Брак — любви не помеха

Когда на Лондон опустились первые лучики восходящего солнца, я уже лежал у себя в кровати. Только вот перед этим, мне пришлось выслушать тираду ругательств от отца и вал моральных наставлений от матери, ещё и скотина, Джек, подслушивал всё. Не лень же было встать посреди ночи ради этого. К счастью я объяснился, что лишь поддержал невесту, как и подобает достойному мужу. Тут родители сразу успокоились, пускай и не отказались от наказания, пускай и номинального — всю субботу провести под домашним арестом. Сами понимаете наказанием это можно назвать с натяжкой. В любом случае я бы сидел целый день у себя в комнате, разбираясь с мелкими вопросами. Сначала подобрать костюм, определиться смогу ли все гости прийти, что подзабыли организаторы и прочие. Помимо этого надо было определиться с клятвой. Старая традиций, когда новобрачные клянутся в верности по заранее написанному ими же тексту. Эту проблему и многое другое решило крупное письмо Оливии, которое обязался доставить отец. Письмо от Оливии пришло не сразу, но зато ответило на все вопросы. Чувствует она себя отлично и находится лишь в небольшом волнение перед столь важным днём, но самое главное не испытывает страха или отвращения. Её родители сквозь пальцы посмотрели на её выходку и ограничились отсутствием обеда, который она всё равно конфисковала из кладовки. Вот почти все предварительные приготовления подошли к концу, как и день. Заснуть было трудно из-за всевозможных воспоминаний. Особенно часто и назойливо в голове играли сцены вчерашнего дня. Клянусь подобного стыда я не испытывал никогда в жизни, уж не могу я терпеть бесконечные повторения самых смущающих сцен, сменяющихся по кругу. … Открыв глаза, я моментально вскочил с кровати. Энергия было более, чем в избытке. В тоже время в ногах появилась слабость, а в животе небольшое колючее чувство, они преследовали меня почти целый день. Сборы меня кое-как успокоили, пока ты чистишь зубы или натягиваешь смокинг, мысли приходят в порядок, хоть и ненадолго. Перед тем, как выйти из дома, я посмотрелся в зеркало. Конечно не первый красавец страны, но и не так уж далеко от этого. На выходе меня быстренько запихнули в дилижанс. Семейка нарядилась ещё лучше, чем при совместном ужине. Отец с матерью смотрелись, также статно, Юлия в этот раз действительно стала девушкой благодаря небольшим каблукам и корсету, а Джек продолжал выглядеть безумно нелепо в аккуратном наряде. И все они пялились на меня. Кто-то с родительским теплом, кто-то с сёстренской радостью, а кто-то с мерзопакостной издёвкой. … Церемонию бракосочетания решили устроить в пригороде, чтобы городской воздух не портил атмосферу. На небе повисла серая пелена столь типичная для Лондона и Британии в целом. Нельзя же чтобы каждый день светило солнце, но до безумия обидно, что до этого солнце светило, как не в себя. Взамен природа предоставила лишь лёгкую свежесть. Дождь не намечался и церемонию планировалось устроить на улице. В дальнем конце дворика, рядышком с беседкой, я увидел своих друзей. Все как на подбор в строгих нарядах и выше меня на голову. Завидев меня, они сразу бросились с поздравлениями и расспросами. Я старался отшучиваться, мол парни и не ждали от меня конкретных ответов. Всё же одна из их главных задач — успокоить и развеселить жениха своим присутствием. Незатейливые разговоры действительно помогали отвлечься. Одновременно с этим проводились последние приготовления. «Уже совсем скоро должна появиться невеста…» — Сынок, подойди на пару слов, — позвал меня отец. — Да? — произнёс я и сразу почувствовала тяжёлую руку на плече. — Ну ты и вырос у меня! Прям моя копия из молодости. Только это работает и в худшую сторону… — покосил глаза родитель, — но ты не переживай, выглядишь отменно. Я чего хотел тебе сказать, — стал серьёзным со мной отец, что бывало поразительно редко, — извини, что подобрали тебе невестку без твоего спроса. — Пап, я всё понял. Не бери в голову, — неосознанно улыбнулся я и положил уже свою руку на крепкое плечо отца. — И всё равно мне немного стыдно за это. Знаешь, как отец я должен тебе дать напутствие, верное направление или важный совет. Однако, я слишком хорошо тебя знаю. Тебе он не нужен. Ты уже взрослый, не только телом, но и духом. Уверен ты для себя всё