The New World: Last days of Order

Что нужно нам — того не знаем мы, Что ж знаем мы — того для нас не надо. Иоганн Вольфганг. Гёте Фауст

Год-1949. Дата-16 Сентября по старому календарю. Время-16:45. Место - Лескатия, столица НРР.       Александръ Васильевичъ ​Кочок был из тех людей, которые относились к своему народу, как подобает хорошему правителю. Он уважал новых подданных и, будучи честным государем, выслушивал их через бюрократический аппарат. В данный момент, сидя в своём хорошо обставленном кабинете, Александръ Васильевичъ подписывал бумаги, касающиеся обороны НРР, известная также как Новая Российская Республика. Кабинет Кочка был обставлен соответственно своему скромному и справедливому руководителю. Тут был и дубовый стол, приятно пахнущий свежей древесиной и навевающий воспоминания о потерянной родине. Здесь было и удобное кожаное кресло, сделанное по его личному заказу лучшими мастерами Лескатии. На стене висели старинные серебряные часы, которые напоминали ему о Петрограде, столице родного отечества. «Наверняка таких больше в обоих мирах нет. Красные варвары, должно быть, уничтожили всю страну своими действиями,» — пронеслось в голове у Александра Васильевича. Он медленно и нехотя встал со своего тёплого «трона», достал из кармана кителя посеребрённый портсигару, а затем направился в сторону веранды.       Выйдя на неё, государь, открыв дорогую шкатулку, взял первую попавшуюся сигару и закурил. Крепкий запах табака, прямиком с земель Полова, который, кстати, был единственной культурой, способная там выжить и давать урожай, успокаивал его напряжённые от круглосуточной работы нервы. Увы, параллельно в голову лезли тревожные мысли, которые пришлось анализировать и думать над ситуацией, нависшей над НРР. Ведь если бы не он и его вмешательство, то страна, раньше именовавшаяся Лескатией, пала бы из-за действий черни-коммунистов и подлых нелюдей.       Сам Бог дал ему шанс, шанс возродить Великую Россию и Русский Дух. Воспользовался ли этим шансом Александръ Васильевичъ? Конечно же да! Благодаря действиям его и союзников, им удалось сохранить и реформировать отсталую страну, словно утонувшую в болоте Смутного Времени. Люди были благодарны ему, они носили на руках, как героя. Но была и ложка дёгтя в бочке с мёдом. «Царскую семью» вновь спасти не удалось: короля Кастора и всех его родных красные казнили. Беспощадные анархисты, болезненно напомнивших старых народовольцев и прочих упырей, расстреляли их из арбалетов на дворцовой площади. И это только полбеды.       Внутри самой НРР начинается процесс раскола на фракции, который он так сильно старался не допустить. «Эх, вот так всегда. Стараешься для людей, а они…» — в мыслях сказал Александръ Васильевичъ. Он докурил и сплюнул на асфальтовую маленькую дорожку, ведущую к входу его Мэнора. Солнце уныло клонилось к закату, а документы терпеливо ждали его возвращения, лежа на дубовом столе в тёмном кабинете, и не думали убегать.       В основном они связанны с законопроектами, касающимися внутренних дел НРР. Большую часть законов придётся отвергнуть, дабы не вызвать чересчур большой резонанс и нарушения статус-кво, а как следствие нестабильность. Малую же часть Кочок всё же примет, чтобы не показать признаков стагнации, а соответственно слабости и возможности для удара. Так было, есть и будет продолжаться в том же духе.

