Детки из клетки

Стив нахмурился, разглядывая страницу заказа, снова пробежался взглядом по срокам доставки. Не успевают. До Рождества пара дней, а компания всё тянула, отговариваясь тем, что сейчас такое время и они и так перегружены, так что Аляска может и подождать. Но ждать не мог сам Стив и мальчишки, которым он ещё полтора месяца назад заказал подарки. — Что такое? — перегнулся через его плечо Барнс. — Что случилось? — Да я детям конструкторы заказал из их вишлистов, а доставка не торопится, — вздохнул Стив. — В местных магазинах нет таких наборов. Порадовать хотел. — Жопа, — высказался Барнс. — Пусти, я им жалобу напишу. И сходим в местный магазин, купим что покруче. — Да я думаю связями воспользоваться и Тони позвонить, — выдал Стив, потянул Баки на себя, прижался щекой к его животу. — Как думаешь, Брок с мальчиками согласится с нами Рождество отпраздновать? — Я спрошу, а ты звони Старку, — тут же согласился Барнс. — Хорошо, что мы ёлку уже нарядили. Стив поднялся, коснулся губами подбородка Баки, скулы, щеки, уголка левого глаза и только после этого отстранился. Как бы ни хотелось сохранить своё новое место жительство совсем уж от всех в секрете, но в то же время лишать мальчиков именно тех подарков, о которых они мечтали, было неправильно. Да и вряд ли Тони решит сам сюда лететь. Отправит одну из болванок с посылкой — и всё. Барнс достал телефон и набрал номер Брока. — Привет! Я к вам всем с неприличным предложением, — заявил он. — Излагай, — разрешил Брок, у которого на заднем плане заливался счастливым лаем Аслан и громко кричали дети. — Давайте встретим Рождество у нас, все вместе, — выпалил Барнс. — У нас подарки для всех припасены, ёлка наряжена. Собаку берите, кота. Ответил Брок не сразу. — Я спрошу у мальчиков, но ничего не обещаю. Обед, конечно, прошёл хорошо, и потом они много расспрашивали про вас. Но сам понимаешь. — Понимаю, чего уж там, — согласился Барнс. — Заявка с изрядной претензией. — Я был бы не против так отпраздновать, всем вместе, — признался Брок, хлопнул чем-то, и звуки сразу сделались немного тише. — Но решают пацаны, — понимающе сказал Барнс. — Ну что ж, правильно. Слушай, а у тебя, кроме них, живая родня осталась? — Нет, принцесса, никого, кроме сыновей, — горько усмехнулся Брок. — С моей работой нельзя иметь семью. Потому и согласился, что угрожать нечем и некому. У меня же вся Альфа такой была. Бессемейной, бездетной. — А родители, бабки-деды, тётки-дядьки? — тихо спросил Барнс. — Мать родами умерла, отец спился, когда мне семнадцать было. А бабки или деды если и есть, то никто о них мне не говорил, — усмехнулся в трубку Брок. — Документов или писем в вещах отца не было, а потом я и искать не стал. — Почти как Стив, — вздохнул Барнс. — У него только мать была. Отец вроде бы в Первую мировую погиб… только документов почему-то не было. А мать умерла, когда он школу окончил. Чахотка. — С чего ты вдруг завел этот разговор о семье, да ещё и перед Рождеством? — поинтересовался Брок. — По мне, на празднике хватит и нас пятерых, без сомнительных родственников. — Навеяло, — объяснил Барнс. — У меня-то до войны большая семья была. Мы со Стивом всегда с ними Рождество праздновали. И в церковь ходили. — В церковь… Так вот отчего Стиви такой одновременно правильный и в то же время развратник, — хохотнул Брок. — Мальчик из хора. — Побойся бога, — улыбнулся Барнс. — У Стиви на ушах все медведи Северной Америки потоптались. Просто тогда в церковь ходили все. Каждое воскресенье и ещё по большим праздникам. Рождественская месса, пасхальная служба… — Ну вот, не дал мне насладиться новой эротической