решил, а в таком случае менять мнение бессмысленно, ты же как баран будешь стоять до последнего. Я лишь скажу, что тебя ждёт сложная, трудная, чутка изматывающая и безумно несправедливая жизнь. Но какой будет именно твой жизненный путь зависит только от тебя. Помни это. Не надо жаловаться на вселенную, бога, обстоятельства, других людей. Жалуйся и обижайся на самого себя, ведь только ты куёшь собственную судьбу. Ну вот, дал совет, причём самый наибанальнейший… Я верю в тебя, ты проживёшь отличную жизнь, недаром ты мой сын. — Папа… После столь душевной и трогательной речи невозможно остаться равнодушным. Особенно, если отец, переживший столько ужасных вещей, пустил парочку слезинок. Я со всей силы обнял постаревшего, чутка простодушного, нетактичного, но своего папу. Когда я отпустил родителя, меня осыпали предупреждениями и восторженными возгласами. Невеста приехала. Вот и наступил тот самый момент. Я стою у алтаря, а ко мне медленно шагает она. Вся в белом, алебастровом изысканном платье с бесчисленным количеством узоров, огромной многослойной юбке и длинной, уходящий за спину фатой. Пускай личико закрыто тканью, я увидел лёгкую улыбку и потупленный взгляд. Стало тяжело дышать, кровь бежала с неимоверной скоростью, ноги стали слабеть. Вдох, выдох, вдох, выдох. Я решил немного отвлечься. Музыканты играли известную всем свадебную мелодию, гости заворожённо смотрели на невесту, детишки бегали вокруг Оливии и осыпали её лепестками роз. Вдох, выдох. Она подошла к алтарю. Священник заговорил. — В этот замечательный день… Как же долго он говорил, я уже успел успокоиться и устать стоять на месте. Наконец-то очередь дошла до согласия. Я быстро глянул на Оливию, она на меня. Мы поняли друг друга и без промедлений с сомнениями отвечали только «да». — Ваши клятвы верности, — закрыл книжку священник. — Клянусь всегда ценить и уважать партнёра, считаться с его интересами и мнением. Его проблема — моя проблема, моя проблема — его проблема. Из любой ситуации есть выход, у любой беды есть решение. И искать его мы должны сообща, — я нежно одел кольцо на тоненький палец Оливии. — Клянусь всегда говорить правду и только правду, ничего не замалчивать и не стыдиться. В каждом начинание, в любой ситуации я поддержу партнёра, а он поддержит меня, — ласково одела мне колечко Оливия. — Можете поцеловаться. Целоваться с Ольвией в тот прекрасный вечер было безумно неловко, а вот теперь попробуй это повторить на глазах у сотни другой свидетелей. Хорошо, что мы додумались отработать этот момент заранее. Дрожащими руками, я аккуратно и деликатно насколько смог снял фату. Сегодня её лицо выглядело в десятки раз лучше, чем когда-либо раньше. Словно солнышко или радуга после дождя, она будто светилась и освещала пасмурное небо. Я глянул в красивые глубокие глаза, чистые и радостные, а после наклонился к Оливии. Этот поцелуй был другим. В нём не было страсти или таинственности, отнюдь. Он был поразительно нежным и ласковым. Ощущения напоминают момент, когда падаешь в кровать после трудного дня. Лёгкость, некий трепет, чувство будто ты покидаешь своё тело и находишься в раю. Волшебное чувство. Кульминация прошла. Танцы, банкет, выступления, подарки — были лишь приятным дополнением. Однако веселье удалось знатным. Друзья не стеснялись и с открытой нараспашку душой радоваться празднику. Ух, давно я столько не смеялся. Да и оставшиеся гости не стали исключением. Даже наши семьи смогли найти общий язык и словно родные переговаривались между собой, воспоминания многочисленные истории. Сомневаюсь, что так они и будут вести себя впредь, но событие всё равно остаётся знаменательным. … Вечерело. День подходил к концу, а вместе с ним и праздник. Гости допивали последние бокалы вина и потихоньку расходились по домам. Эта учесть поджидала и нас. Родители усадили меня с Оливией в золотистый роскошный дилижанс, запряжённый четвёркой лошадей. И вот спустя множество радостных пожеланий, мы двинулись в пункт назначения — новую собственную квартиру. Оценить апартаменты не было ни времени ни сил. Мы сразу же зашли в спальню. Она просторная, как и кровать в самом центре. В обычное время я бы застыдился до смерти, но по сравнению с церемонией этот момент показался вполне нормальным. Я с Ольвией развернулись спиной друг к