Нашедшие друг друга

Закончив рабочий день, Трэвис решил съездить в мотель и убедиться, что Лора добралась до места, дабы успокоить и своё сердце, и совесть. Переспросив несколько раз, мужчина понял, что о никакой Лоре Кирни здесь не слышали. Затем шериф поехал на вокзал, узнать покупала ли билеты из города юная русоволосая девушка. Оказалось, глухо. Обругав девушку последними словами, он, сидя в машине, уронил голову на скрещенные руки на руле. И вот куда она могла пойти? Точно, лагерь! Обыскав его вдоль и поперёк, к середине ночи Трэвис понял, что если и найдёт эту дамочку, то точно свернёт ей шею, собственноручно. *** Не замечая пролетающего времени, Лора брела вперёд, не особо разбирая дороги. Она ругала себя за то, что решила приехать к человеку, для которого само её присутствие – уже немалая причина для дискомфорта. А её навязчивость… Как глупо. Как стыдно. Она непременно уедет и больше не потревожит Трэвиса ни своими проблемами, ни собой. Обязательно. Вот только немного погуляет, проветрится, так сказать. Из своих раздумий Лора вынырнула только тогда, когда сумерки уже начинали отдавать бразды правления начинающейся ночи. - Где я? – тихо спросила в воздух девушка и поёжилась от холода. Начиналась метель, и следовало незамедлительно по своим следам вернуться обратно. Лора старалась. Однако становилось сложнее в темноте высматривать следы и тогда она включила фонарь на телефоне. - Чёрт! На устройстве оставалось катастрофически мало заряда, и девушка ускорила свой темп, чтобы быстрее вернуться и, наконец, согреться в движении. Вдруг сзади что-то хрустнуло, и Лора тут же обернулась. Светя телефоном по сторонам, она так ничего и никого, к своему счастью, не обнаружила. «Сегодня не полнолуние. Не должно быть оборотней.» - Конечно, не должно, ведь они все мертвы, - раздражённая на свой страх пробурчала девушка. - Ло-о-ра-а… На звук своего имени она вздрогнула и встала как вкопанная. - Где ты? – прокричала в пустоту девушка. – Где ты, старая карга? Перестань прятаться, ну же! Выйди! Но никто не появлялся. «Показалось ли мне?» - подумала про себя девушка. Ведь никто не знает, исчез ли призрак матери Сайласа или так и бродит то в поисках сыночка, то в поисках тех, кому следует отомстить за его смерть. - Плевать мне на тебя, карга! – вновь прокричала Лора пустоте. – Хочешь убить – так давай, не медли! Или свали уже из моих снов и из моей жизни! Никто ей по-прежнему не ответил. Девушку охватила даже не злость, а ярость. Ей надоело, что призраки прошлого до сих пор её изматывали. Ей надоело переживать во снах один и тот же кошмар. Она захотела жить. Замёрзшая, вконец потерявшаяся, Лора поняла, как сильно хочет жить. Учиться, общаться, отмечать праздники, готовить яблочный пирог по воскресеньям… Жить! У девушки словно открылось второе дыхание, и, возможно, ей бы удалось осуществить свои грандиозные планы, если бы чёртов телефон не пиликнул, уведомив о том, что почти разряжен. - Десять процентов? – удивлённо произнесла девушка. – Чёрт! Спустя час оставался последний. - Дура! – выкрикнула Лора. Если бы только она не попёрлась в этот лес. Решила, называется, проветриться. Намело снега мало, ботинки не утопают, чего бы не прогуляться. Прогулялась. Надо было согласиться на предложение Трэвиса и ехать в мотель. Опять… Опять она поступила опрометчиво. Зато теперь её ошибка никого, кроме неё самой, не касалась. Если и замёрзнет, если и не выберется, то никого, никого больше она не утянет в пропасть вместе с собой. Может, судьба, ироничная и не всегда справедливая старушка, наконец увидела свой промах и хочет забрать по ошибке оставленную Лоре жизнь? Так девушке показалось на миг. Неприятные мысли заставили усмехнуться её и цокнуть языком. «Совсем прямо-таки как Трэвис» - улыбнулась она. Трэвис? Она может позвонить ему, позвонить в службу спасения. Дважды дура! Она сто раз могла это сделать, но нет – мои проблемы, значит, и разбираться с ними мне, да, Лора? Озябшие пальцы слушались плохо. Девушка по памяти набрала телефон шерифа, который узнала, когда четыре месяца назад обыскивала его кабинет, и который почему-то не хотела забывать. Раздалось два гудка, прежде чем телефон потух, и Лора осталась стоять посреди леса в полнейшей темноте и непрекращающейся метели. *** Неожиданно Трэвису кто-то позвонил. Но, взяв трубку, он услышал лишь короткие гудки. Сердце шерифа неприятно кольнуло. Он позвонил знакомому и попросил срочно установить, откуда был сделан звонок. - Ошибка, наверное, какая-то, - ответил