По существу

— Где я?... Где мы?..

— Не переживай, скоро всё закончится... Скоро...

— Алфёдов?.. Но что ты тут делаешь?.. Помоги мне выбраться!

— Ты не понимаешь...

— Что тут не понятного, помоги мне!.. Подожди... Только не говори, что...

— Мне очень жаль...

— Нет, не делай этого!...

 Internal Exception: java.lang.IllegalArgumentException:

Unknown dimension network id 15

<<<Back>>>

      Сон. сколько времени прошло с того момента, как снеговик видел его? Он не помнит, да и, зачем. Во сне приходят мысли, очень гнетущие мысли, которые наталкивают на действия, недостойные его половины. Мысли, царапающие его ледяную подкорку головного мозга и приносящие головную боль, сравнимую с адским. А ему это уж точно не нужно было, учитывая его нынешнее состояние. Хотя, судя по этому же состоянию, это ему не нужно было в принципе.       Он уже не помнит того, когда последний раз его голова касалась подушки. Причём, буквально. Кровать как таковая стояла на его базе только ради прикрытия и в качестве фильтра от лишних вопросов.       Его база состояла из цилиндра и скопления кубов по кругу. Когда-то здесь пропадал чанк, и знаете, в этот период Алфёдов крайне переживал. Он всегда переживает, и эти переживания выливаются в его иногда странное поведение и речь. А как иначе, когда держишь всё внутри... Или оно держится внутри, он уже сам не понимает...       Кашель вновь заставил опять оставить красное пятно на желтой поверхности его базы. Ну вот, снова оттирать...       И вот так каждый раз. Боль в конечностях не даёт ему нормально работать, кашель заставляет почти буквально выплёвывать лёгкие, а сердце уже много лет как не помнит понятие слова "Сердечный ритм". Его тело становится очень хрупким, и это его очень напрягает.       Бедный снеговик понимал, что ему нужно видеться со своими друзьями, ведь кто как не они смогут отвлечь его от насущных проблем, отдать понять, что он всё же не один, и... проголодаться...       Последний пункт ему очень не нравился, но рано или поздно это случается. Голод практически пожирает изнутри, и ему ничего не остаётся... Только прятаться и делать вид, что с ним всё хорошо.       Выйдя на спавн, в торговый переулок, снеговик шёл за очередной порцией желтого красителя — очень неожиданно он закончился у снеговика, и это стало отличным поводом посвятиться перед друзьями, что вот он, жив цел. Некоторые люди начинают задавать вопросы, когда он начинает куда-то пропадать. Якобы, это странно. И будут правы, очень правы.       Помахав рукой некоторым обитателям спавна, в частности Диамкею и Кавеори, Алфёдов решил, что его цель завершена, и время двигаться обратно на базу. Но не тут то было...       — Хеей, Алфёдов, здарова! Чё как жизнь у нашего поедателя детей? — сначала снеговик напрягся, но тут же до его больной головы дошло, что тот обратился к нему с прошлогодней шуткой. Так он назвал шутки, которые использовались еще с прошлого места обитания. В то время люди очень близко подошли к тому что происходило в его подвале, который находился под Кремлём, но как он радовался тому, что все перевели это в шутку... Пусть считают так, от этого ему же проще.       — Я? — снеговик обернулся, и открыл зонтик, который он время от времени носил с собой. В особо жаркие дни. — Да вот, краситель покупал, уже возвращаюсь на базу. Работы там еще много! — постарался он как можно позитивнее произнести слова, но они словно путались со снегом во рту, из-за чего прозвучало это немного скомкано. — Всё в порядке? Видок у тебя не очень, конечно, — заподозрил неладное Диамкей, но взгляд его красных глаз тут же направился к зонтику. — Ааа, это из-за жары? Да, денёк сегодня адский, не удивлюсь, если с такой погодой люди скоро будут отправляться в Незер со словами "Там прохладнее", ахах! — попытался пошутить вечный строитель спавна, и пожелав удачи, направился по своим делам. Благо.       Алфёдов принял это как хороший знак. Пусть думает, что всё это из-за жары. Хоть это в той или иной мере было правдой. После этого он направился к себе, заставляя каменную дорогу мокнуть после каждого его шага.       Элитрами снеговик в последнее время не пользовался, и на это были свои причины. Крылья, которые годами ждали своего носителя в городах края стали мокнуть на снеговике, из-за чего и летать было на них невозможно. Снег таял на глазах. Собственно говоря, как и его сознание. Эффект кислородного голодания стал преследовать его, что не давало нормальной возможности его и без того слабому организму долго находиться в состоянии работы. И ему это очень не нравилось. Сколько ещё это будет продолжаться, он хочет жить...