другу, скинули одежду и улеглись под одеяло. В обычное время я бы застыдился до смерти, но по сравнению с церемонией этот момент показался вполне нормальным, а вместе с тем слегка щепетильным, поэтому мы достаточно долго молчали, повернувшись в разные стороны. — Хороший сегодня был денёк, — тихо сказала Оливия. — Хороший, — подтвердил я, — что будем делать дальше? Мы твёрдо решили поехать именно в Египет на медовый месяц? — Ну да. А ты против? — Местечко экзотичное, я бы предпочёл что-то более обыденное, например Испанию. — Сам же сказал обыденное. В Испанию, Францию, Италию успеем ещё съездить. А вот насчёт Египта я сомневаюсь. Не представляю, как по середине года, мы отправляемся в долгое путешествие в царство фараонов. Да и там очень хорошо. И море есть, и культурный досуг, и лёгкий налёт мистицизма, и восточный колорит, — вполне разумно говорила Оливия. — Значит едем в Египет, — уверенно произнёс я. — Замечательно. В комнате вновь повисло неловкое молчание. Так как всю квартиру окутала густая непроглядная темнота, даже не было на что отвлечься. Я слышал только тихое спокойное дыхание и чувствовал чужое тепло под одеялом. — Насчёт первой брачной ночи… Надо определиться. Я ни в коем случае не принуждаю тебя и всё такое. Как бы ты не ответила, я не расстроюсь, — попытался максимально уверенно и ненавязчиво сказать я. — Я не против — резко ответила Оливия, — всё равно будем заниматься этим, а тут и повод подходящий, и традиции нарушать неправильно. В голосе Оливии я заметил какую-то игривость и нотку страсти. Более прямого согласия не стоит и ожидать. Перевернувшись на другой бок, я приобнял Оливию за бёдра и поцеловал её в шею. Не знаю, что было приятнее кататься огрубевшими руками нежной кожи бедёр, или целовать мягкую изящную шею. Одного поцелуя конечно же было мало, и скоро я усеял шею, ключицы и щёки целой плеядой. Случайно нащупав волосы, я не смог удержаться и запустил в них руку, и потихоньку начал перебирать прядки. Мягкие, гладкие и немного щекотные, вот как я могу описать их. Услышав приглушённый стон я остановился. — Всё великолепно не переживай, — пугающе страстно сказала Оливия и повернулась ко мне. Теперь уже мою шею и грудь поливали десятками поцелуев. Неожиданно для меня это оказалось до чёртиков приятно. Я хотел сказать об этом Оливии, да только её губы заткнули меня. И тут я ощутил, что вместо обычного последовал французский, страстный и энергичный поцелуй. — Как тебе? — отпрянула невест… жена, моя жена. — Бесподобно, — сразу прижался я к Оливии. В тёмной, пропитанной запахом пота комнате, с ориентацией возникали явные проблемы. Поэтому вместо того, чтобы вновь встретиться губами с Оливией я лицом врезался в её груди. Бархатная первоклассная подушка — первая ассоциация, которая пришла мне в голову. Да уж правду говорят, что во время секса страсть полностью берёт контроль над разумом… Похоже Оливия не поняла случайности действия и лишь ещё крепче прижала меня к себе. Я слышал биение сердца, какое же оно было быстрое и громкое. Следующим действием я ухватился за спину Оливии. Вновь послышался приглушённый стон. Впившись в гладкую рельефную спину около лопаток я двинулся вниз. Добравшись до таза Оливия резко прогнулась, а затем упала на спину, жутко испугав меня. — В порядке?! — побеспокоился я. — Ну как я могу быть в порядке, когда рядом такой мужчина, — возбужденно произнесла Оливия. Я почувствовал, как мою талию обхватили ногами, да в такой жёсткий захват, что и не вырваться. Благодаря тусклому свету только что вышедшей луны, я заметил довольную, игриво улыбающаяся, обнажённую и божественно красивую Оливию… … Следующий день ознаменовался нежным светом из окна и приятными воспоминаниями о вчерашнем дне, и ночи в том числе. Тело ещё фантомно ощущало тепло партнёра и ласковые прикосновения, но к этим ощущением добавилось нечто большее. Завершился огромный этап жизни. Далее ждёт неизвестность, но в тоже время в ней кроется куча возможностей. Позади сотни воспоминаний, а впереди тысячи событий. Единственное, что портило это благоговейное чувство, так это кусочки неуверенности и страха. Но посмотрев на мило спящую Оливию, представив наши дальнейшие отношения и годы совместной жизни, и они исчезли, оставив только сладостное предвкушение загадочного будущего.