Последний костёр

      После этого жизнь Диппера стала маленький лагерным адом. Не только из-за того, что Робби и Гидеон возненавидели его, потому что до сих пор думали, что это он участен в пропаже их вещей с тумбочек. Все дети в отряде, как только видели его, начинали шептать очень противные вещи. Что он вор, оборванец, да как он посмел, и многое другое. Все это полетело огромным комом из гадостей, который с каждым днём будет все больше и больше.       Прошла пара дней с того момента, как Диппера и Мейбл отправили в лагерь Гравити Фолз. И настало время дискотек.       Как им объяснили, дискотеки будут проходить день через день в актовом зале. Сам зал был средних размеров, а так же имел иное название — ДанФолз. Как понял парень, это была отсылка на сам Гравити Фолз.       Вечером этого дня все судорожно бегали из комнаты в комнату, наряжаясь, смеясь и веселясь. Только Диппер, что сидел у себя в комнате и скучал, не понимал, что в этом «крутого». Обычная дискотека, каких в лагере будет ещё целых тринадцать, а может и больше. Диппер от тянучей скуки даже посчитал. Ему было довольно смешно наблюдать, как даже парни прихорашивались. Нет, Диппер не считал это чем то постыдным, что парни пытаются привести себя в более-менее опрятный вид, но было странно, что все что-то делают, бегают, парятся на счёт этого, а он нет. А он просто лежит на кровати и наблюдает за тем, как Гидеон укладывает свои белобрысые волосы каким то гелем, а Робби сидит перед своим маленьким зеркалом на кровати и наносит макияж. Чёрный, кстати. Как и вся одежда, в которую он был одет сегодня. Гидеон же решил отличиться — надел светло-голубой костюм, белую опрятную рубашку, чёрные брюки и туфли такого же цвета. Казалось, он не на детскую дискотеку идет, а в офис, или Гидеон просто расчитывал завоевать внимание абсолютно всех девушек в актовом зале. Диппер посмотрел на свои наручные часы и отметил, что до начала дискотеки осталось десять минут. Он даже сказал об этом вслух, чтобы увидеть их смешную реакцию на его слова. Они начали делать все раз в десять быстрее, пока Диппер прикрывал рот ладошкой, чтобы прилично не засмеяться. Было без пяти девять, как им сказали выходить на улицу и строиться по парам.       Диппер вышел почти самым последним, лишь бы не среди множества людей. Когда он по железной, белой лестнице (она была похожа на пожарную) спускался с третьего этажа, то, подняв взгляд на кучку подростков внизу, неожиданно увидел того блондина. Он стоял и разговаривал о чем то с мисс Кордой, которая явно не была этому рада, и по её лицу можно было понять, что она огрызается в ответ на почему-то довольное выражение лица блондина. Было чувство, что он подкалывал Венди, отчего та и бесилась. Диппер усмехнулся, спустившись вниз, а после все подростки во главе с переговаривающимися Венди и блондином (Сус, возможно, просто захотел остаться в корпусе, Диппер точно не знал, лишь предполагал) направились в актовый зал.

✧･ﾟ: *✧･ﾟ: *

      Вечеринка уже шла пару минут, и когда их запустили через маленькую прозрачную дверцу внутрь, Пайнс позволил себе осмотреться. На потолке были прикреплены разные прожекторы и лампочки, создавая невероятное свечение из абсолютно разных цветов. Все подростки весело танцевали под популярную музыку, которую включил им диджей, а прям перед шатеном резво пробежали дети лет девяти, на что он очень удивился. Нет, он знал, что отрядов было много, и что его отряд почти самый старший, но это было неожиданно, увидеть таких маленьких детей.       По периметру актового зала было много скамеек, около трёх рядов, и все они возвышались, создавая что-то вроде трибуны. Тусовка закончится только часа через два, и вот на этих скамейках парень решил переждать ее.       Через некоторое время снова глянув на свои часы, Диппер разочарованно понял, что прошло лишь тридцать минут, а ему было слишком скучно. Он заметил, что выходить отсюда нельзя, а помещение совсем скоро стало очень душным из-за большого количества человек. Огромные, длинные окна были закрыты, из-за чего парень мучениски застонал, явно огорчившись этого. Он перевёл взгляд на «танцпол» и увидел огромный круг, собранный из детей по-старше, в центре которого танцевали несколько вожатых. Из своих он заметил Венди, которая отжигала с остальными не на шутку, будто это была её последняя дискотека.       