ХОЧЕТ ЖИТЬ

      Одна воля к жизни заставляла бедную жертву экспериментов каждый день вставать и делать хоть что-то... Подожди-те, экспериментов?.. Откуда у него такая мысль? Алфёдов стал перебирать воспоминания в голове. Не просто воспоминания, а самые первые, что были у него в голове. Он не знал, как появился на свет, сколько жил уже до этого, быть может, нынешнее состояние уже является старостью, и всё его человеческое уже переживает вполне естественный процесс умирания... Нет! Он не хочет и не будет так думать, он не помнит, что было до его жизни на Майншилде, а всё что помнит является отрывками, что навязчиво лезут в голову и не дают определения, является та жизнь реальностью, или просто сном... Он не знает...       Каждую зацепку, которая пройдя долгое путешествие через мясорубку его больного подсознания смогла выбраться в сознание, он считал важной. Считал, что быть может, это когда-нибуть даст ему, гибриду двух существ подсказку на возможное определение его как личности, так и сущности. И он не желал, чтобы это оказалось чем-то ужасным, ведь он даже не знает, сколько ему осталось... Он просто молился всем богам этого мира, чтобы следующий день не оказался для него роковым.       Спустя какое-то время он всё же вернулся на свою базу, и не смотря на то, что его кто-то мог увидеть, отправился в центр базы, попутно снимая с себя костюм. Тот в свою очередь мокрыми тряпками спадал в самый низ кратера, не оставляя и надежды на то, чтобы еще раз лечь на холодную кожу этого снеговика. Пиджак, рубашка, а следом и брюки слетали мокрыми тряпками вниз, пропадая из виду и ожидая своей участи в качестве наживы монстров. Факелы он еще не успел вернуть на место. Он уже который день чувствовал голод, но всё равно держался. На данный момент нужно держаться!       Дело в том, что чувствуя жуткий голод он начинал таять, и раньше, до того как у него начались проблемы, любая одежда без особых усилий могла держаться на нём, и даже не мокнуть, но в последнее время... Он не успевал менять костюмы, из-за чего он время от времени, когда ему позволяло обстоятельство просто ходил без него. Он снеговик, никаких причинных мест, которые стоило бы скрывать у него нет, поэтому, даже если его увидят, это вряд ли бы вызвало вопросы. Точнее, вызвало бы, но совсем не те, которые возникают в такой ситуации. Немного другие...       Скинув лишнее в сундуки, снеговик скрылся в тёмных комнатах своей базы, и просто упал на пол. Спать он всё равно не мог, и его организм отлично справляется и без этой функции. В комнате было тихо, темно, и пусто. Просто пустая жёлтая комната, в которой даже время от времени появлялись монстры. Не часто, но всё таки появляются. Но кажется, что на данный момент единственным монстром, который здесь находится является сам Алфёдов.       Не удивительно, ведь в последнее время он стал замечать, что нежить не так активно реагирует на него, да и, быть может монстры — это так же бывшие люди, что по тем или иным причинам стали озлобленными, и потеряли рассудок... И может, именно это ждёт такого позитивного и дружелюбного снеговика как Алфёдов. И этого он боится больше всего — перейти грань, после которой мысли будут только о том, как удалить голод, а лица друзей затуманятся, и он перестанет осознавать себя. Интересно, если это случится, то какая будет его последняя мысль? А слова? Какие слова он произнесёт перед тем, как его сознание окончательно исчезнет, заменяя обыденность бытия животными инстинктами?

