Кошка для цыплёнка

***

      Горячая звезда поднялась над горизонтом. На траве блистают капельки росы, переливаясь под лучами солнца всеми красками радуги. Слышится жужжание насекомых да пение ранних пташек, что так и наровятся сообщить за место отсутствующих в городе петухов о начале нового утра.       Лучи света как только коснулись закрытых глаз девочки, сразу же пробудили её, заставляя зажмуриться и отвернуться. А затем тревожный сорванный голос — крик:       —Пинк! —Закашлялась женщина. —... Кх... Вставай!       Брюнетка недовольно промычала, прижав руками подушку к своим ушам. Но затем, глубоко вздохнув и выдохнув, поднялась с постели и направилась в ванную. Привела себя в порядок: почистила зубы, умылась и причесалась. А после, направилась обратно в комнату и переоделась из нежно-розовой пижамки в свою школьную форму.       Собравшись в школу и проверив портфель, девочка пошла на кухню за боксом с едой, который ей готовила Блю каждое утро, за исключением субботы. Расстроенная с самого утра мамочка уже сидела за столом, держа ланч для дочери в руках. Пинк удивилась и спросила:       —Мам... —С испугом на лице взглянула девочка на женщину. —Что-то не так?       —Нет, милая... Прости, что так поздно разбудила. —Мексиканка встала из-за стола и протянула девочке бокс. —Возьми.       Пинк неуверенно взяла ланч и посмотрела на Блю грустными глазами. Глаза шатенки были опухшими, а под ними не менее сильные отёки. Действительно, мама разбудила позднее обычного. Она всегда просыпалась вместе со второй и сразу же будила дочь.       —А где Йеллоу?..       Мексиканка прикусила нижнюю губу, жадно впиваясь в неё верхними белыми зубами. Раздалось тихое мяуканье. Дочь и мать обернулись к Норве и увидели в её пасти маленькую жёлтую птичку, что не издавала ни звука, но активно двигалась. Блю кинулась к кошке доставать беднягу из сжатых клыков. Её лицо демонстрировало панику из-за происходящего.       —Норва, фу! Отпусти!       Двумя руками, женщина разжала пасть кошки и достала маленько цыплёнка, что начал беспрерывно пищать после освобождения. Шатенка поднесла его к своему лицу, несильно сжав в руке. Пинк подошла и стала тоже разглядывать, задаваясь вопросом:       —Где она могла его достать?..       —Какой ми-и-иленький!.. Наша Норва — охотница! —Девочка со счастливым выражением всмотрелась в чёрные большие глазки малыша, что надрывал горло, пища. —Но цыплёнка жалко...       —Так. —Блю с серьёзным лицом взяла с кухонной тумбы свободную маленькую стеклянную баночку и положила птенчика внутрь. — Я отнесу этого бедолагу в ветеринарную клинику, а тебе пора в школу.       Блю направилась вместе с банкой в гостиную. Пинк поспешила следом за ней, попутно укладывая бокс в рюкзак. Она не забыла о своем вопросе и снова помрачнев спросила:       —Мам, так... Где Йеллоу?..       —Понятия не имею. —Холодно ответила женщина. Это сново вызвало у ребёнка испуг и вопрос.       —Она не приходила домой?!       —Да. Возможно появились какие-то дела... —Печально ответила Блю, поставив банку с цыпленком на стол. —Ох...       —Ночью?!—Осуждала Пинк безразличие матери. Она жалобно чуть ли не скуля сказала:— Мам...       —Иди в школу, Пинк. —В голосе женщины отчётливо слышались нотки грусти и переживания. Она обернулась к дочери и увидела её страх, от чего на душе стало ещё хуже. Блю попыталась успокоить Пинк.—Я позвоню ей сегодня, не переживай.

