Комфорт и стекло

Любым объятиям нужна работа Крепче станет наша любовь Вспахивать землю, обливаться потом Гнать, гнать, гнать эту кровь.

— Объятия, лампабикт.

Сергей Разумовский.

      Серёжа не помнил, когда его обнимали в последний раз.         Имитация объятий Олежи, любезно предложенная Птицей, в список реальных вещей не входила. Твои цепляющиеся за его пиджак пальцы и тихие всхлипы звучали через чур громко, били по голове своей искренностью и «настоященностью».       — Дурачок, куда ты полез? — шепчешь ты в потрёпанную дракой рубашку, — а если бы Грома рядом не оказалось?         Серёжа, несмотря на оставленные падением со ступенек синяки, с теплотой прижимает тебя к себе в ответ, тихо бормоча что-то из разряда «прости, я не хотел заставлять тебя волноваться, прости».

Птица.

      Будучи в ипостаси Разумовского, Птица предпочитал сжигать коррупционеров в Питере или сражаться за благое дело против Грома, но никак не обниматься. Костюм Чумного Доктора для проявления любви и нежности тоже не подходил, и на ощупь казался каким-то через чур пластиковым и грубым. А ты ничего не могла с собой поделать, сердце разрывалось от боли. Сколько лет ему теперь дадут? Когда вы сможете нормально увидеться?       — Я вернусь. — Шепотом, наклонившись к тебе, пообещал Птица и проговорил громче: — скажи спасибо Грому, обнять в ответ не смогу.       Он дёрнул плечами, показывая, что руки крепко связаны огнетушителем.

Олег Волков.

      Тебе нравилось обниматься с Олегом, потому что он такой… надёжно-уютный? Сильный, понимающий, успокаивающий, тёплый, заботливый. Рядом с ним всегда становилось комфортно, расшатанные за день нервы волшебным образом восстанавливались, а тревога уходила на какой-то неимоверно далёкий задний план.       И пусть сегодня причина для выражения чувств была не столь обыденной и даже страшной, объятья Олежи ни чуть не уступали в нежности и уверенности.       — Я не хочу, чтобы ты уезжал, — тихо говоришь ты, сцепляя пальцы на горячей кружке, — Серёжа не хочет, чтобы ты уезжал. А вдруг что-то случится? А как я… а как мы тогда переживём?       Олег вздыхает и осторожно прижимает тебя к себе, внимательно следя за тем, чтобы не пролить чай с лимоном на плед.