Антология SKZ

      Правду говорят, что самая темная ночь бывает перед рассветом. А самые темные мыслим порождают нечто новое. Новое, и быть может, дающее надежду тому, кто был сломлен. Но ему все еще тяжело улыбаться.       Всего существует семь стадий отрицания.

Первая.

      Когда твой мир рушится на глазах, земля уходит из под ног, когда привычная жизнь становиться похожей на сон. Непривычно далекой, призрачной, подобно белому шуму где-то на фоне твоей привычной рутины. Теперь невыносимо тяжко и лениво подниматься с кровати по утрам, соблюдать ритуальный порядок дел. Особенно, когда снова видишь ее во снах - просыпаться не хочется вовсе. Хочется закрыть глаза и уснуть навечно. Зачем твой разум вытворяет такие жестокие вещи? Зачем снова прокручивает эту драгоценную виниловую пластинку по тонкой игле, вобравшей в себя, казалось, весь ком оставшихся нервных окончаний.       И ты лежишь в постели, усталыми глазами буравишь потолок и на душе так паршиво и гадко. Бессилие и невозможность что-то изменить. Теперь ты не сможешь ей позвонить, написать, услышать вновь ее голос. Должное в такие моменты становиться редкостью. Шок - состояние пустоты, когда твой внутренний мир, такой привычный, превращается в руины и ровняется с пеплом. И тогда приходит следующая стадия.

Вторая стадия.

      Тотальное отрицание. Ведь это все не правда, это чья-то до невозможности жестокая, глупая шутка, правда ведь? Чей-то затянувшийся, омерзительный анекдот. Это не взаправду, все эти сцены и кадры, проносящиеся перед тобой - дешева бутафория. И даже стоя прямо перед ней и глядя на ее мертвое тело, ты отрицаешь все до последнего. Это не она, это холодное бледное тело - не она. Это другой человек.       А она, настоящая она, мирно спит в этот ранний час дома, на мягких простынях ее любимого бежевого цвета, и совсем скоро откроет веки, тяжело поднимется с постели и поплетется готовить завтрак. Ей всегда тяжело вставать по утрам, ведь она была совой до самого мозга костей. Но он так любил их ночные разговоры и посиделки время от времени. А позже, она обязательно позвонит тебе и предложит погулять по городу, как всегда делала по выходным. Да-да, все так и будет. Но столь знакомые родинки на ключицах тела перед тобой говорят обратное. Тебя душит ненавистная реальность, вынуждая глотать слезы отчаяния. Пожалуйста, нет. Именно на этих мыслях подступает следующая стадия.

Третья стадия.

Торг. Смотря на ее бездыханное тело, ты со слезами на глазах умоляешь ее подняться. Легкие саднит от затрудненного дыхания, картинка перед глазами упорно не желает фокусироваться на ней. Тебе кажется, что вот - один момент, роковой, тот самый, как она наконец откроет глаза, поднимется и вы дружно посмеетесь с этой затянувшейся драмы, которая никому не по душе. Трагикомедии, которую никто из вас не желал. Кажется, что ты уже готов простить ей все на этом свете. Даже за то, чего она никогда еще не делала. Только бы она снова раскрыла веки.

Четвертая стадия.

Вина - пожалуй, самая тяжелая стадия. Ты раз за разом винишь себя за все. Мол, где-то не доглядел, что-то не дослушал, упустил переломный момент, который дал старт неизбежному. Что в нужные моменты уделял недостаточно внимания, был недостаточно близок, хотя желал это всей душой, всем своим существом. Настигает осознание, что не успел. У тебя было столько времени и возможностей рассказать все, о чем ты с трепетным сердцем думал ночи на пролет, утопая в ребяческой нерешительности. Открыть наконец свои чувства одному из самых близких тебе людей, и у вас началась бы новая, светлая. счастливая пора совместной жизни. Но теперь слишком поздно.

Пятая стадия.

Следом приходит гнев. Ты ненавидишь как себя, так и всю эту абсурдную ситуацию. Всех, кто сейчас вокруг, ты полон ненависти ко всему миру, к людям, что вопреки твоему горю продолжают столь ярко и искренне улыбаться. Все это кажется таким иррациональным и таким неправильным, что у тебя грудную клетку разрывает от этого контраста. Несправедливо, невозможно, отвратительно до такой степени, что хочется растворится, провалиться сквозь землю и просто перестать чувствовать. Перестать существовать, чтобы больше не ощущать боли.

Шестая стадия.

Депрессия - одна из самых тяжелых и затянутых состояний, откуда, порой, бывает даже невозможно выбраться. Ты так скучаешь по ней и неожиданно для себя осознаешь, как много она для тебя значила. Что жизнь без нее уже не будет прежней. Она была слишком внушительной ее частью. В твоей голове, на затворках сознания, она была неотъемлемой частью твоего будущего. Ты желал встречать с ней новые дни, провожать алеющие закаты, выбирать новые занавески в квартиру, болтать о всяких глупостях и теориях заговора, ходить в магазин и обязательно взять ее любимые инжирные персики. Ты столько желал попробовать вместе с ней. А теперь, в пучине отчаяния и туманного будущего учишься жить без нее.

Седьмая стадия.

Наконец, приходи сознание. Оно может настигнуть человека даже через час, втемяшив по физиономии обрывком жестокой действительности. Может прийти и постучаться во входную дверь через неделю или же месяц, когда ты начнешь замечать слой пыли на вещах этого человека, а по утрам перестанет греть чужое тепло под боком. Быть может, до тебя дойдешь лишь спустя года, когда родные черты лица начнут неминуемо меркнуть в обрывках драгоценных воспоминаний. Осознание дается через боль, которую ты яро отрицаешь, через сделку, которую пытаешься провернуть в собственной голове. Ты в состоянии сбежать от расспросов родных и бесплодных попыток помочь тебе друзей. Ты можешь уйти в академ, отодвинув в сторону университет со студенческой жизнью и попросить у начальника отгул на работе. Но ты никогда не сбежишь от самого себя.

***

И вот, настал очередной рассвет, увидеть который он сумел, пересилив дикую боль. Да, это было невыносимой утратой, и теперь Феликсу придется жить без тебя, как и тебе без него. Ты не здесь, где бы так хотела сейчас быть, но ты все видишь. И это разрывает тебя в клочья. Вы оба стоите на коленях у твоей могилы, и ты тихонько шепчешь своей родной душе о том, что всегда будешь рядом и будешь оберегать его до самого конца. - Ты не виноват, Феликс. Мир бывает невероятно жесток, но он стоит того, чтобы прожить эту жизнь и насладиться каждым ее мгновением, - руки уже не способны коснуться его, как и твои слова более не смогут быть услышанными, но тебя это не останавливает.       Ты знаешь, что эти вещи естественны, как и каждый его вздох. Он обязательно снова улыбнется кому-нибудь своей драгоценной улыбкой, похожей на само солнце. Той самой, что заменяло тебе его в пасмурные дни.       Казалось, мертвецу чужды слезы. Но это такая чушь - по твоим щекам тоже струились дорожки слез. Ты не могла поверить, что ушла из жизни так рано. Что оставила самого дорогого человека в одиночестве. Что теперь вы по две грани абсолютно разных миров.       Больше всего на свете, ты бы хотела быть сейчас рядом. Обнять его и спрятать лицо в широкой грудной клетке. И повторять снова и снова самое главное, что ты сама не успела сказать ему лично. Но то, что каждый из вас знал на самой глубине души без лишних слов. - Я люблю тебя.