Детки из клетки

Ветер с залива пробирал до костей. Серость Анкориджа угнетала Стива как художника — слишком мало красок, слишком уныл вечерний сумеречный пейзаж. Возможно, утром тут всё совершенно по-другому, и оранжевая разгорающаяся нитка рассвета взрывает в одно мгновение горизонт всеми оттенками золота, но сейчас хотелось только поднять воротник повыше, сунуть зябнущие руки в карманы и зарулить куда-нибудь, где тепло и вкусно кормят. — Сразу к нему или утра дождёмся? — тихо спросил Стив, словно опасаясь, что его голос затеряется среди невысоких домиков. — Восемь вечера всего и завтра воскресенье, — ответил Баки. — Давай к нему. Только кофе сначала купим и пожрать. А то я не уверен, что командир с порога пригласит нас ужинать. Я бы не пригласил. — Главное, чтобы сразу стрелять не начал, — вздохнул Стив и потянул Баки в сторону приветливо мигающей неоновой вывеской кафешки. Меню не поражало разнообразием, столики, казалось, стояли здесь с прошлого века, зато все стены от пола до потолка были увешаны фотографиями счастливых горожан. От очень-очень старых до новых полароидных снимков. — Смотри, — Стив указал Баки за спину. На одной из таких фотографий был и их Брок, улыбался, обнимая своих мальчишек. — Теперь мы знаем, что они сюда часто захаживают, — улыбнулся Баки и быстро изучил меню. — А ничего тут кормят. Мясо с мясом и ещё много мяса. — Север, что тут растёт, кроме грибов и морошки? — пожал плечами Стив и с немного виноватой улыбкой попросил немолодую официантку принести всё, что на этой стороне меню, и ещё пару пирогов к кофе. — Скажу Рамиресам, что не они одни с таким хорошим аппетитом, — улыбнулась она, принимая заказ у него и Баки, который взял то же самое плюс шоколадный и клубничный чизкейки. — Не доверяю мужчинам, которые клюют, как птички. — Точно — эксперимент, — пробормотал Стив, когда официантка, не торопясь, отошла от их столика. — Рамиресы… — задумчиво произнёс Баки, глядя на фотографию Брока с детьми. — Все трое Рамиресов, Стив. Понимаешь? Брок тоже. — Думаешь, и с ним что-то сделали? Думаешь… — Стив задохнулся, оттянул ворот водолазки, но легче дышать не стало, слишком ярким оказалось видение распростертого на холодном столе тела Брока с прикованными ремнями руками. — Он моложе, чем я его помню. Лет на десять. — Скорее, он сам, — задумчиво сообщил Баки. — В Гидре меня в случае серьёзных ранений обкалывали какой-то версией сыворотки, ускоряющей регенерацию. Дико больно, кстати. Командир об этом знал. Мог раздобыть. — Значит, ты нашёл те документы в моём столе, — вздохнул Стив, сам не понимая, почему не спрятал, не уничтожил, не сжёг после того как прочитал и испугался за Брока. — Слишком серьёзные повреждения тканей, чтобы выглядеть вот так. Я ведь почти забыл об этом заключении врачей о состоянии очередного Джона Доу. Увидел сегодня его фотографию у тебя и решил, что ошибся, что это не про него. Но если сыворотка… — Да, тут только сыворотка, — согласился Баки и разулыбался, видя, что официантка несёт загруженный поднос. — Спасибо, красавица! — Уже двадцать лет как нет, но приятно, приятно, — усмехнулась женщина и тяжело опустила поднос на стол. — Приятного аппетита, господа. Сейчас принесу остальные части заказа. И заходите к нам почаще. — Это уж как сложится, — вздохнул Баки. — Служба. Даже если официантка и узнала их, виду не подала. А кормили здесь по-настоящему вкусно. Без новомодных авокадо, семян чиа, салатных заправок на основе обезжиренных йогуртов и прочей мути. Еда кончилась до обидного быстро. И дело не в том, что Стив не наелся, голоден он особо и не был, а в том, что время не самого простого разговора