Валкинар: Грехи отцов

Утром на Вейлур опустились заморозки. Холодный влажный воздух пропитал каждый дом столицы Туадрии. Но жители не обращали внимания на такую сущую мелочь как похолодание. Едва рассветные лучи солнца упали на пробуждающуюся ото сна землю, в городской порт сразу же хлынула толпа народу. Стражники и солдаты удерживали взволнованный люд, но некоторые умудрялись прорываться, тогда им стреляли по ногам, стараясь сильно не калечить, ибо, как они тогда будут исправно работать в поле или у ремесленников? Этого хватило, чтобы охладить пыл чересчур активных горожан. Больше всего проблем хлебнули трое персон — король Фландэль, мэр Валлуар и чародейка Талис всю ночь старались успокоить город, который проснулся сначала от диких криков монстра, а затем от запаха дыма, поднявшегося со стороны Старого храма. У многих людей, и так живших в страхе в последнее время, кончилось терпение, и они хотели штурмом взять остров, чтобы завалить чудовище толпой. В этом их поддерживали святые мужи, увидевшие шанс поднять свой авторитет у доверчивой паствы. С ними-то троице было сложнее всего поладить. Некоторые из них хотели отомстить за погибшего архидьякона Армина. Королю пришлось рассказать им часть правды — он якобы организовал тайную вылазку в храм, где столкнулся с еретиками, в число которых входило двое уважаемых господ, и их ручной тварью. В этом ему помогли волшебница и валкинар, который остался на острове устранять влияние скверны. Священники не обрадовались, что магичка и тот, кто и человеком-то не является, выполняют за них святую миссию, но пошли на уступки. За определённую сумму пожертвований из королевской казны. Однако толпа уже была заведена и усмирить бунтующих оказалось непросто. Это во основном легло на плечи Валлуара. В то же время Фландэль и Талис несколько раз пытались воссоздать стабильный портал, который затянул Алин в неизвестном направлении. Волшебница по памяти пыталась выстроить те же координаты, которые были у того портала, но всякий раз безуспешно. Король вызвался идти за ней, и она, несмотря на опасность, не могла ему отказать. В первый раз они оказались в бескрайней ледяной пустыне, где было так холодно, что у обоих при каждом вдохе волосинки в носу покрывались кристалликами льда. Второй портал выбросил их под воду, где король чуть не утонул. А на третий они оказались в каких-то непролазных и жарких джунглях. Повсюду раздавался стрекот насекомых и вопли неведомых животных, прыгающих по деревьям. После этого они прекратили попытки, чтобы в следующий раз, не оказаться в сотнях метров над землёй. Фландэль не показывал виду, но было понятно, что двойное предательство и потеря дочери в момент, когда уже освободил её — стали для него ударом. Винил он в этом только себя, надеясь, что хотя бы с внебрачным ребёнком, которому он напрямую испортил жизнь, всё получится. И вот, дождавшись первых лучей солнца, как и просил беловолосый валкинар, король снарядил несколько лодок, взяв с собой градоправителя, Талис и отряд тяжело вооруженных воинов. Волшебница откровенно переживала за друга — вокруг острова скопился весьма густой туман. Нет, лёгкая пелена покрывала всё озера, но именно на острове она плотнее всего. Едва ступив на берег, солдаты выскочили из лодок и побежали вперёд проверить обстановку. Несмотря на то, что окрестную тишину нарушало лишь журчание озёрной воды, Талис не покидало чувство тревоги. Однако кое-что всё-таки изменилось — на острове не ощущалось присутствие неприятной ауры, которая пропитывала это место ещё несколько часов назад. Вполне возможно, что у Глаудира всё получилось. Но ощущение, что что-то было не так, не отпускало. Группа поднялась к подножию с домишками, один из которых превратился в груду обгоревших поленьев. Рыцари осмотрели местность на предмет притаившейся опасности и только затем остальные двинулись к самому Храму, стараясь обходить тела убитых валкинаром стражников-предателей. Талис заметила, что даже не