Сицилиус

2134 год. Ни один учёный не знал и не догадывался, что страшные события произойдут с Землёй так скоро. Наша планета была сожжена солнцем ещё десять лет назад. Солнце не щадило ничего и никого, будь то растением или животным, живым или не живым, стариком или младенцем. Солнце превратило всё в песок, разнесённый сухим ветром. В копилку ещё добавляется и вирус, который распространился в связи с антисанитарийными условиями и высокой температурой поверхности. Болезнь делала из людей страшных существ, которые теряли рассудок и были похожи на зомби из тех фильмов ужасов, что крутят ночью по пятницам. Если такое существо укусит — ты труп. Половина человечества превратилась в пепел, чёрный и безжизненный, другая половина — скитается по миру в виде безжизненного тела, жаждущего крови и свежего мяса. Практически все реки и водоёмы высохли, а наш земной шар уже нельзя назвать зелёным и даже живым. Некоторые люди успели спастись и сохранить свою жизнь и жизни близких, попав в правительственные организации, которых по всей планете не так много. Эти организации являются, наверное, единственным живым на этой безжизненной огненной планете. Иронично, что раньше её в шутку называли «планета-вода» из-за большого количества морей и океанов, которых было намного больше, чем суши, а сейчас это самая настоящая планета-огонь. А может это больше похоже на кусочек ада, таящийся глубоко под землёй. Жизни нет практически нигде, кроме тех организаций, где всё должно быть хорошо. В большинстве стран такие имеются и в Корее в том числе. Некоторых людей успели найти и взять под своё крыло работники организации, а некоторые — Хан Джисон. Парень не так много застал за свою, казалось бы, короткую жизнь. Он даже людей толком не видел, только полумёртвые куски плоти, что когда-то были людьми. Семьи у парня нет, но это он старается не вспоминать — больная тема. Родителей он почти не помнит, только в памяти до сих пор играет мамина песня, которую она пела ему и его маленькой сестрёнке перед сном в их большом доме у океана. Сейчас того прекрасного уголка, который, казалось, защищал от всего мира, больше нет, как и тех людей. Только песок и обрывки тёплых и родных воспоминаний. Джисон бродит по старым развалинам, кажется, театра. Под метровым слоем песка мало что можно найти, но, если постараться, то что-то найти всё-таки можно. За эту неделю парню удалось найти старый карманный нож, зажигалку с гербом Японии и почти целый ботинок. Хан продолжал поиски, перебирая рваными ботинками по сухой земле. В старом театре его ждало ровным счётом ничего. Старые ящики с когда-то былыми декорациями, которые не понять как сохранились, упаковки от снэков, которые тут, по всей видимости, кто-то оставил лет так десять назад. И дата на пластиковой обёртке это подтверждает. — Твою мать, — парень спрятался за пыльной колонной старого театра. Группа людей с автоматами, должно быть, из какой-то правительственной организации, осматривала территорию, нагло врываясь в дома, а точнее в то, что от них осталось. — Чхве, ты видел что-то там? — мужчина поднимает автомат, указывая им куда-то в сторону колонн, где прятался парень. «Да чего ты такой мудак-то глазастый?» — пронеслось в голове, теряясь в потоке мыслей и заглушаясь бешеным стуком сердца. Солдаты медленно, совсем бесшумно, словно змеи, шагают по песку в сторону колонн, держа оружие на готове. Будто Джисон настолько глуп, чтобы идти против десятков солдат с чёртовыми зажигалкой и ножиком, с которым только по грибы ходить. Парень медленно сползает вниз по колонне, едва дыша. Не всё так страшно — немножко отползти к ящикам и он останется незамеченным. Что он и делает. Аккуратно, быстрым шагом направляется к ящикам, пока солдаты идут к его бывшему укрытию. Парень перелезает через последний ящик, надеясь на укрытие, но не всё идёт так гладко, как хотелось бы. Раздался пронзительный рык, и из ящика вылез человек. Точнее то, что когда-то им было. Кровавые руки потянулись к парню, стараясь ухватить того за кусок и без того рваной куртки, а красные глаза будто бы заглядывали в душу Джисона. Существо попыталось схватить парня, но промазало и попало по плечу, разрывая ткань и впиваясь глубоко в самую плоть. Вторая рука хватается за живот, толкая Хана на песок, переворачивая ящики и создавая шум. Слюни существа стекают на лицо парня, а когти пронзились глубже в кожу. Раздался выстрел. Существо зарычало, направляясь к солдатам, что поранили его, но получило ещё пару выстрелов в голову, живот и шею. Упав на землю, его сердце теперь уже перестало биться навсегда. — Парень, он тебя укусил? Поцарапал? — солдат подходит ближе, направляя дуло автомата на лежащего, скривившегося в судорогах парня. А он молчит, ведь перед лицом всё ещё мелькает чуть живое тело, с такими мёртвыми, но печальными глазами. Пустыми. — Нет, — соврал, чтобы не стать куском мёртвой человечины и не лечь с этим существом рядом, как мёртвая женатая парочка, чёрт возьми. Солдат опускает оружие, но не расслабляется. Мужчины приказали парню встать и провели к одному из стоящих здесь вертолётов. — Надо смыться отсюда быстрее. Сейчас обречённые на звуки и запах мертвечины приползут. Вертолёт поднимается высоко над землёй, поднимая песок ввысь. Парень лежит на заднем сиденьи, рассматривая когда-то прекрасную планету. Нет ничего, кроме останков колонн и кусков бетона, торчащего из песка. Кучка мертвецов уже ползла в сторону бывшего убежища парня. Он чуть не лёг сейчас там трупом, а уже летит навстречу неизвестности с несколькими сомнительными солдатами, за которыми ещё летят пару вертолётов. Может и зря он соврал им?