ОН НИЧЕГО НЕ ЗНАЕТ

      С такими мыслями он словно заснул, но это сложно было назвать сном. Скорее, это было такое, медитативное состояние, в котором он на какое-то время забывался, а его сознание отправляло его мысли в царство Морфея. Только вот, жалко, что только мысли, а не его самого. Но и на том спасибо. Он не умел спать, и был искренне благодарен своему работающему на износ и словно на последнем издыхании организму хоть за эту возможность забыться. Забыть, кто он есть, даже не зная этого...       Алфёдов даже не заметил, как наступила ночь. Придя в сознание, в животе громко проворчало, словно напоминая о себе, и о том, что ему всё же надо с этим что-то сделать, как бы он не хотел этого.       В следующую секунду прозвучал неприятный звук. Его опять вырвало. Находясь на коленях, Алфёдову размыто виднелась мешанина из блевоты, крови и снега. Его пищеварительная система не справляется, и кажется, уже начинает переваривать саму себя. Если так продолжится, он не протянет долго, ему определённо нужно заглушить это, заглушить свой голод, хоть чем-то!       На дрожащих ногах он направился на выход. То, что он оставил после себя он уберёт позже, это уже проблемы будущего Алфёдова, но сейчас ему требовалось хоть что-то сделать с этим, он уже просто не вывозит!       Выйдя на крышу своей базы, он оглянулся. за слезами и снегом мало что можно было увидеть, но словно последний лучик надежды буквально на краю его ямы виднелся зомби, случайно дав знак светлым шлемом, что был очень заметен среди тёмного пространства вокруг. Снеговик тут же направился в ту сторону.       Не любил он это, ой как не любил...Тем более, зомби. Ему казалось, что даже по отношению к ним он делает что-то неправильное, что-то... Ужасное...       Нежить же никак не среагировала на него, пока Алфёдов не подошёл почти вплотную к зомби. Стоило зомби хоть как-то попытаться нанести урон снеговику, как рука Алфёдова перехватила замашку зомби. Сейчас будет то, что он больше всего в себе ненавидит. Ненавидит так же, как и ненавидит себя. А себя он ненавидит... Как там говорят, "Врёт как дышит, а дышит он часто?" Не смотря на то, что он практически не дышит, именно с такой силой, как дышит нормальный, здоровый среднестатистический человек, он ненавидит себя, и то, что сейчас произойдёт. А это, очень сильно...       Обыкновенно закрытая небольшая улыбка снеговика раздвинулась, образовав широкий рот, от уха до уха, и открыв челюсть, он стал больше похожим на нежить, ежели на человека. У нормального человека так челюсть не раскрывается, и нормальный человек не скрывает ширину своего рта, закрывая всё снегом. казалось, что его челюсть может разорваться на все 180 градусов, но это было не так. По всему ряду зубов красовались острые и ровненькие зубы, покрывающие ротовую полость в два ряда, а длинный узкий как у ящериц язык голодно облизывал те самые зубы. В такие моменты Алфёдов зажмуривал глаза. Он не хотел видеть, как мучается существо, даже если это был обычный зомби. Каждый зомби был раньше человеком, который чувствовал, бегал, улыбался, любил... Он терпеть не мог подобные моменты...       В следующий момент челюсть с характерным звуком защёлкнулась на руке зомби, которой он и пытался ударить снеговика, отчего только качнулся, и с животным страхом в глазах осел на землю. Он бы убежал, есть рука или нет, ему всё равно, ведь он зомби, его организм в принципе давно не живой, но то, что исходило от существа перед ним, зомби, излучало такой уровень угрозы, что зомби покорно остался сидеть на земле. Он понимал, что его уже ничего не спасёт.       При свете яркой, полной луны, перед зомби вырисовывался силуэт, который уже вряд ли можно назвать человеком. Длинные руки и ноги обрели худощавый вид, а оскал на недавно в целом человеческом лице напоминал волчий, в порыве ярости. Вокруг рта виднелись следы от сгнившей, но все еще крови, а рука, которую он только что оторвал от нежити уже была проглочена. Казалось, что он изменился, трансформировался, но нет, просто снег, ранее подтаявший, стекал с него ручьями, создавая кровавые пятна буквально из ниоткуда.       К своему огромному сожалению, его органы, и кровеносная система в целом почти буквально находилась в куске снега, и стоило ему подтаять, как организму приходил конец. Руки и ноги, по сути своей, истончились за счёт растаявшего снега. И именно восстановление жизненных сил помогало ему не растаять. Но делалось это, к сожалению, через еду...       Через пару секунд Алфёдов, ну или по крайней мере то, во что он превратился, внезапно упал на колени около самой ямы и его очередной раз вырвало. Противный вкус гнилой плоти отравлял его, и оставляло такое послевкусие, что казалось, что у него во рту мышь сдохла и пролежала там еще пару недель, в гниющем состоянии. Но он не мог позволить себе что-то другое. Не в этот раз...       На глазах опять начали появляться слёзы, и зомби, почуявши, что монстр отвлёкся, успешно сбежал. Снеговик за ним не бежал, он хотел дать шанс на выживание даже ему, такому глупому созданию как зомби. Он еще несколько минут пролежал около ямы, после чего почти на карачках направился в сторону центра своей базы. Ему нужен снег, иначе он сейчас потеряет сознание... Перед глазами всё начало плыть от потери крови, ноги начали оставлять кровавый след. Возможно, на сутки-двое он и заглушил адский голод, но вот, снег уже растаял, и ему нужна была срочная трансплантация такового. Он не хотел умирать, нет, только не сегодня, только не так!!!       Спустя какое-то время он всё же добрался до ближайшей фермы снеговиков, которая была у него в одном из главных залов, и собирая с пола фермы снег, стал налеплять на жизненно важные места, начиная с торса, заканчивая конечностями и головой, закрывая часть рта и параллельно заменяя кровавый снег новым. Кое как оклемавшись, он поднялся, и пошел на место, где его и вырвало в первый раз за сегодня. Надо убраться, пока никто внезапно не захотел наведаться не его базу. Никто не должен узнать его настоящую сущность... Никто...