Потому что ее никто не слушает

Окончание учебного года всегда было примерно одинаковым. Перед экзаменами Волшебники всей Англии собирались в Хогвартсе, чтобы почтить память павших в Битве за Хогвартс. Альбус уже надевал парадную мантию, глазами находя классическую черную бабочку, в тот момент, когда Гел попросил у него маховик времени. Маховик был выполнен лично Альбусом по образцу из книг библиотеки Геллерта Гриндельвальда, прихваченных в прошлом году на Турнире. Личные расчеты, книжная руническая инструкция, немного воспоминаний Гермионы по просьбе Розы Уизли – рецепт работающего артефакта. Маховики были разбиты во время битвы в министерстве магии, еще когда Гарри Поттер обучался на пятом курсе, и до сих пор эти артефакты не восстановили в прошлом объеме. Поэтому они особо рьяно оберегались и сильно ценились сотрудниками, имевшими доступ к остаткам. Альбус всецело доверял самодельному артефакту и пользовался им, чтобы больше времени оставалось на написание и перевод статей из научных журналов в дневное время. В дополнительное ночное время он обычно писал письма знакомым волшебникам со всех уголков мира, варил зелья, иногда спал. Наличие маховика времени Альбус перед друзьями особо не скрывал. Иногда давал Джеймсу, когда тому не хватало времени выучить несколько билетов к экзаменам в перерывах между тренировками, одалживал маховик Розе Уизли, читающей особо интересную и непременно самую толстую книжку из домашней библиотеки. Но сегодня он сделал исключение для всей компании, состоящей из Джеймса, Гела, Скорпиуса, Розы и Лили. У всех нашлись незавершенные дела, не требующие отлагательств, перед памятным ужином. — Двух оборотов должно хватить пробурчал Альбус. — Гел, не крути ручку так сильно. Гел, тут нужна ловкость, секундочку. Эй, осторожнее! Маховик раскрутился слишком быстро, ведь Альбус учитывал советы Рауля по нелинейным скачкам во времени, и Гел попытался пальцами его остановить. Получалось неловко. Пружина, соединяющая шестеренки, загудела, разжимаясь до предела и лопнула прямо в руках мага. — Что за дерьмо? В каком мы году? — Гел начал осматриваться и увидел лишь слегка выцветшие картинки на стенах. Запах в Выручай-комнате был слегка затхлым, как будто ней пользовались ну очень давно. Альбус отошел от шока и прикрикнул на Геллерта: — Какого черта! А если бы мы оказались в ней во времена адского пламени? Ты думаешь своей головой? Я же сказал не крутить ручку так сильно, тупая твоя башка, — казалось, волшебник распалялся еще сильнее. Первым вышел из ступора Джеймс: — Так, раз мы сюда попали, еще и сестренок прихватили с собой, значит, приключение началось. Интересно, комната может выдать актуальный Пророк? Вылетела газета, на главной странице которой виднелась темная метка над чьим-то домом в Годриковой Впадине. — Вот дерьмо, — выругался Скорп. Это 1981 год, 18 августа. Должно быть, локальные сражения с Пожирателями в самом разгаре. — То что, заглянем к твоему дедуле на огонек? — Джеймс сказал быстрее, чем подумал. Выражение лица Скорпиуса было нечитаемым, но он явно сделал замах, чтобы ударить Джеймса. И только Лили встала между ними и замахала руками. — Джейми, Скорп, — прекратите. Мы должны вернуться, Ал. Это можно сделать? Альбус Поттер все это время смотрел на маховик и крутил лопнувшей пружиной. — Ребят, в нем лопнула не только пружина, но и резьба… Я боюсь, что теперь этот артефакт бесполезен. Нам нужно поменять шестеренку и пружину. Правда, все мои записи с рунами остались в прошлом, — он почесал подбородок. — То есть, в будущем. А это, на минутку, почти половина блокнота заклинаний и последовательностей рун. Я не знаю их наизусть. Наверное, лучше раздобыть новый маховик времени. — Просто прекрасно! Мы влипли в очередное дерьмо, — выругался Джеймс. — Но у меня, конечно же, есть генианый план. Скорпиус только закатил глаза, услышав эту фразу. Планы Джеймса всегда отличались огромной долей импровизации и больше напоминали метания, чем последовательность действий. Но голова у самого Скорпиуса была на удивление забитой всякой чепухой и переживаниями, вместо трезвой оценки ситуации. Ал, наверняка, тоже думал о ремонте маховика больше, чем об остальном. Поэтому Скорп заставил себя немного расслабиться и послушать старшего Поттера. — Куча всяких деталей есть у деда, Артура Уизли, имею в виду. Я полагаю, что тут он еще пока не дед, — Джеймс нервно усмехнулся, — но мы можем наведаться к нему, представиться какими-то родственниками Прюэттов или Поттеров, что даже не будет ложью. А затем одолжить деталь. Достать полностью новый маховик будет гораздо труднее. Идея казалась слегка безрассудной, но, учитывая картину предыдущего поступка со скачком во времени — она вполне вписывалась в план действий ребят. Тем более, что никто не был в состоянии придумать ничего лучше. Волшебники решили выбраться из Хогвартса, дойдя хотя бы до Хогсмида, чтобы аппарировать в Лондон. Денег практически не было, только Скорп успел прихватить с собой в старой мантии несколько сиклей. Он всегда носил мелочь в карманах, так почему-то советовала делать его бабушка, Нарцисса, и он был сейчас ей благодарен как никогда. Джеймс решил поиграть в будущую профессию: аврора-разведчика. Перед выходом он остриг всех парней, чтобы «цвет волос не выдавал происхождения». А затем предложил волшебникам новые имена: Геллерт должен был остаться Просто Гелом, как и Скорпиус, имя Джеймс превратилось в Джонса, а Альбус после многочисленных споров решил стать Фебом, что было ему наиболее привычно. Волшебники пробрались в Хогсмид через портрет в Выручай-комнате. А оттуда попарно аппарировали в Лондон. Но, прибыв на Косую Аллею, сразу наткнулись на воющую сирену. К компании тут же подбежал молодой человек суровой наружности, обвешанный разными магическими амулетами и талисманами. Джеймс даже пошарил глазами в надежде найти у него на шее висящий маховик времени. Человек, направил палочку на компанию, представился Аластором и сразу устроил допрос. — Кто такие? Палочки опустить и отвести. Откуда явились, куда направляетесь? Никто из компании не ожидал такого напора в первые секунды перемещения. Быстрее всех сориентировался Скорп. У него была доля иммунитета к строгому тону, исходящему от старших. — Мы — музыканты… возвращаемся с нашего концерта в поместье Малфоев в честь эээ… помолвки Нарциссы и Люциуса. Мы из Парижа, приехали по заказу на несколько дней. Да только вот нас выгнали с нашего концерта за наши взгляды, и мы остались без работы и инструментов. — Так-так-так… прямо от Малфоев что ли? — Да, мистер. Они не заплатили нам ни кната, хотя нам рассказывали, что они чрезвычайно богаты, — Малфой решил придерживаться выбранной версии. — А вы знаете, что Малфои на стороне Сами-Знаете-Кого? — Эээ… у нас во Франции писали несколько заметок по поводу убийств… — несмело продолжлил Джеймс, прибавляя к голосу французский акцент, который он частенько слышал от Феба. — Убийств? — Аластор разошелся не на шутку. — Да французы там совсем помешались, черт возьми, у нас тут война полноценная! А Малфои напрямую в ней участвуют, да еще и спонсируют! — Вот же сволочи, а нам даже не заплатили. Не зря мы сказали, что их взгляды попахивают шовинизмом. А когда они узнали, что солистка Рози не чистых кровей, то разозлились вдвойне и прогнали нас просто на улицу. Выкинули как котят, — к концу речи голос Джеймса разве что слезами не дополнился. Казалось, аврор одобрил действия музыкантов, возможно пожалев их, и немного смягчился: — Ладно, парни, и эээ… девушки, я провожу вас до отеля, порталами во Францию сейчас никто не будет заниматься, сами понимаете, не до этого. У вас хоть какие-то деньги есть? — Должно хватить на пару дней, — Скорпиус пожал плечами. — Мы можем тут поработать… — Нам не до музыки, парень. — Мы и не собирались… — А другую работу вы вряд ли найдете. Война у нас, и так куча народу без работы осталась. Но хорошо, хоть живы. — Что, даже зельевары не нужны? — О, хорошего зельевара нам и вправду не хватает, даже в Ордене, кажись, есть вакантное местечко, — Аластор почесал подбородок. Альбус Поттер подумал, что им ни в коем случае нельзя оказываться в Ордене, тем более предстать перед его главой — Дамблдором — серьезным легиллиментом и окклюментом. Тогда они сразу «провалятся», создав чудовищную петлю времени. Зато такую петлю еще никто не исследовал... У Альбуса неприятно заныло в груди, как будто в предвкушении чего-то ужасного, но сильного одновременно, такого уникального. Голова начинала кружиться, а мысли уже вершили грандиозные по размаху статьи, новые исследования. Мечтательный размах прервала обыденность в виде простой кровати в самом тесном номере дырявого котла. И если уж Альбус устроится на работу зельеваром и получит легальный доступ к ингредиентам, то одним из вариантов проникновения в Министерство Магии станет оборотное зелье. Два месяца в прошлом - не шутки, но вариантов особо не просматривалось. А пока нужно было заполучить работу и найти еще хоть какую-то для парней.

