Детки из клетки

В среду, когда всё окончательно устаканилось, а Тони прислал первые данные по телам на корабле, Стив, вместо того чтобы отправить Баки с мальчиками на пляж, утянул его с собой в кабинет Брока. — Баки, что ты помнишь из того, что произошло на корабле? — спросил он, усадив Баки напротив себя в глубокое кресло, привезённое из Анкориджа. — Тебе с того момента, как мы на борт взошли? — спросил Баки. — Да, Баки, когда поднялись на борт и началась драка, — кивнул Стив, вглядываясь в его лицо. — Нас окружили и стали тыкать стволами, хотели разделить, но не смогли, — ответил Баки. — Потом какое-то щекастое чмо в штатском — он военный, кстати, выправку не спрячешь — приказало привести Брока и пацанов. А потом… — Баки нахмурился. — Потом этот сучий уёбок зачитал мне коды! — Вот про это я и хочу понять. Что это было, Баки? Тебя… тебя словно переключили. С первого слова ты замер, и только после кодов был приказ. Не до, а после. Получается, ты понимал, что делаешь, — Стив нахмурился, отчасти радуясь тому, что затеял этот разговор сейчас, когда Брока нет дома, а мальчики выпендривались перед Наташей, показывая кто как стоит на доске. Баки встал, прошёлся по комнате, постоял у окна, глядя на океан. — Это русские придумали, — сказал он. — Эти коды. После того как зачитано первое слово, я… я больше не я. Не принадлежу себе. Не управляю телом. А к концу… после десятого кода остаётся только Зимний Солдат, готовый выполнить любой приказ. Когда русские меня продали в США, передавать коды не стали. Это была личная разработка Карпова. Я думал… — Видимо, где-то сохранились записи, раз похититель смог их найти, — нахмурился Стив, постучал пальцами по подлокотникам кресла. — И ждал он именно тебя, готовился к твоему приходу. Брок и дети — приманка и тот триггер, на котором планировалось проверять сработало ли. Сразу виден результат. — Что я сделал? — с тревогой спросил Баки, развернувшись к Стиву. — Кто-то пострадал? — Пострадал твой лоб от моего щита, — признался Стив. — Я не стал проверять, что будет и выполнишь ли ты приказ в полной мере. После удара тебе переключило обратно. Стив поднялся с кресла, приблизился к Баки, провёл ладонями по его плечам, стараясь успокоить то ли его, то ли самого себя. Настолько страшно оказалось увидеть в глазах любимого человека холодность и безразличие. Стиву уже приходилось сталкиваться с таким взглядом и возвращать всё это назад он не горел желанием. — Значит, я опасен, — мрачно сказал Баки. — Сообщи… кто там расследование будет вести? Или не будет? У Карпова была такая книжка красная, со звездой на обложке. Коды в ней. — Ты не опаснее, чем был неделю назад, Бак, не дури, — оборвал его Стив. — Расследование вести будет команда, которую курирует Тони. Но вся информация будет поступать ещё и нам. Я сообщу о книжке, чтобы её поискали в вещах того урода. Но это не повод, чтобы тебя изолировать или что-то ещё. — А если будет утечка? — нахмурился Баки. — Уже была утечка, раз Брока и пацанов нашли, Стив. — За утечку я ещё спрошу с кое-кого, — неприятно усмехнулся Стив. — А насчёт кодов… — он погладил Баки по волосам. — Если их как-то запихнули в твою голову, значит, можно и извлечь. — Я не помню, как их запихивали, Стив, — покачал головой Баки. — Кресло, электрошок, какие-то транквилизаторы… — Вот без этого как-нибудь обойдёмся. Если потребуется, я убью любого, кто хоть как-то касался всех этих разработок, но больше никакого электрошока. Даже представлять, что с Баки творили в Гидре, как ломали, вытягивали из него всё человеческое, заменяя обычные реакции командами и кодами. — Интересно, какой мудак придумал, что ты пацифист? — усмехнулся Баки. — Ты в Бруклине никого не убил только потому, что я вовремя тебе растолковал, почему не стоит таскать с собой по-настоящему серьёзный нож. — А придумали это те, кто рисовал агитационные плакаты, комиксы обо мне и снимали кино, — фыркнул Стив. — Никто же не подумал разузнать, как всё на самом деле обстояло. Малыш из Бруклина вдруг стал суперсолдатом, идеальным во всём. Даже брови волосок к волоску. Золотое сечение. А остальное никого не интересует. Те, кто платит за облигации, хотят видеть