В тумане прошлого

Маша и Лаура проснулись от будильника и блондинка посмотрела на женщину рядом: — Что? Я так плохо утром выгляжу? — Совсем нет, — Маша улыбнулась и погладила ее щеку, — Очень красивая. И… Приятно просто, что ты рядом. — Я всегда была рядом, просто, нужно было попросить сразу. — Я держала прелюдию, — блондинка говорит ее фразу и Лукина улыбнулась. Женщина поцеловала ее губы и обняла к себе, поглаживая плечо: — Все будет хорошо. Я постараюсь, Маш. Для нас обеих. — Я тоже. Для тебя, прежде всего. — Где для меня, там и для нас. — Да. Собираемся? — Давай, — Лаура поцеловала ее и села, — Моя квартира ничего, но почему-то так нравится спать тут. — В моей постели тебе всегда резерв, приходи в любое время, — Маша улыбнулась, протягивая к ней руку. — Приду, на выходных, но и в гости приглашу скоро. — Ооо, это приятно, — она села и схватилась за висок, от чего Лукина нахмурилась, — Не-не, так скачек давления. — Явно нет, — Лукина вздохнула, — Потерпи каплю. — Я хочу вообще терпеть всегда. — Пока это сложно. Хватит и того, что ты потерпишь до больницы. — Нет, вот скажи сейчас, что ты мне запрещаешь. Лукина, я серьезно. — Маша Третьякова, я тебе запрещаю. — Все, — она кивнула и поцеловала ее, поднимаясь. Они приехали в училище и Маша включилась в учебу. Блондинка расстроилась, когда поняла, что сегодня день будет без Буше, поскольку ее ждала встреча с психологом и взводной. Маша стояла у окна перед химией, когда к ней подошел Денис: — Маш? — Да? — девушка обернулась и нахмурилась, увидев его лицо. — Привет. — Я не здороваюсь с теми, кто обижает моих подруг. — Маша, да я клянусь, я не хотел ее обижать. Я не думал, что все будет так. Я же не отказываюсь. Я понимаю, что это я. Но она меня не слышит. — Имеет право. Ты даже с ней не говорил. Откуда ты вообще знаешь? — Мне Ника сказала. — А она-то откуда… неважно. Что ты хочешь? — Помоги. Я клянусь, я ей помогать готов, и поддержать хочу. Просто поговорить хотя бы. А она меня не слышит. — Ден, ты попал… — Маша помотала головой и вздохнула, — Пойдем. Она в расположении вроде. — Спасибо! Спасибо тебе. — Это не ради тебя. А ради нее. — Да, — парень согласно кивнул. Маша и Денис шли в расположение, где из кабинета только вышли психолог, капитан и родители Мари, сама Буше была у окошка: — Вон она, — парень сам заметил Мари, которая обернулась на подошедших взрослых людей к ней. — Подожди-подожди, — Маша не успела его остановить и Денис подошел к ним. — Здравия желаю, товарищ капитан. — Вольно, — брюнетка кивнула и с волнением посмотрела на Машу за его спиной, которая с замиранием смотрела на эту картину. — Мари, я очень прошу, давай поговорим, — парень игнорирует пару рядом. — А вы, кто такой? — мужчина хмуро спросил. — Я Денис, — он посмотрел на мужчину, — Это я, отец ребенка Мари. — Что?! — мужчина нахмурился. — Папа… — Мари осторожно посмотрела на мать. — Саша, — женщина сглотнула. — Герой, сам пришел, и чего хочешь?! — П-поговорить с Мари. — А ты не понял? Ты ей жизнь сломал. Все разговоры окончены. — Нет, послушайте, Александр, я же не хотел этого, но и… — Ах не хотел?! Не хотел ее брюхатить?! ТЫ НЕ ХОТЕЛ?! — он с маху ударил его кулаком в лицо. Лукина подвинула в сторону Мари, чтобы ее не задели, пока на шум пришел прапорщик и дежурный по училищу майор Луговой. Они быстро отправились с мужчиной из расположения. Мать кивнула Мари и ушла за ними: — Сильно? — Маша осторожно приложила Денису к носу салфетку, пачкая руки его кровью. — Сопроводи в санчасть, — Лукина говорит Мари. — Да, — девушка подошла и пошла с парнем на выход, немного придерживая его за плечо. Маша выдохнула, провожая их взглядом и посмотрела на ладонь. Кровь на ней загипнотизировала. Казалось, что Маша уже это видела. И не в первые: — Тебя не задели? — Полякова тронула плечо Маши и она вздрогнула. — М? — Не задели? — А, нет, — она