Диппер решил пойти охладиться водой, и принялся искать здесь туалет. Он заметил нужную открытую дверь за чёрной ширмой, непонятно для чего поставленную здесь, но в итоге сразу же выбросив эту мысль из головы, он прошёл в маленькую комнату, освещенную противным жёлтым светом от почти одной маленькой лампочки, а вторая уже сдавала концы и начинала переодически мигать. Что удивило мальчика, так то, что здесь никого не было. Слева было три двери, а справа от него были три раковины, к одной из них Диппер и подошел, включив кран на полную, и из которого полилась ледяная вода.       Пока Диппер пытался сделать её более-менее приемлимой температуры, в не такую ледяную, какой она была, то услышал скрип слева от себя. Это было странно, что он вообще его услышал, потому что музыка на ДанФолзе орала как ненормальная, туалет был очень близко к колонкам и диджею, а бедная огромная дверь, прикрытая парнем, почти никак не помогала в этой ситуации, да и напор воды был тоже шумным, а скрип был таким чётким… Диппер повернулся в сторону, с которой доносся звук, и увидел там ещё одну неприметную дверь.       Она была цветом почти как стены в этой комнате, отчего заметить её сразу не представлялось возможным. Выключив кран, парень аккуратно подошёл к ней, и оглянувшись, убедившись, что точно никого нет, никто его не остановит, потянулся к ней, и осторожно отворил. Перед ним предстала ещё одна комната, намного меньше туалета, в которой было две двери — одна направо, другая налево.       Во второй раз проклянув своё треклятое любопытство, мальчик, снова оглянувшись и не пытаясь нормально обдумать ситуацию (хотя бы потому что в глубине души понимал, что если задумается над этим более серьёзно, чем метка «поверхностно», то точно отбросит эту странную, непонятную ему ещё до конца затею), потянулся рукой к самой ближней ему двери, что была справа от него. Она была бледной и неприметной, без стекла, поэтому узнать, что за ней находится, не открыв ее, не представлялось возможным. Она была заперта.       Что, в принципе, не особо остановило Диппера осторожно потянуться ко второй. Точно такой же, без стекла, но более… Тёмной.       Непонятный, оглушающий скрип дверной ручки, казалось, раздался на весь актовый зал. Музыка будто остановилась на миллисекунду, как и все время здесь, будто все заморозилось, но так же быстро все пришло в норму, не успев затвердеть нормально. Но Дипперу только кажется, потому что адреналин скочит, потому что что только он не делает с человеком. Меняет восприятие мира, делает все медленнее… Тот самый адреналин, от чего-то тайного, непонятного, почти опасного.       Ведь у него наверняка будут проблемы, если кто-то узнает, что он был тут, верно?       Открыв дверь, взору парня представился тёмный коридор, уходящий не так далеко вдаль. Не было никакого света, лишь окно, которое было в самом конце коридора, из которого падало немного света от Луны на небе.       Мальчик, ведомый завораживающим любопытством и адреналином, лишь оглянулся на последок, и прикрыл две двери за собой, чтобы никто не понял, что он куда-то выходил.       Почему то он был уверен в одном — про него на это время забудут.       Оказавшись в тесном коридоре, он нащупал пальцами стену, чтобы, опираясь на неё, нормально идти. Если глаза парня и чувства его не обманывали (а они могли, потому что в такой темноте ничегошеньки не видно и не понятно), то он шёл по старому, пыльному ковру, а на стенах были какие-то выпуклые узорчатые обои. Вроде светло-салатовые. Или светло-розовые…       Диппер прошёл несколько шагов. Прислушавшись, он услышал лишь только своё загнанное, тихое дыхание, будто он убегал от какого-то маньяка, или целой стаи таких (не меньше!), бешенный стук своего сердца, что пробивался чуть ли не через рёбра, и шелест его ботинок на ковре. Вглядываясь в темноту, парень пожалел, что не взял с собой свой фонарик, который явно бы помог ему прямо сейчас.       