картинку. — О да, брови… — протянул Баки. — Женщины всегда с ними заморачивались, что тогда, что сейчас. И Брежнев. — Брежнев? — не понял Стив. — Это тоже один из твоих… кураторов? — А, нет, — помотал головой Баки. — Это один из советских генсеков. Очень бровастый был мужик. — Кхм, не интересовался я историей Советов. Хватило и того, что в Штатах успели наворотить за семь десятков лет моего сна во льдах, — пробормотал Стив. — Давай лучше подумаем, что делать будем. — Я не знаю, Стив, — сокрушённо ответил Баки, высвободился из его рук и снова отошёл к окну. — Я просто не знаю. Стив тяжело вздохнул, разлохматил волосы, таким нехитрым способом стараясь привести мысли в порядок. — Сначала подождём, что скажет Тони по поводу того странного типа и вещей, что обнаружатся на корабле. Потом ты попытаешься вспомнить всё, что касалось этого Карпова. Где жил, как умер, где похоронили. Любые мелочи. И мы будем искать. — Так он не умер, — удивлённо сообщил Баки. — Хотя… Я его в последний раз в девяносто втором видел, так что не знаю. Собственно, он вроде бы собирался, когда деньги за меня получит, в Канаду эмигрировать. С поддельными документами, понятное дело. Кто б его с родными выпустил? — Значит, найдём и похороним, чтобы добром не разбрасывался, — сухо, без единой эмоции отозвался Стив. — Если там осталось что хоронить, — усмехнулся Баки. — Это щекастое чмо явно было влиятельным и при деньгах. — Влиятельные и при деньгах не умеют быть незаметными, — напомнил Стив. — Так что концы отыскать удастся быстро. По внешности, по отпечаткам пальцев определим, кто это, потом отыщем Карпова и утилизируем всё и всех, кто тебя связывал с Гидрой. После уже будем думать о снятии кодировки. Но, повторюсь, никакого электрошока и психологической ломки. — А щекастый-то что, сдох? — удивился Баки. — Кто это его? — Кевин гарротой задушил. Той, что ты ему подарил. Он её в ремне таскал, с тех пор как пришлось переехать, — со вздохом пояснил Стив. — Брок договорился о психологе для мальчика на всякий случай. Завтра как раз онлайн-сессия. Их, конечно, готовили к подобному, но… — Не доверяю я психологам, — проворчал Баки. — А Кевин молодец просто! Мой мальчик! — Кевин да, но и Брока понять можно: он старается предотвращать взрыв до того, как бикфордов шнур догорит, — пожал плечами Стив, вернулся обратно в кресло. — В этом смысле Рэй опаснее, я думаю, — Баки плюхнулся напротив него и вытянул ноги. — Генетика определяет слишком много, а темперамент у него твой. Про воспитание и говорить не буду: тебя воспитывала миссис Роджерс, и то что выросло, а его — Гидра и командир, — Баки усмехнулся и покачал головой. — Знаешь, я ничего такого не испытывал после первого убийства. И после последующих тоже. Говорят, это признак психопатии. — Пусть, что хотят, то и говорят. Убивать мы начали не за зелёные бумажки и сомнительный авторитет, хотя я тоже ничего особенного не ощутил, не до того было, — фыркнул Стив, наклонился, подхватил ступню Баки и водрузил себе на колено. — Сейчас очень многие вопросы принято решать в кабинетах мозгоправов. — Да я не сомневаюсь, что оно работает. — Баки довольно щурился от массажа ступни. — Главное специалиста подобрать. А то ведь дети у нас очень особенные, сам понимаешь, — Он помолчал и совсем растёкся по креслу. — Знаешь, я ведь никогда не хотел детей. — Только почему-то упорно рассказывал другое, да? — прищурился Стив, с лёгким нажимом провёл большим пальцем вдоль стопы. — Кому? — удивился Баки. — Процесс люблю, результат — нет. — Всем, мне в том числе, — улыбнулся Стив и напомнил: — Вместе тогда мечтали. Или ты так передо мной пытался оправдать стремление оказаться под каждой юбкой? — Я пытался оправдать желание залезть тебе в штаны, — признался Баки. — Но приходилось утешаться суррогатами. Стив заулыбался ещё ярче. Говорить о минувшем, о том славном времени, когда они родились и только начали жить, ему нравилось в разы больше, чем вспоминать выходные. — Ты ж был такой правильный, — напомнил Баки. — Отцу Иеремии верил во всём. — Такого правильного ты уговаривал не носить с собой нож и не пытаться плескать в глаза обидчику купоросом, — фыркнул Стив. — И да, верил, потому