помотала головой. — Все нормально? — Лаура прищурилась. — Ну да. Да. — Иди руки помой. — Да, надо, — Маша кивнула, снова на них посмотрев и отведя немного взгляд на пол, думая. — Ма-ша, — Татьяна пощелкала пальцами, — Иди вымой руки. — Есть, — блондинка кивнула и пошла в умывальную. — Есть? Тебе сказала? — Лукина удивилась. — Она сегодня, случайно, ничего не ела? — Вроде нет… Не знаю. Схожу до нее. — Давай, я пойду к Мари и Денису. — Сходи, да. Если что, позвони мне. — Да, конечно. Маша смотрела на руки, которые опустила в раковину, но не включила воду. Вид крови на пальцах в сознании вызывал отключение. Она просто смотрела и пронзала взглядом их: — Все нормально? — Лаура тронула ее плечо, вставая рядом, от чего она ощутимо вздрогнула. — Напугала. — Я? Это ты пугаешь. Чего ты так смотришь на руки? — Я не… не знаю, — Маша нахмурилась, — Ты что видишь? — Твои ладони, которые испачкались кровью Дениса. — Угу, — она кивнула, смотря на них снова очень внимательно. — А ты что видишь? — Не знаю… Я где-то видела это… — Во сне? — Да… скорее всего, — она медленно кивнула. — Давай, помоем руки, ладно? — Лукина сама включила воду и аккуратно поднесла руку Маши под струю. Пока вода, окрашиваемая красным, утекала в слив, Маша гипнотизировала ее взглядом, практически не моргая: — Все. — Что? — она посмотрела на нее и потом на руки, — Все? — Кхм, да, — Лаура сглотнула, стараясь спокойно на это смотреть, — Ты что-то съела? — Нет, вроде, — она посмотрела на брюнетку, — Нет. — Иди и съешь… Ты, явно, поплыла. — Поплыла… — она задумчиво произносит и брюнетка совсем теряется. — Машенька, — брюнетка взяла ее за щеки, — Выдыхай. Нет больше крови и все нормально. — Да, — девушка смотрела в голубые глаза и с каждой секундой выдыхала, — Обними, пожалуйста… — Лаура кивнула и прижала ее к себе, от чего она закрыла глаза и начала успокаиваться, — Я нормально. — Хорошо, — брюнетка поцеловала ее лоб, — Я работать должна. Если тебе надо, поешь там что-то или подыми. Но, пожалуйста, успокойся. — Хорошо, — девушка кивнула. — Я у себя. — Да. Лукина ушла и Маша посмотрела на слив раковины, понимая, что в голове как-то тяжело. Мари села рядом с Машей и посмотрела на подругу: — Курила? — Неа, но чет… накрыло. — От чего? — Увидела на руках кровь и все… — Видела может где-то? — Вряд ли, отходняк, думаю, — девушка вздохнула, — А ты чего? — Дали отпуск с последующим отчислением. Ну, если проблема не устранится. — Когда отбываешь? — Завтра утром. — Поняла, — Маша кивнула, — Предки чего? — У отца трясучка, позор семьи и дальше-дальше, а мать… в шоке просто. — Ден, чего? — Пошел он нахер. Он больше мне не сдался. Рожу и все. Буду матерью, наверное. — Твое право. — Тебя бросать тут не охота. — Лаура меня поддержать обещала… — Вы помирились совсем? — Вроде. — Не просри, Маха, я тебя умоляю, — Буше обняла ее, — Держись за нее. Она тебя спасет. — Либо я нас потоплю, да? — Маша всхлипнула, было грустно от всего и сразу. — Угу. Но я верю в хорошее. — Спасибо тебе, что ты такой хороший друг. — Ты тоже хороший друг. Самый лучший. Мой друг. — И ты мой, — девушка кивнула ей. В 6:30 утра в расположении громкий голос Макаренко подает команду: — Рота подъем! Быстро поднимаемся и собираемся! Маша приоткрыла глаза и посмотрела на койку рядом, садясь хмуро: — А где… где Буше? — Курсантка Буше покинула стены училища по семейным обстоятельствам. Есть шанс, что вернется после праздничных дней, — старшина говорит спокойно, но громко, чтобы снова не отвечать на вопросы о ней. Маша печально сложила брови, расстраиваясь немного, но поднимаясь и начиная собираться на учебу. Лукина шла по коридору, когда встретила Машу, которая сидела и смотрела устало в окно: — Эй, ты чего тут? — брюнетка сказала негромко. — По уставу надо? — Маша посмотрела на нее. Брюнетка огляделась и пожала плечами: — Только спустись