Мой милый маньяк

{Отмотаем немного времени… А именно 1 день и 1 ночь. } Наши друзья сидят в подвале и скучают. —знаешь… Скучно как-то. Давай мы с тобой что-нибудь сделаем? —спросил темноволосый, ведь весь этот день он не трогал того. —ну уж нет! Спасибо, откажусь… —да тебя никто не спрашивает! Давай мы… Проверим прочность стен? Хочешь? Или… —нет!.. Точнее, нет пожалуйста… —подумаю. А пока… Давай мы поиграем в одну игру;) За этот день их взаимоотношения немного улучшились, это лишь на руку Фэнгу.

***

Вошëл Эдгар с солью, перцем, всякими приправами и столовыми приборами. —будем играть в кухню… Фэнг явно понял, что главное блюдо–это он. Зрачки уменьшились, губы задрожали, а Эдгар всë подбирался ближе. —стой! Не нужно… —тëмноволосому это не мешало, он подсел перед ним и схватил его за руку. —интересно, ты вкусный с солью и перцем? А с паприкой? Хмм… Куркума тоже подойдëт. Достав маленький и тупой ножичек, он прислонил его к руке Фэнга. Так как он был тупой, оставить порез было сложно, да и плюс к этому–дольше и больнее. Эдгар начал, делал он медленно, но когда поступила первая капелька крови, он просто начал тереть лезвие о кожу как-будто разжигает костëр двумя палками в походе. Фэнг прикусил губу, это было терпимо, но всë же больно. Вот, порез уже довольно глубокий, а Эдгар лишь начинал. Он взял соли и посмотрел на Фэнга ехидно улыбнувшись. В глазах синеволосого заиграл страх. —я лучше сгорю, чем буду с тобой всю свою оставшуюся жизнь… —конечно он врал, лучше быть с Эдгаром, и иметь шанс на спасение, чем сгореть заживо. —да ты что? Тогда закончим, и я подожгу дом, согласен? —не дождавшись ответа тëмноволосый сыпнул щепотку соли прямо на рану. —тсссс! —прошипел Фэнг от боли и вновь прикусил губу. Она была искусана в кровь. Далее Эдгар взял перец и насыпал ещё щепотку так же улыбаясь. Вскрик от азиата не заставил себя ждать. —ну что ты так кричишь?) улыбнись. Глаза намокли, губы задрожали, в горле появился вкус горечи. Фэнг лишь жалобно на него смотрел, но это не действовало. Эдгар достал паприку, повторил те же махинации так же улыбаясь. Когда он видел страдающее лицо азиата он улыбался лишь шире. —садист и изверг… —пробубнил себе под нос Фэнг, пока Эдгар добавлял последний ингридиент–соус. Это был любимый соус Эда–терияки. Когда «блюдо» было окончено он глянул на того и издевательски улыбнулся. —пора пробовать… —улыбка не сползала с его лица. Он приблизился ране и провёл по ней языком, а затем «присосался» к ней как пиявка. —прошу хватит! —Фэнг вскрикнул от боли. Ему было ужасно больно, он уже не мог молча сидеть. Эдгар отстранился— да чо ты?) —он всë так же улыбаясь смотрел на него—верно, я садист, что ты мне сделаешь? Обзовëшь? —от того лишь послышался смех. Для Фэнга весь мир казался пустотой, звон в ушах и… Вновь потеря сознания. Последнее, что услышал азиат это: —ты самое вкусное и аппетитное блюдо…