Глава 20.1. Старый новый друг
31 мая 2026 г., 23:49
По дороге от Хогвартса до магической деревни Аделайн шла медленно, внимательно изучая уходящие в стороны дорожки и зимнюю природу. Рассматривала Дракучую Иву, вглядывалась в манящую темноту Запретного Леса и одновременно с этим с улыбкой наблюдала за попытками плохих шпионов проследить за профессором Защиты.
Трое гриффиндорцев следовали за ней на расстоянии нескольких дюжин футов, постоянно шикая друг на друга и оглушительно топая ногами. Аделайн, имевшей в прошлом дело в том числе и со слежкой, было даже забавно. На сегодняшний поход в Хогсмид у нее не было никаких планов, кроме наблюдения за школьниками, поэтому Гарри Поттеру и его друзьям вряд ли удастся что-либо узнать. И наверняка они не смогут увидеть больше, чем Аделайн позволит.
Отправляться в Хогсмид — место, в котором любой желающий сможет тщательно изучить нового профессора Защиты, — у Аделайн не было никакого желания. Нахождение в замке среди детей и нескольких профессоров, у которых не было шансов ее узнать, не могло сравниться с прогулкой по Хогсмиду, куда мог прийти даже Темный Лорд под оборотным. О Пожирателях Смерти не стоило даже упоминать, кто-то из них наверняка с раннего утра прогуливается вдоль Сладкого Королевства. Но расписание дежурств в магической деревне, составленное Макгонагалл, не оставляло возможности отказаться. Слава Мерлину, провести в магической деревне сегодня придется лишь полдня.
За предыдущие полгода жизни в Британии в Хогсмид Аделайн под личиной Рин наведывалась часто — изучить заведения в деревне, послушать о местных сплетнях в барах и о переживаниях и проблемах школьников в Трех Метлах. Несколько раз она даже появилась здесь в качестве Аделайн де Бриенн, и, немного помелькав на главной улице, аппарировала назад.
Сейчас, в качестве профессора Хогвартса, Аделайн не торопилась идти в одно из многолюдных заведений, собирая изучающие взгляды. Поэтому, купив несколько новых пергаментов, она отправилась в сторону Зонко и Трех Метел, чтобы под чарами отвлечения внимания устроиться неподалеку.
Аделайн была на полпути к пабу, когда на периферии зрения заметила мужскую фигуру, идущую прямо на нее. Небольшое изменение траектории не помогло, незнакомец сделал так же. Обычный школьный профессор не должен был бросаться заклинаниями во встречных волшебников, поэтому Аделайн оставалось настороженно продолжить путь.
— Ох, прошу прощения, профессор! — они ожидаемо столкнулись. Незнакомец потянул руки к плечам Аделайн, видимо, пытаясь спасти от падения. — Несмотря на то, что мне ничуть не жаль, — уже шепотом произнес маг совсем рядом, на мгновение качнувшись вперед.
Аделайн была готова послать Оглушающее в незнакомца прямо посреди магической деревни, но осторожность, с которой была сказана фраза, ее тон, заставили задуматься. Аделайн внимательнее всмотрелась в улыбающееся лицо напротив.
— Не мог не воспользоваться возможностью встретиться, — проговорил незнакомец, подкрепляя слова легким магическим импульсом.
Аделайн выдохнула и слегка улыбнулась. Эту магию она узнает всегда и везде.
— Какого Мерлина ты, самый разыскиваемый в Магической Британии преступник, тут делаешь? — едва слышно прошептала Аделайн.
— Не злись, никто меня не узнает, — еще шире улыбнулся Сириус, пряча, наконец, руки в карманы. — Хочешь, я на колени встану для извинений? Твоя репутация как профессора сразу поднимется до небес.
Сириус шутливо дернулся вниз, когда послышалось недовольное шипение Аделайн.
— Прекрати этот цирк. Как минимум твой крестник под своей мантией-невидимкой где-то здесь за нами наблюдает.
