Три пушистых исчадий ада

Аказа позволил себе издать сдавленный смешок. Но Кокушибо даже не потратил своего времени на то, чтобы посмотреть на неудачу Доумы — Мичикатсу пытался перевернуть коробку, тем самым освобождая Вторую Высшую. Светлый котёнок выполз из-под картонной ловушки, наблюдая за Цугикуни, что старался здесь больше всех. –Блять, нет... Нет... Ноку-сан, нет... - судорожно повторял Тоджуро, держась за голову и невероятно сильно трясясь. Ренгоку не верил, что Риэ изнасиловал новый хозяин квартир. –Вот же пидор блохастый... Риэ же ничего не сделала ему... –Эй, старик, успокойся уже. Тебя трясёт уже минут пятнадцать. Безотрывно. - пытался хоть как-то успокоить своего друга Тенма. Сумихико занялся успокоением такой же напуганной и нервной Хаджиме. Агато изначально предложила помощь в успокоении девушки, но вскоре получила отказ — Камадо пообещал, что прекрасно справится сам и посоветовал Юкико, чтобы та пошла на проверку Риэ. –У тебя и у Такеторы-чан передача совместной тряски или что? На, хлебни воды, господи, выглядишь так, будто щас сдохнешь. –Я сожгу этого секельного штабляра с недотрахом с потрохами... - Ренгоку говорил интонацией сумасшедшего учёного. Безумие проникало в его оболочку ужаса и злости. Один из его зрачков расширился из-за эмоционального возбуждения. –Э, э, э, братишка, а вот не надо упоминать нашего химика. - вздрогнув от одной клички учителя, начал успокаивать друга ещё активнее Тенма. –Успокойся, на тебя повесят потом пожизненное, например, и всё, сдохнем мы с Сумихико от голода. Брат, честно, всё наладится. Я лично куплю Риэ путёвку к психологу. - Узуй был напуган словами Тоджуро. Тенма знал, что всё, что обещает Ренгоку, он выполняет. Однажды после перелома ноги парень пообещал, что встанет ради Тенмы, чтобы попасть на его выступление. Результат был сразу же — в спортивный зал на костылях ввалился гордый рыжеволосый. После своего выступления Узуй орал в голос от удивления. –Собрался как княгиня Ольга из истории России? - слегка усмехаясь спросил Сумихико, прекрасно помня, что по предмету История России у него выходила чистейшая, но гордая тройка. Этот факт заставил Узуя немного удивиться, что Суми помнит эту информацию, но до сих пор не помнит в какую сторону открывается дверь в его квартире. –Ну же, Хаджиме-тян, пожалуйста, не плачь. Ты не виновата ни в чем. Ты просто устала. Какой чай ты любишь? С ромашкой? С клубникой? Зелёный? –Сумихико, я ничего не хочу, спасибо... - промямлила Такетора, отказываясь вообще существовать в одной вселенной вместе с Риэ из-за стыда за проявление собственных эмоций. Камадо беспомощно повернул голову на Тенму, что неплохо знал вкусы и предпочтения своей соседки. Да чего мелочиться – во всей части префектуры Аомори, где живут они, Узуй знал предпочтения девушек, с которыми пытался завести общение. Риэ любит латте с карамелью, Агато просто обожает какао с маршмеллоу, а Хаджиме прямо стенд с предпочтениями напитков и их предназначениями. В стрессовых ситуациях она литрами пьёт чай – с лимоном, мятой, с сахаром, без сахара, с молоком, чай маття, и так далее. –Она любит зелёный. - коротко, но специально солгал Узуй, чтобы Хаджиме сказала свой любимый напиток в стрессовые моменты. –Вообще-то я люблю чай с лимоном... - подала голос девушка. Тенма довольно щелкнул пальцами, якобы отдавая Сумихико приказ. Парень словно по выстрелу пистолета заметался по кухне, выполняя готовку любимого чая Такеторы. Забравшись на подоконник, преодолев буквально себя и вершину этой «горы», синхронно котята начали