Под одной крышей

      Андрей посвятил день домашним делам в квартире работодателя, но в процессе понял, что предыдущий слуга явно не пренебрегал своими обязанностями. Генеральную уборку делать не пришлось: только исследовать поподробнее квартиру, что где хранится и лежит, что нужно докупить для уборки или кухни. Оказалось, что почти ничего.       Ну, кроме шоколадных шариков «Несквик», конечно. Их Андрей приобрёл сразу две коробки, захватил заодно и медовые звёздочки. Мало ли, его величество захочет разнообразия… Пусть ест на здоровье, дитятко. Лишь бы меньше нервы трепал по утрам.       Когда Андрей вернулся к лицею, чтобы встретить мажорного деточку, уроки ещё не закончились. На парковке стояла пара машин премиум-класса, остальное место пустовало. Зато ближе к половине четвёртого пространство парковки заполнилось и стало напоминать как минимум выставку престижных автомобилей. Андрей даже вышел полюбоваться. Пределом его мечтаний была разве что Лада…       Постепенно из ворот лицея начали выходить ученики. Они смеялись, трепались между собой и рассаживались по машинам. Вышел и Руслан, весело болтая с одноклассниками. Распрощавшись с ними, выплюнул жвачку прямо на асфальт и сел в машину рядом с Андреем. Пристёгиваться было выше его достоинства, ну, а мужчина уже и привык к этому действию. В конце концов, он нянька, правильно? Да к тому же отвечает за безопасность своего подопечного.       За неимением других указаний, Андрей отвёз Руслана домой, напоил его чаем со сладким и дальше созерцал ту же картину, что и вчера — сгорбленная за компьютерным столом фигура подростка, его профиль и вперившийся в монитор взгляд. Раздавались звуки стрельбы и команды на английском языке. Иногда Руслан разбавлял это родной русскому сердцу бранью.       Андрей долго наблюдал за ним, прежде чем приступить к приготовлению ужина.       — Тебе что-то задают в лицее? — спросил мужчина как бы между прочим, и даже выбрал момент загрузки игры, чтобы не отвлекать парня, как вышло вчера. Не из величайшей заботы, само собой, а просто чтобы не слышать в свой адрес очередную порцию ругани.       — Я хэ зэ. Вроде, — небрежно сообщил Руслан, явно не заморачиваясь такой мелочью, как домашнее задание.       — Ну, так и почему ты ничего не делаешь?       — Зачем?       Руслан даже игрушку на паузу поставил — настолько заинтересовался беседой. Несмотря на это, взгляд, обращённый к Андрею, был таким, словно смотрели на идиота.       — Чтобы не быть последним неучем. Когда-нибудь тебе придётся жить самостоятельно, а для этого мало играть в стрелялки.       — Логарифмы мне в самостоятельной жизни точно не потребуются. И «что хотел сказать автор» — мне пох.       — Аттестат и диплом понадобится. Тебе экзамены сдавать.       — Слушай… — тяжко вздохнул парень. — У меня уже оплачен и аттестат, и оценки в журнале. Я могу даже в лицей не ходить. ЕГЭ папа тоже как-нибудь разрулит. Так что отвянь, окей? Это вообще не твоё дело.       — А мозжечок то не ссохнется? — усмехнулся мужчина. — Мне тебя жалко, Руслан…       — А не надо меня жалеть. Себя жалей. У меня всё есть, — фыркнул мальчишка и вернулся к игрушке на компьютере.       — Не всё… Далеко не всё, — многозначительно усмехнулся Андрей, но спорить и впрямь перестал. У него было занятие и без этого.       На столе постепенно появлялись тарелки и приборы, хлеб, салат, картошечка… По квартире уже плыли ароматы специй и запечённой рыбы. Форели, мать её, а не какой-то там путассу.       Андрей изредка поглядывал на Руслана и не сдержал улыбки, когда увидел, что тот уже принюхивается и вытягивает шею в попытке рассмотреть, чем же там накормит его сегодня нянька.       — Скоро там ужин? — не выдержал он в итоге.       — Когда уроки сделаешь.       — Чипсами поужинаю, — мило улыбнулся парнишка.       Встал, потянулся и вальяжно подошёл к столу. Сейчас, когда за ним наблюдали открыто, он нарочно смотрел на сервировку и готовые блюда как фифа на печёночный паштет.       — Вот незадача… Чипсы-то я и не купил, — развёл руками Андрей. — Ну, пойду тогда в магазин. Желание ребёнка — закон.       И с этими словами он собрался и, действительно ушёл в магазин под недоумевающий взгляд «ребёнка». Когда вернулся, Руслан уже шумел водой в ванной, откровенно хреново распевая песни. Противень с рыбой, которая осталась в выключенной, но ещё тёплой духовке, теперь стоял на плите. Впрочем, фольгу уже кто-то расковырял, а половины рыбы как не бывало. Салат в миске и горячую картошку со сливочным маслом и укропом тоже утащил неведомый гурман. Зато в раковине, как улика, нашлась грязная тарелка с вилкой.       — Детский сад, — тихо рассмеялся Андрей. Он кинул в шкаф несколько пачек чипсов и сел ужинать в гордом одиночестве.       Сегодня вместо раздражения он заметил за собой другие чувства. Во-первых, гордость, что малолетний неуч предпочёл его стряпню чипсам, а во-вторых — его просто внезапно начала забавлять игра на упрямстве Руслана. И пусть уроки мажорчик делать так и не сел, всё же Андрею показалось, что с этим парнем не всё так безнадёжно. Наверное… Но это не точно.       Учебная неделя прошла в том же режиме. Руслан, избалованный ребёнок, не умел ничего, и даже бренчание на гитаре не выходило у него хоть сколько-то хорошо из-за банального нежелания научиться. В лицее, само собой, парень тоже не учился, а только числился. Зачем прикладывать усилия, если все оплачено? Что Андрея удивило уже к концу недели, так это то, что господин Буров-старший своему отпрыску даже не звонит. Руслан был предоставлен только няньке-телохранителю да самому себе. А где же мать, спрашивал иногда в пустоту Андрей, и понимал, что матери, наверняка, у Руслана и вовсе нет. Только отец, и тот — одно название.