фантазией, — хохотнул Брок. — А я в церкви был только однажды, когда мы отрядом прятались в разрушенном храме во время военной операции. — Ну это тебе повезло, — уверенно сказал Барнс. — Ничего в церкви хорошего нет, только мозги морочат не хуже Пирса. Брок громко фыркнул. — Жаль, не сохранилось толком фотографий того времени, — перевёл тему он. — Стив был забавным. — Ну, личные фотоаппараты — дорогая редкость, а на ателье у нас денег не было особо, — объяснил Барнс. — И это Рэй забавный. А Стиви был чахлым задохликом и норовил загнуться каждую зиму. Он собрал комбо из всех детских болезней и побочек после них. — Рэй красивый, хорошо развитый мальчик, — возразил Брок. — А вот Роджерс... Голова на тонкой шее, острый весь. А ты — красавец, модник и гроза девушек. — Ни фига не гроза! — обиделся Баки. — От меня ни одна не залетела! Ещё не хватало жениться! — Стив другое рассказывал, — фыркнул Брок. — Как таскался за тобой на все эти свидания и отчаянно завидовал девицам. Как вы отсиживались под пристанью в доках, когда очередной брат или отец заставал тебя в самый ответственный момент. Как Стив ненавидел находить на тебе следы помады. — Ну, Брок, это не про меня — грозу девиц, а про стивову ревность и попытки папаш сбыть с рук неликвид, — заявил Барнс. — Но я так и не женился! — Сейчас вот ты счастливо женат, если верить документам, — напомнил Брок. — А ревность Стива знакома мне ещё со времен ЩИТа. Так что можешь не рассказывать. — Рэй-то как? Ревнивый? — поинтересовался Барнс. — Очень, — доверительно шепнул Брок. — Так что в этом они безумно похожи. Как и во многом другом. — Генетика, — вздохнул Баки. — Ты ещё наплачешься с обоими. А как насчёт борьбы за справедливость и финансовой хитрожопости? — Воспитание детей — вообще нелегкое дело. И я из мальчишек удобных делать не собираюсь. И с чувством справедливости Рэя бороться тоже, а вот научить обходить кое-какие правила — да, научу. — Надеюсь, тебе удастся, — серьёзно сказал Барнс. — Я со Стивом не преуспел. Хотя Рэй с Кевином вместе сколько? Мы-то со Стивом познакомились, когда ему уже тринадцать было. — Что-то у нас всё время разговор съезжает на какой-то мрачняк, — заметил Брок. — А Роджерс, когда звонит, всё норовит начать извиняться за всё на свете. Что же вы у меня такие неустроенные? — Нам без тебя плохо, командир, — вздохнул Барнс. — Давай, попроси пацанов за нас. А я пойду ругаться с сайтом. Они за полтора месяца прислать Стиву заказанные подарки не собрались. — Давай-давай, не верю, что ты, державший в страхе чуть ли не все разведки мира, не справишься с маркетплейсом! Дерзай, принцесса! — и отключился. Когда Брок вернулся в дом, мальчишки старательно делали вид, что не подслушивали под дверью. — У меня к вам вот такой вопрос, — Брок решил сделать вид, что ничего не понял по задумчивым мордам, и спросил прямо: — Не хотите это Рождество встретить не только в моей компании, но и со Стивом и Барнсом? У них? — А у них телевизор большой? — тут же поинтересовался Кевин. — Им, наверное, одиноко, да? — Рэя волновало совершенно другое. — И одиноко, и телевизор во всю стену, и Нетфликс с Диснеем проплачены, и двор огромный, и сауна, — решил выдать все козыри разом Брок, раз уж сразу категорического «нет» не последовало. Ведь и самому Броку не сказать чтобы так уж легко давались эти якобы свободные, ни к чему не обязывающие отношения. Он любил Стива тогда, и сейчас мало что изменилось. Да и к Барнсу равнодушным оставаться становилось всё сложнее и сложнее. — Ну раз и одиноко, и телевизор, то я не против, — заявил Кевин. — Только посуду пусть они моют! — Кстати, Аслана