****

Вертолёт приземляется не так далеко от огромного, черпающего небо, купала. Должно быть, это Сицилиус. Правительственная организация «Сицилиус» была создана в Южной Корее Чон Минги, Ким Уёном и другими ещё тогда, когда Земля встретилась с Солнцем на краю жизни. Тяжёлые ворота отворяются, создавая мерзкий шум, режущий уши, и людей встречает дождь, который, как понял Джисон, смывает с людей бактерии и вирусы, чтобы обезопасить живущих в бункере. Здание напоминало какой-либо бывший крытый аэродром. Хан прикинул, что тут запросто поместились бы несколько пассажирских самолётов. На входе Джисона с солдатами встречает девушка, с аккуратно собранными в хвост чёрными волосами и в белом костюме. «Лия», если верить бейджу. — Лия, позвони выше, у нас пополнение, — раздаётся где-то сзади, за спиной Джисона. Девушка набирает номер, почти на одном дыхании произнося : — Господин, у нас плюс один. После чего согласно кивнула человеку из телефонной трубки и положила устройство. — Ожидайте, — голубые глаза рассматривали Джисона очень пристально, с некоторым сочувствием. Солдаты начали медленно расходиться, но достаточное количество человек осталось охранять Хана. «Будто у меня есть шансы повалить вас» — хмыкнул и закатил глаза он. В помещении стало в сто раз тише, когда в дверях появился мужчина с охраной. На вид парень был немного младше Джисона. Своими лисьими глазами он быстро осмотрел Хана с ног до головы и, кивнув солдатам, пошёл назад, за двери. Джисон немного опешил, но солдаты толкнули его следом за парнем. — Значит так, здесь тебе не садик, где будут слюни подтирать. Здесь — серьёзная организация «Сицилиус». Веди себя подобающе и давай без глупостей. Парень гордо шёл мимо других людей, которые делали вид, будто им совсем не интересна новая персона. Возможно, этот парень тут главный? Хотя нет, тогда бы его не отправили за Ханом. Но ведь солдаты и та девушка слушались и даже побаивались его, значит, он действительно немного важный человек здесь. Белые стены здания были совсем чистые и пустые. Здесь практически не было окон, дабы избежать палящего солнца. Подняв голову к высокому потолку, парень заметил людей на лестницах и других этажах. А ещё он заметил практически стеклянный потолок в центре здания. Должно быть, это было какое-то защитное стекло. Люди в костюмах того же цвета занимались своими делами — ходили из одного кабинета в другой с кучей бумаг, пробирок и техникой. Солдаты шли куда-то, откуда только что пришёл Хан, аккуратно кивнув парню с лисьими глазами. Немного подождав, люди вошли в просторный лифт. Когда на циферблате высветилась восьмёрка, люди покинули лифт, направляясь в глубь здания. В кабинете с надписью «8.1» отворили сразу. Мужчина лет двадцати четырёх сидел в чёрном кресле, перебирая бумаги. — Чонин, возьми эти документы в лабораторию к Ли, — проговорил тот, передавая бумагу в руки к парню, что привёл сюда Хана. Кажется, он тут вовсе не важная шишка, а всего-то мальчишка на побегушках у настоящей шишки. — Присаживайся, парень, — мужчина указал на кресло перед собой. — Меня зовут Бан Кристофер Чан. Я здесь что-то вроде капитана корабля. Расскажи кто ты, а после мы уже решим твою дальнейшую судьбу. Джисон молчал. Почему этот Чан имеет право распоряжаться его судьбой? Да кто он вообще такой? — Эй, ты не должен бояться, — парень пододвигает в сторону Джисона стакан с водой. Парень не планирует принимать его подачки, но жажда мучает уже довольно давно, поэтому Хан запросто осушает стакан и ставит его назад. — Может ещё? — Чан наливает ещё воды и ставит графин рядом со стаканом. В доверие втереться хочет. — Джисон. Хан Джисон, — говорит парень, понимая, что тут от него не отвяжутся. — Двадцать два года, постоянного места жительства не имею, как и семьи. Где я? Чан усмехается : — А ты не робкого десятка. Как тебе уже наверняка сказал Чонин, ты в организации «Сицилиус». Деятельность организации была направлена на спасение выживших людей и создание комфортных, а главное более менее нормальных условий жизни, чтобы человечество не перестало существовать. Штаб Сицилиуса — что-то вроде маленького городка, как ты уже понял. В организации каждый занимает определённое место. Определённую ступеньку. Армия, состоящая из самых спортивных, охраняет нас. С этими людьми в чёрном шутки плохи, ибо они могут попасть в цель на расстоянии, кажется, десятков километров. Любое приближение зомби к бункеру — он труп. Уже совсем мёртвый, — попытался пошутить Чан. — Наши учёные пытаются создать вакцину, чтобы уберечь живых людей от проклятой болезни. Разведчики выходят за пределы бункера, пытаясь найти живых людей или любые пригодные для жизни вещи, оставшиеся в более менее неплохом состоянии. В организации много прочих лиц, но выше всех их стоят, разумеется, главные лица. — Как ты? Ты всем этим управляешь? — Я управляю конкретно этим штабом, но есть люди и выше, — прокашлялся Чан. — Ещё вопросы? — Что вы делаете с людьми, которые попадают сюда? — Они живут здесь, но позже мы определяем их в ту секцию, где они могут и работать, будь то кухня, армия, медицина или же бумажки. Здесь куча работы, и, соответственно, нужно много людей. Это не курорт, Джисон, поэтому за всё то, что тут можно получить, необходимо работать. — А если я не хочу здесь оставаться? — парень взглянул на Чана, но получил совсем серьёзный взгляд в ответ. — Тогда можешь уйти. Обречённые, — так он назвал зомби, — всегда рады новой плоти, чтобы позабавиться. Звучит, конечно же, ничуть не угрожающе из-за той улыбки, с которой он это произнёс. — Как я вижу, на корм к зомби ты не хочешь? Чонин отведёт тебя к врачам и в душ, а после - на отдых. Джисон поднимается с кресла и направляется в коридор, где его уже заждался Чонин. — Джисон, — окликнул его Чан, — если что-то понадобится - я всегда здесь. Парень кивнул и скрылся за дверью.

