Клён, эрозия...

Ночь… Глубокая и тихая. В столь позднее время, далеко за полуночью, не спят только самые из упорных поздних птиц, ночные охотники, и… Разного рода вредители. Около ворот во дворец, столь большой, что, казалось, на его фоне любой человек окажется мелкой песчинкой, еле-еле виднелись расплывчатые силуэты двух человек, разговаривавших друг с другом. В этой мертвецкой тишине даже их произнесённые полушёпотом слова доносились на многие километры вперёд. — Клянусь Его Превосходительством, з-за мной гнался самый настоящий онрё!.. Прошу тебя, поверь мне! Н-нам нужно срочно вызвать кого-нибудь… Начальника охраны! Гудзи Яэ! Или Сёгуна! Хоть кого-то! — сначала могло показаться, что до ушей одного из силуэтов донёсся писк комара… И всё же, им оказался очень тонкий и писклявый голос первого силуэта, явный перепуганный неким «онрё». — Прекрати пищать мне на ухо, — голос второго силуэта был куда более спокойный, твёрдый и строгий. — Сделай несколько вдохов и выдохов и успокойся. Скажи мне, ты точно сегодня не пил?.. — Дурень, я сегодня выступал перед самим Сёгуном, как я мог пить в такой важный день?!.. — обладатель более тонкого голоса стал звучать возмущенно. — Этот онрё пытался меня убить, прошу, поверь мне! Он даже забрал мой инструмент, а я с ним никогда не расстаюсь, ты ведь знаешь! Ну же, Андо-кун! — Хм… Только зачем этому «онрё» могла понадобиться твоя цитра? — недоверчиво спросил собеседник, а после вовсе покачал головой, — Мне кажется, тебе всё же причудилось. И цитру свою ты просто потерял. — …Эй, если ты мне не веришь, пойдём за мной, и я докажу тебе, что он есть! Заодно вернём мой инструмент. Без него я не смогу развлекать Его Превосходительство своей музыкой. — видит сам Сëгун, этот назойливый молодой человек так просто не оставит в покое бедолагу. — Тц, и ты предлагаешь мне покинуть свой пост? — послышался тяжёлый вздох. — Хорошо, я пойду с тобой, только чтобы ты мне после этого не мешал. Запомни, если мы там ничего не найдём, это дорого тебе обойдётся… С этими словами второй силуэт вышел из тени стен дворца. Мягкие лучи лунного света осветили тело молодого человека, который оказался одним из дворцовых стражников Тэнсюкаку. За ним вышел и пугливый юноша, служивший, вероятно, музыкантом во дворце. Они оба прошли через ворота и начали преодолевать бесчисленное множество мостов и лестниц, на пути к месту встречи с тем самым загадочным «онрё», поселившимся на одном из дворцовых этажей. С каждым преодолённым этажом сердце Андо начинало наполняться смутным беспокойством. Начиная с того, что на более высокие этажи, служащие которых были куда более близки к Великому Сёгуну, чем он, юноше заходить положено не было… И кроме того, несмотря на долю скептицизма по отношению к словам друга, Андо и сам начинал подумывать о том, что в Тэнсюкаку действительно завелась нечисть, желавшая убить каждого встречного. — …Мы скоро доберёмся до сёгунского этажа. — напряжённую тишину стражник решил разбавить хотя бы небольшим разговором. — Нам ещё долго идти? — Мы уже на месте — ответ последовал короткий. Тем временем музыкант вошёл в приёмную комнату и направился в сторону закрытых дверей. — Э-это же дверь в запретный сад, Тэцуя-кун! Сёгун запретил слугам сюда заходить без необходимости. — Да… Я захотел зайти сюда ночью, чтобы поглядеть, что тут такого внутри, раз уж сам Сёгун запретил входить внутрь… — честно признался в своем грешке музыкант, — И похоже, он с-сделал это из-за онрё внутри! После этих слов юноша подошёл ближе к закрытым дверям в сад, открыл их и встал у входа, безмолвно предлагая Андо войти внутрь… У него не оставалось выбора, кроме как выйти из комнаты, и после этого молодой человек оказался в том самом саду Сёгуна, недоступном для обычных смертных… В саду была… Совершенно иная атмосфера. Сердце юноши настигло слабое, ненавязчивое умиротворение, когда он оказался в саду. Тихонько стуча деревянной подошвой своих дзори по каменной кладке, Андо постепенно пробирался вперёд. Небо над головой то и дело оказывалось закрыто сомкнувшимися над его головой кронами кленовых деревьев, из-за фигурных листьев которых не было видно ни звёзд, ни луны. Рассматривая этот пейзаж, Андо ловил себя на мысли, что сад выглядит таким пустым и одиноким без людей… — Ты на месте! — крикнул Тэцуя, стоявший вдали, у самого входа в сад — судя по всему, он струсил, и предпочёл не заходить в запретный сад. Так низко… — Просто поищи там мой инструмент! Здесь так темно из-за густых крон клёнов… Ничего не видно. Андо взглянул направо — ничего, после взглянул налево — тоже… И тут он вздрогнул, ощутив неожиданное прикосновение к своему плечу. — Тэцуя, дурачьё!..  — он тяжело выдохнул. — Не подкрадывайся так незаметно! — стражник оглянулся через плечо. Тэцуя, к удивлению Андо, позади него не стоял. Позади него не стоял н и к т о. — Что за чё-… — …Я — Тэцуя? — послышался новый, незнакомый голос откуда-то спереди.  Он звучал совсем тихо, с вопросительными нотками, будто бы его обладатель искренне интересовался тем, кем он является. Андо резко повернул голову обратно, и к своему ужасу увидел просто невероятную картину: в нескольких метрах впереди от него стоял незнакомый юноша. Мертвецки бледная кожа, распущенные волосы платинового цвета, белое потрепанное кимоно… Приглядевшись, Андо быстро понял, что лунный свет проходит сквозь парня перед ним, а сквозь чужой силуэт стражник мог разглядеть очертания стоящей позади беседки! — …Меня зовут Тэцуя? — повторил свой вопрос незнакомец, склонив голову. Его пустые тусклые глаза смотрели прямо на побледневшего от страха Андо. — …Юрэй! Самый настоящий! — стражник смог вымолвить лишь это, прежде чем с криком побежать в сторону выхода из сада, и только пятки его сверкали. Когда Андо исчез, юрэй лишь плавно растворился в воздухе. Задул прохладный ночной ветер… 