***

      Часы уже показывали половину одиннадцатого, и, к счастью, стопка бумаг решила кончиться раньше обычного. В самом основании «белой башни» оказались несколько закрытых конвертов. Незаметно открыть их мешала печать, на которой был изображен чуть более пухлый двуглавый орёл с факелом и булавой вместо классического державы и власти. «Тайная канцелярия. И какие смутьяны у нас завелись на этот раз?» — про себя проговорил государь, смело сдирая штамп и вчитываясь в содержимое. Оно было крайне неутешительным.       Группа сообщников, которых характеризовали, как «Верховные Реваншисты», за счёт публичной агитации набирали популярность в народных массах. Они выступали не только против внешнего врага, но и против внутреннего, которого, к сожалению, увидели в новой власти. Не проходило много времени после выступлений очередного глашатого, как люди начинали жаждать мести за утраченные территории и порабощённых родных, неважно кем и в каком плане. Пусть они и были стихийными и неорганизованными, пугало как раз то, что у них не было явного лидера. Так что все, что оставалось, так это разгонять несогласованные собрания и устраивать погромы в трущобах.       Славянская Лига под управлением грибной ведуньи Наташи Ницеявой хотела вернуть былое величие Руси, а для этого требовала вернуть старые обычаи и забытые традиции. С одной стороны, это могло лишний раз укрепить положение современной власти, но в то же время это не могло не вызвать острое отторжение у представителей местной культуры. Даже после всех тех ухищрений с трактовками писаний Церкви Верховной Богини и её сливанием с Русским Православием, а также сливанием Русского Православия с культами древних богов славян, лескатийцы не стремились забывать свои корни. Противоречия возникали чуть ли не с первых слов очередной проповеди, и сдерживать кровопролитье с каждым разом становилось труднее и труднее. В каком-то роде, все тут кидались спичками в друг друга, забыв о том, что стоят на пороховой бочке.       Неонацисты, как их именовали некоторые из новоприбывших, под управлением Гейдриха Легионова Брониславовича, родовитого дворянина и, как ни парадоксально, западника-славянофила, скандировали лозунги про чистое человечество, его кровь и в тайне (теперь уже нет) изучал запретные виды магии. Какой именно не уточняется, так что угроза может быть наиболее существенной. Помимо идей расового превосходства, Бронславич агитировал за масштабную войну против всех: «недолюдей» Ордена на западе и буфферной зоны на востоке. И судя по донесения, он предпочёл второе. Как сообщила канцелярия, его организация Братство Чёрного Солнца, закупив снаряжение НикаласКо, «подавляет восстание крестьян», на территории дальних рубежей Республики.       Альянс Разума и Свободы — ещё одна из группировок, стремящейся к власти над страной. Её лидера знает большая часть чиновников и генералов НРР, и он совершенно не стесняется этим пользоваться. Это серьёзно тревожит, поскольку всё больше промышленников, на чьих плечах лежит оружие и техника начинают проникатся его идеями об «обществе без контроля государства и надобности думать об прочих паразитах». Лидер данной фракции Генерал-Фабрикатор Николас Валентайна, хозяин концерна НиколасКо. Политическим строем фракции является новомодное либертарианство, но по факту, он больше подходит по описанию на «техно-фашизм», как его назвали представители следующей партии. Солидарность по отношению к «анархистам в смокингах» было единственным положительным моментом, связанным с ними.       «Коммунисты… Эти хуже всяких нелюдей, поскольку, пусть и притворяются, что хотят дружить со всеми, но всегда лгут,» — чуть не сплюнув на чистый пол, Александръ Васильевичъ продолжил изучать доклад. Красная Социалистическая Народная Армия — левые силы, состоящие из интернационала, который включал в себя даже мамоно (к счастью, до откровенного союза с демонами они пока не дошли). Несмотря на официальный запрет и угрозы смертной казни за сотрудничество, их отделения были почти в каждом населённом пункте Республики. Они могли посоперничать в остроте языка с Реваншистами, хорошо передовая красную чуму от человека к человеку. В основном они вели пропаганду среди уставших рабочих новых предприятий и беднейших крестьян, помогая им вести борьбу против промышлеников и землевадельцев. Как правило их позже топили в крови, но тем не менее они выбивали маленькие, временные уступки. Ими руководит Совет, но канцелярия утверждает, что основным лидером краснопузой сволочи является профессор исторических наук Константин Домицкий, всегда носящий очки и небольшой револьвер под пиджаком. Но это информация не точная, поскольку он хорошо шифруется и успел сменить не один псевдоним.       Наконец макулатуру исчерпал себя и Александръ Васильевич откинулся назад. Он помассировал наболевшие от хронического недостатка сна виски. Седеющая голова болела, словно ударили чем-то тяжёлым. «Вместо того, чтобы биться сообща против общего врага, они грызутся с друг другом и занимаются самодеятельностью. Надо что-то предпринять и срочно. Но для начала, пойти отдохнуть от тяжелых дум». Александръ Васильевичъ вышел из своего кабинета и направился в спальню. «Завтра, всё-всё на завтра,» — произнёс шёпотом старый военный, идя усталым шагом в направлении кровати.