Так, как дóлжно

      — Жить будешь, — констатировал пожилой доктор. По его скучающему выражению лица было понятно, что в травмпункте сегодня тихий денёк. — Лёгкая степень сотрясения. Как вы только, молодёжь, так умудряетесь… — Он поправил большие очки в тяжёлой оправе и покачал головой. — Иди домой, ложись и не вставай до завтрашнего утра. Всё понял?       — Ага… — без особой радости в голосе протянул Аратака. Он держал охлаждающий пакет и крепко прижимал его к затылку. Пальцы пекло от холода, но отпустить компресс он не решался.       — Вот тебе и «ага», — ворчливо передразнил врач, записывая что-то в медкарте. — Носятся как угорелые, потом мозгов не соберёшь. Это как надо было торопиться, чтобы так приложиться, прошу прощения за рифму, — довольный своей поэтичностью, доктор сразу смягчился и что-то старчески забубнил себе под нос.       Парень уже было соскочил с кушетки и направился к двери, как его окликнули:       — От занятий физкультурой отвод на две недели. Справку возьми.       — Как это… — Школьник вцепился в протянутый листок с печатью. — А может не надо? Мне уже полегчало…       — Вот же молодёжь… — Старик, кажется, снова начинал выходить из себя. — Никаких спортивных занятий. Точка.       — Спасибо… — Рейген хотел было попытаться выйти на второй раунд спора, но передумал и молча вышел из кабинета, слушая за спиной ворчливое «Вот же молодёжь, то не заставишь занятия посещать, то «а может не надо», тьфу!».       Едва переступив порог он едва не столкнулся нос к носу с Рицу. Тот стоял прямо рядом с дверью, сложив руки на груди.       — Нормалёк, — вяло кивнул парень, наконец опуская руку с уже слегка потеплевшим компрессом. — Спасибо, что подвёз.       Юноша тяжело вздохнул и кивнул в сторону выхода. Оба побрели по удивительно тихому больничному коридору. Звук шагов раскатывался гулким эхо, отчего больница показалась и вовсе пустой.       — Далеко живёшь? — не оборачиваясь поинтересовался Рицу дежурным тоном.       — Да я сам как-нибудь…       — Не обсуждается. Что я брату скажу, м?       — А он беспокоится? — Как-то неожиданно бодро спросил парень и тут же налетел на внезапно остановившегося собеседника.       — Разумеется, — процедил тот сквозь зубы, хмуро глядя сверху вниз. — Я тебя очень прошу. Очень. Не заставляй его переживать. Он действительно дорожит тобой. По какой-то причине.       Аратака молчал, опустив глаза. При первой встрече ему показалось, что этот хмурый тип ничуть не привязан к брату. Его лицо и сейчас не выдавало присутствия каких-либо тёплых чувств, но что-то в голосе не оставляло сомнений, что Кагеяма-младший может и отмороженный, похлеще старшего, но уж точно не лишён эмпатии и сопереживания.       Становилось немного совестно за собственную неуклюжесть и обыкновение влипать в ситуации.       — Это он сказал?..       — Считай, братская интуиция. И, чтобы ты не строил иллюзий, мне это всё не по душе. Ты на карандаше, молодой человек, и не у меня одного.       — Многовато чести, — буднично буркнул Аратака, но тут же осёкся. Жуткая бледная маска заменила собеседнику лицо. Какой пугающий тип.       — Ты совсем не понимаешь, во что ввязался, сопляк, — процедил тот едва шевеля губами.       Приятная беседа явно не клеится. Аратака отвёл взгляд в сторону, будто придумывал, как выкрутиться и не сболтнуть лишнего. Школьник обступил собеседника и зашагал в сторону выхода.       — Если я Вам поперёк горла — зачем вмешались? Отчислили бы за курение, да дело с концом. Зачем помогать?       Затянувшаяся пауза вынудила Рейгена бросить короткий взгляд через плечо. Перехватив взгляд, собеседник заговорил:       — Ты не глупый парень, так? — «Нехороший знак». Старшеклассник остановился, исподлобья уставившись на возвышающуюся фигуру, от которой так и фонило сдерживаемой агрессией. — Я навёл справки, знаю, ты далеко не дурак. Значит говорить с тобой я буду по-взрослому, — Аратака напрягся и отшатнулся. Никто бы и не придал значения, но он тут же уловил, как сжались кулаки собеседника в карманах брюк. Он быстро прогнал эти мысли «Никто средь бела дня нападать не будет», но морально готовился к удару. — Тебя рядом с моим братом быть не должно. Из соображений безопасности. Твоей, моей, его. Всех. Если ты любишь играть с огнём — купи себе спичек. Но это вообще не игры, Аратака, — он устало потёр переносицу, слегка смягчая голос. — Я не могу тебя просто сплавить и тем самым сделать мучеником. Вы только сильнее друг в друга вцепитесь и тогда уж точно беды не миновать, — он слегка склонил голову набок. — Я не угрожаю, просто призываю тебя проявить благоразумие. По-хорошему.       — О, конечно, совсем на угрозу не похоже, — огрызнулся парень, уже без страха глядя собеседнику прямо в глаза. — Вам не кажется, что мы всё ещё говорим о живом человеке? Он не дикий зверь и не бомба какая-то.       — Разумеется. Живой человек, — его тон был угрожающе холодным. — Ты слышал что-то о катаклизме 1991-го года? А про феномен Площади Тофу? Полгода район был в оцеплении. Сколько там тебе лет? Скорее всего, ты даже застал лично стихийное бедствие 1997-го. Понимаешь, что объединяет все эти инциденты?       Школьник молча сверлил взглядом собеседника.       — Понимаешь. Это хорошо. Значит также ты понимаешь, сколько людей пострадало в процессе. Стоит ему выйти из-под контроля, как окружающие начинают страдать, — он глубоко вздохнул, застывшая маска никак не изменилась с самого начала разговора, но парень уловил, как предательски вздрогнула верхняя губа. — Я люблю брата. И готов тратить время, силы и нервы, чтобы держать его в равновесии. И у меня получается, пока кто-то не начинает мне мешать. В данную секунду этот кто-то — ты. Поэтому прошу, не нужно портить ему жизнь.       — Портить? — Едва не переходя на крик, от головной боли щурясь на левый глаз, Аратака сделал шаг вперёд, приблизившись вплотную. — Рицу-сан, при всём моём… Уважении. Что Вы называете жизнью? Это существование? Вы его загнали в клетку и удивляетесь, почему он взрывается. Я ему не враг, и Вам тоже. У него есть потребность в общении, и я рад, что могу ему это дать. Да, знаете ли, он живой человек и ему нужны другие люди рядом. Вы даже не пробовали с ним общаться не как сапёр, а как родной брат, а ведь у него больше никого нет. Настолько боитесь его? Страшно, да?       — Разумеется. И будь ты менее упрямым глупцом, тебе тоже было бы…       — Нет, не было, — резко перебил Рейген, чувствуя внезапную уверенность. — Во-первых я отдаю себе отчёт, что Кагеяма-сенсей может быть небезопасен. Как и любой человек, например, с ножом в руке. Вы когда видите нож у кого-то в руках пытаетесь запереть этого человека, изолировать? А для него эти все… — Он пробежал глазами по коридору, удостоверившись, что никого рядом нет. — Эти силы, они даже не как нож в руке. Они как сами руки. Погляжу я, как Вам жилось бы, если б руками запретили пользоваться, — он выждал небольшую паузу и выдавил недобрую, победоносную ухмылку. — А во-вторых Вы меня умным назвали сами, за язык никто не тянул.       — Ты нас всех утащишь в могилу, — едва слышно проговорил Рицу, смерив оппонента долгим, тяжёлым взглядом. — Ты отдаёшь себе отчёт, что рано или поздно он убьёт тебя?       Аратака попятился, ноги вдруг стали ватными, мышцы во всём теле потеряли тонус. Услышать подобное он не был готов. Хоть сам и не верил в услышанное, ярко и в деталях успел визуализировать. Физической боли он устал бояться, а вот страх смерти настиг его только сейчас и всерьёз вгрызся в мозг. В глазах потемнело, захотелось прилечь. Наблюдающий за реакцией Кагеяма-младший думал о чём-то десяток секунд, и лишь потом добавил:       — Надеюсь, ты понимаешь, что он этого не выдержит. Помни об этом впредь.       Он явно не намерен был больше ничего обсуждать. Не глядя на Аратаку, он зашагал по коридору. Уже толкнув дверь на улицу, юноша обернулся:       — Смотри, чтобы тебя в машине не стошнило, это рабочее авто, как я потом это начальству буду объяснять.       Парня и правда начало мутить. Сил, моральных и физических, на разговоры уже оставалось слишком мало, сейчас хотелось добраться до дома и просто заснуть.

