Искаженный

Кейл в ужасе смотрел вперед, в черные глаза. Ухмылка медленно сползла с губ главного героя, а холод превратился в лед, пронзающий душу Кейла и заставляющий дрожать. «За что…» Хотелось плакать. Кейл поверить не мог поверить, что все его усилия закончились вот так. Годы борьбы, планирования… Всё, что он делал, чтобы заменить исчезнувшего протагониста, утешая себя тем, что впереди его ждут богатства и комфортная жизнь, привело его… К этому. Чей-то всхлип раздался в тишине пещеры, а лицо Чхве Хана перед глазами поплыло. «Почему?!» Кейл даже не мог пошевелиться. Годы работы по сбору Древних Сил привели к нулевому результату. Чертова цепь просто вернула его к состоянию, в котором он был в первые сутки пребывания в этом мире… Беспомощный, слабый, и… Теперь ещё и избитый Чхве Ханом. «Хах.» Ещё один тихий всхлип раздался в тишине. «Это всё же случилось.» Кейл с горькой улыбкой вспомнил, как беспокоился о том, что его может избить очень злой главный герой, чьи нервы были натянуты до предела. Как он думал, что нужно произвести на него хорошее впечатление, а затем столкнуть с Викроссом и Роном… Как он пришел на место, где должен был сидеть тот, кто сейчас стоял прямо перед ним, как долго ходил вокруг, пытаясь найти того, на кого так надеялся… Как около трех часов ночи, устав и подвернув лодыжку, вернулся к городской стене и устало сел около неё. Многие мысли пронеслись у Кейла в голове в ту ночь. О том, сколько ему предстоит сделать. О том, что не стоит ни с кем сближаться. О том, что он хотел сблизиться с главным героем. Смотря вверх, в черное звездное небо, Кейл признался себе, что не смог бы просто бросить главного героя наедине с проблемами. Наверняка впутался бы во всё с головой, просто чтобы быть рядом с тем, кто был единственным напоминанием о родине, с тем, кто был его любимым типажом главных героев… С тем, к кому он так привязался за те пятнадцать часов чтения Рождения Героя. По правде, он даже немного обрадовался, когда оказался в этой новелле. Небо затянуло тяжелыми облаками, скрывая звезды. Кейл опустил голову, теперь видя лишь пыльную землю под ногами. Теперь он был один в этом мире. Его надежда исчезла, поманив секундным блеском темного неба… И оставив тяжкие обязанности. В тот момент Кейл думал, что не найдет в себе силы снова подняться и идти вперед. Планировать, решать, брать ответственность за чужие жизни… Но… — Мяу?.. — Мяу!.. Кейл устало перевел взгляд туда, где что-то мягко тыкалось в его бок. — Хах?.. Два маленьких комка шерсти подошли к нему, подняв головы. Две пары желтых глаз смотрели с любопытством и… Было ли это сочувствие? Кейл не знал. Тогда он решил, что ему просто кажется, но каким-то образом два маленьких пушистых комочка поддержали его. Он распахнул руки, и они запрыгнули на его колени, мягко замурчав. Обняв их, Кейл просто продолжил тихо сидеть на месте, стараясь ни о чем не думать. Лишь час спустя он начал медленно запускать поезд мыслей. Куда он пойдет? Как заменит собой Чхве Хана? Как изменит репутацию? Миллионы вопросов постепенно сформировывались в четкий план. — Молодой господин! Наконец-то мы вас нашли! Что с вами? Поэтому, когда Кейла нашли, он уже был готов. — Рон. — Да, молодой господин?.. Кейл поднял голову. Искреннее беспокойство было в глазах человека, которого Кейл так опасался. — Рон, я решил. Я… больше не буду отбросом. Голос Кейла звучал тихо и печально — он вкладывал свои истинные эмоции в то, что хотел показать Рону и Гансу, стоявшему чуть дальше. — Я устал видеть эти взгляды. Я больше не хочу, чтобы на