Сириус тут же выпрямился, оглядываясь вокруг и, конечно, никого не заметил. Указать точное местоположение юного шпиона не смогла бы и Аделайн, но она несколько минут назад наблюдала за самооткрывающейся дверью Трех Метел.
— Ладно-ладно. Как в целом дела? — переключившись на серьезный тон, спросил Сириус.
Аделайн невесело усмехнулась.
— Не так плохо, как могли бы быть. Возможно, я смогу уйти из школы на следующих выходных на несколько часов.
Сириус кивнул. Если в это время на Гриммо не будет членов Ордена Феникса, Аделайн придет в гости. Иначе же Кричер сможет передать их письма.
— Еще раз прошу прощения, мисс, — уже громче произнес Сириус, отклонившись назад.
— Все в порядке, до свидания, — кивнула в ответ Аделайн, доигрывая случайное столкновение с незнакомцем для обывателей и гостей Хогсмида.
Сириус отвернулся и направился к одному из баров, Аделайн же продолжила путь к Зонко. Она очень надеялась, что Сириусу хватит ума уйти от слежки, если такая за ним образуется.
Аделайн устроилась на улице около одного из магазинов, около которого открывался великолепный вид на деревню. Она быстро заметила мужчину в черной мантии с капюшоном, выкуривающего одну сигарету за другой около паба и наблюдающего за школьниками и самой Аделайн — слишком похожий на шпиона Темного Лорда, чтобы быть кем-то другим.
В течение часа в Хогсмиде было тихо и спокойно, Аделайн уже подумывала пойти в кафе напротив, окна которого как раз выходили одновременно на Зонко, Сладкое Королевство и Три Метлы.
— Профессор де Бриенн! — практически прокричал незнакомый молодой человек, который чересчур уверенно и быстро направлялся к Аделайн. Остановившись напротив, он выдохнул уже тише: — Добрый день!
— Добрый. Однако, молодой человек, не думаю, что мы с вами знакомы.
— Это как посмотреть, — изменившимся голосом пробормотал себе под нос незнакомец, заставив Аделайн напрячься еще сильнее. — Но мы можем познакомиться. Как насчет того, чтобы аппарировать туда, где меньше зрителей?
— Я не вижу смысла аппарировать куда-либо без объяснения причин с человеком, которого вижу впервые в жизни, — негромко ответила ему Аделайн, показательно пошевелив рукой с палочкой в кармане пальто.
Молодой человек перед ней задумался, оглянулся по сторонам.
— Вы спасли мне жизнь в начале лета, — медленно, четко давая понять, что он имеет в виду, проговорил незнакомец. — Я хотел бы сказать за это спасибо.
Аделайн замерла, пристально всматриваясь в черты лица. Аделайн де Бриенн летом никому не спасала жизнь, это делала Рин. И если человек перед ней действительно тот, чью жизнь она спасла летом, и он смог понять, что это сделала именно Аделайн, то он также понял, что никакой Аделайн в этом мире не существует. Это знание могло стоить ей жизни. Однако рядом с Аделайн сейчас стоял всего один волшебник, а не целый отряд Пожирателей Смерти или Авроров. Барти о своих подозрениях никому не сказал.
— Я не представляю, о чем вы говорите, — уверенным, не терпящим возражения тоном начала Аделайн. — Тем не менее, я согласна на встречу, но на моих условиях.
Незнакомец, рвано выдохнув, быстро кивнул. С каждым нервным движением он все больше напоминал того Барти, которого под личиной Грюма Аделайн встретила в Хогвартсе летом. Тем не менее, не в ее ситуации стоило доверять каждому встречному.
— Подходите сюда же через три часа.
Одновременно со словами Аделайн достала руку с палочкой из кармана. Незаметно взмахнула ей, накладывая на мага перед собой фамильные следящие чары, которые меньше, чем за пять часов, еще никто не снимал. Незнакомец дернулся, замечая движение ладонью, но лишь фыркнул на это.
