Глава 1 "Начало"
7 июля 2022 г., 20:32
Примечания:
Начнём...
Всё начинается с малого: от семени до дерева, от эмбриона до взрослой особи, от ползков до стремительного бега. Каждый этап жизни — это череда бесконечных малых шажков к окончательной цели. Один заканчивается, и наступает новый, и всё сначала: шага за шагом, день за днём к конечной цели.
Наша история начинается с весеннего дня в городе Токио. А именно со старшей школы, где третий свой год начинает Самидзу Саюри. Её большие серые глаза светятся от счастья, а прямые волосы подпрыгивают в такт с её прыжками до главных ворот школы. Она радуется началу последнего года в старшей школе, который вот-вот… БАМ! …начнётся. Саюри не удерживает равновесие и падает на каменную дорожку. Она поднимает взгляд и видит двух болтающих парней, судя по отличительным знакам, из специального А-класса. Саюри поднимается на ноги и, отряхнув юбку от пыли, уходит. В раздевалке её встречает лучшая подруга Йотсу — милая девушка с синим бантом на голове. Самидзу рассказывает о своём неудачном начале дня, а Йотсу — как главная сплетница школы — сразу расспрашивает её про внешность мальчиков. Саюри отрицательно качает головой, только сообщает про отличительную «А» на форме. Йотсу воодушевлённо намеривается узнать личность парней, но их разговор прерывает первый звонок в этом году. Девушки, спеша, бегут в класс и, толкаясь, пропихиваются в кабинет. Учитель недоволен: он строг и не любит опозданий. Саюри и Йотсу получают наказания после уроков. После обеда девушек ждёт физическая культура в школьном бассейне — выбор между бегом, боксом, волейболом, бейсболом и плаванием стал очевидным. Саюри хорошо плавает, но не никогда не учувствует в школьных мероприятиях: после школы она работает на полставки официанткой. В бассейне она вновь встречает тех молодых парней, о чём сразу же говорит Йотсу. Та, завидев «А»-класс, пищит от восторга, быстро щебеча про «короля и принца». Саюри с трудом разбирает её слова, но так и не узнаёт их имена. Она прыгает в воду и начинает плыть, уже не думая про утреннее падение и игнорирование со стороны элиты школы. Ах! Саюри внезапно останавливается и прикрывает ладошкой рот, не понимая, почему издала такой… странный звук. Мимо неё проплывают её одноклассники, и она, отбросив мысли, продолжает заплыв. Ближе к бордюру она чувствует, как её кто-то трогает за ногу. Саюри оборачивается, но никого нет рядом. Самидзу вылезает из бассейна и поднимается громкий смех. Ах-ха-ха. Саюри резко прикрывает оголённую грудь и убегает под смех прочь из бассейна. Самидзу радуется, что плавание — последний сегодня урок — и, собрав вещи, скрывается на крыше школы. Она часто приходит сюда тихо поплакать или поспать перед сменой. Саюри садится на скамейку и безмолвно плачет, подставляя лицо под лучи весеннего солнца. Она прикрывает глаза и вспоминает улыбку старшего брата, который наливает горячий зелёный чай и подает булочки со сладкой фасолью. Его лик всегда её успокаивает и придаёт новые силы. Саюри открывает глаза и первое, что она видит перед собой, одного из тех парней. «А»-класс звучал как приговор для учеников — лучший класс, которому спускали всё с рук из-за высоких оценок и первых мест в рейтингах между школами. Саюри быстро моргает и вытирает лицо платком — она не любит, когда её слёзы кто-то видит кроме брата. — Эмм… Привет? — невнятно здоровается он. — Чего тебе? — грубо спрашивает Саюри, неосознанно положив руки на грудь. — Решил посмеяться ещё раз? — Я не смеялся, — парень качает головой, и его волосы, особенно в этот момент, на солнце, выглядят как золото. Красиво. — Смеялись все, но не я. Я не стал бы смеяться. — С чего мне тебе верить? — Саюри