меня смотрели, как на ничтожество. Понимание, и, возможно, радость блеснули в глазах Рона. — Ох, молодой господин. Вы так повзрослели. Я уверен, Граф будет счастлив услышать эти ваши слова. Кейл слабо улыбнулся в ответ на искреннюю, хоть и кровожадную улыбку Рона. Первый шаг прошел успешно. Первый шаг из миллионов, ведущих к его безмятежной и спокойной жизни… Первый шаг его плана. Плана, который… Который только что был разбит в миллиарды мелких осколков. — Хах? Что с твоим взглядом? Беззвучная ярость была в черных безднах, которые Кейл видел слегка замутненно. — Где твой наглый вид? Или ты способен задирать только бродяжек с улицы? Кейл слегка приоткрыл рот. Котята, Рон, Викросс, Розалин, Лак, Альберу, Таша, Витира, Арчи, Литана… «Меня спасут.» Кейл не должен был сдаваться. «Они найдут меня.» Он должен был верить в своих товарищей. «Дети перевернут мир, чтобы спасти меня.» Мысли придавали ему сил, хоть на деле хотелось просто сдаться. «Я должен бороться.» — П-Почему… И Кейл начал свою борьбу с единственного, что сейчас был способен сделать. — Почему… Т-Ты так меня… Н-Ненавидишь?.. Со сбора информации.

***

Чхве Хан смотрел перед собой, в глаза человека, которого так ненавидел. — Почему?.. Было сложно бороться с действием ауры отчаяния. Она желала вырваться, впиться в ублюдка перед ним, играющего в Героя ради собственной выгоды. — Тварь. Но если бы он выпустил ауру, она бы тут же набросилась на отброса, въедаясь в его конечности, словно кислота, разъедая их, заставляя кричать и в конце не оставляя даже костей. Это была бы страшная смерть. «И он её заслужил.» Чхве Хан улыбнулся. <Чхве Хан… Твоё лицо снова страшное.> <Ох. Прости…> Его выражение лица слегка потеплело. <Он не заслуживает этого. Он плохой человек, но… он не заслужил того, чтобы ты потерял себя из-за него.> Да. Тэ Хи, маленький черный дракон, был прав. <Извини, я держусь.> Чего он достигнет, если потеряет контроль из-за отброса, если потеряет себя из-за него? У него было еще слишком много целей — он не мог потерять себя здесь. Мягко улыбаясь, Чхве Хан резко дернул за цепь, заставляя ненавистного человека упасть на землю. — За что я тебя ненавижу? Ярость клокотала внутри, но на этот раз Чхве Хан контролировал её. Он медленно подошел к аловолосому ублюдку, ставшего причиной стольких проблем. — А то ты не знаешь… Весело улыбнувшись, Чхве Хан со всей силы, врезал тяжелым сапогом в живот отброса. Это было приятно. Ощущать, как ребра трещат под ногой, как что-то сминается внутри живота ненавистного человека… Чхве Хан вспоминал, как этот ублюдок распространял отвратительные слухи о нём, сводя на нет все старания. Чхве Хан был просто рад, что в один момент это все прекратилось. Наверное, он просто сдох. Губы Чхве Хана исказились в горькой улыбке, когда он вспомнил, как сочувствовал тому, увидев обломки знакомого особняка. И теперь… — Н-нет… Кейл, лежа на грязном полу, в лужах — пребывая в виде, наиболее подходящем ему, отбросу, кашлял кровью. Цепи, которым Чхве Хан приказал сжаться как можно туже, пережимали нежную кожу, заставляя выступать кровь, обещая цветение великолепных синих цветов. — Н-нет, я не понимаю… М-Мы же увиделись… В первый… Чхве Хан улыбнулся, вновь ударяя, на этот раз выше, целясь в ребра. Противный хруст выстрелил в тишине. — Хах, великолепный звук. Интересно, пять штук? Или больше? <Семь. Чхве Хан, серьезно, тебе нужно успокоиться.