****

После горячего душа, которого Джисону не хватало уже довольно давно, Чонин отвёл его в медицинское крыло. Запах спирта и резины тут же попал в нос, завтавляя парня чихнуть. — Будь здоров! Ох, новенький, да? — блондин в белом халате, должно быть медик, удивляется новому лицу. Парень на вид одногодка Джисона. Он с улыбкой осмотрел парня, словно сканер, бегая по его телу глазами. — Чонин, можешь отдохнуть пока, — отвечает ещё один парень в очках. — Иди сюда, новичок, возьмём у тебя анализы. Парень жестом пригласил Джисона к столу, собирая разные материалы для сбора крови. — Не боишься же? — но Джисон промолчал. Что он должен ответить? Боится ли он крови или такого количества людей, рассматривающих его. — А ты очень общительный. Спасибо, конечно. А ты очень прямолинеен. Когда процедура закончилась, парень ушёл в другую комнату, захватив пробирки с кровью, а блондин подошёл к Хану. — Меня зовут Феликс, — парень поднял подбородок Хана, заглядывая тому в глаза, а затем попросил открыть рот, — а он - Сынмин. Можешь встать? Проверю на наличие ран. Ничего не болит? — Нет, — Джисон снял свитер и куртку, давая парню осмотреть его. — Я Хан Джисон. Зачем он сказал своё имя он сам не знает. Портит свою репутацию таинственного молчуна. — Джисони, что с твоим плечом? А Хан и забыл вовсе, что его обречённый зомби порезал. Нельзя рассказать Феликсу об этом, чтобы не вылетить отсюда к бродячим кускам мяса. — Проткнул, когда от обречённого бежал. Ложь. — Сейчас исправим, — Феликс мажет порез чем-то холодным, кладёт бинты и даже дует, когда Джисон кривится от резкого щипания в области раны. — Ты кажешься хорошим человеком, Джисони. Всё, плечо теперь как новое. — Спасибо. А ведь этот блондин пока единственный, кто выглядит как-то дружелюбно. Джисон покидает кабинет, подходя к Чонину с охраной. Тот, сказав своему собеседнику, что сегодня подрабатывает нянькой, подходит к Джисону, но его собеседник лишь выдаёт что-то вроде : — Когда-нибудь, крошка Чонини, Чан заметит в тебе кого-то большего, чем просто мальчика на побегушках. Чонина это злит, хоть тот и пытается скрыть гнев в глазах и кулаки в карманах. — Сейчас ты пойдёшь в твою временную комнату, еду туда принесут позже. Надеюсь, больше не увидимся. И Джисон остаётся один в крохотной, запертой на ключ, комнатке, шириной всего пару метров.

