Последний костёр

Пайнс очнулся, связанный на стуле. Попахивает дежавю, кстати… Мутным, злым взглядом он огляделся — это оказался шатёр той секты. Ну пиздец. И чего ему так не везёт? В животе урчит, они собирались идти на обед, а его похитили… Как не вовремя. Самый высокий человек в мантии обернулся к нему, хищно улыбаясь. — Наконец проснулся. Осталось дождаться демона, а потом начнём. О каком демоне этот человек говорит, он так и не понял. «Что именно» начать, собственно, тоже. Диппер встряхнул головой и приготовился говорить, как вдруг услышал непонятный громкий хруст, будто ветку сломали, откуда-то с улицы. Услышал не он один, если думать по головам в накидках, резко повернувшихся в сторону звука. Тем временем хруст становился все громче. Глава недовольно рыкнул, после чего быстрым шагом подошёл к шкафу рядом, достал какой-то пистолет (после Диппер разобрал в нём ту самую пушку для стирания памяти) и нож, после чего подошёл к мальчишке и встал сзади него. Последний хруст раздался у палатки, после чего человек, охранявший вход, упал без сил. А может, и замертво. Диппер точно сказать не мог, но мурашки по коже прошлись, ведь кровь, струйкой окрашивающую землю в тёмно-красный, он точно видел. — Какая прелестная тусовка! Это такой способ меня на неё пригласить? Сайфер, разваленным шагом, нёс тащащуюся по земле железную трубу. Он приподнял ткань шатра, входя в него полностью. Странным взглядом осмотрел весь собравшийся «коллектив», и мило улыбнулся. Мужчина, стоявший сзади привязанного подростка, нахмурился. — А вот и ты, Сайфер. Да-а, ждали тебя одного. Нож неприятно коснулся горла. Диппер, вздрогнув, сглотнул. Дело попахивало керосином. — Да-а? Сайфер, стоящий с какой-то железной палкой, выглядел достаточно угрожающе. Билл, стоящий с этой палкой, немного в крови, выглядел невероятно убийственно. За его спиной будто полыхал синий огонь, показывая, насколько желтоволосый был злым. Нет, он был в ярости. — Убейте этого ублюдка! Первый человек в мантии, стоящий ближе всего к Сайферу, осмелился начать действовать. Билл медлить и отдавать ход противнику не стал — сделал красивый уклон влево, и используя трубу, как трость, указал ею на человека в мантии. — Пщ. Тот, удивительно эффектно, загорелся, после чего ему точно прописали тростью по голове со своей силы. Настолько, что послышался устрашающе долгий звон. — Уроды! Аж раздражаете, мрази. Остальные, переглянувшись, полезли на него большой кучкой. Сайфер, сделав красивый танец, уворачивался от них, как от надоедливых мошек. — Бим, бам, ах-ха-ха-ха! Мерзкие! Гребанные! Существа! После его слов, головы остальных людей, не выдержав, взорвались. Сам же Сайфер, повернувшись к ним спиной, тяжело дышал и поглядывал из-за своего плеча на их упавшие тела. Диппер, сидев на месте, прямо перед неожиданно развернувшимся концертом, поспешил закрыть глаза, чтобы не видеть таких потрясений, как почувствовал на своём лице неожиданную повязку, закрывшую глаза. — Прости, Сосенка, но ты слишком маленький и невинный для разглядывания чужих расплющенных остатков чего-то похожего на мозг. Хотя… — Сайфер уклонился от другой мантии, ударяя ей железным тросом по голове, отчего та упала на землю, и после, если судить по звукам чавканья, Сайфер начал её этой палкою избивать, занося её снова из раза в раз, смеясь, — не уверен, что у них есть хоть что-то похожее на мозги, а-ха-ха-ха! Потому что пользоваться они ими явно не научились! Глазго, смотря на этот безумный геноцид, полный крови, вытащенных кишков и разъебанных в мясо лиц, не мог вздохнуть. «Ебнутый ублюдок. Пора с этим кончать.» — Да-да-да-да, Сайфер. Мы уже поняли, какой ты ебнутый, можешь заканчивать с этим сюром. Сайфер, чье лицо было в чужой крови, медленно отвернулся от избивания кого-то железной палкой, уставившись прямо Глазго в глаза. — О-о, я так люблю эту часть. Сначала похищаешь меня, а после то, что принадлежит мне. И если на первое я закрыл глаза, то на второе