не воспринимает его слова всерьёз и встаёт со скамьи — её ждёт отработка у классного руководителя. — Подожди, — он хватает её за рукав рубашки, останавливая. Девушка смотрит на чужую руку, поражаясь белой кожей без родинок, без шрамов, без видимых волос. Парень отпускает её и поднимает их в качестве извинения. — Прости. Я не хотел. — Чего тебе? — недовольно повторяет свой вопрос Саюри. — Я опаздываю. — Могу я тебя проводить? — пытается наладить общение юноша. — Не можешь. Если это всё — не лезь ко мне более, — и Саюри уходит. Она вовремя (неожиданно для себя) приходит на отработку, где её уже ждут учитель и Йотсу. «Все смеялись», — всплывают в голове слова парня с золотыми волосами. — Самидзу-сан, почему вы приходите на отработку вовремя, а на уроки позволяете себе опаздывать? В первый учебный день, — голос учителя крайне недовольный. Саюри чувствует себя униженной в его глазах. И молчит, не зная, что сказать. — Я не могу оставить ваш проступок безнаказанным, так что вы и ваша подруга будете мыть классы на этом этаже. И не уйдете домой пока всё не домоете, вам ясно? — Да, сенсей, — Йотсу и Саюри кивают. Самидзу молиться богам от счастья, что сегодня у неё нет смены. Они начинают мыть классы, но не разговаривают. Саюри думает о том, что произошло в бассейне и на крыше, а Йотсу… Она подметает пол, попутно переписываясь с, скорее всего, новым парнем. Девушки переходят из класса в класс, так и не разговаривая между собой. — А куда ты потом убежала? — внезапно спрашивает Йотсу, когда они доходят до последнего кабинета. На часах уже близится девятый час. — Надо было побыть одной, — отвечает Саюри, но слова «смеялись все» вновь вспыхивает в голове. — А кто смеялся? — Все, кроме меня, — отвечает Йотсу и тут же утыкается в телефон. Саюри не хочет верить, но собственные глаза не могут обманывать — Йотсу ей нагло врёт прямо в лицо. — И зачем ты так? Мы же подруги, — Саюри не станет терпеть открытую насмешку над собой. — О чём ты? — Йотсу не отлипает от экрана смартфона и быстро печатается с кем-то. Саюри открывает дверь в последний кабинет. Она проходит и свет фонарей, стоящих во дворе, падает на доску. На которой изображена карикатура с последнего урока в бассейне. В стороне раздается щелчок фотоаппарата, и Саюри оборачивается. Йотсу быстро печатает сообщение и отправляет фото рисунка в сеть. Самидзу стирает это чёрное безобразие, сдерживая слёзы. — Зачем ты это стёрла? — спрашивает Йотсу, продолжая писать сообщения. — Мы же занимаемся уборкой, разве нет? — Но… Это был хороший рисунок… — Ну, у тебя же есть фотка? Или тебе натуру показать? — Саюри демонстративно снимает пиджак и развязывает форменный галстук. Она не собирается останавливаться — Йотсу уже окончательно испортила её репутацию. — С-стой! Чт.-что ты делаешь? — девушка убирает телефон в сумку и пытается остановить бывшую подругу. Самидзу отталкивает ту от себя и снимает рубашку. — Что здесь творится?! — в кабинет врывается не ушедший учитель. Саюри прикрывает грудь, но уже поздно. Учитель успел увидеть достаточно. — Самидзу-сан, что вы себе позволяете?! Вам мало сегодняшнего наказания? — Н-нет, — Саюри понимает произошедшее и готова провалиться под землю от стыда. — Ступайте домой и приведите завтра родителей или опекуна, — мужчина успокаивается, — а пока, до выяснения всех обстоятельств, я отстраняю вас от занятий на неделю. Это послужит вам хорошим уроком. Саюри и Йотсу уходят из школы и, не прощаясь, расходятся по разным сторонам. Саюри набирает номер брата и просит его забрать её из школы. Тот приезжает спустя сорок минут. Саюри падает в его объятья и горько плачет. Мужчина гладит её по волосам, обнимая. Взявшись за руки, они уходят домой, не зная о том, что за ними наблюдают.***
