Бессмертие Валькирии

Утро едва успело настать, вокруг царила осенняя прохлада и тоска. Вокруг серые, тусклые здания, что уже начинают откровенно мозолить глаза. Все вокруг были сонные и недовольные, никто не выспался, время едва достигло 7-ми. Одинокая автобусная остановка, что совсем неподалеку от студии, вокруг почти никого. Только они и остановка, до приезда их частного автобуса ещё примерно час, так зачем же настолько рано приходить? Таков приказ продюссера. Мори очень тревожила эта поездка в Токио, у него были сомнения на счёт своих подчинённых и ему было, что обсудить до отъезда. Но на удивление многих–он все никак не приходил. Многие уже не скрывали усмешки на счёт данной ситуации. Шутили о старости и забывчивости мужчины, звонкий смех эхом ударялся об высокие здания. Если бы здесь был Осаму, эта шутка переросла в нечто большее. Многие про это забудут только после появления продюссера, а он бы шутил вплодь до конца года. От этой мысли губы Чуи расплылась в тёплой улыбке, что не скрылось от Рюноске которые стоял неподалеку. – Вы тоже заметили эту странную атмосферу? – Хрипло спросил он, голубые глаза посмотрели на брюнета с недопониманием, – О чем ты? – Акутагава открыл рот, но не мог подобрать нужных слов, он предпочел промолчать. – Забудьте, – Сухо бросил он, после несколько секундной тишины. Теперь рыжеволосый смотрел на него с неподдельным интересом, – Ты же хотел спросить о Осаму, верно? – Парень неловко кивнул головой. – Неужели тебя действительно беспокоит эта тема? – Я.. Не то чтобы, просто я.. – Серые глаза с растерянностью смотрели на старшего, слова никак не подбирались. Но ответить что-то нужно было. Его любопытство часто мешает ему нормально жить. – Переживаешь за нас? Честно говоря, я бы посчитал это милым, – Задумчиво произнес парень, скрестив руки на груди, – ... Наверное, – Неуверенно прошептал Рюноске. – Вы же ездили к нему? – Зачем ты спрашиваешь, если и так знаешь ответ? – Усмехнулся Чуя, смотря на парня перед с собой с лёгкостью. Рюноске одолели сомнения. – Вы выглядите гораздо спокойнее чем до этого, вы помирились? – Спросил он, неловко сжимая свою сумку. – Да. К счастью, все обошлось. Все таки мы очень любим драматизировать! – Это правда. Я думал, Вы не захотите отвечать на этот вопрос, – Брюнет сделал небольшую паузу, – Мы не так близки и.. –Хэй, не парься, Рюноске, мы вполне близкие друзья. Тем более, раз ты так волнуешься за нас – тебе стоит знать, – Он мягко улыбнулся, от заразительной улыбки Рюноске не смог скрыть и свою, – Это очень приятно. На остановку не спеша прошёл Мори, стараясь не выдавать своего волнения по поводу опоздания. Все смотрели на него с усмешкой, а некоторые начали перешёптываться, что не очень понравилось продюсеру. Чуя и Рюноске заметив его сразу внимательно стали наблюдать за ним. – Кхм, я хотел бы сказать, что у вас всё получится! В последние недели вы много репетировали, старались, и я уверен–вы справитесь. Главное не забывайте наш девиз! Огай с энтузиазмом оглядел своих подчинённых, те посмотрели на него с усталостью. – Мы правда должны это говорить? – Тихо прошептал кто-то в толпе, на что Мори скунфузился. – Хорошо, можете не продолжать. Главное, не забывайте про этикет, будьте со всеми добры, терпеливы, вы должны показать себя с самой хорошей стороны, ребята. Я понятно объясняю? Все положительно кивнули. – Отлично! Без награды можете не возвращаться, лодыри, теперь продолжайте ждать автобус, он приедет через минут 10, – После чего сразу убежал в студию, на что ребята могли смотреть только с интересом. – Как-то он сам себе противоречит, – Усмехнулся Тачихара, на что многие согласились. Дорога выдалась очень трудной, в моральном плане, многие бесились, пытаясь разогреться перед концертом–что не мало бесило многих. Рюноске же в свою очередь подобное не поддерживал, а