раз побывавшие в передряге воины не могли скрыть страх перед сверхъестественным. Они, конечно, очень старались, но взгляд из прорезей шлемов полностью выдавал их истинное состояние. В конце концов, Талис не могла уже больше ждать и выдвинулась вперёд, не обращая внимания на оклики Фландэля. Чародейка в одиночку вошла в Старый храм, освещая себе путь выпущенным из руки светящимся шариком. Не глядя на колонны и барельефы, волшебница направилась ко входу в склеп. Факел уже погас, поэтому гробница ничем не освещалась, кроме магии Талис. По помещению с шумом пронёсся холодный ветерок, навеянный сквозняком от главного входа. Даже с осторожностью спускаясь по лестнице, чародейка смотрела только в сторону саркофага, в который лёг валкинар. Поэтому, когда она зашагала к нему, чуть не споткнулась о лежащее тело, которое заметила в последний момент. Перед ней, на холодном полу склепа, лежала полностью голая девушка на вид четырнадцати-пятнадцати лет. Бледная, измазанная в грязи, с полностью седыми волосами, укрывавшие её почти до пояса. Маленькие грудки вздымались в такт её слабому дыханию — девушка или спала, или была без сознания. Волшебница сразу поняла, что это племянница Орвилла, а значит у Глаудира всё получилось, и бедняжка была очищена от скверны! Подстёгиваемая любопытством, она решила осмотреть девушку. Талис опустилась на колени, щёлкнула пальцами, заставив шар неподвижно застыть над ней и, наклонившись, принялась осматривать девчонку. Лицом она была симпатична, можно даже сказать, красива. Ничто не напоминало о том, что совсем недавно она была размером с приличного медведя и голыми руками разрывала людей. На её худеньком теле остался красноватый шрам, протянувшийся от середины грудной клетки до живота, едва не задевая пупок. Вероятно, это след, оставшийся от самого сильного из ударов меча валкинара. Вокруг девушки были рассыпаны тёмно-серые и красноватые комья, напоминающие вылинявшую шерсть. Стоило Талис дотронуться до её щеки, как девица резко распахнула зеленоватые глаза. Увидев волшебницу, она громко застонала, постепенно переходя на крик, перемешанный с плачем. Девушка заметалась и принялась отползать, то размахивая ногами, то прикрывая лицо. Волшебница не растерялась и, прижав брыкавшуюся девчонку, лёгким магическим импульсом погрузила её в сон. В это самое время в склеп стали спускаться Фландэль и его свита. Склеп сразу же наполнился звуками бряцающих лат, исходивших от рыцарей. Увидев девушку, монарх ускорил свой шаг. — Это… — хотел он спросить у Талис, но чародейка его опередила. — Да, это ваша вторая дочь, Ваше Величество. — Ох, надо прикрыть её чем-нибудь, — принялся за заботу король. — Возьмите мой плащ, — сказал подошедший Валлуар, протягивая королю свою дорожную накидку. Фландэль быстро укутал внебрачную дочку одолженной тканью и взял её на руки. Король глядел на девушку со скорбью и сожалением. — Помогите кто-нибудь, будьте любезны! — Талис добралась до саркофага, в который лёг Глаудир и пробовала открыть его. Двое рыцарей подошли и совместно с волшебницей, с шумом открыли крышку. Увидев, что в гробу, мужчины забромотали молитвы и принялись проделывать религиозные жесты, а Талис мгновенно побледнела. Валкинар неподвижно лежал рядом со скелетом, протянув правую руку к шее мертвеца и что-то сжав. Его лицо было почти таким же белым, как и его волосы, а по подбородок и щёки были все в крови. Драколюд не подавал признаков жизни. Волшебница медленно отступила. Её губы застряслись, а затем она вцепилась руками в волосы. Нет, так не должно всё закончиться! — Что вы все встали, будто копья проглотили?! Помогите же ему! — возмущённо закричал приблизившийся Валлуар и сам полез вытаскивать Глаудира. Опомнившиеся рыцари помогли градоправителю, ибо драколюд весил немало. — Отойдите! — Как только мужчины опустили валкинара на пол, Талис метнулась к нему и принялась магией исследовать состояние организма. К её огромному облегчению, Глаудир был жив. Воин