Самидзу приезжают домой на последней электричке, и после чая и душа старший брат укладывает сестру на футон и ложится рядом, обнимая со спины. Саюри плачет, сон не приходит. Мужчина гладит её по голове и тихо поёт — их так успокаивала мама в детстве. Саюри не замечает, как засыпает. Старший брат обнимает её всю ночь, защищая. Утром Саюри рассказывает произошедшее ранее в школе. — Директор уже знает обо всём. Они хотят, чтобы ты пришёл как мой законный опекун, Ичиро-ниисан. — Думаешь, я откажу тебе? — Саюри отрицательно мотает головой. — Правильно. Одевайся, я буду ждать тебя на крыльце, — и Ичиро, погладив волосы сестры, выходит. Ичиро стоит на улице, крутя в руках сигарету. Он не курит, но руки, постоянно работающие с мечом или ножом, не готовы быть пустыми. Саюри спускается, одетая в школьную форму, и брат с сестрой идут в школу. Центральный двор забит учениками — в сети распространен рисунок и инцидент в бассейне. Ичиро берёт за руку сестру и нежно сжимает, даря необходимую сейчас поддержку. Самидзу-старший знает расположение классов — не первый визит в школу. Они доходят до кабинета директора, у которого уже сидят Йотсу, парни из «А»-класса и классный руководитель. Секретарь вызывает каждого поочерёдно. Саюри замечает уже знакомого ей блондина и его направленный взгляд на… Ичиро? Но почему? Она не успевает спросить брата, как их зовёт секретарь. Директор сидит за столом и дописывает последние предложения. Мужчина, лет сорок-сорок пять на вид, симпатичный, в чёрном костюме в мелкую полоску. Он ставит точку и поднимает взгляд на вошедших. — Самидзу Саюри-сан? — девушка утвердительно кивает. — А вы, получается, Самидзу Ичиро-сан? — мужчина коротко кланяется. Он не привык кивать или мотать головой. — Присаживайтесь, у нас долгий разговор. Брат с сестрой садятся в кресла, настраиваясь на серьёзную дискуссию. — То, о чём пойдёт дальше речь, останется в этих стенах. Попрошу вас быть максимально откровенными, чтобы наш разговор не вышел… за рамки положенного. — Хорошо, сенсей, — отвечает Ичиро, а Саюри только кивает. Она боится произнести лишние слова, которые выставят её в ещё более дурном свете. — Вчера днём в бассейне произошёл неловкий инцидент с вашей сестрой, Самидзу-сан. Её обнажённая грудь была выставлена напоказ и, если верить слухам, то была даже сфотографирована. Вечером же классный руководитель застал вашу сестру, раздевающуюся в классе биологии. По его словам, «она сняла с себя рубашку». Что вы скажете на это, Самидзу-сан? — Я смогу сказать, в этом вопросе два виновника: моя сестра и тот, кто оголил её грудь в воде. Моя сестра виновата в том, что, не думая своей головой стала раздеваться в общественном месте в неположенное время. И только за это она должна понести наказание, — слова Ичиро бьют в само сердце Саюри. Она широко распахивает глаза и не верит собственным ушам. — Приятно знать, что Саюри находится под должной опекой, — мужчина улыбается, от чего на его лице проступают морщинки. Приятный человек. — Никто из присутствующих в коридоре не сознался в проступке. Может его и нет среди них. — Это мог быть любой человек, который занимался в бассейне в тот час, что и моя сестра. Я буду рад, если вы опросите каждого ученика и учителя и накажите соответственно его проступку. Саюри-чан рассказывала про «рисунок», который она стёрла с доски. — Верно, — мужчина кладёт на стол распечатанное фото. — Автор неизвестен, но фото было сделано на смартфон Йотсу-сан. Она распространила копии в сообщения, и те попали в сеть. Автор пока не сознался, но это кто-то из учеников. — Несомненно, есть вероятность, что этот тот, кто и