Остаться человеком

Холодный ноябрьский ветер пронизывал моё мешковатое черноватое худи, свисающее до бедер. Я стоял, направив свой взгляд на мобильный телефон, перелистывал статьи о последних новостях. Мои глаза бегали туда-сюда, пытаясь найти хоть что-то полезное для себя. Что вообще происходит? Что еще за эвакуация? Зачем всем сказали выйти на улицу и ждать помощь? Где подробности? Я видел на телевизоре только одну надпись: «Уважаемые граждане! В связи с последними событиями просьба всем выйти из своих жилищ и дожидаться автобуса для эвакуации населения». Только после этого я только начал собирать все вещи, даже не успел доесть бутерброд с сыром и колбасой. Рюкзак висел у меня на плечах. В нем лежали все мои подготовленные вещи для подобных ситуаций. Почему сразу не сказали ехать куда-то? Да и я бы не смог бы уехать – последний водительский тест я сдал просто ужасно – даже так, что пришлось оплачивать штраф за разбитую дверь при движении по шоссе на старенькой «Ладе». В чем смысл иметь машину, ведь для передвижения есть другие блага цивилизации? Кому нужна эта машина, если с ней только одни проблемы? За ней нужен постоянный уход, платить за страховку и прочие важные налоги… Обычно я передвигался на общественном транспорте – автобусах, трамваях, троллейбусах. Там я чувствовал себя более спокойно: никакой пьяный и ворчливый тридцатилетний идиот не свернет на твою полосу и не врежется в тебя на своем внедорожнике. Никакой мороки за постоянным смотром движением других машин, а то не дай Богу куда-нибудь свернешь... Я съежился и отодвинулся от рядом стоящего человека. От него несло сигаретами «Винстон» 90-ых годов, которые наверно тогда курили целыми толпами местных алканавтов и наркоманов. В нос ударил серый и пронизывающий дым, и я невольно сморщился. «Боже, чертов куряга. Заебали уже тут шастать…» - подумал я и полез в карманы. -Тебе что-то не нравится, шкед? – послышался хриплый голос рядом со мной. Я спокойно обернулся к источнику звука. Передо мной стоял зрелый дядька примерно сорокалетнего возраста в страшно-грязноватой одежде. Его лохмотья покрывала давно засохшая грязь, от которой пахло машинным маслом и недавнего контакта с дерьмом. От этой вони я был готов выбленуть прямо на него порванную куртку грязно-серого оттенка, на его поблекшие от старости бледные черные штаны и на его ухмыляющуюся рожу. На голове находились густые и дремучие черные волосы до верхушки уха. «Хотя бы волосы нормальные» - удивился я и дотронулся краем пальца до своих прибранных волос, свисающих до мягких бровей. В желто-мыльных зубах он держал дымящуюся сигару, а его светло-желтая кожа давало мне понять, что он курит уже многие годы. Наверно с того момента, как его родители не заметили его за гаражами с его молодыми подростками-друзьями за увлекательным процессом – курением табака. Однако я продолжил на него смотреть, не отступая от своих позиций и прав, хотя он выглядел как гигант по сравнению со мной, будто бы выше меня на голову. Отчего-то я чувствовал страх перед ним. Что он сможет сделать со мной? Снесет мне башку прям с размаху, даже не дав сказать мне? Или сразу обсыпит меня своими наитупейшими аргументами по типу того, что он старше и я должен его уважать? «Хер там плавал!» - сказал я про себя и поднял брови, убрав с лица прежнюю «фальшивую» улыбку. «Мне абсолютно плевать на него, на его жизнь, его проблемы, я тут не причем, и поэтому отнесусь к этому как мне хочется» - обратился я сам к себе, и подняв подбородок, выпрямил спину, и вымолвил немного низким и вялым голосом: -А что такое? – Не переставая смотреть на него застывшим взглядом, я положил свой телефон в карман худи. -Да вижу ты что-то от меня отодвигаешься,… Боишься? – Он подошел поближе и немного прижался к моей руке. Я почувствовал, что к моему рукаву что-то прилипло, липкое и пахнущее керосином. -Отвянь от меня, я с отморозками не общаюсь. – Я отошел от него на один шаг в сторону и взглянул на него. Его покрасневшие глаза налились неистовым гневом, и я заметил краем глаза его сжавшиеся кулаки. -Пацан, ты вообще знаешь, с кем ты разговариваешь? -С тобой, а что? Со зрением