потерял очень много крови, и будь на его месте человек, то он давно бы погиб, но организм драколюда замедлил все жизненные функции, тем самым спасая своего владельца. Однако валкинар был уже на грани. — Быстрее доставьте его на лодку! — приказала мужчинам Талис. Весь обратный путь, пока волшебница поддерживала голову Глаудира, мэр и парочка воинов помогали ей нести его. Фландэль шёл позади и никому не позволил взять его дочь на руки. Король нёс её сам. Даже когда взошёл на лодку. Вскоре маленькая флотилия отплыла обратно в город навстречу утреннему солнцу. *** Первое, что увидел драколюд, когда очнулся, это кремового цвета потолок, с лиственными мотивами — он был дома у Талис. Валкинар чувствовал сухость во рту и боль в районе живота и шеи. Приподнявшись с мягкой кровати, он понял, что кто-то снял с него всю верхнюю одежду. На мускулистых животе и плече были грамотно наложенные повязки. — О, с возвращением, Глаудир! — услышал он голос справа. У окна стоял мэр Валлуар и улыбался ему. — Вы? — сипло пробубнил Глаудир и осмотрел помещение. — Я все ещё живой? — Живее всех живых, дружок. — Подбадривающее похлопал его по спине Валлуар. — Спешу сообщить — проклятие снято, так что благодарю тебя от своего имени и имени всего города. Да, пока не забыл, — цокнул языком градоправитель и, наклонившись, положил на кровать рядом с валкинаром его меч. — Я прихватил его, когда вытаскивал тебя из гробницы. Напугал ты нас в тот момент, Глаудир. Ты ещё сжимал в руках какую-то побрякушку. Она выглядела так, будто кто-то по ней кузнечным молотком проехался и расплавил в печи. Госпожа Талис забрала её с собой и слава Великому Отцу, ибо ощущения рядом с этой штукой были мерзкие! — А где сейчас Талис? И сколько я был в отключке? — Два денька уже миновало. Сильно она тебя потрепала, незаконная Фландэлева дочка-то. К счастью, мы пришли вовремя. Госпожа де Мердринур не отходила от тебя ни на шаг, излечивая тебя чарами. Впрочем, ты и сам тоже отлично справляешься. Ещё вчера вечером, на тебе ещё были видны рубцы, я сам это видел, когда волшебница меняла повязки, а сегодня утром их уже не было. Как она сказала, у вашего народа отличная регитурация или как-то так, — мэр поморщился, пытаясь воспроизвести слово.— В общем, скоро будешь как новенький. — Сейчас госпожи чародейки нет в городе, — продолжил объяснять Валлуар. — Поэтому она попросила меня передать тебе вот эти целебные припарки, — мэр вручил Глаудиру деревянную коробочку. Открыв её, Глаудир увидел пять стеклянных флаконов с ярко-красной жидкостью. — Она сказала, чтобы ты их выпивал по одной в день. Мол, они ускорят регитурацию и помогут твоему оргазиму быстрее восстановиться после отравления. Какие мудрёные слова, в жизни таких не слышал! — покачал головой мэр. — Кстати, как девушка? — Глаудир захлопнул коробку и посмотрел на мэра. — А, точно, самое главное то забыл, — упрекнул себя Валлуар. — Его Величество велел выразить тебе своё королевское признание, как правителя и как отца. И в качестве подтверждения, вложил в твой мешок, с которым ты к нам прибыл, восемь тысяч туадов. — Он же должен знать, что мы не берём деньги за свою работу. — Король всё знает. Но, как он мне сказал: «Добрые поступки всегда должны вознаграждаться. Так мы сделаем этот паршивый мир хоть чуточку лучше». А что до той девки — на вид здорова, но вся седая и начинает орать, когда к ней кто-то подойдёт. Только короля к себе подпускает, а он старается не отходить от неё ни на шаг. Это нормально, Глаудир? — Более-менее, — ответил драколюд. — У неё не было возможности толком социализироваться, но при грамотном подходе она успешно может влиться в людское общество. — Ой, где вы только берёте эти мудрёные словечки, — улыбнулся мэр. — Впрочем, о принцессе Алин король тоже не забывает и уже организовал её поиски. Собственно, потому госпожа де Мердринур и вынуждена была покинуть город. Она пообещала Его Величеству поднять свои связи в чародейском цеху, забыл