этого я сделать не могу. Трость выпала из чужих рук, а Глазго вздрогнул. Он взял пушку поудобнее, чтобы в любой момент выстрелить парню в голову. Режим был включён изначально на убийство. А также нож, который он прижимал к мальчишечьему горлу, все ещё имел вес в этой ситуации. — Хотя, зачем мне вообще закрывать глаза? А зачем тебе нужны глаза, м-м, Гла-а-азго? Думаю, тебе одного будет достаточно. Сайфер щелкнул пальцами. — Бам. Глаз мужчины взорвался, и крик Глазго раздался на весь шатёр. Он чувствовал, как разорванное место наполняется огнём, как горячая кровь течёт по лицу, как все маленькие венки глазного яблока разорвались. Пайнс, сидящий в кресле, от этого крика вздрогнул. Он чувствовал, как на его заднюю часть шеи что-то капнуло. Горячая металлическая кровь. Её запах пропитался во всем помещении, отчего тошнило парня только сильнее. Откуда-то спереди раздался чужой безумный смех. — А зачем тебе вообще видеть? Не думаю, что нечто такое будет для тебя полезно! Раздался второй крик, полный боли. Мужчина, упав, держался за оба глаза и орал от боли. Мучительной, медленной боли. — А… Хрипящие звуки сзади Диппер старался игнорировать. Страшно. Очень страшно… Тихий шаг, на самом деле, звучал ужасно звонко в уже тихом помещении с учётом отсутсвия зрения. Дышать было невозможно — потому что душно, потому что грязно, потому что неправильно и страшно. Бедная мальчишечья спина, что все время была съëжена, покалывала резкой болью от ушибов и напряжения. Шагов больше слышно не было, лишь тяжёлое дыхание напротив. Парень был уверен — сейчас Сайфер легко улыбается. — ыгх… Чужая рука, прикоснувшись к коже, мазнув по ней ледяным жаром, будто что-то стерев, осторожно сняла повязку с чужого молодого лица, открывая Сайферу приятные тёмные глаза. Увидев общую обстановку, те налились ужасом. Вожатый это прекрасно видел и понимал. парню было бы легче принять все это, случись все позже? Диппер принял бы его, если бы сдружился с ним более лучше? Сайфер потряс головой, потому что понимал — брехня все эти «а если бы, да кабы», потому что случившееся случилось и этого не исправить. Засирать свой мозг подобным, Билл считал, было бы ужаснейшим выбором потратить время. Поэтому он ласково улыбнулся, садясь на больное колено, слегка прижимая свои грязные ладони к мягкому, маленькому, напуганному лицу напротив. Он был готов смотреть на него часами, рассматривая эти дрожащие ресницы и милые зрачки. Вот кто должен постоянно видеть этот мир, в отличии от других отбросов. Почему ему так симпатизирует это Сосновое? — Деревце… Ты как? — максимально, как возможно, ласково и понимающе. Глаза напротив метались в рассуждениях, на лице, до чего же забавно, будто было написано — «как же мне отнестись к происходящему?» И Сайфер любезно решил помочь с правильным выбором. — Похоже, они со своим культом действительно подумали, что бессмертны. Надо было им напомнить реальности этого мира. Тело напротив было, как смешно, будто бревном. — Сосна, пойми. Не расправился бы с ними сейчас — они бы пошли на кого-то ещё. Если они пошли на тебя, лишь бы увидеть мои страдания, они могли бы добраться и до твоей сестры. Тело напротив вздрогнуло, а глаза потемнели ещё чернее. Будто их природный цвет — цвет потемневшего обсидиана. Зато они сразу приобрели ясность — будто неконтролируемый гнев при мысли о похищении его сестры привёл его в чувства. «Как мило он переживает за свою сестру…» Дальше освобождение прошло в тишине — верёвку разорвали ножницами, лежащими неподалёку. Диппер устало потер ноющие запястья, особо сильно стягиваемые сегодня, настолько, что кожа выглядела до болезненного натерто, припухше и красно. Билл, видя это, едва сдерживал гнев. Хотелось сжечь эту чертову палатку с этими гниющими трупами и догнивающим Глазго. — Думаю, нас уже заждались. Все переживают. Диппер, взглянув на Билла расстеряно и слегка шокированно, глупо моргнув, кивнул, тяжело перебирая ногами из палатки. Тяжёлый день.