***

      В пятницу после учёбы Руслан сходу заявил следующее:       — Сегодня у меня будут гости. Короче, как приедем, в магазин пойдёшь. Купишь нам чипсов, закусона, алкашки. Понял? Только не дешманского, нормального купишь. Я тебе карту дам. И роллы нам закажи.       Андрей покосился на него, но он был за рулём и не мог отвлекаться. Изо рта так и рвался вопрос, а знает ли отец, чем развлекается каждую пятницу его сыночка, но вместо этого мужчина уточнил лишь количество персон.       — Человек семь-девять. Приготовишь всё, а потом не отсвечивай. Нам нахрен не сдался слуга в компании.       Андрей кивнул, уже предвкушая весёлый вечер. Или даже ночь.       — С вами будут девушки?       — Твоё какое дело?       — Девушки обычно пьют… другой алкоголь, — пояснил Андрей. Истинная причина же была в ином. Ему хотелось знать, будет ли у золотой молодёжи оргия. Такие вечеринки редко заканчиваются благопристойно.       — И девки будут тоже.       Всё ясно. Значит, завтра придётся перестирывать покрывала на диванах и постельное бельё с кровати Руслана. А ещё желательно прикупить презервативов для деточек. Вдруг не додумаются принести? Или горячие окажутся, и не хватит. Руслан, конечно, идиот, но сифилис он точно не заслужил. Просто молодой ещё, дурной, избалованный…       — Я всё понял, Руслан. Надеюсь только, что ничего серьёзнее алкоголя вы употреблять не станете.       Судя по смешку парня, он такого не обещал.