посмел оголить грудь моей сестры на публике. Какое наказание понесёт виновник? — Он будет отстранён от уроков на месяц, не зависимо от статуса его родителей в обществе. Саюри-сан сможет приступить к занятиям на следующей неделе — наказание, назначенное ей классным руководителем, я одобрил. У вас какие-либо ещё вопросы, Самидзу-сан? — Саюри-чан, ступай домой. Я ещё поговорю с твоим директором, — Ичиро улыбается, и его улыбка идентична улыбке мужчины, напротив. Девушка быстро вскакивает с места и, поклонившись, убегает. — Что это с ней? — Она не любит посещать директорские кабинеты, — усмехается Ичиро и расслабляется в кресле. — Като-сан, к чему такие формальности? Неужели вы и правда не нашли виновника? — Нашёл, — улыбка не сходит с лица мужчины, — его сдал его же лучший друг. Ещё утром Хидеаки-кун пришёл ко мне и выдал Такехико-куна. Отец последнего позвонил мне до вашего прихода и потребовал не назначать наказание его сыну. Будто я стану слушать каких-то продажных чиновников? Наивный. А наш разговор… Я хотел увидеть тебя, Ичиро-кун, — улыбка растягивается до ушей, а глаза закрываются от удовольствия. — Могли просто написать или позвонить, — пожимает плечами Ичиро. Директор школы недовольно цокает языком и открывает один глаз. — Ты не изменился с тех пор, — отмечает Като, — всё также гладко выбриваешь лицо и собираешь волосы в хвост. — Сколько прошло? Год? — Два года и четыре месяца. Самые долгие на моей памяти двадцать восемь месяцев. Не хочешь возобновить наши приятные отношения? — Тебе не с кем спать или не можешь найти адекватного актива? — уточняет Ичиро, насмешливо приподнимая бровь. Като открывает второй глаз, и улыбка исчезает с его лица. Их обмен любезностями продолжается до обеда, и Ичиро соглашается на короткое свидание. Они вместе едят лапшу и в какой-то момент их губы сталкиваются в поцелуе. Ичиро позволяет вести, поддаваясь властным губам и юркому языку. Лапша остаётся забытой на столике, а поцелуи переходят в укусы-засосы на шее и подбородке. Ичиро стонет и в один миге перехватывает инициативу, подминая и контролируя мужчину. Он не церемониться с одеждой и разрывает её так сильно, что пуговицы летят в разные стороны. Ичиро вылизывает каждый дюйм тела мужчины, ловя его поцелуями вдохи и выдохи. Като бессвязно стонет, дёргая бёдрами вверх. Ичиро срывает брюки с бельём с ног мужчины, выпуская стоящий колом и с вытекающим из головки предэякулятом. Ичиро облизывает головку члена и начинает медленно сосать, мучая и издеваясь над любовником. Тот хватает его за волосы и насаживает на член по самые яйца. Ичиро привык к грубостям в сексе и сосёт член, облизывая его языком. Като не выдерживает ласок и обильно, позорно рано, кончает в горло молодому любовнику. Тот сглатывает и выпускает член изо рта. Ичиро снимает с себя джинсы с трусами, высвобождая собственный эрегированный член. Като тянется до карманов, где всегда хранятся презерватив и тюбик любриканта. Он отдаёт их Ичиро и поворачивается к тому спиной, выставляя собственную задницу вверх. Самидзу надевает презерватив и ударяет рукой по правой ягодице. Мужчина вздрагивает, а на втором ударе уже стонет как шлюха. Ичиро нравятся эти грязные звуки. Он доволен. Он смазывает член любрикантом и врывается в узкий анус. Като стонет и молит о большем. Ичиро не останавливается и, сжимая ягодицы, резкими толчками начинает трахать податливое тело. Член Като снова твердеет, но Ичиро не даёт тому прикоснуться к себе, сжимая чужие запястья одной рукой. Мужчина кончает на собственный диван, так и не прикоснувшись к себе. Ичиро меняет угол и продолжает трахать мужчину. Тот стонет на весь кабинет, благо, стоит хорошая шум изоляция. Самидзу