— Спасибо, мисс де Бриенн, — помахав на прощание, маг развернулся и отправился в сторону паба. Аделайн осталась на том же месте, анализируя ситуацию.
Если Барти смог догадаться, кем является профессор Защиты, значит где-то она серьезно ошиблась в сокрытии истинной личности. Оставалось надеяться, что заметил это только слишком наблюдательный Крауч.
Согревающие чары в очередной раз выветрились, и Аделайн, досадливо поморщившись, направилась в сторону кафе. Через три часа в Хогсмиде ее должен был сменить Флитвик, и оставалось удостовериться, что за это время в деревне ничего не произойдет.
***
К назначенному времени Аделайн вернулась к Зонко. Через минуту профессор Флитвик с вежливой улыбкой появился у входа в Сладкое Королевство, издалека приветствуя Аделайн. — Добрый день! Как прошло первое дежурство? — переполненный энергией профессор Флитвик выглядел слишком жизнерадостно посреди черно-серого зимнего пейзажа. — Добрый день, — вернула дежурную вежливую улыбку Аделайн. — Удивительно тихо. Особенно в сравнении с историями, которые мне удалось услышать от других профессоров в качестве напутствий. Флитвик хмыкнул. — Что ж, рискну предположить, что вам не терпится покинуть свой пост, — понимающе произнес он, оценив скучающий вид Аделайн. — Не буду вас задерживать. Приятного вечера. — Благодарю, профессор, — слегка улыбнулась Аделайн. Она оглянулась на Три Метлы, услышав отголоски очередного шумного спора между вечно враждующими факультетами. — Полагаю, желать вам того же было бы насмешкой. На этот раз Флитвик открыто рассмеялся. — Вы как никогда правы, Аделайн, — также оглянувшись на паб, согласился он. — До встречи в школе, профессор. Аделайн быстро отошла за ближайший угол и, убедившись, что на мгновение она пропала из виду для всех сегодняшних наблюдателей, наложила на себя заклинание невидимости. В таком виде можно было возвращаться к магазину ожидать незнакомца. По пути обратно Аделайн встретила спешно шагающего за угол курящего ранее у паба Пожирателя Смерти. Только профессора де Бриенн он в переулке уже не застанет. Молодой человек появился около магазина ровно к назначенному времени. Он не оглядывался по сторонам, не смотрел ежесекундно на часы, но по еле уловимому нервному облизыванию губ, лихорадочному движению глаз и подрагивающим рукам в карманах мантии его беспокойствие ощущалось с расстояния нескольких метров. Ходить так, чтобы ее могли услышать лишь сипухи, Аделайн научилась еще в детстве без всяких заклинаний. В будущем этот навык не раз спасал ее из принеприятнейших ситуаций, позволяя сохранять в тайне остальные секреты. Сейчас это умение снова пригодилось. Неслышно подобравшись к волшебнику, Аделайн прошептала уже знакомое Барти заклинание, и в последний миг дотронулась до предплечья молодого человека. Шумный вздох и последующие ругательства застряли в воздухе где-то между Хогсмидом и горами Шотландии, не потревожив гостей магической деревни. Аделайн переместилась на уступ небольшого холма недалеко от того места, где находился ее дом. Если здесь начнут летать лучи заклинаний, магглы скорее подумают, что это зимнее солнце так причудливо отражается от остатков снега на уступе, а волшебники не решатся аппарировать и вмешиваться в чужой конфликт. Почувствовав землю под ногами, молодой человек тут же откатился подальше и направил палочку в то место, где должен был находиться его предполагаемый похититель. Аделайн усмехнулась и сняла с себя заклинание невидимости, не отводя взгляда от волшебника напротив. — Проклятье! Драккл тебя задери! Какого Мордреда это было? — Это вы хотели поговорить, молодой человек. Прочие детали — время и место — вы позволили выбрать мне. — Запомню на будущее, — буркнул тот, убедившись, что пока на него нападать