Ещё один день

      Я тонула в море. В какой-то момент чей-то рёв перекрыл шум волн, и уже в следующее мгновение проснулась, словно волны вынесли меня не на сушу, а вернули в реальность.       Резко сев, чудом не сталкиваюсь лбами с разбудившей меня Эммой. Девушка успевает вовремя отскочить от кровати. — Боже, Лив, не вскакивай как какой-то зомби, — раздраженно прошептала блондинка. — Прости-прости, я не специально. — в ответ тараторю извинения, параллельно оглядывая сонным взглядом комнату. Замечаю, что за окном всё ещё сумерки. — Зачем ты меня разбудила?       Эмма приподнимает бровь и метнув быстрый взгляд на нашех соседок. Убедившись, что те мирно дремлят, отвечает. — Ты начала ворочаться во сне, кошмар снился? — Да, прости.

***

      Ночами когда я просыпалась или по уже ставшей традиции Эмма будила меня, оставалось только идти к заброшенной радиорубке. В которой можно спокойно дожидать часы до рассвета и заниматься своими делами. От таких посиделок и недосыпа, под глазами успели образоваться синяки, но желания скрывать их не было.       Укутавшись в полосатую кофту сильнее, иду к заброшенному зданию лагеря. Слышу как оттуда доноситься глухой удар, а затем ругательства. Тихо подхожу поближе и проворачиваю ручку. От этого старая дверь издаёт хруст, предательски выдавая моё присутствие. Человек внутри затихает, притаившись.       Медленно захожу внутрь и тут же натыкаюсь взглядом на замершего Дилана. Похоже он наклонился приподнять рухнувшую дощечку. — Эм, — парень неловко сжимал губы, растерянно смотря вперёд.        Дилан Линайви, ещё один временный работник детского лагеря. Не смотря на то что мы с ним не общались вне работы вожатыми, статус «клоуна» увязался за ним в моей голове довольно чётко. И прямо сейчас, стоя напротив него до меня всё никак не доходило, что ему-то здесь понадобилось? — Крис в курсе, что ты торчишь здесь ночью? — Вообще-то я собирался сказать об этом утром. — Дилан выпрямляется и указывает на меня рукой, — А ты что тут забыла? Ведьмочка решила призвать демона? — он натянуто улыбается, а мне хочется дать ему подзатыльник за такую тупую шутку. — Да, а ты будешь жертвоприношением. — А если серьезно, то зачем пришла?       Сказать и подкрепить слухи обо мне ещё одной историей? Нет уж, спасибо. — Учёба, — пожимаю плечами, — Режим сбила и чтобы других случайно не разбудить прихожу сюда. — то ли от нервов, то ли бог знает чего. Интонация моего голоса непроизвольно скачет во время разговора. — Ну здесь тебе будить некого, хаха. — он замолкает и чешет затылок, не зная куда себя деть. — Пусть каждый будет занимается своими делами, ок?       На том и порешили, парень разгребал завалы с инструментами. Я же уселась читать в углу небольшого домика, фонариком подсвечивая себе страницы книги.       Дилан поставил свой фонарь на один из завалов. Обычно такие вещи хранились у вожатой, которая отвечала за инструктаж. Кейтлин, кажется так её звали? Помню как она брала фонарь и вела детей. Мы провожали их через тропинку в лесу к пляжу, чтобы затем разжигать костёр. — Может поможешь?       Слабый свет подсвечивал парня и летающую вокруг нас пыль. Дилан запыхался и тяжело дышал через раз, а каштановые волосы прилипли ко лбу. — Пожалуйста? — уставшая улыбка больше походила на искрению.

***

      Я точно ненавидела детей. Они были слишком гиперактивными для меня, и явно с шилом в одном месте. Даже ребята, которые гордо называли себя «подростками», ничем не отличались со стороны от младших.       За наше недолгое время работы, единственной кто ни разу не прикрикивал на детей оставалась — Эбигейл, её имя было запомнить легче всего. Она ассоциировалась с кончиками волос покрашенных в красный и постоянным смущением. Всегда застенчивая в общении при этом проводила уроки рисования уверенно.       Незатейливые рисунки вырисовались кистью: машины, русалки, феи и…что ещё могут любить дети? Сегодня вовсю пользовались одолженным у меня аквагримом, взятым из дома. — Спасибо, Оливия — неожиданно говорит мне девушка в сводную минуту после урока. — За краски, Иззи очень понравилось.       Следую за её взглядом вижу маленькую девочку с плюшевой игрушкой (которая напоминала мне смесь собаки и медведя). На её правой щеке красовался цветок. — Мне несложно, я же специально взяла их с собой.       Эбигейл точно любила детей.