I'm going to kill you

            Кондратюк вышел на улицу с чашкой чая и присел на шезлонг. Несмотря на пасмурную погоду, в душе парня щебетали птицы, а в животе порхали бабочки. Причину такого диссонанса установить было сложно: прекрасный брюнет, который сам связался с ним, или сладкая парочка, ради которой пришлось освободить свои 5 квадратных метров площади маленькой общей комнатки.       Марк был безмерно рад за подругу. Пусть де-юре Женя с Алиной не объявили о своих отношениях, именуя случившееся просто порывом чувств, де-факто было очевидно, что напарница, которую парень знал долгие годы, никогда бы не стала так морочиться из-за мелкой интрижки. В одном взгляде этой маленькой, хитрой охотницы пылал такой огонь, что, казалось, она мысленно успела не только раздеть Алину, но и приступить к более активным действиям... –"Бррр! Это их личная жизнь, мне и своей хватит." - пронеслось в мыслях резко одернвушего себя парня.       А своей действительно хватало: а точно ли этот загадочный Евгений позвонил ему лишь для того, чтобы узнать о состоянии Анны Станиславовны. Кто она ему? Подруга? Босс? А может что-то большее? Маркуша бексонечно накручивал себя, сначала страдая в отношениях, где явно был ненужным, а затем тут же теша себя ложными надеждами о взаимности. Но в этот раз всё как-то по-другому. Точно по-другому. Что-то ему подсказывало, что это был тот самый не первый, но последний, уникальный и неповторимый, посланный ему всевышним, верой в которого, он, кстати говоря, себя не слишком утруждал.       Потихоньку потягивая из трубочки что-то безалкогольно-сладкое, парень услышал еле-уловимый шум шагов сзади. В голове сразу промелькнула мысль: это Женя, она в очередной раз решила над ним поржать, бесшумно подкрвашись со спины и напугав до микроинсульта. Но к приятному удивлению, через секунду на соседний шезлонг присела Алина , чуть съёжившись от прохладного ветерка.       – Хей, чего голая выперлась? Медведева не усмотрела? - Кондратюк собрал всё своё актёрское мастерство и по-отечески нахмурил брови.       Девушка усмехнулась. В самом деле: на ней была одна лишь футболка, почти полностью прикрывавшая шорты, которые ей дала Женя. Образ никак не вязался с стоящими на улице пятнадцатью градусами тепла. Кажется, нужно научить медвежонка пользоваться прогнозом погоды.        Взгляд парня метнулся выше: тонкая шея, украшенная свежими, ещё не до конца покрасневшими засосами и укусами, о которых Алина явно забыла...

***

      Девушки остались в комнате одни. Марк ушел на кухню, что-то с особым интересом обсуждая с неким Евгением. Загитова полностью проснулась и уже залипала в телефон, проверяя соц.сети. С головой погрузившись на пару минут в мир инфоцыган, она не сразу заметила, как телефон, ещё секунду назад удобно лежащий у неё в руках, в пару резких, изящных движений оказался на прикроватной тумбе.       Тонкие и наглые пальцы Медведевой скользили по ключицам Алины, неожиданно в миг спустившись ниже. Забравшись руками под футболку девушки, Женя стала поглаживать плоский, спортивный животик.       Всё это время Загитова наблюдала за действиями несостоявшейся партнерши будто заворожённая, без возможности двинуться или лишний раз вздохнуть. Она поняла, что просто не в силах отказать настолько обаятельной девушке, которая своими храбростью и героизмом растопила её давно покрывшееся инеем сердце.       Заглянув в темные глаза, Аля смогла разглядеть там всю нежность и любовь этого мира. В такой жёсткой, дерзкой, местами безумной и холодной девушке на первый взгляд, было заперто столько заботы и ласки. А главное ключ к ним - она сама, Алина, готовая отдать в ответ тепла больше, чем нужно, чтобы растопить все ледники Антарктиды.       Медведева потянула футболку выше, легко касаясь тела подушечками пальцев. Опершись на руки, она нависла над кареглазой, втягивая ту в одновременно страстный и нежный поцелуй. Привстав на колени, девушка наконец сняла с Алины футболку, оставив партнёршу в одном спадающем лифе. Глупые, тяжело поддающиеся крючки топа всего в одно элегантное движение оказались расстегнуты, заставляя зрачки Жени невольно расшириться от представшей перед ней картины. Не желая вогнать Загитову в ещё большую краску своими наблюдениями, Медведева стремительно переключается на ранее оголенную шею. Казалось, каждый её засос - подарок, а укус - ещё два. Они обжигали, ссаднили, притихали и обжигали с новой силой, навеки затухая, словно умирающие звёзды. Когда Женя чуть приподнялась на локтях, желая спуститься ниже, Алина вновь заглянула в эти бездонные и одновременно безумные глаза. Взгляд девушки обжигал ещё больше, чем метки, оставленные ей на теле. Всё существо Медведевой сейчас выражало только одно: страсть, желание, томительное предвкушение. Взоры девушек встретились всего на секунду, но обеим сразу стало все ясно: взгляд Жени животный, охотничий, но бесхитростный. Она – не лиса, выслеживающая свою добычу часами и нападающая исподтишка, она – лев, получающий то, чего хочет напрямую.       Девушка, оставив ещё пару засосов на ключицах, спускается к груди, покрывая ту поцелуями и языком играясь с сосками. Сейчас она – сама нежность, пусть и распалённая до предела похотью. Её мягкие, неторопливые движения заставляют партнёршу стонать в томительном ожидании большего. И вот, не принуждая Алину долго кричать о своём желании, Женя мгновенно спускается ниже, стягивая с себя топ, шорты и оставшееся бельё с Загитовой. Скользнув по внутренней стороне бедра тонкими пальцами, Медведева медленно провела языком по наружным половым губам. Мягко, не надавливая, она провела языком дорожку к крайней плоти клитора, заставляя нижную издать протяжный стон. Мгновенно смекнув, что заветная точка удовольствия найдена, Женя сдвинулась языком чуть выше, лаская клитор и будто ненароком задевая ту самую чувствительную зону. Издавая протяжные стоны, Алина умоляла девушку не останавливаться, крича о своей любви к ней. Спустя всего пару минут ласк и тысячу криков о том, как же Медведева хороша, миг удовольствия уже почти наступил, как вдруг... Все замерло. Женя отстранилась и чуть приподнялась, убирая руки с бедер девушки. –"Нет, милая, так легко не будет" - пронеслось в голове Жени одновременно с появлением заговорщической улыбки на её лице.       Облизнувшись, Медведева вошла в девушку средним пальцем. Не заставив себя долго ждать, она добавляет ещё один, параллельно с этим наращивая темп. Сразу за вторым в ход пошёл третий, а скорость достигла своего предела: казалось, сердца обеих консильери бились медленнее, чем двигалась сейчас Женя. Эта холодная в жизни девушка в настоящий момент просто сводила Алину с ума: Загитова громко стонала, уже даже не прикрывая рот рукой, царапала спину Медведевой, неустанно скользя пальцами по ключицам, щекам и ее затылку. Эмоции в голове били через край, какая-то странная эйфория переполняла обеих девушек. Ощущение, словно остальной жизни не существует, и ты есть только здесь и сейчас.        Пара финальных толчков, и по телу наконец разлилось приятное тепло. Мысли в голове покрылись белой пеленой, руки и ноги полностью отказались работать. Шумно выдохнув, такая же обессиленная Женя повалилась на кровать.