проблемы? - На его руках появились выпирающие сине-зеленые вены, а его лицо скосилось. -Ты давай-ка не нарывайся. – Он поднял руку и приставил свой кулак почти вплотную к моему лицу. На его морщинистых могучих руках обрывками были многочисленные царапины уже усохшего красного цвета. «Видать, уже не раз раздавал тумаков» - логически подумал я и решил как-то быстрее прекратить наш разговор, ибо я был готов уже извергнуть рвоту от его запаха, хотя не подавал виду. Даже не шелохнувшись, я высказал проблему: -Вы же знаете, что в общественных местах курить не слишком уж и вежливо? Может не всем нравиться нюхать ваш запах? -Да плевать я хотел на других… - Он убрал кулак от моего лица и я вздохнул с облегчением. -А, тебе плевать, да? – перебил его я. – Лучше бы просто бы убрал сигарету и спокойно дожидались помощи, которой уже нет слишком долго… -Как-то ты много базаришь и заумно причем…сколько тебе? -Восемнадцать, - произнес я. -А мне вот тридцать восемь! – как-то надзирающее рявкнул он. -И что? -Ты же видишь разницу между собой и мной? – Он показал на себя большим пальцем руки. -То что я веду себя более адекватно? -Видели бы тебя твои родители… -Мои родители любят меня таким, какой я есть. И вы к этому не относитесь, уж точно. – Из груди вырвался нервный смешок. -Почему ты себя ведешь по-хамски? -А мне кажется это ты ведешь себя неподобающе… - Услышав чей-то мелодичный девичий голос, я увидел в толпе молодую девчонку. На её хрупких плечиках висела синевато-черная кофта, а её каштановые длинные волосы скрылись за черной шапкой, обсыпанной по шву блестяшками. Её худые ножки, окутанные тонкими колготками за сотню рублей в каком-нибудь дешевом магазине одежды, тряслись от холода. Её заледеневшее лицо с карими горящими глазами смотрело прямо в мои глаза. Это был её отец? Даже хотелось посочувствовать, но я просто закатил глаза и отвел взгляд в сторону. Она вышла из толпы и взяла мужика за руку, а затем повернулась ко мне и промолвила: -Вы извините за него. Он бывает не в себя, когда курнет… - Она улыбнулась и исчезла в толпе, сверкнув грязными кроссовками вслед. Я кивнул ей и облегченно выдохнул. Наконец-то он отошел от меня. Тут мне почувствовалось, что к горлу подступил ком рвоты, и я сглотнул его, немного скривившись. Ощущение не из приятных. Мой взгляд устремился в толпу, и по их застывшим глазам до меня дошло, что они были восхищены мной. Я сообразительно кивнул и снова залез в телефон, решив узнать, что происходит на самом деле. Перейдя на первую страницу сайта, я открыл на его взгляд подходящую статью и принялся пробегать по тексту: «Последние новости этой недели» 30 ноября 2022 года правительство РФ объявило «комендантский час» по всей территории страны. Данное решение было принято Государственной Думой из-за недавнего происшествия на Крупной Междуроссийской шахте по добыче урана вблизи города Екатеринбурга. Очередная авария. Ну ладно, теперь понятны все эти способы выгнать людей на улицу. Я снова принялся читать: Судя по данным СМИ, которых не показывали на нашем телевидении, а успешно слитых в сеть, там произошла техногенная авария, из-за которой большая часть урана оказалась в воздухе. Но как выяснилось позже, при аварии уран был смешан с каким-то неизвестным веществом и вышел в воздушное пространство. Сначала данная смесь не приносила никакого вреда населению, но уже через 5 часов смесь... Статья перестала прогружаться дальше. Я глянул на верхнюю панель телефона: Интернет полностью отсутствовал. Что? Почему? Снова столько вопросов... Из толпы я смог услышать несколько фраз стоящих людей: -Почему Интернет пропал? Вот же только работал! -Что за хрень? -Долой такое правительство! Я невольно сглотнул, и мне показалось…что-то не так. Я почувствовал металлический привкус во рту, а через ноздри ощущался запах... непонятной химической смеси. Колени задрожали, и если бы не крепкая рука, держащая меня под локоть, я бы наверняка упал прямо здесь. Дыхание участилось, а дышать становились всё тяжелее с каждым последующим вздохом. Я поднял голову и посмотрел на людей: они по-прежнему стояли и обсуждали ситуацию с эвакуацией. Мои ноги подкосились, но мое тело понесло меня в дом. «Быстро глотну что-нибудь от тошноты и продолжу стоять» - задумался я и двинулся в свою квартиру. Расталкивая людей руками, они тяжелели с каждой секундой, и я быстрее зашагал к домофону. Вслед услышав ругательства, я пропустил их мигом ушей и поднял средний палец. 