скрестись в окошко, привлекая к себе внимание только Тенмы, ведь у парниши был блестящий слух. Тоджуро до сих пор трясло, Сумихико работает успокоительным для Хаджиме, а Агато находилась совершенно в другом конце квартиры, пытаясь достучаться до Риэ. Услышав звуки по ту сторону, Узуй оторвался от своих дел, рефлекторно поднимая голову на окно. 3/4 плана было выполнено. –Эй, Сумихико, ты ж их оставлял в нашей хате. - указывая пальцем на трёх демонов, переспросил светловолосый. Камадо вздрогнул и посмотрел в окно, увидев там тех же самых котят, что и Тенма. –Хм, странно. Я же закрывал балкон. - красноволосый пожал плечами, вытер руки об кухонное полотенце и пошёл открывать дверь, до чего не додумался сам Узуй. –«Этот парень явно подаёт надежды на свой ум, а не то, что этот белобрысый. Прям Доума-доно во плоти — такой же тупой, как пень.» - шумно выдохнул Аказа, спрыгивая вместе с другими Лунами на холодный от наступившей ночи пол и ожидая открытия двери. Сумихико по-хозяйски запустил котят домой. Кокушибо быстро оглядел огромных для него присутствующих на кухне: Хаджиме-тян, сам Сумихико, Тенма и Тоджуро. Мичикатсу моментально ориентировался в квартире девушек и сразу рванул в коридор. Светлая макушка Агато послужила неким маячком в тёмном коридоре. –Хм, куда это он? - надеясь на ответ других, спросил Тенма. –С ним точно всё хорошо? –Он рвётся к Ри-чан – он её любит. - объяснила коротко Хаджиме, попивая любимый в стрессовых ситуациях чай с лимоном. –Да он прям настоящий мужик. - то ли восхищённо, то ли с белой завистью, ответил Сумихико. –Да они все хороши. Три молодцá с одного ларца, а какие коты шикарные вырастут потом! - Хаджиме любила пушистых поселенцев в своей квартире. Вот же Риэ повезло нарваться на них дождливым вечером. –А! Кто это?! - Такетора почувствовала чьи-то когти в своих штанах. Не больно, но неприятно щекотно. Слегка нагнувшись, Хаджиме увидела старательно карабкающегося Аказу по штанине лёгких светлых рванных джинс. Котёнок действовал осторожно, лишь бы не поцарапать ногу девушки. –Нихуя скалолаз. - не удержался в глупом комментарии светловолосый. –«Господи, как же ты бесишь. Закройся уже. » - похоже, что никому из котят не нравился Тенма. Из всего этого многоквартирного дома, видимо, Узуй нравится только Агато. –«Лучше смотри и учись, как должна работать самая настоящая поддержка. » - Хакуджи вальяжно махнул хвостом перед парнем. Он знал, что Такетора любит его больше, чем кого-либо из присутствующих. Этот факт делал его самоуверенным. –Привет, мальчик мой... - поприветствовала девушка кота. Стоило Хаджиме только один раз провести своей ещё дрожащей рукой по мягкой спинке котёнка, как Аказа очень громко замурчал, устраиваясь на коленях девушки. Этот ход был его козырем. Он понял, что все любят ласковых и милашных пушистых котят у себя на коленях. Конечно, до такого Хакуджи опускаться не хотел, но когда товарищей нет рядом, то можно и показать свои добрые и светлые стороны своей любимой хозяйке. Тем более, он знает известную поговорку, что куда кошка легла – оттуда беда слегла. –Хороший мальчик, Хакуджи... У меня даже на сердце зацвело, как ты пришёл... - Хаджиме расстаяла. Она забыла про реальность, будто надев розовые очки. Аказа помог ей одеть эти очки. –Неужели ты пришёл сюда ради меня? –Мяяу! - довольно промурчал Третья Высшая, как бы и отвечая на вопрос, но не на человеческом языке. Даже сам Хакуджи успокоился, поняв, что его цель выполнена. –Юкико-сама, что с Риэ?! - с ходу на человеческом выдал Кокушибо, заставляя её