не собираются. — Только если будете помнить этот разговор. Молодой человек помрачнел, а после задумался. — А вы действительно не так проста, как кажетесь, профессор де Бриенн, — рассмеялся молодой человек, пристально отслеживая реакцию Аделайн. Реакции не последовало — Аделайн достаточно часто слышала эту фразу от других магов в ничего не значащих разговорах, и давно привыкла обращать внимание, но не реагировать на нее. Однако со стороны Барти это была достойная попытка вывести ее из равновесия. Молодой человек попытался подняться и очистить брюки от воды и грязи. Не выпуская палочку из рук и Аделайн из поля зрения это было сделать непросто, поэтому он, спустя несколько секунд попыток, все же спрятал деревяшку и, наконец, встал на ноги. — А вы слишком самоуверенны, если выпускаете из рук палочку во время встречи с магом, о котором ничего не знаете. — Все еще надеюсь, что это не так, — нервно усмехнулся молодой человек. Аделайн устало вздохнула — постоянные намеки, недоговорки и полутона в разговорах ей уже порядком надоели. Будучи преподавателем в Хогвартсе, ей приходилось включаться в игру словами. В остальное время вместо этой игры она часто предпочитала старый и надежный Обливейт, которым сейчас нестерпимо хотелось воспользоваться. — О чем вы хотели поговорить? — не желая слушать намеки, перешла к делу Аделайн. Около минуты волшебник молчал и внимательно разглядывал местность. Сухая и сырая после зимы трава выше по склону соседствовала с коричневыми кустарниками, ветки которых еще через несколько метров вверх покрывал снег. Бело-коричневый пейзаж плавно переходил в серо-голубое небо за вершинами гор. Подобную картину Аделайн наблюдала в течение полугода, и за это время та так и не стала любимым видом из окна. Еще внимательнее и дольше молодой человек разглядывал саму Аделайн, особенно долго задерживая внимание на лице. Аделайн терпеливо дожидалась единственного вердикта — ничего, выдающего ее истинную личность, заметить было невозможно. — Рег бы мне не поверил, услышав, какой ты стала. Аделайн раздраженно нахмурилась, по привычке повернула палочку между пальцев. Молодой человек, заметив до боли знакомый жест в исполнении другого волшебника, насторожился. Из тисовой палочки в него бы уже летело Круцио. Аделайн де Бриенн же до сих пор раздумывала, стоит ли продолжать слушать. — У меня все еще нет ни единого повода отпускать вас с воспоминаниями об этой встрече. — Прошу меня простить, мисс де Бриенн. Я поторопился с вопросами, сам при этом не ответив ни на один, — молодой человек резко замолчал, словно к чему-то прислушиваясь. Аделайн насторожилась. Однако булькающие, журчащие звуки, которые становились все громче, доносились от самого волшебника. Он выдохнул и мимолетно улыбнулся, словно ждал именно этого момента. — Действие моего Оборотного зелья заканчивается, — смотря на изменения собственного тела, произнес молодой человек. — Может быть и вы, мисс де Бриенн, сможете снять маску? Молодой человек повзрослел на десяток лет, став молодым мужчиной. На несколько дюймов увеличился рост, стали шире плечи, но появилась болезненная худоба, которую не смогли изменить даже домовики Малфой-мэнора. Пшеничного цвета челка упала на лицо, пряча серые глаза. — Моя так просто не снимается, — напряженно ответила Аделайн. Барти шумно и свободно выдохнул, прикрывая веки, но не смыкая их полностью. — Я безумно рад, что это ты, и плевать, в каком виде, — с теплой улыбкой произнес Барти. — Даже сейчас я думаю, что через мгновение проснусь, и все это окажется видением. Аделайн улыбнулась, но ненадолго, не позволяя себе расслабиться в обществе кого-либо, заранее не потребовав Непреложный Обет. К собственному сожалению, для Непреложного у Аделайн сейчас не было