неумолимо приближалось. Сколько Стив ни репетировал, ни проговаривал мысленно, что скажет Броку, всё равно понимал: забудет ведь всё мгновенно. — Идём, — хлопнул его по плечу Баки, когда они расплатились, оставив щедрые чаевые. — Нечего тянуть козла за вымя. От заведения до дома Рамиресов идти-то всего два квартала оказалось, но каждый шаг отдавался в груди болезненным спазмом. Стив никогда не думал, что с ним вообще такое произойдёт. Но сначала Баки, перед которым он был страшно виноват, а потом и Брок… и эти чувства сплелись, слиплись в один неприятный комок вины и давили, давили, давили. Тихо скрипнула калитка. В доме грозно залаяла крупная собака, в окне первого этажа мелькнула неясная фигура — и Стив сдался, чеканя шаг дошёл до двери и постучался. Открыли ему не сразу. — Видеокамера в углу, — внятно сказал Баки. — Эй, Брок, открывай! Мы с подарками! Стив почти не удивился, когда в распахнутую дверь показалось сначала дуло ружья. — Я тоже не с пустыми руками, — зло усмехнулся Брок. — Одно лишнее движение — и сыворотка не поможет. Чего припёрлись? — Соскучились, — искренне сказал Баки, задвигая Стива в сторону — дипломатом и переговорщиком тот был никаким. — Да и ты по нам соскучился. Нет взрослых — так мелких воспитываешь, да? Знаешь, вот мне безумно интересно, каков Стиви здоровый и воспитанный тобой. — Вы моих детей не получите, — зашипел Брок, вскинул ружье, но почему-то не выстрелил. — Нам нужен ты, — обронил Стив. — Мы пришли за тобой. — Эй, я сказал «мне интересно», а не «мы пришли забрать», — обиделся Баки. — Дети, знаешь ли, не ножи. А ты, Стив, молчи лучше. Уж очень у тебя тон прокурорский. Брок, мы правда с добрыми намерениями. Одеколон твой привезли. Кофе любимый. Не хочешь в дом пускать — давай во дворе поговорим. Брок, просканировав их обоих тяжёлым взглядом, бросил себе за плечо сердитое: — Быстро по комнатам. После чего вышел на крыльцо и подпёр спиною дверь, как бы демонстрируя, что в дом они смогут войти, только перешагнув через его труп. — Господи, Брок, — вздохнул Стив. — Не, ну а чего? — пожал плечами Баки. — Будто у Брока есть поводы нам доверять. У него дети. Это, знаешь ли, накладывает. Дети, которые «накладывают», по ощущениям Баки, пялились в монитор наружного наблюдения во все глаза. — Зачем припёрлись? — снова коротко припечатал Брок. — Ни вам, ни вашему начальству я ничего не должен. — Тебя оправдали по всем статьям, — выдохнул Стив, жадно разглядывая Брока. — Мне станцевать? — фыркнул тот. — Для таких новостей есть почта. — Переезжай в края потеплее, — предложил Баки. — Ты же не переносишь холода. Детей в школу, ты чем-нибудь этаким займёшься… а мы со Стиви будем к тебе подкатывать вдвоём, пока не уговорим. И, кстати, тебе от ЩИТа компенсация положена. Стив Фьюри поставил раком и выебал сучковатым поленом за всё хорошее. — О-о, — протянул Брок, притворно ужасаясь. — Кто-то постиг новые глубины удовольствия? — а потом перевёл взгляд на Баки. — Зачем вам это? Вы встретились! Всё! Мир, любовь, клубничная смазка! Нахуя в этом уравнении ещё я вам нужен? — Потому что по-другому не сходится, Брок. — Стив выдвинулся из-за плеча Баки, решительно отвёл в сторону ствол ружья и шагнул вперёд. — Ты нам нужен, — добавил Баки. — Без твоего животворящего пиздюля нас всё время куда-то уносит. И… холодно, Брок! — вырвалось у него. — Так холодно! Взгляд Брока потерял остроту, резкость. — Что же вы, суки, творите, а? — хрипло выдохнул он, зажмурился, и прежде чем Стив успел открыть рот, как-то без огонька огрызнулся: — Сука — это литературное слово, так что терпи, моралист хренов. — Брок, ты не понял, мы… — Стив сделал