что он на меня не ругался и рассказывал об интересном. — Ну, я про другое, — вывернулся Баки. — Ты же понимаешь. А потом ты в Картер влюбился. — Нет, — запротестовал Стив, даже головой покачал, после чего водрузил на колени вторую ногу Баки. — Это Пегги предложила всё выставить таким образом. — Решила приподняться на твоей славе? — спросил Баки, прищурившись. — Вот только не говори, что ты на неё не засматривался. Думаешь, я забыл, как ты пялился на неё в том пабе? — Слишком диссонировало ярко-алое платье с тем, что творилось вокруг. Не увидел ты осуждения в моих глазах, Баки. И никогда я на неё не засматривался, разве что рисовал пару раз, — Стив тепло улыбнулся. — Пегги прикрывала мой интерес к тебе. Как там Эрскин говорил? Про хорошее, которое станет великим? Я же влюблен в тебя с детства. Как раз в тот вечер, когда ты ушёл, Пегги подсела и напомнила о том, что настолько жаркие взгляды могут понять превратно. И ты в том числе. — То есть ты хочешь сказать, что мы два кретина, которые впустую потратили столько лет?! — Баки дёрнул ногой. — Всё так и выглядит, — хлопнул его по икре Стив и сжал плюсну. — Такое время было. Мечтать о чём угодно, а говорить только о правильном. Потому и мечтали, и говорили о семьях. Но теперь у нас и правда семья. — И дети, — улыбнулся Баки. — Причем подрощенные, так что никаких пелёнок, сосок и ночного плача. Бекка, пока была мелкая, чуть всю семью с ума не свела. — Только в тот момент, слушая твои рассказы, я радовался тому, что единственный ребёнок в семье, — припомнил Стив. — А я от вас не вылазил. У вас было тихо! — воскликнул Баки. — Знаешь, я рад, что пацаны — это единственный удавшийся эксперимент. Представляешь, каково бы нам пришлось, будь их хоть взвод? — Организовали бы своего рода скаутские лагеря, но с постоянным проживанием, — предположил Стив. — Но понимаю о чём ты. Армия суперсолдат — это было бы почище Мстителей. Управляемая мощь. — Управляемая? — усмехнулся Баки. — Из детей? Ты-то сам очень управляемый? — Со временем управляемая, — поправил сам себя Стив. — Я знаю Фьюри, понимаю, как он мыслит, хоть и не одобряю подобное. Мальчиков бы выпустили в свет только с полным контролем, как это было в твоём случае. Совру, если скажу, что Гидра так уж сильно отличается от ЩИТа по методам работы. — Те же яйца, только в профиль, — согласился Баки. — Просто Гидра предпочитала силовые методы воздействия, а ЩИТ любит манипуляции и шантаж. Так что в каком-то смысле Гидра честнее была. — Странно с этим соглашаться, — вздохнул Стив, обхватил ладонями обе стопы Баки. — Знаешь… — Баки совсем сполз в кресле, — сейчас умники придумали такое слово как деконструкция. Это ну вроде… Ты книжки про неубиваемого мальчика читал? — Это которые? — недоуменно переспросил Стив, прижал стопы Баки к своему животу. — Ну про Гарри Поттера, — с недоумением уставился на Стива Баки. — Ещё фильмы есть. — Про фильмы я в курсе, всё же вместе смотрели. Аж целый марафон. Мальчишки нами обложились ещё. Отлично вышло, а книги я не смог, хотя честно пытался. — Я тебе сказать не успел, а мальчишкам не стал, — хитро прищурился Баки. — Но, оказывается, есть какое-то безумное количество фанатских историй по этим книгам и фильмам. Ну, не только по ним. Так вот, самые лучшие авторы деконструируют канон — авторское видение. Описывают события и персонажей не с точки зрения глупого забитого сиротки, а с точки зрения всяких других персонажей. И знаешь, я верю в то, что Дамблдор — гад и манипулятор вроде Фьюри, а Уизли — то ещё говно всем скопом. — Авторские миры часто полны дыр, огрехов и самых настоящих противоречий, — пожал плечами Стив, недоумевая немного, как с проблемы Баки и кодов они перешли на детскую литературу. — Поэтому фанфики лучше! — уверенно заявил Баки. — Между прочим, про нас тоже пишут! Про довоенные времена. Правда, ни хрена в этих самых временах не разбираясь. — Пусть пишут, — отмахнулся Стив. — Нам оно никоим образом не вредит, а стороннее мнение о себе я ещё в сороковых слушать перестал. Пойдём на пляж, пока мальчики окончательно Наташу не замучили? — Наташку хрен замучаешь, она выносливая, — хмыкнул Баки. — Идём. Обожаю купаться!