За такими мыслями парень дошёл до окна. А потом коридор резко сворачивал влево, где уже было намного больше света и пространства. Пройдя коридор уже быстрее, парень оказался в странной комнате. Она была сделана на манер «Алиса в стране чудес», потому что повсюду были обои с ней, и в картинах, повешанных на стены, цитаты из такой книги, а так же рисунки этого Чеширского кота на длинной барной стойке слева от него, что вызвало у парня недоумение (ну, серьёзно, зачем барная стойка нужна в лагере? Детском?). Ещё левее, ближе к нему, была высокая лестница с, вроде, зелёным ковром на второй этаж. Так же в этой комнате было несколько столов и стульев, а так же множество окон, из которых прямо-таки лился свет. А ещё он заметил дверь.       Абсолютно белую, со стеклом, за которым было видно темную улицу. И Диппер, недолго раздумывая, чуть ли не побежал туда. *       Дверь легко поддалась, и парень, выпав на улицу, шумно вдохнул воздух, лишь только сейчас замечая, что долго не дышал, задерживая дыхание. Он осмотрелся, поднял глаза выше и увидел, что здание, в котором он был, было, оказывается, соединенной пристройкой к ДанФолзу, увидел буквы «Кроличья Хижина». Если Диппер не ошибался, то скоро в лагере начнутся кружки, на которые можно будет сюда приходить. Но он и понятия не имел, что из ДанФолза через Кроличью Хижину можно выйти на улицу.       На которую, между прочим, никого не выпускали.       Пайнс подумал, что если его поймают, то могут не хило наказать. С его-то нынешней репутацией тем более…       Парень встряхнул головой. Он ещё найдёт способ доказать всем, что это был не он. Что он бы ни за что не крал бы чужие вещи, не опускался бы так низко…       Оглянувшись, он увидел несколько скамеек, вон там дорожку к столовой, дорогу по которой они пришли сюда из своего корпуса, и… Лес.       Тёмный, дремучий, таинственный. Такой, будто бы взболохмаченный сегодня как-то по особенному. Ветки шелестят, вьются под напором ветра, холодного, строгого. И тот будто бы подталкивал мальчишку в сторону Леса, будто бы говоря — иди, вперёд, прям туда, к тайнам.       И мальчик, завороженный ветром, Лесом, необычно ярким светом Луны, которая будто специально освещает ему дорогу, потому что он без фонарика сегодня — конечно же, пошёл. *       Совершенно никого не было. Ни единой души. Что, собственно, играло мальчику только на руку.       Но все равно, возможно, чтобы не спалиться, а может ему просто хотелось быстрее к Лесу, Диппер неудержимо побежал прямо в темноту.       Лишь перебежав дорогу и окунувшись за множественные кусты, мальчик успокоил своё загнанное сердце и сбитое дыхание. Он даже не понимал, отчего у него такое состояние — хотя подозревал, что именно из-за всего. Очень трудно объяснить… Сама ситуация была довольно щекотливая, даже серьёзная, поэтому и в какой то мере нравилась парню.       Хоть ветки и листья загораживали Луну, но свет все-таки немного проникал через ворох множественных листьев. Сориентироваться ещё возможно.       Парень вспомнил то неведомое существо из Леса. Которое он видел уже несколько раз, а в один из них почти поймал. Почти. Но почему то, Пайнс был уверен, в этот раз у него все получится. Обязательно.       Неожиданно все вокруг резко перевернулось. Парень прокашлялся и присел на колени — он споткнулся обо что-то, пока невинно летал в своих мыслях. Повернувшись назад, и ощупав землю, мальчик почувствовал что-то совсем не родное земле, ледяное под своими пальцами… В это же время свет заблестел на бледных пальцах Диппера, показывая какой-то неровный край… это был металл.       Пайнс, как бы это ни было странным, решил легко постучать по земле, и действительно — металлический, яркий стук раздался чуть ли не на весь Лес, из-за чего парень вздрогнул и немного отшатнулся, от небольшой неожиданности. Адреналин и ветер подгоняли парня, который после немалых раздумий сначала сметнул несколько листьев, а после начал копать пальцами твёрдую, сухую землю. Спустя некоторое время, отряхнув руки (что не очень-то и помогло от грязи), из-под земли начала показываться дверца. Отпрянув, парень оглядел мини-ров, который откопал — из него и правда совсем чуть-чуть выглядывала дверка небольшого железного кейса. Потянув за прямоугольную длинную ручку на вверх (о которую он и споткнулся, оказывается), дверца с лёгкостью отворилась и в «сундуке» находилась… Книга.       