****

Когда наступило утро, Хана позвали в некий зал, чтобы встретиться с Чаном и его приближёнными. Сразу парень очень разозлился, ведь его внутренний будильник говорил, что ещё часов шесть утра, но позже Хан понял, что он здесь всего лишь пустое место, поэтому спорить не стал. В просторном зале уже все собрались за большим столом, во главе которого сидел Чан. Феликс и, кажется, Сынмин, сидели чуть поодаль, а Чонин сел возле Сынмина, даже не смотрев на Чана или Джисона. Обиделся наверное. Три места были пустими, пока в помещение не вошли как раз три парня в чёрном. Высокий парень с длинными светлыми волосами, завязанными в небрежный хвост, сел за стол, доставая оружие на стол из заднего кармана, чтобы не мешало. Наверное, он из вооружённых сил. Позже Джисон заметил у него на груди символику воздушных сил. Лётчик. Рядом с Чаном сел парень чуть ниже, но с крупной мускулатурой, будто он из качалки не выходит, или же вместо гантель использует зомби. У него так же было оружие, но оно лишь выпирало из кармана. Знаков у него никаких не было, значит, он не лётчик, а служит в армии. Последним за стол сел парень с тёмными волосами, зачёсанными назад, с серьгой в ухе и чёрной куртке, со словами: — Спасибо, что подождали. Собрание, наконец, началось, когда Чан деликатно кашлянул. — Мы собрались здесь ради этого парня. Его зовут Хан Джисон, и он не представляет нам никакой угрозы. Как сказали Феликс и Сынмин — здоровье у него хорошее. С Чанбином, — Чан указал на крепкого парня, — ты уже знаком. Он был там, в театре, когда тебя оттуда забрали. Он сказал, что ты неплохо бегаешь. Да и Феликс сказал, что мускулатура у тебя хорошая. Феликс, сидя в конце стола, покраснел от сказанного Чаном, но согласно кивнул, подтверждая свои слова. — Ты мог бы присоединиться к войскам, если у тебя нет медицинского образования или лётной лицензии, — продолжил он, — или кулинарных навыков, хотя тут и уборщики нужны, а ещё... — Я могу служить в войсках, — перебил его Хан. — Я участвовал во многих соревнованиях и конкурсах, когда был ребёнком, а ещё много бегал от обречённых, так что физическая форма у меня нормальная. Парни, что сидят рядом с Чаном, переглянулись. — Тогда тебе к Минхо и Чанбину. Они командиры войск и разведки. Добро пожаловать в вооруженные силы Сицилиуса, Хан Джисон. Чанбин лишь кивнул Джисону, пока Минхо прожигал в нём дыру. Кажется, будто все в этом месте относились к Хану с неким презрением. Возможно, они просто хотят быть на чеку, если Джисон вдруг окажется каким-то тайным агентом, решившим разнести здесь всё к чертям. Как в дораме, честное слово... Но ведь Джисон тоже не доверяет этим людям на все сто, только Феликс немного заслуживает его доверия. А вот тот кошкоглазый вообще доверия не вызывает. — Пока ты здесь, кто-то должен присмотреть за тобой. Рассказать об основных вещах, помочь с обучением и всё такое, — Чан обратился ко всем присутствующим. — Кто возьмётся присматривать за Джисоном? Все подняли свои глаза на Чонина, пока тот делал вид, что сильно заинтересовался пистолетом Чанбина. Кажется, что он им Джисона прикончить хочет. — Я мог бы, — Феликс поднял голову в сторону лидера. У Джисона камень с плеч, ведь Феликс кажется здесь самым добрым и менее способным на убийство Джисона. — Отлично, Феликс. — Чан, найдена новая бывшая торговая точка. К полудню я с некоторыми из армии схожу туда и возьму чего-нибудь, — подал голос парень. Минхо, кажется. — Может кому-то из мед крыла пойти с ними? Чтобы не повторилась ситуация прошлого раза, — Сынмин, до этого перебиравший кусок салфетки, обратился к лидеру, но Минхо только фыркнул. — Зачем нам вы? У вас подготовка никакая. Пока мы будем бежать от толпы обречённых, вы десять раз споткнётесь, — Сынмин, кажется, ничуть не обижен словами Минхо. Он даже не смотрит на него, его взгляд прикован к Чану. — Минхо, в штабе у всех хорошая физическая подготовка, так что не стоит недооценивать ребят, — лидер старается присечь спор на корню, — Можно отправить кого-то из мед крыла. — Я пойду, — Сынмин вызвался. Получив ещё один вздох от Минхо, Чанбин вывел Джисона и повёл на первые этажи здания. Это был небольшой спортзал для ребят из войск Сицилиуса. — Смотри, тут тренажёры, небольшая беговая дорожка и гантели. Занимайся. — А когда меня будут брать на миссии? — Ты здесь сейчас как младенец в семье. Тебе надо учиться и учиться, прежде чем рассчитывать на выход за пределы штаба. Чанбин покинул зал, оставляя Джисона наедине с тренажёрами и противным чувством внутри. Если они относятся так ко всем новоприбывшим, то это не радует. Джисон сел на пол возле турника. Как же сейчас хочется просто лежать на травке, слушать пение птиц и не переживать о кровожадных тварях, желающих твоей смерти. Как вообще мы пришли к этому ужасу, что виднеется из крошечного окна. Джисон вздыхает. — Чувствуешь этот запах? — Минхо, появившийся из пустоты, заваливается на небольшой кожаный диван у входа. — Пахнет печалью. — А теперь ещё и мудаком, — шепчет Джисон, надеясь, что парень не услышит. — Вообще, мой гель для душа с запахом лайма, так что нюх у тебя отвратительный. — Прямо как ты. Джисон и не заметил, как Минхо оказался в нескольких сантиметрах от него. Парень повалил Хана на пол, крепко удерживая руками и повис сверху. — Если будешь себя вести как маленький капризный ребёнок, то я лично вышвырну тебя на воспитание к нянькам-полутрупам, — рыкнул Минхо куда-то в область шеи, опаляя кожу горячим дыханием. Чанбин, появившийся в проходе, ничуть не удивился этой картине. — Играешь с детсадовцем? — Учил его основным боевым приёмам, — сказал Минхо, поднимаясь с тела Джисона. — Как видишь, он полный бездарь. Джисон потёр ладонью плечо и поднялся. Да что они придираются к нему? — Я просто не ожидал, что на меня налетит бешеный кролик, — буркнул Хан. — Да ты сейчас у меня... — Минхо, — Чанбин встал между парнями, — пусть малыш отдохнёт первые дни. — Пока отдыхай, малыш Хани. Но потом, когда подрастёшь, обязательно продолжим. Дверь зала закрылась, скрывая за собой двух парней. — Да я тебе первому зад надеру.