свидетеля. — Мне нужна клятва, Барти. Крауч мгновенно кивнул. — Без проблем. Я все понимаю. — Хорошо. Готовый текст клятвы был составлен Аделайн еще много лет назад на случай, если найдется кто-то, кто сможет узнать ее тайну, но стирать воспоминания или лишать жизни этого человека будет невыгодно. Тогда она не думала, что этот текст когда-либо ей пригодится. Барти, ни на секунду не запнувшись, повторил слова клятвы. Только после этого Аделайн позволила себе расслабиться и спрятать палочку. — У меня не так много времени сейчас, писать мне в Хогвартс также не стоит — там слишком много желающих узнать обо мне то, что не знают другие. Я найду способ сообщить, когда и где мы сможем встретиться в следующий раз. Однако… — Однако это будет не скоро, — с плохо скрытым сожалением сказал Барти. — Но я согласен подождать. Аделайн от неожиданности подняла брови. — Ты изменился, — сейчас ей можно было не скрывать интереса и открыто рассматривать старого знакомого в ответ, подмечая паутинку морщин у глаз, впалые больше нужного щеки, острые скулы и нервные движения. — Барти, с которым я познакомилась, не умел ждать. — У меня было много поводов измениться. А у тебя еще больше. — Я бы соврала, сказав, что это не так. Барти дернул уголками рта. Подошел ближе, по-прежнему не отводя взгляд. — Значит, профессор Защиты? — У меня были на это причины, — усмехнулась Аделайн. — Но вряд ли я продержусь дольше полугода. — Уверен, ты лучший профессор, который у них был и будет. — Себя ты не берешь в расчет? Барти рассмеялся, на несколько мгновений превратившись в того беззаботного семнадцатилетнего парня, лучшего студента своего курса, с которым Аделайн познакомилась в прошлой жизни. — Как ты узнал? — О чем? — Обо мне. — Это было несложно после того, как я перестал вычеркивать мертвых. — Что навело тебя на такую идею? — Именно ей целый год пользовался я сам, — усмехнулся Барти. — А дальше? — Сгоревшие дома. Моя аппарация из Хогвартса. Французские газеты. Ты хорошо избегала любых упоминаний, но издание, охотящееся на герра Шварца, сумело сделать нужный мне кадр. — Я подозревала, что хотя бы одна из этих колдографий появится в газете, — поморщилась Аделайн. — Зачем ты вернулась в Британию? — тихо произнес Барти. — Чтобы отомстить? Аделайн невесело улыбнулась уголком губ, опустила взгляд, на время задумавшись. Больше полугода назад она уверенно отвечала на похожий вопрос Вальбурге Блэк, но с тех пор ее приоритеты немного изменились. Одна только идея с преподаванием в Хогвартсе сейчас противоречила сказанным словам о причинах возвращения. Что ж, пора было признаваться самой себе, и, заодно, Барти. — Вначале так и было, — медленно взвешивая слова на языке, определяя степень их правдивости для себя лично, ответила Аделайн. — А затем мои цели и желания несколько расширились. Я не смогла пройти мимо вседозволенности Амбридж в школе, и вряд ли смогу не вмешиваться в дела Темного Лорда. Не ради волшебного мира и общего блага — такими лозунгами, конечно, может пользоваться Министерство и Дамблдор, но едва ли я — ради немногих людей, которые мне дороги и которые случайно или нет оказались втянуты в самый эпицентр надвигающейся войны. Видимо, и то, и другое наследственное. Барти фыркнул. — Конечно, все ради Поттера и сынка Малфоя. А еще самого Малфоя, его жены и ее кузена, — покачал головой Барти. — Беллу тоже вызволишь из Азкабана по старой памяти? Ах нет, она ведь уже гостит у Малфоев. Аделайн с намеком подняла брови, давая понять, что она не собирается обсуждать это. — Список моих близких и дальних родственников в Магической Британии можно перечислять бесконечно. Ты в него, кстати, тоже входишь. Барти закатил глаза: — Про Темного Лорда не забудь, — на последних словах выражение лица