Хрустальная карамелька

      Чуя вытащил маленькую коробку и насыпал туда корм, который подарил Дазай. Все собаки улицы собрались в одном месте, чтобы бороться за угощение и попробовать его. Чуя смотрел на них с улыбкой. Он всегда любил собак, их верность и умение напугать Дазая. Громче всех лаял чихуахуа в шляпе для куклы. Чуя любил его больше всех, так как он всегда первым бежал к Дазаю и прыгал на его колени. Однажды пока другие собаки гнали кошек этот щенок отправил Осаму на высокое дерево. Дазая, конечно, спустили и вернули обратно к Мори, но с того дня эти двое стали заклятыми врагами. Точнее враждовал Дазай, щенок ничего не понимал и продолжал наивно бегать за ним и веселить Чую. — Дазай сегодня не пришел, — сказал Чуя и погладил голову в шляпке. Щенок ничего не понимал и продолжал искать мокрые штаны и запах рыб. — Он написал, что будет рядом с тобой, — сказал кто-то и, кажется, зевнул. Чуя посмотрел по сторонам и даже покрутился на месте, но источник голоса не определил. — Я наверху.       На ветке, куда чухуахуа когда-то загнал Дазая сидел Сигма, тасуя карты. Выглядел он так словно всю ночь проводил в казино и не могу уснуть от криков шумной толпы и яркого освещения. Парень быстро спустился и встал напротив собак. Чуя не знал, что ему сказать. Обычно Сигма ходил возле Дазая и они никогда не здоровались друг с другом. Последний разговор в столовой не уходил из памяти, что заставило чувствовать некое напряжение. Но Сигма не обратил на это внимание или сделал вид, что ничего не замечает. — Этот корм, — сказал Сигма, указывая на коробку. — Дазай купил после того как посмотрел твое расписание. Как думаешь, для чего он это сделал? — Он хотел расспросить меня о Рембо-сенсее, — сказал Чуя, вспоминая разговор после лекции. — Мы с Ацуши-куном готовили конспекты на экзамены, — продолжил Сигма и протянул одну из карт, которая содержала какие-то формулы и надписи на непонятном для Чуи языке. — Домой он тоже не возвращался. — Может, он ушел на работу, — предположил Накахара, сравнивая Сигму с детективом из вчерашнего фильма. — Нет. Сегодня он не работает. — Тогда взял и свалил куда подальше, за границу, например, — сказал Чуя с полным безразличием. По его мнению, Дазай был способен на такое. Сигма вытащил телефон из кармана и что-то напечатал. — Он не стал бы уходить без предупреждения. Тем более один. — А ты не спрашивал у его родителя?       Сигма покачал головой, пробурчал что-то вроде благодарности и направился в сторону здания. Чуя проводил его сочувственным взглядом и разорвал упаковку. «Быстро слетаю кое-куда и вернусь в Японию послезавтра. Будь хорошим мальчиком и сохрани это в секрете от всех» гласила надпись внутри коробки. — Зачем он скрывает это от своего парня? — спросил он собак, но его четвероногие товарищи не знали ответа, они продолжали борьбу за угощение и радостно лаяли.

***

— Он уже уехал? — спросила Элис у опекуна и поставила табуретку возле кухонного шкафа. Там, на самой верхней полке, Мори хранил печенья. Обычно их доставал Дазай и угощал сестру, но сегодня девочке пришлось самостоятельно добираться до сладостей. — Скорее улетел, — вяло произнес Огай. Дазай уже сел на самолет и отправил селфи с пилотом. На других фотографиях его выгоняли с кабинки пилота и посадили на место. — Но почему мы должны скрывать это от его парня? Разве они не должны доверять друг другу, Ринтаро? — Не знаю, но меня есть кое-какие мысли по этому поводу, но надеюсь…       Мори резко замолчал, наблюдая за девочкой, которая радостно жевала с трудом добытые печенья. — Элис-чан, ты такая милая! — закричал он, не обращая внимание на новые сообщения. — Хочешь воды? Или мне стоит заварить чай?       Элис пыталась высказать свое недовольство набитым ртом, но ее неудачные попытки прервал дверной звонок. — Помогите! — прокричал гость за дверью. — У нас проблема! Сигма-сан... он...