15-этажная каменная высотка была все ближе ко мне, и быстро набрав дрожащими руками номер квартиры, я вошел в подъезд, отворив тяжелую металлическую дверь. Зайдя в подъезд и закрыв дверь, мне стало легче. Странно. На улице мне было намного хуже, а сейчас уже не так тяжело. Вот и ноги снова пришли в норму. Почему так? Может, мне не стоило выходить на улицу? Спустя несколько подъемов мои ноги привели меня к моей квартире. Металлическая дверь с золотой цифрой «9», покрытая гирляндой, мигающая разными цветами, быстро поддалась ключу, и дверь раскрыла вид на квартиру. Длинный коридор с графитно-черными обоями одарил меня знакомым запахом свободы и одиночества. Справа на полки для обуви лежала небольшая фотография в бежево-серой рамке, но я лишь скривил губы и прошел на кухню. Вспоминать неприятности сейчас – пустая трата времени. Быстро забежав на кухню, я открыл шкафчик на верхней полке. Пластиковая коробка с ярким красным крестом полетела вниз, и все упаковки, баночки и склянки разлетелись в стороны. Я выругался и присев на корточки, начал рыть гору медикаментов в поисках нужного мне лекарства. Аспирин, имульгин, нурофен, но-шпа.… На глаза попалась знакомая упаковка «Флуимуцин», и, открыв тугую упаковку, я достал уже начавшуюся две недели назад шипучую таблетку из блистерной упаковки. Налив в стакан воды, я закинул в рот таблетку и запил её водой. Во рту появился горечный привкус, и я нервно скривил лицо. Я оперся на гладкий стол из натурального камня, купленный на летней распродаже в первые дни его продажи. Тогда еще произошла крупная потасовка между мной и одним быдлом, желавшим забрать телевизор по низкой цене. Я обдумывал дальнейший план действий, если помощи так и не будет. Появилась идея сесть к кому-нибудь в машину, или же просто своровать тачку, хотя первый вариант радовал меня больше. Найдя медицинскую черную маску, я надел её на лицо и начал идти на улицу. «Помощь может приехать в любую минуту, а я тут прихорашиваюсь, таблеточки запиваю» - обратился я сам к себе. Обувшись, мой взгляд снова упал на ту фотографию. Руки начали тянуться к ней, но я покачал головой. Зачем воротить прошлое, если можно жить настоящим? Но любопытство взяло вверх, и я схватил фото и вгляделся. На фото стоял я и какая-то девочка. Девочка, да! Потому что имя этой сучки я не собирался даже произносить! Я желал, чтобы она горела в аду, и чтоб её сам Дъявол выебал в её противный, всегда вякающий, где не надо рот. Итак давала парням налево и направо, и меня наебала вдобавок. Я тяжело выдохнул, и снова стал рассматривать фото. На фотографии мне было 16 лет, тогда я был совершенно другим. Я вел себя иначе, жил иначе, слушал другое, дружил с другими… Она висела на моих руках в воздухе, растянувшись в полный рост и висела в своеобразной позе, похожую на английскую «V». К слову, она меня была выше меня, из-за чего я комплексовал. Горло начало немного жечь. Она сделала лицо в стиле ахегао, и по её языку стекала слюна, а её большие изумрудные глаза выражали радость. Она была наряжена в белую футболку с изображением «Пошлой Молли» и короткую черную юбку, немного показывающая её задницу, закрытую черными стрингами. Хоть я до жути ненавидел эту шлюху, у неё были прекрасные формы, многие мне завидовали. Я же держал её на руках, и широко улыбался. На лице выделялся пластыря возле правой щеки – старая рана с детства. А ещё шрам на левой щеке – ранение ножом. Воспоминания постепенно возвращались в память… В спину дунул ледяной воздух, по телу пробежала небольшая дрожь. И звук – бах. Я обернулся. Окно открылось. «Это знак, пора собираться» - подумал я и снова посмотрел на фотографию. Сердце грохотало быстрыми и четкими ударами, по телу пробежали жаркие волны. Зубы скривились, и я со всей силы размахнулся и кинул фото в стену. Рамка от удара разлетелось на щепки, а