Последний костёр

***

      Диппер спокойно сидел в своей комнате, рисовал Белого на страницах своего дневника, вспоминая все детали, что увидел. Заколку он пока решил не возвращать, а сделать это позже, после того, как найдёт свою единственную цель — справочник Гидеона. Потому что он пропал.       Кровать была почти такой же мягкой, как дома, только без родного запаха пыли, апельсинов и каких-то духов. Мэйбл часто приходила проверять в его комнате свои новые духи, от чего некоторая часть иногда попадала на незаправленную, скомканную простую постель. А апельсины — все просто. Его шампунь был с запахом апельсинов.       Диппер любил все это. Любил свою сестру, выручал её каждый раз на контрольной или выставлял перед родителями, лишь бы та не получила нагоняй, а Мэйбл выручала его по своему — прогоняя скуку, и предлагая знакомства с новыми людьми. Диппер любил мамины объятья — сам парень был достаточно тактильным мальчиком, — любил её заботу, почти такую же, как у Мэй. А отца очень сильно уважал — он им восхищался, но тот был почти всегда против каких-то их приключений с сестрой, но даже не смотря на это, закрывал в большинстве случаев на все глаза. Дипперу действительно нравилась его жизнь в городе, его семья и знакомые, потому что все было таким родным, приевшимся и прекрасным. Тихим…       В комнате никого не было, что радовало парнишку. Потому что эта самая тишина парню очень нравилась. Без задирающего его Робби и самодовольного, наглого Гидеона. Да, он любил тусоваться в их компании в городе, которую, по факту, собрала Мэйбл, но тишину и одиночество он любил чуть больше.       Поэтому для него стало неожиданностью, что на сонном часу, сидя на своей теплой постели совершенно один, он услышал голос сестры буквально за дверью.       — Да? Он тут живет? Ой, пасибочки огромное!..       Диппер быстро зашевелился, быстрыми движениями спрятал дневник под матрас, а сам достал с тумбочки какую-то одну из своих книг, и принял максимально спокойное положение, после чего его сердце забилось чаще.       Три привычных слуху стука в определенном тайминге. Пайнс по-доброму усмехнулся. Да, это точно Мэйбл. — Входите.       Дверь быстро отворилась, и в комнату зашла Мэйбл. Ее знакомые шатенистые длинные волосы, опять какой-то самодельный свитер (на этот раз с нян-кэтом), обычная глазу черная юбка и такие же темные туфли. Его сестра и вправду неповторима. — Дип-Доп! — Мэйбл.       Парень отложил книгу, встал, обнял ее крепко-крепко (потому что очень скучал, и был все еще подавлен за их последнюю встречу), и только после того, как обнимашки прекратились, начал закидывать сестру вопросами. — Ты как сюда попала? Разве можно… — Для Мэйбл Пайнс нет ничего невозможного!       Сестра широко улыбнулась и поставила руки в бока, демонстрируя силу счастья и свою уверенность. — Почему ты пришла сюда? — Ну как почему? Хотела тебя увидеть. И поговорить. Мы в последнее время вообще не пересекаемся… в лагере.       И Диппер понял, что это было за «поговорить». Но он готовился. Присев на край кровати и постучав на место рядом, сестра тут же запрыгнула на предложенное место и начала осматриваться. — Ну, давай. Начинай «допрос», ха-ха… — …Ты правда убегал с дискотеки?       Слишком прямо и слишком рано. Слишком. Все равно слишком, пусть он и готовился. Его сердце потяжелело, а воздух стал хуже проходить в легкие. Он не хотел ей врать. Он сам ненавидел все вранье. — Нет, я правда говорил, что упал еще по пути на дискотеку. Меня кто-то толкнул. Случайно.       Сестра недоверчиво наклонилась и посмотрела брату в глаза. — Ты врешь. — Нет. — Ты совершенно не умеешь врать, Дип. Ты сам знаешь.       За этим последовал разочарованный и усталый вздох со стороны сестры, а Диппер только сильнее напряг плечи, смотря на свои кеды, на пол, на стены, но лишь не на сестру.       Он не хотел видеть разочарование в ее глазах, и быть его причиной. Не хотел напрягать ее своим сумасшествием в жизни лагеря. Просто в жизни… — Диппер.       Она ласково положила ему руку на плечо, после чего некрепко сжала. Диппер перевел взгляд на ее лицо, и удивившись, не увидел там никакого осуждения за его ужасное вранье, ни усталости, ни разочарования. Только улыбку и немую уверенность в глазах. — Ты можешь положиться на меня. Правда.       Парень еще посидел секунд десять в таком для него комфортном молчании и решил тихо начать: — Ну, мне было скучно на вечеринке и…       Они сидели еще некоторое время, и парень рассказывал, как он нашел открытый выход, совмещенный с Хижиной кружков, веселился, бегая по Лесу. Про все странности он решил все-таки не рассказывать.       «Я хочу предложить тебе сделку, мелкий. Я никому не говорю, что ты тут был, покрываю тебя, если тебе захочется еще погулять, но…»       Потом в коридоре раздался приятный, звонкий голос Билла, который созывал всех на кружки, прервав рассказ мальчика на каком-то месте. Диппера передёрнуло.