***

      Марк усмехнулся, переводя взгляд на дверной проём. Вспомнив о косяке (на удивление не дверном) Жени, он тут же выпалил:       – Медвежья задница, значит как девушке своей всю шею обкусывать так ты мастак, а как следить за тем, по погоде ли она оделась, так ты слепая курица? - вновь произнес Кондратюк строгим отцовским тоном.       – Chepeccato... - Женя скорчила наигранно-грустную гримассу - Стоять, чего!? Она не мо.. Алина, я же сказала тебе мою кофту надеть! - пока Женя стремительно приближалась к этим двоим, Загитова, учуяв неладное, дала по газам с места происшествия.

***

Трусова мягко улыбнулась, поглаживая волосы Аннушки.

      Аня чуть усмехнулась, продолжая лежать у Саши на плече. Аромат девушки с каждым вдохом раскрывался по-разному: нотки табака еле прослеживались на фоне сладко-приторного духа вишни, который в свою очередь перебивался тяжелым тоном бергамота с шлейфом мускуса. Вот оно – то спокойствие, которое девушка ощущала крайне редко, бесконечно находясь в штабе с отцом и другими мужчинами. Честно говоря, мужчины её не слишком привлекали, да и сама она не задумывалась об отношениях так серьёзно, как могла бы. Ей ведь уже есть 18, она уже взрослая, пора бы думать о себе и личной жизни... Ага, конечно, подумаешь тут, когда на каждом шагу враги, рядом нет ни единого человека, который не смотрел бы тебе в рот, когда вокруг лишь страх и любой твой близкий ежедневно подвергается недопустимой опасности просто потому, что он живет на белом свете.       Но сейчас девушку ничуть не волновала ни одна из проблем. В голове была только удивительная девушка с манящими огненно-рыжими волосами, в объятиях которой она находилась.       – Так странно, ведь ещё пару дней назад мы собачились, а сейчас ты так просто прижимаешься ко мне.. - произнесла Александра, медленно пропуская волосы Анны сквозь пальцы.       – Наверное это потому, что ты, несмотря на всю нашу вражду, помогаешь мне, и я готова доверять тебе. Я боюсь лишь одного... - Аня поднимает голову, слегка отстраняясь от девушки. - когда придет время, страх меня отпустит, и я расскажу тебе о чем-нибудь, что окажется для тебя недопустимым. И тогда всё в миг разрушится, ты перестанешь мне доверять, со временем все начнет становиться только хуже и..       Трусова перебивает её, заставляя замолчать. Мягкие, но в то же время напористые покусанные губы касаются её , резко останавливаясь, ожидая ответа. Первые пару секунд девушка впала в ужасный ступор, но лишь только Аня почувствовала, что Трусова хочет отстраниться, как поцелуй сразу углубился, сжигая все мосты назад для каждой из девушек.