знакомый. - А точнее? - нетерпеливо спросил Трэвис. - Так из леса тебе позвонили. И кто только на свою голову зимой, да ещё и ночью в лес может пойти. Понятное дело кто. - Вышли мне координаты. Срочно! - Так уже. А что ты... - Спасибо! Я твой должник, - оборвал Трэвис и выбежал из кабинета, уже на ходу застёгивая куртку. Лора была совсем не далеко, но ночью, как известно, в лесу, даже в трёх берёзах заблудиться намного легче. *** Он кричал её имя, не зная, что девушка, прислонившись спиной к дереву, проигрывала сну. Его голос казался ей миражом, на который нет смыла отвечать, ведь безумно хотелось спать. Вспомнилась бабушка. Её слабое сердце. Вряд ли оно выдержит смерть единственной внучки. Вспомнились мечты и планы. Вспомнился мрачный, но уже давно какой-то близкий и родной шериф. Может, его голос вовсе ей не кажется. Может, стоит откликнуться. - Трэ...ви...с. Но свидетелем её шёпота были лишь деревья. «Жить. Я хочу жить! Господи, как же я хочу жить!» - Трэвис! Трэвис! - каждое имя шерифа, выкрикнутое из уст Лоры, было зовом помощи и жгучим желанием: "Я хочу жить!" Девушка попыталась встать, но сил уже не было. Снова захотелось нестерпимо спать. К тому же голос шерифа становился всё отчётливее и громче, а тиски сна всё сильнее. «Он найдёт. Я знаю, найдёт. Спасёт.» Наконец Лора провалилась в так её манившую тьму. *** Она проснулась от запаха мандаринов. Открыв глаза, Лора обнаружила, что на тумбочке рядом в красивой расписной тарелке лежало несколько потрясающе пахнущих фруктов. Девушка приподнялась на локтях, обнаружив, что руки и ноги всё ещё с ней, а не оставленные в лесу морозу, что так норовил их забрать. Вот только где она сейчас? За дверью послышался какой-то шум и непристойные слова, произносимые знакомым голосом. Шериф? Он нашёл её? Он всё-таки нашёл? Осторожно встав с кровати, Лора прошла к двери, и, открыв её, застала умилительную картину: Трэвис Хекетт пытался установить ёлку, которая так и норовила всё упасть. Наконец, достигнув желаемого, он обернулся. - Тебе нельзя вставать, - сказал он, подойдя к Лоре, - ты ещё слишком слаба. - Достаточно сильна, чтобы сказать тебе спасибо. И за это, - кивок головы в сторону ёлки, - спасибо вдвойне. - Угу, - буркнул мужчина. - Не делай так больше. - Что? - не поняла Лора. - Не убегай. Особенно зимой. Особенно в ночь. Хорошо? Они стояли в нескольких метрах друг от друга, и Лоре нестерпимо захотелось это исправить. Преодолев разделявшее их расстояние, она крепко обняла Трэвиса, уткнувшись носом ему в грудь. Пару мгновений мужчина стоял напряжённым, не в силах ответить на объятия, не в силах дать надежду этому юному созданию. Настенные часы пробили девять вечера, а Лора так и стояла, обняв того, в ком шла борьба между разумом и чувствами. Сколько они так стояли? Минуту? Две? Вечность? Лора понимала, что не в праве заставлять человека, не в праве выпрашивать у него любовь, если той нет. Но ведь он искал её. Стал бы человек, которому всё равно, искать? Или притаскивать в свой дом ненужную ему ёлку? - Ты же знаешь, что это неправильно, - бесстрастно сказал Трэвис. - Правильнее, чем сейчас, я ещё не делала, - ответила девушка и улыбнулась. Их осудят. Их не примут. Но как же хочется обнять в ответ, и дать тем самым не просто надежду, а уверенность в том, что эта неправильность - самая правильная и нужная для них обоих. Нужная и настоящая. - Я тоже, - говорит Трэвис и обнимает Лору в ответ. Небольшое послесловие. Поначалу их действительно не принимали. Смешки и осуждающие разговоры преследовали помолвленных, а затем и узаконивших свои отношения в начале следующей зимы, крайне часто. Однако, чем больше времени проходило, тем меньше лилось грязи в их сторону. Лора закончила учёбу, получила диплом ветеринара и переехала к Трэвису. За год до этого она похоронила свою бабушку, которая настоятельно рекомендовала не тянуть с детьми, чтобы их отец хоть немного успел насладится их взрослением. При этом она по-доброму посмеивалась и принимала выбор внучки больше положительно, хоть и с осторожностью. До правнучки она не дожила почти три года. Лора и Трэвис мало поменялись с годами. Случались и ссоры, и бурные примирения. Но несмотря на непростые свои характеры, оба учились друг друга понимать и принимать. И любить. Продолжая свои чувства делами, а не заканчивая словами. Но это было уже потом. А сейчас мрачный Трэвис и дерзкая Лора, обнимая друг друга, прощались с пустотой и знакомились с новым чувством гармонии, что разливалась внутри обоих нашедших друг друга людей.