Детки из клетки

— Стив! — гаркнул Баки на всю квартиру, так, что оконные стёкла жалобно звякнули. — Стив, я нашёл! — Вот чего ты так орёшь? — поинтересовался Стив, сунув обожжённую ладонь под струю холодной воды. — Что ты нашёл? — Я командира нашёл! — гордо прокричал Баки. — Мы едем на Аляску! Стив зажмурился, пережидая краткий укол боли в груди, но справился с собой достаточно быстро, закрутил кран, вытер руки. — А ты уверен, что нужно? — спросил он, войдя в гостиную, склонился к Баки, коснулся губами его щеки и бросил взгляд на монитор ноутбука. На нём был групповой снимок рейнджеров Анкориджа, и слева, чуть отвернув голову, стоял сильно помолодевший, сменивший причёску и отпустивший заплетённую в две косы бороду, но всё равно узнаваемый Брок Рамлоу. — Это он! — заявил Баки, широко улыбаясь. — Вижу, — вздохнул Стив, разглядывая бывшего любовника. Таким улыбающимся, а не смотрящим исподлобья или скалящимся Брока он никогда не видел. Все их отношения были пропитаны настороженностью, недоверием. Но теперь-то Стив понимал, почему. — Ты уверен, что нужно ехать? — повторил он свой вопрос, прижавшись щекой к щеке Баки. — Конечно! — удивился Баки. — Должен же ему кто-то сказать, что он может вернуться из-за Полярного круга в более благословенные края. — Мне кажется, он и там совсем неплохо устроился, — буркнул Стив, сам не понимая, что его больше задевает: то, что Брок спокойно жил себе, или его изменившаяся внешность. — Приедем и спросим, — спокойно сказал Баки. — Стив, ты что? Почему ты до сих пор на него злишься? Всё давно выяснили, одноглазый преференций обещал, и пусть он только попробует их зажать! — Я не злюсь, я… — Стив сбился, отстранился от Баки и рухнул в соседнее кресло. — Всё сложно, ты же знаешь. Между мной и Броком, между нами было много большее, чем работа… — Ну да, я знаю, — без капли удивления сказал Баки. — Мне он тоже очень нравится, только он отказался. «Ты себе не хозяин», говорит, «В мозгах у тебя насрано»… Обидно, знаешь ли. Стив закрыл глаза, потёр лицо ладонями и только после этого обернулся к Баки. — То есть не только сообщить об индульгенции едем? — Ну если он тебе до сих пор нравится, у меня есть что ему предложить, — подмигнул ему Баки. — И справку о дееспособности покажу. Стив, я тебя очень люблю, правда. Но я уверен, что с командиром нам будет лучше. У него, в отличие от нас, есть мозги, и он не стесняется пускать их в дело. — И язык острее бритвы, — усмехнулся Стив. — А мы, оказывается, с тобой чуточку мазохисты, нуждающиеся в твёрдой руке. Но, Баки, мы ведь, может, и не нужны больше. Тогда ты и я были работой. Теперь вон она, свобода. — Работу не поят карамельным маккиато, — уверенно сказал Баки. — И мармеладных червяков не притаскивают. А ещё, открою я тебе секрет, Стиви, командир — не «медовая ловушка», и готовили его не на Вдову. Так что с тобой он был по любви, можешь не сомневаться. Губы Стива дрогнули, но он так и не улыбнулся, лишь забрал с колен Баки ноутбук и снова вгляделся в знакомо-незнакомое лицо человека, сумевшего достучаться до него, вытащить с самого дна депрессии и заложить первые камни для фундамента новой жизни. Пусть потом всё и рухнуло, очень больно отвесив по лицу, но Стив не мог перестать чувствовать что-то к Броку. Наверное, потому и смотрел сквозь пальцы на попытки Баки найти своего командира. Потому сам отказался верить в смерть Брока, когда при расчистке развалин Трискелиона были найдены его оплавленные жетоны. — Когда летим? — Сейчас, — ответил Баки. — Возьмём у Старка джет. — Мы не работаем на ЩИТ, не имеем ничего общего с правительством, а ты всё так же умудряешься вить из Старка верёвки только тем, что разрешаешь колупаться в левой руке? — покачал головой Стив. — Как мы искать-то Брока будем? Сомневаюсь, что он под своей фамилией живёт. Или выйдем на главную площадь Анкориджа с транспарантами? — Стив, ты как не в двадцать первом веке живёшь, — укорил его Баки. — Джарвис выяснит, кто контачит с этим отрядом рейнджеров, проверит лица по официальным базам и сообщит нам имя, дел-то. А Старк ведётся на моё обаяние, понял? — Понял-понял, — рассмеялся Стив, чувствуя облегчение после наконец произнесённого признания. — Тогда давай собирайся, а я пока с Тони свяжусь. — Golomu sobratsya — tolko podpoyasatsya! — задорно ответил Баки по-русски. — В смысле, что нам надо-то, кроме банковской карты? Это ты собирайся, а я с Тони парой слов перекинусь. Покачав головой, Стив захлопнул ноутбук и отправил его на журнальный столик. Что бы там ни думал Баки, а собраться всё-таки стоило. Что-то подсказывало не надеяться вот так сразу на радушный приём, а значит, в Анкоридже придётся провести не один день. Вот только тот же