и полезнее всех остальных занятий. Вот и сейчас всё внутри у него дрожало в предвкушении встречи. Судя по времени, Линдси должна была появиться с минуты на минуту. Коннор поморщился, оглядев себя — вид у него был совсем непрезентабельный. Спасибо, конечно, что больничную рубашку на него не напялили, но и привычной формы одежды, естественно, не разрешили. А в чёрных спортивных штанах и простой серой футболке он чувствовал себя неуютно. Хотя Линдси, вроде, его внешний вид устраивал. Он так считал ровно до тех пор, пока девушка не зашла в палату и, после обычных приветственных поцелуев, не выдала ему принесённый с собой тюбик. — Что это? — недоумённо спросил Коннор, рассматривая его и пытаясь разглядеть название, как назло написанное очень мелкими буквами. — Крем для депиляции, — тихо ответила Линдси, слегка покраснев. — Зачем? — поднял на неё глаза Дойл, ещё больше недоумевая. — Бритву же тебе не дают... — растерянно протянула Лин. — Вот я и подумала... Коннор как-то грустно улыбнулся в ответ. — Я понял твой тонкий намёк. Надоела моя щетина? — он с досадой потёр заросший подбородок и картинно-громко вздохнул. — Этак я действительно стану похож на чудовище. — Вовсе нет! — горячо возразила Лин, собираясь привести свои аргументы в пользу крема, но Коннор продолжал, погруженный в свои мысли: — А может, и тут тебе волосы не нравятся? — он прикоснулся рукой к груди над воротом своей футболки. — Считаешь, надо избавиться? — Коннор! — Линдси не выдержала и засмеялась. — Ну что ты такое говоришь? Ты мне любым нравишься. — Она обняла его за талию и, подняв руку, нежно погладила по колючей щеке. — Я думала, тебе самому неудобно... Просила Антона, чтобы мне дали бритву, но он ни в какую. Коннор кивнул, понимая, почему Хендрикс перестраховывается, но Линдси выглядела такой расстроенной, что ему захотелось отвлечь её от грустных мыслей. Бросив взгляд на камеру наблюдения и убедившись, что Морган благоразумно отвел её на пустой угол помещения, он потёрся носом о щёку Лин и маняще прошептал ей на ухо: — Если бы ты меня брила, я бы согласился на всё. И даже на депиляцию во всех местах. — Вот это уже лишнее, — вновь звонко рассмеялась Линдси, не в силах, однако, скрыть той дрожи, что прошла по телу от его слов. — Я серьёзно, Коннор, ты мне любым нужен. Всё, забудь про крем, считай, что я его не приносила. — Лин, я тоже серьёзно. Если тебе неприятно со мной в таком виде целоваться... Договорить ему она не дала, прижимаясь крепче и прекращая все его возражения самым верным и действенным способом — нежным поцелуем. Коннор сильнее сжал её в объятиях, ласково отвечая ей и принимая такой ответ на высказанное им предположение. — И пожалуйста, не говори больше подобных глупостей о своём виде. Мне всё в тебе нравится... — прошептала ему Линдси, когда пришло время прощаться до следующего визита. Коннор радостно и счастливо улыбнулся — если его любимая так говорит, да ещё и весьма убедительно это доказывает, для сомнений просто не остаётся места.