отпускает руки Като и своими наносит шлепки по чужим ягодицам. Грязные пошлые звуки отражаются от стен и полностью заполняют комнату. Ичиро рвано дышит, готовясь к своему первому окончанию. Он выходит из ануса, снимает презерватив и, развернув к себе мужчину лицом, кончает ему на грудь и торс. Помечая. Нанося свой запах как, животное метит свою территорию. Собственник внутри Ичиро довольно урчит и виляет хвостом. Засосы алеют на их шеях груди, на ягодицах и бёдрах останутся синяки. У Като прокушена губа — Ичиро не стесняется своих чувств, эмоций и не скрывает СВОЁ. Като ещё долго будет сидеть за своим столом и смотреть на диван, на котором они предавались своей страстью. Он отменит встречи, приспустит штаны и будет мастурбировать на собственные воспоминания до следующей их встречи в этом кабинете. Самидзу одевается и, забрав деньги из кошелька, уходит. Он останавливается около двери и пересчитывает забранные купюры. Недельная выручка плюс чаевые в баре, где он работал по ночам. Ичиро рад хорошему сексу, бесплатному обеду и приятному собеседнику. Но не в те моменты, когда после всего этого в мыслях остаётся мысль: «шлюха». Но Ичиро оставляет деньги, которые ему сейчас необходимы, и покидает стены школы.***
Чувство слежки настигает его около станции метро. Ичиро оборачивается на шум, но из кустов выпрыгивает полосатая кошка. Он поднимается по лестнице и покупает билет. Встаёт у колонны и ждёт поезд. Спустя пять минут приезжает транспорт. Ичиро садится на сидение и выжидает. На следующей станции к нему подсаживается молодой парень, младше Саюри. От соседа несёт перегаром и сигаретами. Ичиро морщит нос и пересаживается. Слева пусто, а справа… — Давно не виделись, Ичиро-семпай. … призрак из прошлого. — Несколько часов. Не так уж и давно, Хидеаки-кун. Следишь за мной? — Наблюдаю. Я был удивлён, когда увидел вас выходящим из школы в столь позднее время. Дела с директором? — Приятное время, но не советую, — улыбается Ичиро. — Я слышал, что ты сдал собственного друга. — Он опозорил твою сестру, я не стал молчать. — Врунишка, — улыбка растягивается. — Ты не знал, что она — моя сестра. И ты впервые увидел нас вдвоём. — Неправда. Я видел вас вчера вечером, когда ты забирал Саюри-чан из школы. — Не врунишка, а сталкер. Хо-хо, — смеётся Ичиро. — Зачем же ты меня сейчас преследуешь, Хидеаки-сталкер? — Мы не виделись год. Я скучал. — Ой ли, я не так хорош, чтобы по мне так много мужчин скучало. Но признаю твой французский был хорош, в особо сладкие моменты, — Ичиро продолжает улыбаться, — я еду на работу, составишь компанию? — и резко сменяет тему. — Я не могу, — отказывается Хидеаки, смотря на часы. — Я уже опоздал на ужин с отцом. Он будет зол, если я посмею прийти домой слишком поздно. — Тогда в другой раз, — пожимает плечами Ичиро. Хидеаки выходит на следующей станции и машет рукой на прощание. Самидзу его игнорирует — их встреча стала ошибкой.***
Через три остановки Ичиро выходит из поезда и идёт до бара, где работает барменом. Увеселительное заведение каждый вечер полно народу, и все они здесь ради симпатичного бармена. Хозяин и персонал приветствуют местную знаменитость, и Ичиро даёт себе смутиться, что делает его ещё краше. Он переодевается в форму, а стоящий рядом официант замечает алеющие засосы на шее Самидзу. Он благоразумно молчит, но сплетня разнесётся быстрее напитков в счастливый час. Ичиро закатывает рукава рубашки и приступает к работе. Завсегдатаи сразу же начинают с ним флиртовать и заказывают дорогой алкоголь. Ичиро отвечает им взаимностью, но дальше взаимного передёргивания в туалете у них не доходит. Ичиро получает хорошие чаевые за интимные услуги, от чего набатом в голове стучит