старался стоять в сторонке и заниматься своими делами, собственно, как и Чуя, который был того же мнения. Им не был интересен весь этот движ на пустом месте, хотелось отдыха перед сложным выступлением, да и нервы шалили знатно. На весь автобус раздавалось пение, оно было чересчур не серьёзным, но имело своё необычное ощущения тепла и уюта, члены группы были как семьёй, а подобные отъезды можно было посчитать, как семейные застолья. Хотя подобное будет чуть позже. Но была одна вещь, которая не могла не скрыться ни от кого–было слишком тихо. Даже с учётом кричащего Тачихары, которые рвал и так усталые связки, было уныло. Обычно в таких отъездах Осаму был главным певцом, которые не стеснялся петь на всю катушку, пока другие без стыда подпевали ему какую-то незамысловатую песню. Да, времена другие наступили, но смириться с этим было пока что трудно. Порой сложно смириться, даже с самыми простыми вещами. В Токио было ещё холоднее. Ветер дул неимоверный, сдувая всё на своём пути. Тело сжималось от низкой температуры, желая скорее оказаться в тёплом помещении, но им пришлось идти ещё пешком в отель, где у них были забронированы номера. Пусть бюджет и был вполне большим, но всё же решили в номера заселить по два человека, для удобства. А то стучаться ко всем в номера по одному будет очень долго, да и в целом одному скучно жить. Хотя Акутагава мог бы сказать, что не был бы против жить один, но с ним заселили Чую–не самый худший вариант, даже вполне нормальный. С Накахарой вполне можно поболтать, их отношения были очень даже неплохи сейчас, всё налаживалось. Когда они приехали и заселились все сразу улеглись спать, по-скольку силы нужны были всем перед ночным концертом. Но Рюноске и Чуе кое-кто не давал спать, а именно Осаму, который стал активно названивать, на зло им двоим, но в большей мере Накахаре. И когда в очередной раз на дисплее телефона всплыл номер Дазая, подписанный как " Придурок ( не отвечать) " – рыжеволосый не выдержал. – Ты чего названиваешь? Ты дашь нам выспаться или нет?! – Возмутился парень, но на том конце было тихо, – Ох, я помешал, но мне плевать! Я хочу поболтать, мне скучно. – Не звони нам! Мы спим. – Кто "мы"? – Удивлённо произнёс шатен, Чуя с злостью выдохнул, – Я и Рюноске. –О! Акутагава-кун, я так давно с ним не общался, может дашь трубочку? –Да флаг те в руки! Только если потом ты отвяжешься. – Обязательно! – Послышалось на том конце, после чего Чуя молча передал брюнету телефон и не успел тот и слова сказать, как в динамике послышался знакомый голос, – Привет, Акутагава! Как дела? Волнуешься перед концертом? –А.. Да, есть такое. Рюноске не понимал, к чему тот это спрашивает. Правда волнуется, или чисто уважения ради? Точно понять Осаму сложно, но тем не менее, это было достаточно приятно. Перед тем как тот покинул группу, он часто поддерживал всех перед концертом, кажется он оставался один таким энергичным и позитивным. – Всё будет хорошо! Я уверен вы справитесь, главное не волнуйся, я слышал, что ты будешь петь одну из песен–это потрясно! Думаю, ты сможешь победить даже нашу группу, – Это "наше" резануло по сердцу, пусть брюнет и ухом не повёл, просто стало на миг тоскливее. Он устало вздохнул и кивнул своим мыслям, – Да, спасибо за поддержку. – Конечно! Всегда рад помочь своему хорошему другу. Кстати, не будете ли вы против с Чуей после концерта прогуляться по ночному Токио? Ты наверное даже не представляешь, как он красиво выглядит во тьме! Всё так светится и сверкает! Просто прелестно! – Вещал беспрестанно Осаму, кажется он даже полностью окунулся в свои мысли, потому, что не давал Рюноске даже слово сказать, – Дазай-сан.. – А? Ой, извини, Акутагава-кун! Я просто заговорился чутка, так что ты хотел сказать? – А.. Ну, я не против прогуляться, Чуя-сан вроде как тоже. – Только чтобы он отстал! – Выкрикнул