***

      Андрей приготовил деточкам поляну, понаблюдал за тем, как приходят первые шумные гости, и на этом самоустранился. В его комнате был отдельный санузел, так что даже в туалет ему выходить в коридор не придётся. Однако совсем покидать квартиру всё же нельзя. Подростки могли учудить что-то такое, что понадобится помощь кого-то более взрослого и… трезвого. Тогда, есть надежда, что Руслан додумается позвать телохранителя.       Андрей посидел за компьютером, не нашёл себе там занятия и выключил его. Лёг на кровать со смартфоном, пролистал спам-рассылки. Потом понял, что хочет спать, принял душ и завалился под одеяло, но теперь уже звуки вечеринки просто не позволяли ему заснуть спокойно. Громкая музыка, смех, звон пустых бутылок…       Шёл уже третий час ночи, когда на фоне музыки стихли голоса, но зато из комнаты за стенкой — спальни Руслана — стал раздаваться скрип пружин кровати, а иногда и вовсе пошлые шлепки и стоны. Сколько там человек и в каком гендерном составе — оставалось только гадать. Собственно говоря, Андрею должно быть плевать на всё это. Развлекаются детки богачей, да и флаг им в руки. Только почему-то стало как-то очень мерзко и обидно за себя.       Будучи из откровенно бедной многодетной семьи, которая то и дело оказывалась на контроле у органов опеки, Андрей никогда не пользовался успехом у девушек. В восемнадцать лет он планировал поступать в университет, чтобы выбиться в люди, но случай распорядился так, что вступительные экзамены он завалил и остался не у дел. Пришлось идти в армию.       Андрею, тогда ещё зелёному пацану, в общем-то понравилось, что есть режим, есть казённое жильё, одежда, еда. Даже жалованье дают. Он трезво оценивал свои силы и понимал, что вряд ли поступит куда-то спустя два года после окончания школы. Понимал, что в тесной квартире матери, где все ютились друг у друга на головах, ему не дадут ни приготовиться к экзаменам, ни проучиться толком положенный срок.       И вот он тут. Ему двадцать семь. У него нет образования и собственного жилья, только крошечная доля в материной квартире. У него нет семьи и даже друзей, ведь после школы он исчез из их жизни на девять лет. У него даже секса толком, можно сказать, не было. Он никому не нужный бомж, которого богатые господа взяли нянькой и прислугой на полный пансион.       А за стенкой развлекался человек, который в свои семнадцать, ни дня в своей жизни не работая, мог позволить себе всё, что угодно, и даже девчонки готовы сами запрыгивать в его постель. Потому что мальчик богатенький, у него хата своя и родителей дома нет. С ним весело. Свобода, все дела…       — А-а-а, — как-то уж особенно громко раздалось за стенкой. Шлепки ускорились.       Андрей накрыл голову подушкой и сунул руку в трусы. Чёрт бы их побрал этих золотых деток…       Как ему удалось уснуть, мужчина даже не понял, но в шесть утра, проснувшись по будильнику, он по-прежнему услышал долбёжку музыки в гостиной. Закончилась вечеринка или нет — уже неважно. У Андрея начинался рабочий день.       Он привёл себя в порядок и вышел из комнаты. В нос сразу ударил кислый запах алкоголя и секса вперемешку с табачным дымом и сладковатым привкусом травы. Уж какой, догадаться было несложно.       Андрей прошёл в гостиную, которую оставлял вчера в полном порядке и понял, что работы ему тут хватит на весь день. На диване валялись друг на друге три тела — два парня и девушка, все практически голые. Их пришлось обойти, чтобы закинуть в мусорный пакет пустые бутылки, пачки от закусок и контейнеры из-под ролов, а так же кое-как замести туда же веником использованные презервативы. Господи, ну и мерзость…       Грохот музыки бил по ушам, но пульта Андрей не смог найти, как ни старался. Видимо, он где-то под голыми телесами подростков. В итоге мужчина не придумал ничего лучше, чем просто выдернуть из розетки шнур музыкального центра.       Воцарилась блаженная тишина. Нарушал её только храп спящих и звуки блевоты из туалета. Андрей направился туда. Если это Руслан, то выбора особо нет — нужно намыть его наглую морду и заставить выпить хоть всю пачку активированного угля. Но в туалете рвало девчонку лет пятнадцати, наряженную в одну лишь коротенькую юбчонку в белёсых следах некоторой биологической жидкости мужского организма. Без белья, насколько Андрей успел заметить. Он отвёл взгляд от её прелестей и плотно сжал губы.       Ведь у этой девчонки есть родители… Знают ли они, что их дочь всю ночь напивалась, курила траву и трахалась с парнями? Знают ли родители, что их дочь в эту минуту блюёт в чужом туалете, не стесняясь сверкать промежностью перед незнакомым мужиком? Рассчитывали ли на что-то подобное, когда нянчили в колыбели маленькую принцессу пятнадцать лет назад?       Андрей видел, что девушка заметила его. Он отошёл и нажал на ручку двери в комнату Руслана. Тому может оказаться плохо, тогда этическая сторона вопроса вторжения в частную жизнь отойдёт на второй план.       — Руслан, — тихо и спокойно позвал мужчина. Так сходу он не смог обнаружить своего подопечного среди остальных.       Ещё одна голая девушка спала с бесстыдно раздвинутыми ногами, наполовину свесившись с кровати. С другого края сидел парень лет семнадцати. Сидел, пошатывался и пытался поймать губами горлышко бутылки. Перед ним на коленях сидел ещё один, обмотанный до пояса простынью. Его блондинистая голова двигалась вверх-вниз. Вверх и вниз…       — Руслан?       — Чел, ты чё тут забыл? — еле шевелящимся языком пролепетал незнакомый парень, кажется, даже не замечая, что где-то там ниже пояса ему делают минет. И кто?!       — Вот дерьмо… — Андрей быстро вошёл в комнату и за плечо отдёрнул Руслана от его партнёра. Девушка на кровати застонала и перевернулась. Вторая, та, что общалась до этого с унитазом, по стенке зашла в комнату и рухнула на кровать.       — Дебил… — проблеял Руслан, гневно сверкнув глазами на Андрея. Мужчина заметил у него расширенные до белка зрачки. Полудурок, он же обкурился… — Иди нах отсюда…       Вместо того, чтобы выполнить его указание, Андрей бесцеремонно поднял это невменяемое тело на руки и, как куль с мукой, потащил в ванну. По пути Руслан расщедрился на матюги и оскорбления, но сопротивляться был не в состоянии.       — Ты низок, — процедил ему в ухо Андрей, прежде чем скинуть в ванную и врубить на полную мощность воду. Холодную, горячую — без разницы. — Убожество.       — Отвяжись, б…ть, — орал Руслан, но Андрей только направил на него душ, хлопнул дверью и вернулся в спальню подопечного, которая выглядела сейчас как притон.       Мужчина собрал по полу чужие шмотки и швырнул их в первого попавшегося «гостя».       — Выметайтесь к чёрту. Все.       — Э-э…       — Дядя, остынь.       — Одна минута одеться. Проваливайте. Не забудьте рассказать родителям, чем занимались в гостях.