на пол и не надо. — Хорошо, — она встала, облокачиваясь о подоконник. — Чего такая? — Она хоть с тобой попрощалась? — Кто? — Буше. — Нет. Ее прапорщик на КПП сопровождал. Но я знала, что она решила раньше уйти, он мне позвонил. Ты права, просыпаться от его голоса тяжело. — Это да, — она печально улыбнулась, глядя на точку на полу. — Ну, чего ты? — А если она правда сошла на гражданку совсем? — девушка посмотрела на брюнетку, —Она мой единственный друг и союзник тут. — Ты хорошо со всеми общаешься. С Оксаной же и другими. — Они не Мари, — Маша вздохнула и посмотрела в окно, — Очередные потери в полку моем, да? — Ну, Мари жива, в порядке. Разбирается в себе и своей ситуации и скоро даст знать. — Меня злит, что она не попрощалась. — Стыдно и грустно. Ты же понимаешь, что она не хочет, чтобы про это много, кто знал. А они бы спрашивали и это опять врать. — Я всегда вру. — Ты врешь про мелочь. — Мелочь? Наркотики? — Это вредит только тебе. Не трогает других. Так что мелочь. Ты вчера смогла успокоить свои… — Я ничего не сделала, — Маша помотала головой, — Совесть не позволяет. — В смысле? — Ты разрешила. Но… так стремно, что ты знаешь и отпускаешь… Не могу и не хочу так. Я ничего не ела. И не планирую больше. Не обещаю. Но очень хочу. Продержаться хотя бы тут, в училище. Стыдно перед тобой, стыдно перед семьей. Как я своих подвожу… Деда инфаркт хлопнет, узнай он, что его Маня, отличница, сидит на чем-то уже два года. — Главное, что ты признаешь проблему и понимаешь ее. Я тебя всегда подстрахую. Если что. Просто… Просто доверяй мне. Ладно? Я взводная на втором месте. На первом, я с тобой. И, как человек, который должен наставлять… Я не помогу, если сдам тебя, но помогу, если у тебя хватит сил бросить. — Меня может начать отпускать… Или наоборот, заманивать на продолжение эффекта. Я стану отвратительным человеком… — Ничего. Тут скоро внеплановые выходные, праздничные дни, может хватит как раз до них и там спокойно придешь в себя и все переживешь. — Дай Бог, — Маша вздохнула и посмотрела на ее лицо, — Мне надо бросить, Лар. — Значит, так и будет. — Если нет… прости заранее. Вдруг, я стану вредной, мерзкой или откинусь вообще. — Так, вот так шутить и говорить даже не смей. Приказ. — Есть, товарищ капитан, — девушка улыбнулась немного, — Спасибо, что ты есть у меня. — А ты у меня, — брюнетка кивнула, — А ты чего тут-то, кстати? — Я сдавала нормативы на стадионе, в счет пропусков. — Ааа, точно, и как? — Успех. — Поздравляю, молодец. — Спасибо. — Ладно, пошла работать. Не вешай нос. И, если скучаешь, по Мари. Позвони ей просто. Она стыдится положения дел… Сделай сама, первый шаг. — Сделаю, — девушка кивнула спокойно, — Ты, как всегда, права. — Не всегда, но часто бываю. — Скромная. — А то, — Лукина подняла брови, — Если что, заходи. — Поле опять окупирует твой кабинет и будет хлюпать чаем? — Опять? — брюнетка улыбнулась. — Она что, вообще чай одна пить не умеет? Это ей тоже к психологу тогда пора. — Не ревнуй. — Я не ревную, — Маша усмехнулась, — Она мне не соперница. Просто она все время торчит у тебя, хрен зайдешь. — Хорошо, сокращу чаепития до 3-х в день. — Трех?! — А сколько? — Одно! Или 0,5 вообще. — Это как? — Два глотка и за работу. — Так, курсантка Третьякова, я вообще-то друг ее, — Полякова поднялась как раз по лестнице, от чего Лаура улыбнулась, а Маша натянула улыбку. — Я шучу, Татьяна Алексеевна, — блондинка держала улыбку. — Хм, я так и вижу, — женщина повторила силу ее улыбки, — Лаур, чай идем пить? — Угу, — брюнетка поджала губы, чтобы не засмеяться. — Идите-идите, — Маша кивнула им. — Спасибо, за разрешение, — Полякова развернулась и они с Лаурой пошли по коридору. Брюнетка обернулась на Машу с улыбкой, помахав ей немного пальцами, на что Маша уже нормально улыбнулась, отправляя ей воздушный поцелуй и вздыхая, что пора заниматься делами.