Накахара, после чего перевернулся на другой бок. – Ну вы слышали. – Понял! Тогда уже не терпится вас увидеть. Чувствую наша битва будет легендарной, – Это заставило Рюноске засомневаться. Осаму явно был талантливее многих из "Валькирий", но он ставит их на ровне с собой. Пожалуй это мило. Да и было интересно, на что способы "Святоши", должно быть они неплохи, раз именно их выбрал Дазай. Пусть их общение и шло хорошо, но всему наступает конец. Когда голос по ту сторону наконец затих, и послышались краткие гудки – басист даже вздохнул с облегчением. Теперь можно по настоящему выспаться перед выступлением и даже можно было успеть отрепетировать некоторые моменты. Но это всё потом. В гримёрной было очень светло, тепло, вокруг ходили люди, все переодевались, готовились. Пусть и было напряжение, но сидеть в этом удобном кресле перед зеркалом было по своему комфортно, особенно для брюнета. Ему всегда нравилось наблюдать за тем, как ему делают уникальный мейкап, как подкрашивают глаза, ресницы, как он становится просто идеальнейшим парнем. Остальные ребята никуда по красоте не отставали. Девушки были одеты в откровенные, обтягивающие вещи, которые показывали все их уникальности и прелести. Парни были одеты не скромнее чем они, даже наоборот, они уж точно были открытыми. У Тачихары, например, даже можно было увидеть татуировку на торсе, по истине прекрасно для фанатов и фанаток. Да и "Валькирии" были очень открытыми в этой теме. Концепт их группы как раз и заключался в искренности, похоти и резкости, может именно поэтому Чуя и был одним из самых любимых членов группы, как раз из-за резкости, искренности и похоти, на концертов он выдавал многое, что аж на стадионе становилось горячо. За таким парнем хотелось наблюдать до конца жизни, как он выгибается в танце, как его прекрасные губы двигаются исполняя очередную похотливую песню, пожалуй при таких видах дух захватывало до такого, что аж сложно было заметить других людей на сцене. А сейчас рыжеволосый сидел в кресле, попивая апельсиновый сок из трубочки. Кажись он был одним, кто не стрессовал на счёт выступления, он прекрасно знал, что выступит идеально, как и прежде. Чувствуя напряжение Акутагавы он взглянул на него с усмешкой голубых глаз. – Не волнуйся ты так, уверен, ты выступишь прекрасно. У тебя же всё получалось на репетициях, – Хихикнув выдал парень, брюнет взглотнул но неуверенно кивнул, – Да... но вдруг не получится? – А ты не думай о плохом, скажи мне, какая разница между тем чтобы стоять позади всех и перед всеми? – А... Внимание больше на того кто спереди? – Нет! Внимание больше на того, кто уверен и грациозен, бери пример с меня, на сцене я раскрываю себя, показываю себя, без стыда и страха, это не так сложно, поверь. Лёгкости Накахары можно было только позавидовать. У него с этим было всё гораздо проще, его никогда и не интересовали мнения других, больше всего ему нужно было, чтобы он гордился и уважал себя, что он и делал. И этому он сейчас пытается научить Рюноске, который в этом плане полный инвалид, ведь будучи басистом, его замечали не так часто, да и фанатов мало было. – Легко вам, вы такой смелый, красивый, а я... Мне нужно привыкнуть, – Неловко начал он, – Конечно! Но когда ты осознаешь, что это просто – тебе захочется чаще исполнять песни. – Да, наверное вы правы.. – Конечно прав! А ты сомневаешься? – Усмехнулся рыжеволосый, – Нет, ни в коем случае. Выступили они идеально, казалось, что никто и не заметил отсутствия Осаму. Будто он не был самым популярным членом группы, что даже удивило. Они давно уже не слышали бурных аплодисментов, подпевки и диких криков–наконец они возвращались в свою родную атмосферу концертов. Многие были в таком восторге от исполнения Рюноске, что тот даже засмущался немного, хоть виду и не показал. Может это сделает его