Баки не терпел гостиничных средств гигиены, а то, чем он пользовался, в Нью-Йорке-то не везде найти можно было. А как же любимая растянутая футболка с черепом и костями? Баки без неё не спал и очень переживал во время каждой стирки. Так что сумка набилась полная. — Едем в Башню! — провозгласил Баки. — Тони даст джет, а Джарвис ищет. Только давай заедем купим что-нибудь командиру в подарок. Нехорошо в гости — и без подарков. Что он любит? — Хороший кофе, вон тот парфюм, что стоит в коридоре, и горячий шоколад с перцем, — ни на мгновение не задумавшись, ответил Стив. А ведь он сам не знал, почему не выбросил чёрную бутылочку, а оставил на столике у зеркала, словно внутренне надеялся, что однажды Брок за ней вернётся. — Парфюм пакуй, — скомандовал Баки. — А я пока погуглю, где продают хороший кофе. Какую обжарку командир любит? Какой сорт? На эти вопросы Стив точно так же ответил быстро и без запинок, а ведь считал, что совсем не думал о Броке за последние три года. Через час, нагруженные парфюмом и двумя фунтами любимого кофе Брока Рамлоу, они вылетели в Анкоридж. Весь полет Стив просидел молча, не интересовался тем, что удалось отыскать Джарвису на Брока, есть ли вообще адрес, куда лететь, слишком всё это казалось странным, нереальным. — Брок Габриэль Рамирес, — скучным голосом начал говорить Джарвис. — Владеет оружейным магазином и мастерской по починке огнестрельного оружия. Также ведёт учебную группу для любителей стрелять из пистолетов. Постоянный контракт с рейнджерами Анкориджа. Владеет домом на Третьей стрит. Отец двух сыновей десяти лет, Рэя Рамиреса и Кевина Рамиреса. Вдовец. Держит собаку породы немецкая овчарка по кличке Аслан и кота породы мэйнкун по кличке Фред. Владеет автомобилем «Тойота тундра» две тысячи восьмого года выпуска. Правонарушения отсутствуют. — Отец?.. — выдохнул Стив, неверяще уставившись на развернувшееся на лобовом стекле голографическое окно. — Это же детям… по пять лет было, когда мы начали с ним… и семь, когда грянуло Озарение. Ничего не понимаю. — Джарвис, фото детей, — напряжённо потребовал Баки. И на экране развернулись фотографии мальчишек — шатена и блондина. — Стиви… — выдохнул Баки. — Это же ты! Вот теперь Стив вообще перестал что-то понимать. Одно дело так и эдак крутить в голове информацию о том, что его любовник имел всё это время семью и молчал, и совсем другое — смотреть на улыбающиеся лица двух мальчишек, так сильно похожих на них с Баки, что в груди больно делалось. — Кажется, тем для разговора с Броком у нас прибавилось изрядно… — А это, типа, я? — недоверчиво спросил Баки. — Рэй Рамирес и Кевин Рамирес, — сообщил Джарвис и вывел на экран всю небогатую биографию и школьные табели мальчиков. — У Брока дети, очень похожие на нас, — пробормотал Стив, разглядывая фотографии с сайта школы и те, что Джарвис умудрился вытащить со страниц в соцсетях других одноклассников. — Скорее всего, они — какой-то эксперимент. Но подробнее только сам расскажет. — Если знает, — с напряжением в голосе заметил Баки. — Но хоть понятно, почему Аляска. Меньше риска засветиться. Чёрт, командир ведь ненавидит холод! Он смотрел и смотрел на Рэя. — Так странно видеть тебя ребёнком — и здоровым. — Может, мы и правда не зря летим, — протянул Стив, накрыл ладонь Баки своей. — Я так виноват перед ним. А ведь он любит этих детей. Так выглядят только те дети, которых любят. — Собаку и кота командир точно не для себя завёл, — уверенно сказал Баки. — Брок не любит домашних животных, ненавидит шерсть в доме. У него даже кактус на столе засох, а искусственный цветок в кабинете вечно полит остатками чая, — добавил от себя Стив. — Но это странно, — покачал головой Баки. — От него я точно не ожидал. Он же этот… как это сейчас называют? Чайлдфри. — Но мы видим двоих довольных жизнью детей и собаку с котом, — указал на голографический экран Стив. — Одиночка, циник и мудак. — Что мудак — это точно! — согласился Баки и вдруг взглянул на Стива с ужасом. — Ты можешь себе вообразить нас, воспитанных им?! — Нет, — покачал головой Стив, приблизил фотографию Брока, не очень чёткую, чуть размытую. — Не могу. — Ни страха, ни совести, безбашенность и умение хоронить концы, — предположил Баки. — Ну и дисциплина, да. — Интересно познакомиться с такими нами. Хотя ты же знаешь, что характер формируется из окружения, а вот личность даётся с самого начала, и тут ничего не попишешь, — улыбнулся Стив. До чего же ему было странно и страшно ехать, но они уже подлетели, да и Баки вряд ли оценит, если Стив развернёт джет прямо над Анкориджем. — Ты всё перепутал, Стиви, — улыбнулся Баки. — Это характер определяется генами. А вот личность формируется окружением. Заходи на посадку.