Барти почти мгновенно изменилось, он поморщился. — Только Темный Лорд сильно изменился за последние пятнадцать лет, — тихо добавил он. Аделайн пошевелила озябшими ладонями, оглянулась вокруг, рассуждая, стоит ли сообщать Барти о степени своей осведомленности. До сих пор единственным человеком, о чем-либо знавшим, оставался Сириус. — У меня были время и возможность это заметить. — Ты была на собраниях? — Барти в искреннем удивлении открыл рот, снова начал лихорадочно облизывать губы. — Как? — У меня свои секреты, — мягко произнесла Аделайн. Барти замолчал, что-то обдумывая. — Но… но даже Малфой не понял, что ты в зале, не узнал тебя в Министерстве, — теперь Барти смотрел на Аделайн почти восхищенно. — Как? Мордред, ты совершила невозможное. — Нет, Барти, — медленно ответила Аделайн, качая головой. — Мое преимущество в основном в том, что мертвых не берут в расчет. Они замолчали, каждый по своему переживая момент. Аделайн много лет жила с собственной памятью и мыслями о возвращении и мести. Для Барти время остановилось со смертью близких друзей и знакомых пятнадцать лет назад. — Кто еще знает, что я — это я? — Никто. — А кто догадывается? — Думаю, ответ тот же. Из окружения Темного Лорда только Снейп считает, что на игральной доске появился кто-то, не зависящий от Ордена и Пожирателей Смерти. Но у Снейпа нет и шанса тебя узнать. Аделайн удовлетворенно кивнула. Видимо, публика считает, что новый профессор лишь пешка, за которой стоит мадам Боунс. Вряд ли Амелия будет против такой репутации. — Зачем ты меня искал, Барти? — Я хочу сказать спасибо за то, что ты сделала для меня летом. Лицо Аделайн приняло скептическое выражение. — Что ж… — Барти посмотрел вокруг, в который раз убедился, что на уступе они одни, сжал и разжал кулаки и окунулся в омут с головой: — Темный Лорд изменился много лет назад, затем исчез или умер. Полгода назад он воскрес, но стал… совсем другим. Точнее именно таким, каким исчез. Аделайн кивнула, давая понять, что обо всем сказанном она тоже знает. — У Темного Лорда сейчас масса проблем… А твой отец обычно знал, где и как искать из них выход… И я подумал, что, возможно, в этот раз решение может быть у тебя… Аделайн вздохнула, резко развернулась в сторону обрыва и замерла, вглядываясь в линию горизонта. День заканчивался, в свои права медленно вступали сумерки. Ни один солнечный луч не проходил сквозь низкие темные тучи, и здесь, над землей и среди скал, небо, казалось, может упасть на землю. Пейзаж вдали был размыт, там шел дождь. Через несколько минут ветер принесет его к скалам под ногами. — Я не мой отец, Барти, — отрывисто ответила Аделайн. Полы черной мантии развевал усиливающийся ветер, пахнущий морем. Очередной его порыв подхватил темные волосы волшебницы, вновь опустил их на плечи. Аделайн подняла лицо к небу. — Но если я узнаю, как вернуть Темному Лорду разум, я сообщу тебе. — Спасибо, — шепотом проговорил Крауч. Спустя каскад мгновений на лицо, подставленное небу, упала первая капля дождя. Аделайн наколдовала Темпус. Если она хотела успеть к ужину в школе и избежать нежелательных вопросов о том, где она провела вечер, нужно было поторапливаться. — Мне пора в Хогвартс. Барти кивнул. Аделайн накинула капюшон мантии и приготовилась аппарировать. — Летс! Последовала кратчайшая пауза, полшага, после которых фигура посреди утеса остановилась, замерев на несколько секунд. Аделайн обернулась. — Не называй меня так. Не приведи Мерлин, я начну отзываться на это имя. — Это твое имя, — не желая сдаваться, мягко возразил Барти. — Нет, уже давно не мое. Барти недовольно цокнул языком, закатил глаза. — Если понадобится, отправь мне письмо, твоя сова всегда найдет меня. — Хорошо, — кивнув, Аделайн аппарировала обратно в Хогсмид.
