Котёнок

      От каждого глухого стука тяжёлой обуви об пол вдоль позвоночника проходили электрические заряды, от которых парня слабо потряхивало, заставляя прогибаться в спине сильнее, чтобы вид на оголеные упругие ягодицы открывался ещё яснее.       Он не мог отвести взгляд от длинных аккуратных пальцев, будто специально созданных для игры на фортепиано, сейчас протирающих очки лоскутом мягкой ткани.       — Не смотри на меня так, — младший тихо смеется, вызывая этим нежную тёплую волну внизу живота партнёра.       — Извините, — старший прячет улыбку за ладонью и немного ерзает от нетерпения.       — Держи руки за спиной.       — Да... — проводит пальцами по губам, а потом уводит руку за спину.       — Котёнок, ты такой послушный, — черноволосый властно ухмыляется и медленно подходит ближе. — Мне угостить тебя? М? — засматривается на чужие приоткрытые губы в желании попробовать на вкус. — Дай мне увидеть твой язык, высунь его, — Тим покорно исполняет чужую волю, невинно смотря в глаза партнёра. — Ты просто чудесен, — улыбается парень, расстегивая ширинку своих чёрных брюк и оголяя возбужденный орган.       Тимофей припадает к нему губами, нежно целуя головку, затем проводит языком по ней и отстраняется, заглядывая в синие глаза.       — Продолжай, — голос становится заметно ниже от возбуждения, и Егор тихо вздыхает, когда партнёр начинает нежными движениями ласкать член вдоль длины. Посасывает головку, иногда целует её и утыкается кончиком языка в дырочку. Тим легко находит чувствительные зоны и пользуется этим.       Надолго Егора не хватило. Приказав Тимофею остановиться, он вышел из его ротика, пачкая губы в собственной смазке, которую сам же слизал в глубоком поцелуе.       — Вставай на кровати, — Егор отходит за тюбиком смазки, пока Тим перебирается на кровать и встаёт на четвереньки на самом краю, в предвкушении сжимая одеяло в ладонях.       Чувствует, как пробка покидает его тело, и вздыхает от чувства пустоты, хотя оно длилось недолго — младший вставляет скользские от смазки пальцы, сразу надавливая на нужное место. Ему не нужно растягивать партнёра, ему нужно доставить удовольствие. Старший скулит и тихо стонет, когда длинные пальцы добираются до простаты.       — Котёнок, помяукаешь для меня? Повиляешь хвостиком?       — М-мяу... Мяу, — щёки Тимофея обжигает пунцовый румянец. Он покачивает задом из стороны в сторону, а затем оглядывается на своего хозяина, на лице которого красовалась интересная ухмылка.       — Миленько.       Егор убирает пальцы, вытирая их о заранее подготовленное бумажное полотенце. Шлёпает нижнего по ягодице, оставляя красный след, отчего Тим скулит, сжимая одеяло сильнее и кусая губы почти до крови.       Егор входит в растянутый анус плавно, как бы ненароком не сделать больно партнёру. Тим прогибается в спине, касаясь грудью кровати, и замирает, подавляя стон. Когда младший начинает двигаться быстрее, вырабатывая их собственный темп, он подаётся ему и двигает бёдрами навстречу. С уст срываются тихие стоны и почти неслышное мяуканье, когда Егор шлёпает его по заднице.       Первым чувство оргазма накрывает Тимофея. Он громко стонет и скулит, слизывая с губ металлический вкус. Вишенкой на торте становится горячая сперма партнёра, растекающаяся внутри, теперь он точно не будет чувствовать пустоту в ближайшее время.       — Ты просто чудо, — Егор наклоняется над Тимофеем, когда он обессиленно падает на спину, и нежно целует его в приоткрытые губы.