***

      Яркий свет ослепил женщину, оставив после себя тошноту. Обзор перед ней стал абсолютно другим, как и ощущение. Пытаясь протереть себе глаза, Йеллоу начала дёргать руками, не доставая до лица. Она наклонилась и ужаснулась. Всё тело было в перьях, а заместо рук и ног —крылья да лапы.       —Что за хрень?! —Зачирикала маленькая пташка. Кошка села напротив неё. —Кто ты такая?!       —Думаю, ты уже догадалась. —Промурчала Норва. —Ведьма — нечистая сила. Именно так обо всех нас говорят люди, правда?       —Ты... —Панически повторяла Йеллоу. —Ты...       —Я? Я?... Ахахах! —Залилась смехом кошка. Она насмехалась над своей жертвою, но при этом обходилась с ней как с подопечной, о которой заботится долгое время. —Ты такая забавная. Стадия отрицания скоро закончится, цыпленочек.       —Обрати меня в человека, —потребовала пташка. —, живо!       —Ух... Как мы запели... Ты случайно не забыла, в каком положении находишься? —Голос Норвы становился всё грубее и холоднее, прекращая внушать раннюю исходящую от неё заботу. —И ещё смеешь выдвигать требования? Твоя душа — почти сгнившее яблоко. Единственное, что в нём осталось —сердцевина.       —Это бред!—Ругалась Йеллоу, не сильно ворочая головой. —Ты — психопатка, которую подобрала малолетняя бестолочь!       —Воу... Как ужасно ты отзываешься о своём ребёнке. —Белая Норвежская кошка развернулась и побежала в противоположную сторону от цыплёнка, запрыгивая на подоконник открытого окна. Усевшись на нем, она обратилась к Йеллоу. Будто слова о той, что нашла её на улице были безразличны. Но в душе, злость к агрессивной птичке усилилась. Хотелось скорее увидеть плоды своей начавшейся работы. —Впрочем, это твой выбор.       Пташка снова оглядела себя и начала гладить крыльями по животу. Мягко. Всё казалось чересчур неправдоподобным, будто это сон. Мысль о том, что она сама заснула где-то по пути домой её успокаивала и помогала рационально мыслить. Йеллоу никогда не верила в магию, религию и прочие необъяснимые вещи, считая их выдумкой людей.       Чтобы подтвердить свою гипотезу и успокоиться, постараться очнуться из этого кошмара, Йеллоу клюнула себя в лапу. От полученного удара, птенец вскочил, громко чирикнув.       —Ауч! Проклятье... —В этот момент сердцебиение птахи усилилось, цыпленок начал в панике носится по кругу. Осознание случившегося внушал незыблемую боязнь происходящего. —Нет, нет, нет! Проклятье!       —А можно потише? Здесь некоторые пытаются уснуть. —Недовольно фыркнула Норва. —Смотри, как бы другие звери не очухались и сожрали тебя.       Йеллоу подбежала к окну и умоляющие стала смотреть на кошку, в страхе сказать что-то лишнее.       —За что?..—Пыталась оправдать пташка себя. —Почему ты сделала это со мной? Есть люди в этом мире хуже меня!       —Да. —Согласилась кошка, веляя хвостом. —И все они заслуживают своих наказаний, мук... Таково твоё. Я надеюсь, что пребывая в таком виде, ты всё осознаешь.       —Почему цыпленок?..       —О. —Ухмыльнула киса, поправив свои местами помятые усики лапой. —А это считай моё предпочтение.       —Я не выживу!       —Уж постарайся.—Зевнула кошка. —Не хочу расстраивать звёздочку...       Хищница спрыгнула с подоконника на пол, оставляя пташку снаружи во дворе дома. Йеллоу огляделась и, заметив телефон, побежала к нему. Золотистая раскладушка лежала перед клювом цыплёнка. В течении долгого времени, птенец пытался открыть устройство и написать смс жене, но ничего не получалось. Йеллоу попросту не хватало сил чтобы открыть телефон.       На улице становилось всё светлее и светлее. Цыпленок испуганно сидел возле телефона, опасаясь нападения котов, змей или более крупных птиц. Вдруг, послышался шорох. Йеллоу выпустила свои глаза - пуговки и замерла. Кто-то начал бежать на неё. Всё, что смог сделать птенец, это сжаться, сомкнуть очи и громко зачирикать.       Оказавшись в пасти, Йеллоу открыла вновь глаза и заметила белую шерсть. Она покосилась к хищнеце и спросила:       —Норва?       —Да, трусишка. —Отвечала кошка с добычей во рту, плавно бегая по ровной земле устеленной зелёной травой. —Ты думала я отдам добычу так легко и просто кому-то другому?       —Теперь хотя бы я уверена в том, что ты так просто сдохнуть мне не позволишь. —Вонь из рта кошки не особо нравилась Йеллоу, но жаловаться будучи в проигрышном положении не стала и сомкнула клюв. Но через несколько секунд спросила: —И куда ты меня несешь?       —Куда относят кошки свою добычу?       —К хозяинам?       —Умница. —С трудом говорила пушистая. —Хороший цыпленок.       Неприятное ощущение не покидало Йеллоу из-за положения и слюней, которыми были пропитаны её перья. А ещё из-за вечных напоминаний ведьмы про то, кем она сейчас является. Одно лишь радовало — то, что Норва отнесёт её к возлюбленной. Пташка надеялась, что Блю сможет помочь ей в сложившейся ситуации.       Свою доброту и готовность помочь она действительно показала, доставая возлюбленную их пасти кошки, но...       —Блю! Это я! Эй! Узнаешь? Узнаешь ведь?! — Её никто не понимал. Для дорогих ей людей она была неожиданно принесённой жертвой охотницы, которая громко чирикала.       Голоса девушек были для неё слишком громкими, пугающими. Когда Йеллоу поняла, что её слова - чирикание, то перестала звать людей и стала надеяться на чудо.