> Кейл тяжело дышал, открыв рот и широко распахнув глаза. На его лице не было ни единой раны, но кровь текла изо рта горячим потоком алого, щеки, нос, лоб были запятнаны грязью, волосы промокли от этой великолепной смеси, делая вид дворянина невероятно жалким. Легким движением руки Чхве Хан слегка распустил хватку цепи… Чтобы затянуть их вновь, ещё крепче, чем раньше. Слабый, еле слышный, протяжный стон раздался из приоткрытых пухлых губ. Как завороженный, Чхве Хан сапогом коснулся белоснежной щеки, провёл дальше, останавливаясь у рта парня, который теперь словно целовал его ботинки. Тяжело выдохнув и нахмурившись, Чхве Хан прикусил губу. Вид аловолосого ублюдка вызывал странную смесь чувств. Удовлетворение. Чхве Хан был искренне рад — Кейл Хенитьюз значил для него слишком многое. Символ самого начала, символ бед и неудач, символ тупых дворян, раздражающих самим своим существованием, символ слухов, ненависти и глупости… И символ того, что все снова идет не так. Раздражение. Он не мог убить тупого ублюдка. Он мог издеваться, он мог пытать, но… Он был дорог тем людям. Чхве Хан понятия не имел, как отброс мог достигнуть это, но… Боль и отчаяние. Он был тем, кто занял его место. Он знал, что он сам был тем, кто отдал его. Он знал, что Кейл Хенитьюз даже проделал неплохую работу. Но. Только. Не. Он. «Кто угодно, но только не он.» Смотреть на это отвратительное лицо, ставшее символом всего плохого, когда Альберу жал ему руку, когда Розалин защищала его, когда Лак ради него входил в берсерк мод в первый раз, когда… Чхве Хан ненавидел алый. Ненавидел всей душой… …Слишком много у него было для этого причин. Кровь, Кейл Хенитьюз… Белая Звезда. «Хах.» Чхве Хан посмотрел вниз, смотря на кровь, так красиво стекающую вниз по изящному лицу. Странная эмоция вновь вспыхнула в сердце… И следом легкое сожаление мелькнуло в груди, сопровождаемое жалостью. Ярость вспыхнула от этих искр. — Чертов актёр! Чхве Хан наступил на руку этого ублюдка, ломая еë в мелкую крошку. Мелодичный крик наконец-то вырвался из горла того, лаская слух. — Ты думаешь, я позволю тебе продолжать делать вид, что ты ничего не знаешь? Он сел на одно колено, поднимая за волосы символ всех неудач в его жизни. «Почему?» Чхве Хан смотрел в эти глаза, но… Почему-то он ожидал вновь увидеть тот взгляд, не готовый сдаться. Взгляд, который оставался на лице Кейла Хенитьюза даже тогда, когда он захлебывался в крови. Однако… «Лучше просто потерпеть…» Вот что Чхве Хан видел в этих глазах сейчас. Во взгляде отброса перед ним не было вызова. Не было борьбы. Бесконечная усталость и… ожидание. «Черт.» Чхве Хан медленно опустил довольно приятные на ощупь алые волосы, подхватывая окровавленное тело на руки. <Вылечи его, но не полностью.> Магия окружила тело, сознание медленно утекало из глазах которого. Чхве Хан медленно пошел вперёд, невольно наслаждаясь теплом от хрупкого тела. «Черт!..» Странные эмоции почему-то поднимались откуда-то со дна сознания. Жалость? Сочувствие? «Он… Слишком хрупкий.» Почему? Почему Герой, которого все носили на руках, который разбрасывался деньгами направо и налево, обманывая людей, был таким хрупким? — Тэ Хи. Телепортируй ему еды. В этот момент сознание Кейла на секунду выплыло из теплой, обжигающей ванны крови. — Хорошо, Чхве Хан. Детский голос ответил на слова того, кто только что избил Кейла, отправляя на грань жизни и смерти. Замутненным зрением Кейл увидел перед собой чёрное… И почему-то, хоть логика и подсказывала, что это он должен был ненавидеть человека, в чьих руках сейчас трясся от жара и холода одновременно, сорвав голос от криков боли… — Не… ненавидь меня… Угасающий шепот пронесся по пещере раскатом грома. Кейл потерял сознание.