***

Прошла пара дней, как Диппер оклемался и вроде даже стал держаться к Сайферу поближе, что последнему до безумия нравилось. То, как Пайнс смотрел на него сейчас, вызывало в нём настоящую бурю приятных эмоций: от приятного покалывания кончиков пальцев, до кошачьего удовольствия, выраженного в постоянной сытой улыбке. Даже Сус и Венди стали странно поглядывать на него. И Сайфер этот их разговор застал после игры в баскетбол с младшими ребятами из отряда в один из прекрасных дней. — Сус, ну я тебе говорю. Билл какой-то слишком… Странный. Особенно в отношении к тому мальчику, Пайнсу. Венди серьёзно посмотрела на друга-вожатого исподлобья. Тот лишь расширил глаза, и из-за неловкости будто вытягиваясь выше, лишь бы не натыкаться на пронизывающий взгляд своей подруги. — Ну-у, Венди, я не знаю. Общаются и общаются, чего уж тут? К тому же, Диппер — мальчик достаточно закрытый. То, что с ним общается Сайфер, думаю, наоборот к лучшему. Кордой недовольно сощурила глаза и фыркнула в другую сторону. — Ещё бы, ага. Просто, я имею в виду… Её недолгое молчание заставило Суса понервничать, потому что, хоть и совсем чуть-чуть, но большой парень понимал, к чему ведёт разговор, что ему очень не нравилось. — …Ты не думаешь, что Сайфер уж слишком много времени этому пареньку уделяет? Сус нервно сглатывает, потому что подобное ему никак не нравилось. Не нравился загадочный Сайфер, не нравились догадки Венди, которые могут оказаться правдивыми, и не нравилось, что его в это в принципе посвящают и ввязывают. — Венди, мы не можем просто вот так брать и говорить, что вздумается. — То есть он может творить, что хочет, а мы не можем узнать всей сути и подноготной? Рамирез пересëкся встревоженным взглядом с рыжей, перебирая плечами. — Ты же сама понимаешь, что я не это имел ввиду. Венди недовольно хмыкнула. — Знаю. Нельзя закрывать глаза на этот явный противный интерес Сайфера к мальчику. Да, я понимаю, что возрастом они не сильно отличаются, и нельзя считать это педофилией… — Венди! — вскрикнул с ужасом Сус, загнанно осматриваясь вокруг. — …Но все же встречаться вожатому с ребёнком в лагере запрещено. Парень с парнем, даже в нашем обществе… И не будет ли Сайфер в другую смену искать другого ребёнка для развлечения, и так в следующие разы? — рыжеволосая незатейливо выдохнула, поправляя свои волосы и медленно вставая из-за стола, за которым до этого сидела, — я переживаю, и основание этому есть — непонятный и нестабильный Сайфер, пойми меня. Я просто попрошу… Иногда поглядывать на них двоих. А может быть, и поговорить с ними по отдельности. Сус застенчиво шатался рядом с подругой, обдумывая резко вывалившийся на него разговор. Да, было неприятно подозревать в чем-то таком мерзком своего товарища, но… Венди ведь тоже с какой-то стороны права. Если у Сайфера действительно чувства к Дипперу, то это… Сайфер хотел выйти и дать Кордой хорошую затрещину, чтобы знала, когда помалкивать надо, но этот раз он решил спустить ей с рук. Действительно, не время и не место, чтобы выяснять отношения. Хоть ему и все равно, что и кто здесь, ему безразличны будущие шепотки токсичных детей, но мысль о том, как будет беспокоиться Диппер… Сайфер, опираясь на стену, передернул плечами. Он просто не будет сейчас возникать. И точно не из-за Диппера… Сайфер незаметно вышел обратно на улицу. Бегло осмотрел детей — быстро бегающих, не знающих забот, и невообразимо активных, а после ощутил странное неприятное покалывание в спину, после чего резко развернулся и расширил глаза от шока. Там, у соседнего корпуса, стояли Диппер и грёбанный очкарик Форд. И именно старикан прожигал его склизким, ненавидящим взглядом, и Сайфер решил побыстрее ответить на него таким же обжигающим взором своих ярких золотых глаз. И чего этому Шестипалому нужно от Деревца?