стекло частями залетело за полку для обуви. А на руке появилась тонкая линия, из которой вытекала алая кровь. Я лишь скривился и, подняв бинт и перекись водорода с пола, обработал её и обвязал рану. Предварительно закрыв окно, я вышел из дома и, заперев дверь, начал спускаться по лестнице, лениво перебирая ногами. Меня стал интересовать по поводу ситуации на улицу. Почему мне стало так плохо? Газ уже добрался сюда? Или мой иммунитет меня подводил, за который я отдал тысячи рублей, чтобы быть здоровым? Да и врач тот мне казался странным: вечно что-то рассказывал, что у меня осложнения в организме, в итоге я скупал пакетами лекарства, которые он выписывал. Двенадцать тысяч рублей ушли в мусорку. Дверь открылась, и в нос ударил запах морозный воздух, обжигающий стенки ноздрей. Прикус металла во рту немного убавился. Тут я посмотрел вперед, и замер. Моё тело парализовалось, глаза не моргали, а пульс в руке скакал с бешеной скоростью. Я стоял и не мог выговорить ни слова. Перед глазами предстала страшная картина: люди, всё еще ждавшие транспорт для эвакуации, блевали кровью. Кто-то лежал и корчился, также захлебываясь в собственной крови и блевоте. Это было ужасно. Люди мучились, и даже не знали от чего. Несколько десяток людей просто выблёвывали свои внутренние органы, присев на корточки и разложившись по асфальту. Их глючило и это было видно и слышно, судя по разговорам и действиям. В толпе между мужчиной и девушкой я заметил ту самую девочку, которая уводила своего отца-мудака с запахом гнильца. Она лежала на земле и захлебывалась слезами, попутно изо рта начала течь оливково-черная кровь. Мне хотелось помочь ей, но мои принципы говорили лишь заботиться о самом себе. «У каждого разные пути – и путь той девочки – смерть» - мысль пронеслась перед сознанием. Глаза метались из стороны в сторону, а грудь сдавливал ком. Я жил этой жизнью, и сейчас я могу разрушить все свои принципы и изменить себя – надо ли? Вдох-выдох. Вдох-выдох. «Ладно, нахуй!» - прокричало у меня в голове, и я сцепился с места и побежал к ней. Люди безнадежно тянули ко мне руки, захлебываясь своими внутренностями. Я присел на одно колено и поднял её голову рукой. Взгляд упал на лицо. Глаза девочки покрылись черным стеклянным налетом, и зрачка стало не видеть. Её кожа побледнела, а на руках появились вены, наполненные уже черной кровью. Она дрыгалась в моих руках, всё ещё выблевывая кровь. Я смотрел на неё, и понимал её учесть. Сердце словно остановилось, и появился какой-то камень на душе, который не давал мне её отпустить. Она посмотрела на меня побледневшим лицом и приложила свою руку на мою щеку. По коже пробежали мурашки. Девчонка еле заметно улыбнулась, медленно поднимая грудь от нехватки воздуха. Открыв рот, девчушка наверно, хотела что-то сказать, но промолчала и ее дыхание пропало. Пощупал пульс – его не было. В груди будто похолодело. Я положил девчушку на асфальт и почувствовал холод на шее. Подняв голову, было понятно, что, похоже, пошел снег. Первые снежинки красиво падали вниз на мое лицо и охлаждали горячее лицо. Небо потемнело, и ни солнца, ни облаков было не видать. -Эй, отойди от моей девочки! – прокричал кто-то позади меня хриплым голосом и я обернулся. Ко мне, хромая, шло то самое мудило, которое докопалось до меня. У мужика были те же признаки, что видимо у его дочери: побледневшее лицо, черные стеклянные глаза, из рта текла черная кровь. Он хотел что-то хотел сказать, но споткнулся и упал лицом на дорогу. «Нужно валить. Здесь происходит какая-то чертовщина!» - сказал я сам себе и побежал искать транспорт. Вдалеке поблескивали фары отдаляющихся машин, и, оглядевшись, мой выбор пал на грузовик. Он прочнее, массивнее и выглядит более угрожающе, чем обычная машина. Но с управляемым транспортом я был мало знаком, да и водить не умел. «Как говориться, от страха даже корабль научишься за десять минут водить» - здраво подумал я и запрыгнул в кабину грузовика. Быстро оглянул панель: везде приборные панели, рычаги, кнопки. После осмотра грузовика выяснилась проблема: ключа не было. Я стиснул зубы и поудобнее присел на кресло, закинув ноги на панель. Позади