Между Брайаном и Богом

«Парализуя солнечным «Ну, в четверг?» — Опытно, аккуратно, до костных тканей. Самым необратимым из привыканий, Где-то внутри всплывающим брюхом вверх. А они говорят: Не лезь! А они говорят: Уважь, Что в тебе за резь? Что в тебе за блажь? Где в тебе тайник? Где в тебе подвох? Ты мой первый крик. И последний вздох. Глядя в глаза с другой стороны воды. Шейкером для коктейля полов и наций. Самой невозмутимой из интонаций, Вывернутой в синоним большой беды. А они говорят: Не здесь! А они говорят: Не трожь! Что в тебе за спесь? Что в тебе за дрожь? Это что за взгляд? Это что за тон? Ты мне верный яд И предсмертный стон. Спутавшимся дыханием, как у двух Мальчиков, засыпающих в позе ложек. Выстрелами. Сиренами неотложек, Чтобы от страха перехватило дух. А они говорят: Позволь! А они тычут пальцем: Вон! Что в тебе за боль? Что в тебе за звон? Побежишь — мы в бок Сыпанем свинца. Если ты мне бог — Значит, до конца. Чтобы не спятили. Чтобы не выдали. Утром приятели — Вечером идолы». Вера Полозкова

      — Добрый вечер, миссис Карсонс! — улыбнулся Джастин пожилой женщине, часто выгуливающей смешного терьера возле дома. За последние дни он успел хорошо узнать район Брайана, пообещав не ходить в одиночестве на Либерти-авеню и всегда брать с собой телефон. Джастин с понедельника — а сегодня уже вечер четверга — почти все время был один, потому что Брайан приходил только ночевать. В «Киннетике» пытались заполучить нескольких новых клиентов, что потребовало от Брайана всех сил и времени. Пришлось смириться и занимать себя самому, правда, Брайан и здесь помог: Джастин был шокирован, когда в дверь лофта постучал курьер из магазина художественных принадлежностей, вручивший две огромные коробки. Краски, бумага, палитра, кисти, карандаши, холсты, даже небольшой мольберт…       И голос Брайана в трубке:       — Не вздумай испачкать пол и мебель! Языком заставлю слизывать!       Джастин, рассмеявшись, парировал:       — Я повернусь голым задом, и ты быстро забудешь про пятна!       Кроме того, вспомнив данное маме обещание, Джастин нашел книжный магазин и купил учебники, стараясь делить свое время между рисованием и более тщательным изучением того, что урывками и втайне от отца пытался постигать дома. Оказалось, кое-что он все-таки помнил и понимал, но…       В нескольких кварталах от лофта располагалась старшая школа, и Джастин на днях сказал Брайану, что собирается туда сходить и все узнать, но Брайан посоветовал этого не делать, сказав, что важный вопрос образования они будут решать вместе. И это «вместе» согревало и радовало. Потому что ничто не могло быть прекраснее, чем находиться рядом с Брайаном, которого Джастин каждый день узнавал все лучше. И при этом крепло убеждение, что проживи он хоть миллион лет — все равно не узнает до конца. В Брайане — миллионы нюансов, самых разных сторон и моментов. Кроме Брайана в постели, Брайана на танцполе и Брайана в гневе пришлось познакомиться и с сосредоточенной, серьезной, увлеченной работой версией Брайана — казалось, в такие минуты он не видел никого и ничего, кроме документов и компьютера. Джастин, притихнув, ставил рядом с ним кофе и уходил читать.       Сегодня же Брайан явился весьма довольный, с порога чмокнул в макушку и сказал, что все завершилось удачно, и в честь такого события они встретятся в кафе «Либерти» с его друзьями. И потом сходят куда-нибудь — «Надо же нормально познакомить тебя с городом!»       Джастин вышел из лофта первым, оставив Брайана в одиночестве выбирать одежду — никогда не приходило в голову, что это, оказывается, так трудно. Наверное, он совсем в одежде не разбирался, потому что уже не раз слышал: «Армани» с «Прада» не носят! Либо то, либо другое!». Приходилось верить Брайану на слово, учитывая, как прекрасно он выглядел во всем, что надевал. Правда, не так привлекательно, как без всего, но…       Джастин почувствовал, что краснеет, вспоминая ночь после «Вавилона» — наверное, самое лучшее, что случалось с ним в жизни. И ничего подобного уже не будет. Потом — община, жена, дети… Правда, Джастин был в себе уже не очень уверен, и старался не думать о будущем — еще хватит времени. Успеет! Сейчас важнее Брайан и «Корвет», в котором они направлялись в кафе.       — Да не волнуйся так, — усмехнулся Брайан, останавливая машину у пешеходного перехода, и Джастин понял, что попытки казаться спокойным успехом не увенчались. — Никто тебя не съест. Я, конечно, не назову их нормальными людьми, потому что не вру без крайней необходимости, но…       — Ты так и не успел ничего рассказать. Про своих друзей, — уточнил Джастин.       — Да что рассказывать? Неважно, куда после смерти попадет Тед Шмидт, в ад или в рай, он все равно будет занят пересчитыванием грешников и праведников, занесением результатов в таблицы и сведением баланса. Поскольку и на том свете не сможет прожить без бухгалтерии. Правда, с постоянным отвлечением на оперные концерты и собственные стенания по поводу неудавшейся личной жизни.       — А остальные?       — Майкл как был недоразумением, так и останется им навсегда. И тот факт, что стал замужним педиком из пригорода, ни на что не повлияет, увы. Но он мой лучший друг, и все попытки что-то изменить тоже оказались безнадежны. Малыш Майки мечтает открыть магазин комиксов, и вроде бы уже договорился о помещении, так что не удивляйся, что скоро будешь знать все о капитане Астро.       — А кто это? — уже привычно удивился Джастин.       — Не волнуйся, тебе Майкл сообщит.       — А остальные? — не отставал Джастин.       — Иногда я подозреваю, что Ханикатт носит в карманах кирпичи: иначе его бы уже унесло на облака цвета «Космо» от восторженности и сказочности. Но у этой веселой феечки голова, как выяснилось, варит: бизнес по проведению мероприятий начал процветать, как я слышал. Кстати, только сейчас понял, что у вас есть нечто общее, но что, сказать не могу. Кроме того, что однажды Эммет ударился в религию и решил стать натуралом, чтобы угодить господу. Долго не продержался, имей в виду.       — Это все твои друзья? — спросил Джастин после короткого, едва заметного молчания.       — Ну, не уверен, что могу назвать другом Дебби — мать Майкла. Она мечтает быть мужчиной-геем, и мы ей не мешаем. Еще любит лезть в чужие дела, не стесняется в выражениях, одевается как умалишенная и с непривычки может шокировать. Но она и ее брат Вик практически заменили мне родителей. Настолько давно, что, кажется, в прошлой жизни. Я многим им обязан.       — Ты никогда не говорил о родителях, — осторожно произнес Джастин, вспоминая, что давно хотел спросить Брайана о них, но все не находилось повода.       — Мы не общаемся, — коротко бросил Брайан. — Мать желает мне гореть в аду за то, что я гей. А я советую ей не вмешиваться в мою жизнь. Джеку же всегда было насрать на семью.       Джастин не смог найти ответных слов и с облегчением вздохнул, когда Брайан резко остановил машину у грязноватой тусклой вывески.       

***

      Толкнув стеклянную дверь с колокольчиком, Брайан вошел внутрь, крепко держа Джастина за руку. Кафе было небольшим: десяток столиков вдоль стен да барная стойка с тремя высокими табуретами. Шумно. Все места постоянно заняты. Когда кто-то выходил, другой тут же занимал его место. В основном посетители, приходившие компаниями, ждали своей очереди, чтобы занять освободившийся столик. Одиночки же предпочитали стойку, за которой шустро двигалась утратившая девичью фигуру, но сохранившая энергию официантка в пышном рыжем парике и красной жилетке, увешанной десятками значков с дурацкими надписями. Она громко смеялась, порхая от столиков к стойке и обратно, разнося блюда.       — Эй, Брайан! — воскликнула она, оглянувшись. — Давненько тебя не было! Застрял с каким-нибудь красавчиком между простыней? — женщина захохотала, щелкая жвачкой.       Брайан, усадив Джастина за барную стойку, присел рядом.       — Как всегда, суешь нос не в свои дела, Деб? — парировал Брайан, скривив губы. — Можем мы поесть без лишних вопросов?       — Конечно, милый, заказывай, хотя бы часть белков необходимо съедать из тарелки, — загоготала Дебби, достав из-за уха ручку.       — Индейка на цельнозерновом хлебе без майонеза и кофе. — Брайан повернулся к Джастину: — Тебе всего и побольше? — Тот широко улыбнулся. — Мясной рулет с двойным картофельным пюре, салат из свежих овощей, чизбургер, блинчики с кленовым сиропом и шоколадный коктейль.       — Он тебя совсем заездил, Солнышко, — обратилась Деб к Джастину с понимающей улыбкой.       — Брайан так же меня назвал! На самом деле я — Джастин, — представился он, протягивая руку новой знакомой.       — И откуда ты взялся, Джастин? Раньше я тебя здесь не видела. — Любопытство Деб отодвинуло на задний план толпу голодных посетителей.       — Нашел его в огороде, — вмешался Брайан, превращая правдивый ответ в шутку.       — Ага, может, еще знаешь, что такое культиватор? — парировала Деб, по-доброму улыбаясь, глядя на новоявленную парочку и отмечая, что смотрятся они вместе просто охуенно.       — Представь себе, знаю. Я их рекламировал, — и это было абсолютной правдой. — Заморишь ребенка голодом, Деб.       — Не раньше, чем ты затрахаешь его до смерти, — снова засмеялась Дебби. — Продержись еще пару минут, Солнышко, — она погладила Джастина по щеке и ушла поторопить повара.       — Ну и тетя, ты о ней говорил? — восхитился Джастин.       В общине пожилые женщины вели себя совсем иначе, стараясь приносить пользу обществу, в то же время оставаясь наименее заметными.       — Да, это и есть Дебби Новотны собственной персоной.       — Она всегда такая шумная? — поинтересовался Джастин.       — Сегодня еще тихая, бывает гораздо хуже, — не стал обнадеживать Брайан. — На самом деле, Деб сделала для меня гораздо больше, чем та, что родила. Благодаря ей я выжил. И Майки.       Здраво рассудив, Джастин не стал лезть с расспросами, оставив их на потом.       — Брайан! — Возглас, раздавшийся за спиной, отозвался звоном в ушах обоих. — Где ты был? Я так давно тебя не видел!       Оглянувшись Джастин посмотрел на невысокого темноволосого парня, чье лицо показалось смутно знакомым.       — Помяни черта… — раздосадовано проворчал Брайан. — Привет, Майки. — И поцеловал не очень-то дружеским поцелуем.       — Брайан… какие люди почтили своим великолепием наше болото! — чуть растягивая гласные произнес высокий удыбчивый мужчина, сложив ладони лодочкой касаясь пальцами подбородка.       — Королева вечеринок собственной персоной. Привет, Эм. — Ехидная улыбочка расплылась по лицу Брайана.       — А этот ангелок с тобой? — спросил тот, кто оказался Эмметом.       — Ты так внимателен. — Ухмылка не покидала красивых губ. — Это Джастин, он гостит у меня. Джастин, это мои друзья, я рассказывал: Майкл, Эммет и Теодор.       — Боже! — воскликнул Эммет — Где ты нашел это невинное чудо? Неужели у тебя обнаружился давно потерянный родственничек?       — Даже не близко. Будут еще предположения? — Брайан окинул насмешливым взглядом притихшее кафе. Судя по всему, не только его так называемых друзей интересовал Джастин.       — Рассказывай уже, — проворчал Тед раздосадованный тем, что знает не больше остальных, хотя считал себя наиболее приближенным к Брайану, являясь его главным бухгалтером и практически правой рукой.       Брайан обреченно вздохнул и махнул рукой в сторону.       — Пойдемте, столик освободился.       Компания, расположившись в дальнем углу, приготовилась слушать.       Брайан медлил, решая как и сколько рассказать банде. Всю правду определенно выкладывать незачем. Зная этих засранцев, Брайан боялся, что Джастину придется терпеть подъебки и смущаться от непонимания оных.       — Солнышко, твой ужин готов, — радостно сообщила Дебби, ставя поднос с тарелками на столик. — Индейка на цельнозерновом хлебе без майонеза тоже, дорогой. Чего желают остальные?       Приняв заказ, Деб отбыла на кухню, и Брайан заговорил:       — Тот месяц, когда меня не было в Питтсбурге и я сказал, что отдыхал на Бали… На самом деле я провел это время недалеко от Ланкастера — в общине амишей.       — Где?! — в один голос воскликнули парни, выпучив на Брайана три пары удивленных глаз.       — А я все голову ломал, почему ты прилетел из Ланкастера, — хмыкнул Тед, — теперь понятно.       — Как ты туда вообще попал? — проворчал Майкл, косясь на Джастина недобрым взглядом.       — Очень даже банально. Немного выпил, забрел в лес и, по всей видимости, вырубился. Очнулся в неизвестном месте со сломанной ногой. Меня нашел отец Джастина и приволок к себе. Вот и вся история.       — Но почему не позвонил мне?! — обиженным голосом возмутился Майкл. — Я бы тут же приехал и отвез тебя в больницу!       — Во-первых, потерял телефон. Во-вторых, доктор не рекомендовал передвигаться на чем бы то ни было из-за сотрясения мозга…       — Господи, Брайан, — заныл Майкл, — еще и сотрясение! Ты себя угробишь!       — Я не какая-то лесбиянка, Майкл, если ты забыл, и мне не нужна нянька, которой ты непременно попытался бы стать, — парировал Брайан. — Поэтому я решил устроить отпуск на природе и отдохнуть от вашего навязчивого присутствия.       — А что, — подал голос Эммет, — свежий воздух, белокурые твинки под рукой — рай на грешной земле. Как я тебя понимаю, Брайан.       — И как в этот рай вписывается ребенок? — задал вопрос Тед.       — Это благодарность семье, приютившей меня, за помощь и лечение. Там Джастин присматривал за мной, здесь я — за ним.       — А его родители знают, что входит в понятие «присматривать»? — хлопая невинными глазками, произнес Эммет.       — Им достаточно знать, что он сыт, одет и не ночует под мостом. Все остальное не их ума дело, и не вашего в том числе.       Брайан посмотрел на Джастина. Тот внимательно слушал не совсем понятный разговор, что не мешало ему с аппетитом поглощать жирные и вредные блюда.       — Откуда я могу тебя знать? — вклинился Майкл. — Определенно, я где-то тебя видел, — на его задумчивом лице отражался весь спектр мозговой деятельности: сначала недоумение, потом размышление и, наконец, вспышка озарения: — Точно! Ты был в «BigQ», спрашивал, где мясной отдел! Ну что, нашел, чудо-мальчик?       — Да, спасибо, — улыбнулся Джастин, — я тоже вас вспомнил.       Майкл поморщился.       — Чувствую себя старым, дряхлым педиком, — недовольно проворчал он. — И надолго у тебя гость, Брайан?       — Пока не знаю, нужно многое сделать и решить несколько важных вопросов.       — Хм, неплохой старт из глуши в дизайнерский лофт, — съязвил Майкл. — Может, навсегда его у себя поселишь в уплату долга?       — Не твоя, блядь, забота, Майки, не лезь в это! — прошипел Брайан Майклу и оглядел пристальным взглядом всех сидящих за столиком. — Не ваше ебаное дело, чем я занимаюсь и кого селю в лофте. Понятно выразился? — Парни кивнули. — Вот и отлично, повторять не буду. Ты поел, Солнышко?       Услышав обращение «Солнышко», Майкл изменился в лице и стал похож на несчастного щенка, которого пнул злой хозяин. А Эммет и Тед переглянулись, понимающе кивнув.       — Да, очень вкусно, спасибо, Дебби, — улыбнулся Джастин подошедшей с заказами остальных официантке.       — На здоровье, Солнышко, приходи почаще, а то задница станет такой же тощей, как у него, — ткнула она наманикюренным пальцем в сторону Брайана. — Ставлю сто баксов на то, что он не выпускает тебя из постели сутками, — ее громкий смех разнесся по залу.       — К сожалению, Деб, ты ошибаешься. В сутках слишком мало часов, чтобы проводить их все в чьей-то заднице, приходится еще и работать, — печально ответил Брайан.       — Разве работа мешала тебе когда-нибудь? — удивился Эммет. — Особенно с тех пор как открылся «Киннетик», мне казалось, скорее помогала…       — Не много ли болтаешь, тетушка Эм? — с улыбочкой перебил Брайан. — Следи, чтобы твоя увеселительная богадельня не отбросила ботинки.       Эммет скривился в ответной улыбке, но заткнулся.       — А что ты делаешь в Питтсбурге, Джастин? — спросил Тед. — Насколько я знаю, амиши живут обособлено, ведут натуральное хозяйство и крайне неохотно идут на контакт с кем-то посторонним.       — Все верно, — ответил Джастин, — но у нас есть обычай: молодые люди уезжают познавать мир, и не все возвращаются. Настало мое время, и я приехал сюда.       — Хороший пример для изучения, — буркнул Майкл, — как будто в Америке городов мало!       — Это я его пригласил, а не он навязался. Майки, успокойся уже, это тебя совершенно не касается. Где твой профессор? Просвещает молоденьких учеников?       — Бен на конференции в Филадельфии… — проворчал Майкл.       — И поэтому ты сегодня почтил нас своим присутствием. В «Вавилон» тоже идешь?       — Конечно, не скучать же одному, да и ты здесь, — наконец-то улыбнулся Майкл.       — Боюсь, ты будешь разочарован, мы с Джастином идем домой, нам рано вставать — много дел. — Потянув Джастина за собой, Брайан выбрался из-за столика и, обняв за плечи, повел на выход, бросая на ходу: — Увидимся, парни.       Звук дверного колокольчика вывел компанию из оцепенения.       — Что это было? — задумчиво спросил Тед.       — Думаю, скоро мы станем свидетелями величайших перемен. Поживем — увидим, — улыбнулся Эммет потирая ладони.       — Ой, прекрати, Эм, шлюшья задница ищет шею, на которую можно сесть, — фыркнул Майкл. — Ничего другого и быть не может! Брайан не заводит бойфрендов!       — Ага! — в один голос отозвались Тед и Эммет.       Каждый остался при своем мнении, и только мудрая Деб видела гораздо дальше остальных, загадочно улыбаясь.