с котом взять тоже можно, — добавил Брок и глянул на Рэя. — А ты что думаешь? — Давай с ними. Всё-таки родня, — ответил тот. — У нас, кроме тебя, и нет никого. — Дядюшки Стив и Баки? — предложил Брок. — Ну какие они дядюшки, папа? — в упор посмотрел на него Рэй. — Ты же сам всё понимаешь. Кевин кивнул. — Ладно, сам дурак, — тепло улыбнулся Брок. — Рождество послезавтра, и погоду обещают снежную и морозную. — Здорово! — обрадовались оба. Погоду мальчишки любили любую. Потому что она была! После первых семи лет, проведённых в замкнутых пространствах, они приходили в восторг даже от осенних дождей, срывавших с деревьев последние побуревшие листья. А уж когда можно было полдня строить из навалившего снега крепость, а потом, сплотившись, обстреливать отца, погода и вовсе казалась идеальной. — Построим снежную крепость, — предложил Кевин. — Две крепости! — не согласился Рэй. — Рамиресы против Джеймса и Стивена. И кто проиграет, будет мыть посуду! — Три модификанта против двух, — протянул Брок, рассматривая своих мальчишек. — Этот бой войдёт в века! Нужно будет доставку из ресторана сразу к ним перенаправить, чтобы не таскаться со всеми контейнерами туда сюда. — Ага, — кивнул Кевин. — И если они хорошо попросят, я даже помогу им с индейкой. — Кев, а ты точно ветеринарией хочешь заниматься? Тебе бы ресторан свой открыть потом, как подрастёшь. Ты уже готовишь так, что мне стыдно к плите подходить становится, — признался Брок. — Ох, папа, какой ты наивный… — покачал головой Кевин. — У нас на одном уроке был шеф повар из «Дарризы» — ну это тот понтовый ресторан, где свадьбы и юбилеи все справляют. Так вот, оказывается, работать он начинает в десять, хотя ресторан открывается в двенадцать, и до полуночи, а то и дольше. И не только готовит, но и продукты заказывает, и меню формирует. Причём практически без выходных. Ну то есть у него один выходной в неделю есть вроде бы, но он вечно чем-то занят. А ещё ему су-шефов приходится учить. Вот оно мне надо? А ветеринар работает сорок два часа в неделю за те же деньги. — Да? — Брок чесанул затылок. — Ну да, такое оно… наверное, я слишком привык к тому, что начальник может половину дел перекинуть на кого-то из подчинённых. Вот в кого ты у меня такой умный, а? Явно не в меня. — Сам в себя, — сказал Рэй. — Барнс тоже на умника не тянет. — Это ты его ещё плохо знаешь, малыш, — фыркнул Брок. — Он профессионально идиотом притворяться умеет, чтобы начальство не заметило, что он оттаивает и отращивает обратно повреждённые клетки мозга. — Повреждённые? — нахмурился Кевин. — Как? Чем? — Барнсу в лабораториях Гидры память стирали, чтобы работал эффективнее, команд слушался и на волю не рвался. Он должен был верить в то, что не человек, а средство для достижения высшего блага, — ответил Брок, прекрасно помня, что и мальчишки первые несколько дней ему о том же задвигали. — Представьте себе пару разрядов через мозг. — Нет! — крикнул Рэй и обнял Кевина. — Не дам! Не позволю! — Малыш, с вами такого не будет, — пообещал Брок. — Ни с Кевином, ни с тобой. Любого убью, кто попытается вас забрать у меня, кто покусится на ваши жизни и здоровье. Однако Рэя всё ещё потряхивало. Кевин гладил его по голове и шептал что-то утешающее. Они никогда не рассказывали Броку, каково им приходилось в Гидре. А он не спрашивал. Но иногда… иногда воспоминания всплывали, как раздувшийся утопленник из болота. — Идите сюда, — позвал Брок, раскинул руки, чтобы снова укрыть детей собой, дать им опору на новый отрезок времени. Не каждыми воспоминаниями нужно делиться, некоторым лучше оставаться похороненными там, в далёком прошлом.