***

— Чего?!       Диппер ошарашенно отскочил, ударившись об забор и поцарапав правое плечо от этой резкости, после чего поморщился от боли, постепенно сковывающей его бедную руку. Сам забор, помимо того, что был потрепанный, ржавый и довольно старый, еще и выпирал острыми иглами прутьев прямо по направлению в детский лагерь, будто предупреждая глупых взбалашмаченных детишек, что могут сюда заплести за приключениями, не лезть через забор в ту сторону леса.       Потерев плечо, парень быстро поднял взгляд в сторону говорившего, надеясь не увидеть нарушившего эту прекрасную тишину и его, Пайнса, редкое спокойствие.       Диппер не хотел признавать, что почему-то сможет узнать этот голос из тысячи.       Этот самый бархатный. Мелодичный.       Загадочный. — М-мистер Сайфер…       Глядя на мальчишку, блондин снова громко засмеялся. Хоть парень был и младше его года так на два-три, но тот был похож на щеночка — взбалашмаченный, шокированный, зашуганный взгляд, беспомощно пытающийся казаться бесстрашным.       Только вот бесстрашие и глупость очень похожие по своей натуре качества, границы которых очень размазано гармонируют вместе.       Коричневые кудряшки мальчика смотрели в разные стороны, создавая на голове у подростка беспорядок. Сам он был довольно тощим и ниже самого Сайфера на полголовы — оттого его взгляд, после заполонившийся на секунду ненавистью, показался вожатому воистину смешным. Настоящий щенок. — Ну и что мы тут делаем, а, мелкий? — Не задавайте глупые вопросы. Сами же в-все видели… — Диппер корил себя за то, что заикнулся в конце, но вроде его голос показался ему самому достаточно уверенным. В каком-то смысле.       Парень осмотрел Сайфера — его золотые волосы были красиво уложены, хвостик был опрятным, а глаза показывали насмешку и веселых чертей где-то в глубинах янтаря. Костюм подобал сегодняшней теме вечеринки, — летоуину, — и очень подходил вожатому. Тот, похоже, взял реквизит из вожатской, и надел на себя черный плащ с голубыми переливами и с красивым камнем (может, это призмарин?) и ободок с красными смешными рожками самого дьявола. Весь образ заканчивали джинсы и обычные кеды, а так же листик дерева в той самой опрятной прическе. Диппер, не сдержавшись, усмехнулся. — Ты про то, как ты разговаривал с какой-то там лошадью? — игриво ответил вопросом на вопрос Билл, хитро щурясь и вглядываясь, а после ступора и смущения, проскользившего в лице напротив, его снова пробрало на смех. — П-перестаньте смеяться! — Перестань сбегать, — оскалился (ну, это точно не улыбка, ее таковой назвать тяжело) Билл, облакотившись плечом на близ стоящее дерево, — перестань заикаться, перестань лезть не в свое дело, перестань воровать… мне продолжить?       Это было сказано с какой-то скрытой, еле уловимой угрозой, отчего Диппер быстро смутился. Мальчик понимал, что все было сказано почти по факту, но отступать был не намерен. — Я не воровал. — Конечно. — Что вы тут делаете? — Это я тебя должен спроить об этом, парень.       И снова у них началась смущающая игра в гляделки. Они оглядывали друг друга, и смеялись у себя в душé тоже о чем-то своем. — Так и будем тут стоять, парень? Или ты наконец ответишь на мои вопросы? — Не хочу я на них отвечать.       