У шатена расширились глаза от удивления, и воздух перестал течь в лёгкие от подступающей паники и ледяного ужаса. Тот самый жёлтый сборник с неизвестным Дипперу языком, который аккуратно и одиноко лежал на самом дне маленькой коробки. Парень взял его в руки и отряхнул от пыли и грязи, ещё раз осматривая, думая, что все это не может быть правдой. Но нет. Это действительно была та самая книга. Книга Гидеона.       Кареглазый резко вскинул голову в сторону из которой послышался хруст ветки, а после мнимый шорох листвы. Диппер медленно убрал книжку во внутренний карман своей чёрной куртки, не сводя свои пристальные глаза с куста, окутанного непроглядной тенью. Вдруг то самое существо (а Диппер был уверен, что это опять оно шалит в Лесу), похоже, ещё сильнее забеспокоились резко сорвалось в глубь леса, а мальчик, от неожиданности замерев на несколько секунд и переваривая произошедшее, тихо проматюкнувшись, быстро подскочил и побежал за тенью.       Низкие ветки били в лицо Пайнсу, больно царапались, а корни деревьев приходилось перепрыгивать, чтобы заново не навернуться и не разбить себе коленки в кровь окончательно. Белый свет, пока он удалялся все дальше от лагеря, медленно угасал, не давал увидеть мальчику этого лесного жителя, скрывал его в своих тенях, будто бы помогая скрыться.       Совсем неожиданно деревья закончились, и мальчик врезался в металлическое ограждение, высокий прутчатый забор, примерно зелёного цвета (его, к сожалению, мальчик плохо видел). Он держался за маленькие прутики своими пальцами, и скрючившись пополам, пытался отдышаться от такого серьёзного забега. Лёгкие полыхали, голова кружилась, а в глазах, казалось, стало ещё темнее.       Когда парня отпустило, он оглянулся. И вдруг резко остановился, быстро отшатнувшись. Причиной этому странному, нетипичному поведению стал длинный красный конус, валявшийся не так далеко у того же самого забора. Подойдя к конусу поближе, он осторожно взял его в руки («Будто бы он кусается… А вдруг действительно… Не глупи, Диппер!»), и увидел, что эта «шляпа» закрывала небольшую дыру под забором, куда максимум смогла бы пролезть только одна половина ноги шатена.       Нахмурившись, он ещё немного повертел в руках предмет — тот был маленького размера, из мягкого материала, но в то же время из такого твёрдого, чтобы только при очень сильном сжатии предмет смялся.       Даже после тщательного исследования этой вещи, парень так и не понял, для чего она создавалась. Выглядела как шляпа, которую кто-то с меньшей, чем у Диппера, головой, смог бы надеть и носить. Например ребёнок. Но что он тогда здесь делает? Или по лагерю неожиданно решили разбежаться дети?       Теория немного подтвердилась, когда в такой темноте при звуке шуршания ветром веток с листьями, парень, наклонившись, увидел маленький отпечаток ботинка. Но потом, подумав подольше, парень удивился — насколько маленькие ноги должны быть у ребёнка, чтобы тот одел такие маленькие ботинки?       В итоге, эта теория была опровергнута, стоило Пайнсу ещё немного подумать. В такой малюсенькой обуви бегал бы только младенец, но, как подумал парень, младенцов тут точно не было и быть не должно было. Младенец, да даже ребёнок, не настолько быстр, чтобы убежать от огромного подростка. Но тогда что? Или лучше сказать кто?       Лес по ту сторону забора, казалось, жил совершенно другой жизнью. Достаточно спокойной, потому что ветки почти не шевелились, хотя Пайнс точно чувствовал прямо сейчас своей мокрой от пота и догонялок спиной ледяной игривый ветер. Шорох кустов уже не было слышно, и парень, посмотрев на свои наручные часы, еле как поймал неугомонную стрелку и обнаружил, что через целых десять минут дискотека должна была уже заканчиваться, а он даже не знал обратную дорогу.       Диппер решил, что как-то все-таки нужно будет прийти сюда снова. Потому что (скорее всего) тот, кто украл книжку, ещё и носит очень маленькие ботиночки и красный колпак, успел убежать от шатена уже второй раз. Потому что он должен узнать, кто его так подставил, зачем ему это, и есть ли возможность спасти своё положение…       Уже почти выйдя из леса, снова отыскав этот злополучный кейс, на невысокую ветку дерева, свисающюю к нему ближе всего, парень нацепил колпак, надеясь, чтобы тот не улетел до того, как его ноги приведут его сюда снова совсем скоро.