меня послышалась какая-то возня: скрежет металла, шуршание коробок, и я посмотрел назад в задний грузовой отсек. Неожиданно на меня накинулся мужик в рабочей строительной форме, полностью обмазанный черной кровью. Он орал с хриплыми воплями: -Это мой грузовик, говнюк! Его руки схватили мою голову, и потянули назад. Я оперся руками об сиденье грузовика и попробовал ударить его головой. Промах. Мужик начал тащить меня в грузовой отсек, но я сопротивлялся, дрыгая ногами и держась за приборы. Псих сильнее сжал мою голову, и мне показалось, что сейчас моя голова согнется как лимон. Я еще раз махнул головой, и угодил ублюдку прямо по лбу. Тот обронил пару ругательств, и я полетел в панель головой. Жуткая боль прилетела в правый висок, и всё видимое расплывалось. Кроме боли меня окатило волной шока, и я снова решил идти вперед, не отступая. Пошатываясь, я схватился за форму мужика, и попробовал швырнуть его в дверь. По весу он был очень тяжелым, и в первый раз попытка провалилась. Он подставил локоть, чтобы прервать мою попытку, а затем схватил меня за волосы и, быстро замахнувшись, ударил меня об панель. Еще раз. И еще раз. В глазах помутнело, а стекло панели потрескалось. В ушах звенел шум, из-за чего скоординироваться было трудно. Сознание пошатнулось, и я интуитивно ударил локтем. Тот охнул от боли. От взрыва адреналина я впал в бешенство, громко пригрозив своему врагу так, что изо рта полетели слюни: -ОТЪЕБИСЬ ОТ МЕНЯ! Размахнувшись, я ударил того кулаком и угодил в солнечное сплетение. Он отлетел в спинку сиденья, и попытался встать. Я резко толкнул того и ублюдок вылетел на асфальт, прокричав пару ругательств. Выпрыгнув из грузовика, я начал дубасить его по лицу. Всё жутко болело и ныло, ноги становились ватными, но я продолжал наносить ему удары всё яростнее и яростнее. Мужик корчился от боли, не успевая реагировать на мои агрессивные удары, и получал по полной. Спустя несколько ударов я замахнулся и со всей силы ударил его по подбородку, и ублюдок перестал реагировать. Его расквашенное лицо вызвало у меня лишь желание продолжить, но отказавшись от данной затеи, я отбросил его на несколько метров, обшарил его карманы, нашел ключ от грузовика и сел на водительское сиденье. Хотя голова сильно трещала, я пытался вспомнить, как завести машину по урокам дяди. Всунув ключ, я повернул его в стартовое положение и стал дожидаться 30 секунд до разогрева двигателя. Так…что дальше? Вроде теперь нужно было разогреть какие-то свечи. Найдя подходящий рычаг с очевидной надписью, я дернул его и стал дожидаться момента. Я коснулся лба, и на руке отпечаталась кровь. «Хорошо, что та кровь мужика не попала на меня» - выдохнул я и стал заводить грузовик. После разогрева я повернул ключ и двигатель заревел. Нажав на педаль, грузовик начал набирать скорость, и повернув руль, я устремился по шоссе к выезду из города. Теперь здесь мне ловить было ничего, и я подумал, что будет неплохой идеей уехать из этого района. «Думаю, газ не доберется туда, куда я еду. Поеду просто в какой-нибудь населенный пункт. И маску нельзя снимать ни в коем случае, пойдет заражение. Нужно будет где-то найти респиратор либо же противогаз для лучшей безопасности» - отметил я и устремился вперед. На обочине лежали горы трупов, некоторые еще лежали и страдали, и на дороге море брошенных машин. Их было настолько много, что мне приходилось расталкивать их грузовиком. Часть людей, еще находящаяся в сознании, но были инфицированы, просили увезти их или как-то помочь, но я отказывался. Личная безопасность стояла прежде всего. В голову закралась идея остановиться в ближайшем супермаркете, но эта мысль отпала сразу же. Вдруг еще кто-то нападет на меня там или вообще полиция будет контролировать такие точки? Не хотелось бы попасть в тюрьму. Тем более тревогу никто не объявлял, а намеренно вызвали всех ждать. Странно всё это было, однако… Было понятно только одно: меня ждало что-то неизвестное, а снаружи подстерегал невидимый враг. Спустя полчаса я видел табличку, означающую, что граница поселка окончена, и я с облегчением надавил на педаль, направляясь навстречу новым приключениям…