Да, Диппер знал, что это слишком по-детски, но он просто не знал, что делать. Сейчас все может пойти ему боком… — А ты смешной.       Мистер Сайфер играючи потянулся, после скрещивая руки на груди, и начал подходить к мальчику. Диппера пробила непонятная тревога — будто он сам сейчас зверюшка, а перед ним страшный хищник. Красная Шапочка и Волк. Преступник и полицейский. Стало страшно. — Не пугайся, девица-красавица, ха-ха! — Билл снова засмеялся от своей шутки, еще больше напрягая шатена. Начал говорить блондин, только когда оказался в шаге от вжавшегося в забор парня. И пофиг на иглы. — Я хочу предложить тебе сделку, мелкий, — Сайфер протянул раскрытую ладонь прямо кареглазому, а сам продолжил, — Я никому не говорю, что ты тут был, покрываю тебя, если тебе захочется еще погулять по Лесу, но…       Вдруг ладонь, что просто висела в воздухе, ожидая пожатия, резко больно вцепилась Дипперу в подбородок, приподнимая его, чтобы Пайнс смотрел прямо в золотые омуты Билла, а не куда-то сквозь вожатого, а тот в шоколадные глаза напротив. Парень не двигается. Они слишком близко друг к другу. — Но взамен ты поможешь мне в одном ма-а-аленьком дельце. М? Ну как тебе?       Зрачки, заметил Билл, от шока были распахнуты. Не моргая, парень зашуганно, будто смертью, смотрел в янтарные глаза, пытаясь отпихнуть железную хватку руки, но Сайфер не сдавался. Еще пара мгновений, и из приоткрывшегося рта напротив последовал обрывистый вздох. — Й-я… Не хочу! Никакой сделки! — проблеял испуганно мальчик, все еще пытаясь казаться храбрым. — Вот как? — блондин с прищуром склонил голову, глядя на Диппера резко помутневшим взглядом. А потом он оскалился, — прадва, что ли? Щеночек не хочет? — резковато, с надрывом, Билл рассмеялся ядовитым железным смехом, от чего паника в груди молчаливого Диппера разбилась лишь сильнее. И ледяным, страшным голосом последовало, — да я могу запросто рассказать остальным, что помимо воровства, ты убегаешь от вожатых в лес. Интересно, что ты тут делаешь? М-м?       Зрачки Диппера еще сильнее сузились от настоящего шока и страха. Нет. Ни за что. Никто не должен знать, что он сбегает. Его могут добавить в чёрный список... Навсегда. На его счету действительно много проступков на данный момент - а если ещё и вскроется, что он убегал... Он не сможет оставить в этом загадочном месте свою сестру. Вдруг ее... Мальчик, к сожалению своему, был зажат Биллом и забором, но он начал толкаться, чтобы убежать от дьявола, но хватка другой сильной рукой на болевшем плече мальчика быстро ослабила его и «успокоила». — Повторяюсь. Предлагаю сделку, пацан. Выгодную. Я никому не говорю, что ты тут был, покрываю тебя, если тебе захочется еще погулять, но от тебя лишь требуется помочь мне один раз. По рукам?       Билл резко отпустил парня, у которого мгновенно подкосились ноги, и он чуть не упал коленями на землю, но вовремя ухватился пальцами за прутья забора, но сам немного согнулся, потому что ноги все равно плохо держали. Прямо перед его лицом возникла бледная рука вожатого, а после того, как Диппер поднял взгляд выше, то увидел абсолютно ядовитую усмешку на прекрасном, холодном выразительном лице. И парень, спустя недолгое время, дрожащей рукой пожал чужую ледяную ладонь.