его название, и с помощью магии просканировать всю Эндарию, чтобы вычислить присутствие принцессы. — А что будет с незаконнорожденной дочерью, если вы найдёте законную принцессу? — уточнил валкинар. — Конечно, найдём, — с ноткой неуверенности произнёс Валлуар. — А что до этой девки… — выдержал паузу мэр. — Придворные и я посоветовали Фландэлю отдать её в монастырь, как и поступают с бастардами, но он лишь наорал на нас. Тогда твоя подруга предложила такой план — она наложит на неё иллюзию, чтобы выдавать девицу за настоящую Алин, пока принцессу не найдут. А потом, оставить девчонку в качестве двойника. Чародейка сказала, что её на это вдохновил предатель Орвилл, что также скрывал свою поганую суть за иллюзией. Валкинар прикрыл глаза. Как же хотелось спать. — Ладно, Глаудир, мне тоже пора возвращаться к обязанностям, поэтому заранее попрощаюсь, — градоправитель протянул руку валкинару и тот пожал её. — Тебя и так скоро заберут из города. — Не понял? — К тебе тут прибыл ещё один друг, — объяснил Валлуар. — Судя по говору, ривтонец. Говорит, что рыцарь, но что-то я сомневаюсь. — А вот и зря сомневаетесь! — раздался голос со стороны лестницы. Словно дождавшись слов мэра, в комнату поднялся голубоглазый, молодой мужчина, одетый в пурпурный дублет. Глаудир сразу же узнал это смазливо-красивое лицо и слегка вьющиеся каштановые локоны, опущенные до плеч по последней моде. Особенно этот дурацкий, на взгляд валкинара, берет. — Как тесен этот мир, старина! — приветственно сказал гость. — Я тоже рад тебя видеть, Лютер, — драколюд встал с кровати и мужчины по-дружески обняли друг друга. *** — Значит, тебя прислала она? Честно говоря, до сих пор не верится, — сказал Глаудир, сидя у костра на берегу озера и смотря на закатное солнце. Как выяснилось, Лютера порталом закинула в Вейлур Идрисэйд — сильная чародейка, с которой у Глаудира вспыхнула любовь год назад. Однако недавно, они крепко разругались, и валкинар полагал, что у них всё кончено. Потому драколюд не знал, что думать, когда Лютер рассказал ему, как черноволосая волшебница наведалась в аббатство Эллаурон, где Глаудир время от времени останавливался, вытащила оттуда Лютера, прервав его очередную рыцарскую миссию и телепортировала в Вейлур, потребовав отвести в Эллаурон, дабы ему там помогли. И вот, два воина отправились на юг Туадрии, напоследок, остановившись на ночлег возле самого живописного места Вейлурского озера. — Видел бы ты, как сверкали очи твоей ненаглядной златоглазки, — улыбнулся Лютер. — С таким характером и горы штурмовать не страшно. Единственное, что я не могу понять — почему она, если так беспокоится о тебе, не прибыла в Вейлур сама и не сразу же телепортировала тебя в Эллаурон? — Гордость и обида на меня не позволили, — улыбнулся Глаудир, вслушиваясь в потрескивание костра. — И благодари всех богов, которых знаешь, что она не явилась в город сама. Я был в доме Талис и обнаружь она меня там, то закончила бы дело клыкастой дочки Фландэля. Единственное, что я не могу понять, так это, как она узнала о том, что меня серьёзно ранили? — Ну, может несмотря на то, что она колкая язва, всё равно по прежнему испытывает чувства к тебе? — с усмешкой предположил рыцарь. Уж поверь моему опыту в общении с женщинами. С другой стороны, ты можешь продолжить крутить шашни с Талис. Я бы на твоём месте так и поступил. — А я ещё раз тебе повторю, что не могу, подобно людям, прыгать от койки к койке, — отрезал Глаудир. — С Талис было лишь временное помешательство. Я поддался слабости и до сих пор жалею о том, что изменил Идрисэйд. — Неужели ты думаешь, что она сейчас в одиночестве? — Я прекрасно знаю, что нет, — ответил валкинар. — Но есть в ней нечто такое… Это сложно объяснить. — Ой, дружище, с дамами никогда не бывает легко. Особенно с такими, как Идрисэйд, — вздохнул Лютер, глядя на отражающиеся в поверхности воды вечерние солнечные лучи. — Интересно, что нас ждёт дальше, Глаудир? — Кто знает, Лютер. Кто знает.