слово «шлюха». Самидзу отгоняет непрошенные мысли прочь и возвращается к работе. Под утро, перед закрытием бара, к Ичиро подходит тот официант и спрашивает про засосы на шее. Самидзу отмахивается и, обнимая паренька за талию, предлагает «хорошо провести время». Тот мило краснеет и соглашается. Ичиро и Рока последними покидают бар и направляются в сторону квартиры паренька. Он счастлив: его кумир у него дома. Ичиро не церемонится, и сразу же начинает срывать одежду с себя. Рока взволнован, но готов. Ичиро нежно целует его в губы, кусая нижнюю. Парень забрасывает на его шею руки, и мужчина подхватывает его, прижимая к стене. Он снимает штаны с Рока, и тот вздрагивает. — Боишься? — Рока отрицательно мотает головой, но дрожь не унять. — Не бойся, — шепчет Ичиро прямо на ушко, — я не причиню тебе вреда. И в следующий момент грубо кусает за шею. Ичиро не любит нежности в сексе, но удовольствие получать и доставлять любит. Рока вздрагивает, его тело бьёт крупная дрожь. Мужчина подхватывает его на руки и несёт в единственную спальню. Он кладёт юного любовника на кровать, поглаживая не тронутые загаром ягодицы. Рока тянется к нему руками и головой в надежде на поцелуй, но Ичиро уворачивается от пухлых губ и кусает шею. Рока издаёт протяжный стон, тело не перестаёт дрожать, но появляется спокойствие: он не причинит вреда. Ичиро подносит правую руку к губам парня, и тот обхватывает длинные музыкальные пальцы губами. Он хорош в этом. Ему нравится сосать. Ичиро поглаживает большим пальцем щеку парня, как гладят послушного питомца. Рока тянется за лаской, уже полностью расслабленный. — У тебя есть презерватив или смазка? — спрашивает Ичиро, проникая влажными пальцами внутрь Рока. Тот стонет, но кивает, показывая на тумбочку около кровати. Ичиро оставляет в покое девственно узкую дырочку и лезет в верхний ящик тумбы. В открывшимся ящике помимо смазки и презервативов лежат силиконовые игрушки. — А ты не так прост, каким казался на первый взгляд, Рока-чан. Значит любишь играться наедине с собой? — Ичиро открыто смеётся над молодым любовником. Тот закрывает красное от стыда лицо: никто ещё не видел его «маленький тайник». Самидзу забирает презерватив и смазку из ящика, усмехаясь мыслям о «маленьких развратных мальчиках». Он надевает на уже стоящий член презерватив и обильно смазывает его. Рока хочет видеть лицо Ичиро, своего кумира, но тот велит развернуться и встать на колени. Рока расстроен, но не показывает этого — не хочет расстраивать Ичиро. Самидзу растягивает пальцами анус парня, проникая глубже сначала двумя, а затем и тремя, вызывая дрожь и возбуждение у Рока. Тот нетерпеливо дёргает задницей навстречу пальцам, а его возбуждённый член трётся о простыни и торс. Ичиро шлёпает по заднице рукой и сжимает ягодицу. Он вытаскивает пальцы и сразу же проникает внутрь. Рока стонет и, как мантру, повторяет одно слово: «ещё». Ичиро трахает его задницу, а правой рукой мастурбирует парню. Вместе. Одним темпом. Мужчина сжимает у основания член парня, не давая ему рано кончить. Он вытаскивает свой член и снимает презерватив. Ему хочется пометить это юное тело, сделать его своим. И изливается сначала в анус, а затем и на ягодицы. Рока не возмущается, он ноет и стонет, желает одно: кончить. Ичиро позволяет ему кончить, отпуская член и поглаживая его пальцами. Рока протяжно выдыхает и кончает на простыни. Он блаженно закрывает глаза от удовольствия и наступившего оргазма. Ичиро ложиться рядом — ему надо поспать перед сменой. Рока, сонно, тянет к нему руки. Но Ичиро не даёт себя обнимать — это ниже его принципов. Он засыпает, и сон впервые спокойный.
Примечания:
Впервые публикую NC - сцену на этом ресурсе.
