Худеющий

Все началось летом, после смерти Сириуса. Гарри все ещё не отошёл от потери и неимоверно сильно скучал по крестному. Время… Нет… Время не лечило, время заглушало боль. Как оказалось, в декабре Вернон потерял работу. Теперь в этом доме работала только Петуния и то, зарабатывала не очень хорошо. Пятьсот фунтов стерлингов в месяц Да, работая бухгалтером в совсем не популярной компании много денег не заработаешь. Им пришлось ограничивать себя во многом, даже в еде. Гарри это не особо волновало. Он и раньше ел не очень-то много. Но Вернон так не считал. В один день, он в очередной раз пришёл выпивший. Да, блять, прекрасно! Денег еле хватает на оплату счетов и хлеб, а он залезает в долги и бухает. Они сели ужинать, порция Гарри была значительно меньше порции других членов семьи, но и тут Вернон нашёл к чему придраться. — Ты, отродье! На тебя только переводятся наши продукты. Ты слишком много жрёшь! Я потерял работу из-за тебя, твои глупые родители сдохли из-за тебя. А теперь у нас меньше еды из-за тебя! — орёт Вернон, а в этот момент в голове у Гарри что-то щёлкает. Он выходит из-за стола, так и не притронувшись к еде, а в это время Вернон, ухмыляюсь, пересыпает всю еду из тарелки Гарри в свою. Навязчивая фраза «Ты слишком много ешь», преследует Гарри, а в голову начинают закрываться неправильные мысли. А в связи с этим появляется и крыса-паника, которая каждый раз больно кусает его, виляя своим противным розовым хвостом. Тогда в голову Гарри и закрываются мысли о том, что если он не будет есть, то все изменится. У Дурслей снова будут деньги и они будут счастливы. Без Гарри. Он для них — просто обуза и ничего более. Вместе с этими противными мыслями начинает появляться тревога. Вдруг его считают толстым? Вдруг он правда слишком жирный и сильно много ест? Эти мысли заставляют пятнадцатилетнего мальчишку встать на весы. Электронный прибор показывает шестьдесят килограмм, при росте в сто семдесят пять сантиметров Поттер кажется, что это неимоверно много. Много. Много. Крыса-паника вновь больно кусает его. Гарри начинает рассматривать себя в зеркале и ему кажется, что жир буквально свисает с его щёк, рук, ног. А в особенности живота. Тогда и начинается история, о которой Поттер не забудет никогда. Он перестаёт есть вообще. Перестаёт, чтобы не быть обузой, для родственников. Перестаёт, чтобы не быть жирным. Чтобы быть худым, подтянутым парнем, а не грязным жирдяем. По началу, Дурсли не очень-то придаёт значение ситуации. Но в один момент… Гарри не ест ничего уже четыре дня, обманываю желудок обычной водой. Живот жутко болит, болит так, что заставляет Гарри складываться пополам от боли. Это замечает Дадли. Он спрашивает Гарри, все ли с ним в порядке, на что получает вполне ожидаемый ответ: Да, все в порядке. Это было первым звоночком. Второй звоночек звенит тогда, когда Дадли обнаруживает Гарри плачущим в ванной над стаканом воды, видимо, из-под крана. Он хватается за живот, плачет и судорожно пьёт воду. Гребаную воду из-под гребаного крана. Пьёт, хватается за живот и плачет.Это было уже посерьёзнее Это было вторым звоночком. А третий звоночек буквально трезвонит Дурслям о проблеме тогда, когда Дадли замечает, как Гарри бьёт себя по руку, которая потянулась за печеньем из вазочки. Бьёт и что-то бубнит про обузу и похудение. Тогда-то и приходит время рассказать маме. Уже не в какие рамки не лезет. Плачет пока пьёт воду из-под крана, складывается пополам от боли, бьёт себя по руке из-за несчастной печеньки. Дадли уже далеко не ребёнок, чтобы не понять что что-то не так. Дадли уже далеко не ребёнок, чтобы чувствовать ненависть к Поттеру. Дадли уже далеко не ребёнок, чтобы желать Поттер проблем и смерти. Вот поэтому он и решается рассказать маме. Это был третий и последний звоночек, когда действия Поттер оставались без внимания. Дадли бежит скорее рассказать маме о том, что с Гарри что-то не так. — Мама, мамочка, — кричит Дадли, словно маленький ребёнок который потерялся. — Что, Дадличек? Что-то случилось, милый, — бархатный голоском спрашивает сына Петуния. — С Поттером что-то не так. Он ничего не ест, замечала? Он… Он плачет. И пьёт воду из-под крана. Разве это нормально? — спрашивает Дадли, и тут уже в голове у Петунии что-то щёлкает. Вернон. Ну конечно! Петуния конечно не психолог, но прекрасно понимает, как те слова могли повлиять на Гарри. Он плохо ест. Недавно, тётя видела, как племянник берет с кухни банан и тихонько, словно боясь, что фрукт сейчас отберут начинает есть. Это странно, он уже давно не тот маленький мальчик. Она идёт к мужу, он пытается починить машину в гараже. Петуния хочет поговорить с ним. Хочет выяснить, почему он так сказал. — Отстань, Петуния. Этому отродью нет дела до нас. Захотел голодать — пусть голодает. И вообще, что ты знаешь о детской психологии? — кажется Вернон не хочет принимать то, что Гарри задели его слова. — Нет, я конечно не психолог. Но все соседи говорят, что психология — это моё. И я… — начинает говорить Миссис Дурсль, но Вернон её перебивает. — Они имели ввиду, что твоё место в психушке. Всё, иди в дом, мешаешь, — отмахивается Вернон и возвращается к копанию в железяках. С этого начинается история нашего героя. История о худеющем мальчике-у-которого-РПП