вздрогнуть. Сильные эмоции влияют на умение общаться с людьми. Оставшиеся от человеческой жизни, но искренние эмоции делают из котят самых настоящих людей. –Мичикатсу, она не открывает... Мне очень страшно, Мичи! - Агато смотрела на котёнка голубыми глазами полными слез. Она боялась за подругу. Риэ могла сделать всё, что угодно, пока заперлась в комнате с бурей эмоций. –Черт, черт, черт! - выругался громко Кокушибо. –Я не знаю, что делать! Я –кот! –Погоди, Мичи. Мы сможем выбить дверь её комнаты? - голос Агато дрожал. Впервые идёт на что-то столь безбашенное в съёмной квартире. –Сможем. Я верю в это. - уверенно промолвил Кокушибо, принимая боевую стойку. Он был уже готов прорваться в комнату. Вся надежда была на единственную человеческую силу голубоглазой. –Но квартира съёмная... - эта мысль отталкивала девушку от дальнейших действий. Она боялась. Она не успеет, она ни чем не поможет. Эти мысли пугали Агато как маленького ребёнка огромный шкаф ночью. –Хозяйка этой квартиры мертва. Вам нечего бояться, Юкико-сама. - коротко, но убедительно отрезал Мичикатсу. Девушка навалилась на дверь комнаты, начиная продавливать её руками. Она была не из самого качественного дерева, поэтому даже можно было бы пробить её даже самой Риэ, замахнувшись на дверь атакующим ударом в волейболе и уверенно ударив по ней. Она надеялась на Мичикатсу, что пытался прокрутить болты крепления в петли. Кокушибо был обладателем достаточно длинных когтей, поэтому его хаотичные прокручивания болтов когтями могли полноценно заменить отличную отвёртку. Мичикатсу взъерошил шерсть. Он злился, что дверь была китайского качества, а вот её петли будут из самого Советского Союза – как и по плотности, как и по виду. Царила напряжённая атмосфера. Мичикатсу боялся, что не успеет. Риэ наверняка ненавидит себя из-за ситуации с Матагоку младшим, хотя виновата далеко не она. Ублюдок Чин не смог сдержать своё животное нутро при себе, и сорвался на бедной девушке, которая находилась в своей квартире и законно отдыхала. Хотелось просто разорвать его на кусочки и причинить ему столько боли, сколько он доставил Риэ, только в огромное количество раз больше. Пусть это будет не честно, но Кокушибо стал собственником. Нокухара только его, и больше не чья. –«Как эта ублюдочная мразь смогла притронуться к моей Риэ?!! Ненавижу его только одно существование на этом свете! Нокухара-сан только моя. Обидеть я её не позволю, а за содеянное пусть не ждёт пощады от Первой Высшей Луны – Кокушибо...» - Мичикатсу клялся, что больше такого никогда не повторится с Риэ. Девушка стала ему дорога за эти два дня так же, как и солнечный свет. Пульс отдавался в голове из-за напряжения практически всего тела. –«Ри-чан, прошу, только не совершай суицид, умоляю! Я не дам тебе умереть!» - сквозь слезы Агато надеялась, что Нокухара не наложит на себя руки. Риэ стала её первой подругой в Аомори, префектуре, где Юкико тогда была только впервые после деревушки, где жила она со своими братьями и сёстрами. Слезы девушки шумно капали на пол и разлетались на множество маленьких капелек по полу. Она потеряла надежду на лучшее. Риэ молчала, не подавая признаков жизни в запертой комнате. Что будут делать все, если девушка умрёт? Любовь Мичикатсу ещё не успевшей начаться кошачьей жизни скончается у него на глазах из-за ужасного зверя, которого и человеком трудно назвать? Нет. Кокушибо не верил и не будет верить в это, хоть и сейчас это может стать жуткой реальностью. Агато разделяла свою веру на лучшее, хоть и та была на исходе, как и моральные силы.