ещё один шаг, оказываясь вплотную к Броку, тронул его за колючую щёку. — Мы не справляемся. — И потому я должен бросить всё? — криво усмехнулся Брок. — Ты ничего никому не должен, — мягко произнёс Баки. — Просто… подумай. — У меня дети, Барнс, — глянул на него Брок. — У детей школа, кружки, соревнования и друзья. В любом случае я выберу их интересы, а не ваши. — Это всё? — стараясь сдержать улыбку, поинтересовался Стив. То, что Брок шёл на диалог, а не огрызался на каждое слово, уже о многом говорило, по крайней мере, им с Баки. — Нет, не всё! У меня здесь бизнес! Только выплачена ипотека за соседнее здание. Вот-вот откроется производственный цех. — А, ну то есть увольняться и переезжать лучше нам, — понятливо закивал Баки. — Тут ведь рейнджеры всегда нужны, да? И отпуска у тёплого океана два раза в году. Отсюда на Гавайи лететь недалеко. — Охренеть вы быстрые, — фыркнул Брок, отстранил от себя Стива и закинул ружьё за плечо. — Я ещё ни на что не соглашался! — То есть будешь ломаться? — поинтересовался Стив и широко улыбнулся. — Буду! — Это правильно, — одобрил Баки. — Ты себя не на помойке нашёл. А мы будем за тобой ухаживать по всем правилам, да? Я умею в грамотную осаду. Брок закатил глаза. — Делайте, что хотите, но увижу вас рядом с детьми — пристрелю и даже интересоваться «какого хрена» не буду. Поняли? — Очень доходчиво, — кивнул Стив. — А если детей увидишь рядом с нами? — прищурился Баки. — Блин, Брок, что я, нас в детстве не помню? Любопытные, пронырливые, наглые, бессовестные. А у тебя ещё и суперы, да? Клоны суперсолдат, которых ты умыкнул из Гидры? Ты крут, мужик, охрененно крут, и я тебе ты просто не представляешь как благодарен за пацанов, но пытаться их удержать — что ртуть в дуршлаг собирать. Честное слово. — Разберусь, — фыркнул Брок, окинул Баки слишком внимательным взглядом человека, которому явно не всё равно. — Где остановились? — Пока нигде, — пожал плечами Стив. — Порекомендуешь гостиницу? — спросил Баки. — Ты весь город и окрестности знаешь, зуб даю. — В «Три сосны» езжайте, там люкс с чудесной кроватью королевских размеров, — пожав плечами, предложил Брок. Стива обожгло изнутри так, что пришлось стиснуть зубы, чтобы не ляпнуть какую-нибудь гадость. — Да у неё наверняка ножки хлипкие, — вздохнул Баки. — Пешком далеко? Как тут с такси? А то мы без машины. — Нормальные там ножки, — оскалился Брок и тут же добавил: — Машину я вам закажу, минут через пять должна быть. После чего скрылся за дверью. Щелчок замка поставил точку в их сегодняшнем разговоре. — Всё прошло лучше, чем я думал, — со вздохом подвёл итог Стив. — Да вообще зашибись! — Баки хлопнул его по плечу и потянул с крыльца. — Даже не обматерил как следует. — Так дети же смотрят, вот и не обматерил, — напомнил о камере Стив и опустился на ступеньки. — Ну так смотрят, а не слушают, — заметил Баки. — Думаешь, они читать по губам не умеют? — Стив покачал головой. — Но всё равно хорошо. Я думал, что он всё-таки выстрелит. — Брок спиной к камере стоял, — напомнил Баки. — И отморозком с кровавым туманом в мозгах командир тоже никогда не был. Зачем ему проблемы в собственном доме? Он преуспевающий бизнесмен, уважаемый член местного сообщества, заботливый отец. А на выстрел соседи бы всполошились, вызвали копов. Кстати, давай ему номера телефонов оставим, что ли. У тебя блокнот с собой? — Да, сейчас. Стив поднялся со ступеней, из внутреннего кармана вытащил блокнот, где частенько делал наброски, карандаш, и на пустой странице записал свой номер и номер Баки. — В почтовый ящик бросим, — сказал Баки. — Идём, нечего здесь жопы морозить. Простатит — такая гадость!