****

Раздался небольшой звон, оповещающий об отворении ворот. Сегодня армия с Чанбином и Сынмином должна отправиться в торговую точку. Джисон рассматривает пробирки Феликса, пока тот с интересом рассказывает о своей работе. — Ликс, а далеко та точка? — Вроде нет, а что? — Просто интересно, как скоро они вернутся. Понимаешь, я почти всю жизнь веду поиски чего-либо в заброшенных зданиях, поэтому мне интересно скорее увидеть их находки. И снова ложь. Феликс понимающе хмыкнул, а Джисон, уточнив о пути к туалету, покинул кабинет. Если ему здесь так не рады, то он докажет, что способен на что-то большее, чем просто быть обузой Феликсу и другим. Парень хватает куртку, что ему выдали вчера, и ножик, который успел стянуть у Феликса в кабинете. Возможно, он пожалеет об этом поступке позже, но только не сейчас. Джисон прикладывает пропуск Феликса к датчику на двери оружейной и надевает костюм, украденный там и, под видом служащего, отправляется на первый этаж. Внизу стоят Чанбин и Сынмин с небольшой толпой разведчиков. Чанбин даёт знак в камеру, висящую над дверью, что можно открывать. Раздался пронзительный писк, и люди, вместе с Джисоном, покидают штаб. Сухой песок тут же летит в лицо, но маска препятствует попаданию его в глаза. Парень планирует добраться до точки и остаться там одному. А пока впереди только пески и неизвестность.