популярным? Узнать можно будет через время. Но сейчас их отправили отдыхать в зал–на мягкие диваны для исполнителей, чтобы те могли посмотреть на другие группы и исполнителей. Стало ли для них удивлением, что в ровень после них вышли "Святоши"? Никак нет! Но группа выглядела по настоящему невинно, не считая конечно Осаму, который выделялся больше всех и одно парня, который сразу же взбудоражил разум Рюноске. Когда он одновременно скромно и резво вышел на сцену, на радость зрителям сразу же убирая длинные, светлые волосы в хвост–вызывая дикие визги из толпы, Акутагава неожиданно для себя понял – он попал. Ацуши Накаджима выглядел прекрасно, обтягивающие вещи показывали самые лучшие части его тела: упругий зад, тонкие, длинные ноги и очаровательную фигуру.. Это было восхитительно. Смотря на него, Рюноске засомневался, не смотрит ли он на настоящего ангела. Особенно когда он открыл свой прелестный рот, и из его уст послышалось красивое пение, его нежным голосом. Басист уже сидел полностью заворажённый выступлением, наблюдая как тот разхаживает по сцене, иногда выгибаясь в танце, словно величественная птица в небе. И как тот бросал заинтересованные взгляды в его сторону, кидая милые улыбочки, в тот момент брюнет был готов умереть прямо на диване. Чуя быстро заметил восхищённый взгляд коллеги и не смог не поиздеваться над ним по этому поводу. – Рюноске, у тебя сейчас глаза выпадут, не стоит так раскрывать их, – Усмехнулся он, наблюдая за тем как Акутагава подскочил на месте, заливаясь краской, – Я.. Просто выступление прикольное. – Да-да, я же вижу на кого ты смотришь, нет в этом ничего постыдного! Парень и вправду красиво выглядит на сцене, – Задумчиво произнёс тот. Рюноске с трудом подавил желание закрыть лицо руками от смущения, пытаясь оставаться хладнокровным, хотя смотря на этого парня было по настоящему сложно. Накахара лишь кидал понимающее взгляды, а Каджи вместе с Гин и Тачихарой, уже во всю усмехались с реакции брюнета, в первые он так эмоцианален на людях. И может Рюноске и смог бы успокоиться и прийти в норму, пока беловолосый не подошёл ближе опустившись рядом с ним, на столько, сколько позволяла ему сцена. Он также продолжал исполнять песню, но теперь смотрел на него вплотную и Рюноске только замечает лёгкий румянец на его щеках, что делает его образ ещё невиннее. – Ха-ха! Правда? Нашему малышу Рю понравился Ацуши? – Смеясь прошептал Осаму, едва не содрогаясь от нахлынувшего истерического смеха, – Ничего он мне не понравился! Говорю же, просто выступление понравилось. Рюноске был очень смущён этой ситуацией. На улице была уже темень, только вывески и гирлянды святили ярким, но маленьким светом. Прогуливаясь по ночному Токио трое ребят обсуждали сегодняшний день, что им понравилось, что нет. Акутагава не очень вникал в разговор, больше обдумывая всё, что случилось с ним на концерте. А вот старшие уже вовсю обсуждали что попало, то магазинчик какой-то пообсуждают, то прохожего, который показался им смешным. Даже сложилось мнение, что ничего и не изменилось. – Эх, Рюноске, такой ты конечно наивный. Если тебе нужно, то я могу вас познакомить и вы можете... – Нет не нужно! Я.. Мне этого не надо, я не хочу, – смутился Рюноске. – Как знаешь! Но ты знаешь к кому обращаться, в случае чего, – Развёл руками шатен, поправляя свой синий шарф, – Но я хотел поделиться лишь одним, родной город Ацуши–Токио, так что, не удивляйся если найдешь его в любом месте этого чудного городка. –Не удивлюсь.. Шатен на это лишь тепло улыбнулся, потрепав парня за чёрные волосы. Пусть тот и не был уже настолько мал, но явно заслуживал хотя бы дольку тепла от старшего, к сожалению, у Рюноске были проблемы с взрослыми, о которых он говорить, не очень любил. – Обязательно скажи, если вы начнёте встречаться. – Да не буду я! – Смущённо заверещал Акутагава.