***

Аластор заходил к компании музыкантов каждый день. Казалось, он нашел отдушину после работы — патрулирования Косой Аллеи и интересных собеседников. А еще, в Котле наливали, что особенно нравилось ему в конце рабочего дня. Альбус Поттер был загружен варкой зелий для патрулей и частично Ордена, ему ассистировал Скорп, Лили с Розой помогали на кухне в Котле, зарабатывая волшебникам на еду в этом же заведении. Компания даже раздобыла инструменты и изредка развлекала посетителей незамысловатыми песенками. Общий дух времени был неспокойным. Гел и Джеймс, чувствуя это, рвались заполучить опыт полевой работы, Альбус со Скорпиусом отговаривали их от подобного решения. Но усилия были напрасными. Романтика войны вкупе с рассказами молодого Аластора Грюма выманивала их на поиски приключений. Любопытства добавлял Руфус, молодой паренек, который вместе с Аластором забирал зелья, хвастаясь новыми разученными боевыми заклинаниями и своими шрамами от поимки пожирателей. Поэтому когда через неделю парни попросились с Грюмом и Скримджером патрулировать улицы, те не отказали, и взяли их с собой. Так парни вошли в отряд Грюма, познакомились со строгим и требовательным начальником – Барти Краучем. Во времена совместных гулянок в том же котле, они узнали, что в Министерстве не все поддерживают дела Орденцев, а сами Орденцы редко «снисходят» и выходят на полевые задания, предпочитая вести дипломатическую деятельность, оставляя риск полевым отрядам Министерства.