***

Сплетни подобны искре, волею судьбы попавшей на сухое осеннее поле: они начинаются с малого, и распространяются по округе с невероятной скоростью, в конечном итоге превращаясь в самые настоящий пожар. Подобный пожар охватил и Тэнсюкаку после роковой ночи, и на утро каждый боязливо шептался и пересказывал другому историю о мистическом онрё, поселившемся в кленовом саду Сёгуна. Довольно скоро неизвестного призрака назвали Жутким Мстителем, из-за неправильно пересказанной истории Андо одной из служанок другой служанке, которая уже рассказала о случившемся своей подруге, добавив от себя собственные детали. В конечном итоге, слух начал звучать совсем необычным образом… — Ты это слышала? В запретном саду Сёгуна появился юрэй в обличии молодого юноши! — Тот самый, что готов убить каждого, кто взглянет на него? — Да! Мне рассказали, что у него ещё есть привычка спрашивать незваных гостей о своём имени! Если ты не ответишь, он тебя убьёт! — Ужас какой! Поскорее бы Сёгун разобрался с этим… Неожиданно, позади двух служанок, продолжавших перешёптываться о юрэе из сёгунского кленового сада, послышались тихие, размеренные шаги… А после послышался строгий женский голос: — И что это вы тут прохлаждаетесь? — солидного вида дама в очках подошла ближе к девушкам. — Живо, за работу! Прежде шушукавшиеся служанки мигом разбежались в разные в стороны, будто испуганные мыши. Недовольно цыкнув, дама быстрым шагом направилась в сторону лестницы, и после забравшись по ней, пошла вдоль длинного коридора, пока не добралась до самых больших и пышно украшенных дверей. Дама, глубоко вдохнув, постучалась в дверь, а после, услышав по ту сторону твердое разрешение войти, раскрыла ее и медленно вошла внутрь, почтительно склонив голову. Послышался хлопок — двери закрылись, и госпожа в очках сделала глубокий вдох: — Ваше Превосходительство… Я пришла поговорить с вами насчёт недавно распространившихся по дворцу слухов. — она сделала небольшую паузу и сглотнула. — Я не могу ручаться за их достоверность, и всё же, я считаю, их стоит принять во внимание. Поговаривают, что в вашем кленовом саду завёлся опасный онрё, которого слуги прозвали Жутким Мстителем… Ох, что за глупое прозвище… Снаружи солнце встало из-за облаков, и его тёплые лучи добрались до окна комнаты, прежде находившейся в полумраке. За ширмой начала виднеться расплывчатый силуэт с… большими ушками и пушистым хвостом. Приглядевшись, дама увидела, что с каждым словом забавно торчащие ушки силуэта то и дело дёргались. — …Прошу вас, будьте осторожнее, если решите вознести молитву и в этот раз.  Ранее спокойно сидевшая фигура двинулась, и вслед за ней поплыла и тень по красиво расписанной ширме. Большой хвост ложится на другую сторону, рука аккуратно поправляет одеяние на себе, а голова поворачивается на бок.  — Передайте слугам, чтобы занимались делами, а не разносили по Тенсюкаку сплетни. И вам советую не верить. Фигура поднимается на ноги, и она со стороны стала казаться еще более величественной. — В Священном дворце не может быть духов. Его голос звучал уверенно.