***

      Голова с утра звенела как медный колокол. Испытывая целую гамму непередаваемых ощущений, парень едва заставил себя подняться только к вечеру.       К его счастью объясняться не пришлось, сопровождавший его до самого дома Рицу кратко и убедительно объяснил ситуацию матери Аратаки, чем спас его от неминуемой взбучки. Всё же Кагеяма младший выглядел настолько солидным и представительным молодым человеком, что не поддаться этому впечатлению было чем-то за гранью возможного. Вот и госпожа Рейген, вместо привычных для неё склочных нападок только молча слушала и кивала. Может постеснялась при незнакомце поднимать шум, а может и правда поверила в слова юноши и решила спустить ситуацию на тормозах.       Несмело выйдя в заставленный старой мебелью коридор, парень привычно протиснулся между обтянутыми строительной плёнкой комодом и тумбой, попадая в не менее заставленную старьём кухню. Настенные часы показывали половину шестого. Оставаться дома совершенно не хотелось, а занятия давно кончились. Впрочем, прислушавшись к пыльной тишине, он быстро сделал вывод, что родительницы нет дома. С облегчением вздохнув, старшеклассник рефлекторно пошарил по карманам. Конфискат Рицу так и не вернул, что было, безусловно, неприятно, но не критично. Для такого случая Аратака припрятал пачку во дворе на «чёрный день».       Ещё раз прислушавшись и убедившись, что опасности нет, он несмелой походкой побрёл по тёмной лестнице вниз, к запасному выходу. Октябрьский промозглый ветер в сочетании с серым полотном облаков не располагали к прогулкам, но это уже был принципиальный вопрос. Укутываясь в клетчатую рубашку с начёсом, Рейген юркнул рукой за облезшее старое кресло, до того древнее, что обивка потемнела и покрылась мхом. Кое-как нащупав картонный уголок, он поддел его пальцами, извлекая желанную отраву из схрона. Мать не выходила на задний двор уже не один год, лучшего места для нычки не найти.       Аратака выудил парочку сигарет, одну тут же зажал в зубах, а вторую заправил за ухо. Спрятав свой неприкосновенный запас на место, он чиркнул зажигалкой, обжигая пальцы. Стоило только затянуть дым поглубже в лёгкие, как закружилась голова. Ну уж нет, сотрясение — это хорошо (в смысле плохо), но в такой мелкой радости, как курение, парень себе отказать не мог. Много ли ещё в жизни радостей.       Затягиваясь второй раз школьнику показалось, что по телу прошёл какой-то инфернальный холод. Он закрыл глаза, выдыхая едкий дым.       — Это жутковато, знаете ли.       Он было подумал, что показалось, но через несколько секунд тишины за спиной послышались шаги. Медленные, уверенные. По шагам Аратака мог определять настроение и даже отличать людей друг от друга. Полезный навык, когда живёшь на пороховой бочке в постоянном ожидании угрозы.       — Прости, — даже слишком серьёзным тоном отозвались сзади. Парень наконец обернулся, встречаясь взглядом с учителем. — Не хотел вторгаться без приглашения, просто беспокоился.       Старшеклассник, превозмогая головную боль, выдавил кислую улыбку.       — Всё нормуль, — сделал затяжку и поморщился. За два дня успел забыть, как горчит на языке первая за день сигарета. — Вы уж простите, пригласить на чай не могу, атмосферка там так себе.       Шигео понимающе кивнул. Он чувствовал себя неуютно на чужой территории, поэтому напрашиваться в гости и не было в планах.       Рейген привычно встряхнул головой, пытаясь скинуть лезущую в глаза отросшую чёлку, но тут же бросился прижимать ладони к вискам. В глазах всё поплыло и снова подступила тошнота.       — Может сможете меня подлечить? Башка раскалывается и…       — Нет, — резко перебил того мужчина, тут же делая уточнение. — Это не в моих силах. Иначе уже сделал бы.       — Логично, — протянул школьник, выдыхая облако дыма. — Очень уж паршиво…       Кагеяма неловко теребил манжеты рукавов, будто собираясь что-то сказать, но всё продолжал молча сверлить собеседника взглядом.       — Я могу для тебя что-то сделать?.. — Спросил он тихо и даже как-то робко, будто извиняясь за собственную неспособность помочь.       Аратака улыбался уже более искренне, практически не жмурясь от пульсирующей боли в висках.       — Спасибо, что пришли. Правда. Я рад Вас видеть, — он затянулся, не обращая внимания на неодобрительный взгляд. — Это… Отработки…       — Нашёл, о чём переживать, — Шигео протянул было руку к старому креслу, чтобы стряхнуть с того пыль, но в последний момент передумал, слегка поморщившись и пряча ладонь в карман. — Поправляйся. И пожалуйста, будь осторожен. Ты — единственный человек, который мог заработать сотрясение, споткнувшись на ровном месте.       Аратака картинно закатил глаза, выуживая из-за уха вторую сигарету:       — Меня вероломно подрезали. Но Вы правы, мне стоит быть внимательнее. Ещё парочка травм, и наша медсестра решит, что я в боях без правил участвую, — парень как-то сдавленно улыбнулся, перехватив помрачневший взгляд учителя, который тут же отвёл глаза, делая вид, что с интересом рассматривает едва различимую под слоем плесени обивку. — А вообще знаете, у меня идея есть, — удостоверившись, что тема переведена успешно и Моб с интересом наклонил голову, парень продолжил. — Вы сейчас как клиентов находите? Ну, на экзорцизм.       Шигео несколько раз моргнул, но не произнёс ни слова.       — Понятно, — усмехнулся Рейген, стряхивая пепел. — Вам нужна «тёплая база», — не уловив понимания во взгляде, он уточнил. — Ну, контакты людей, которым нужна помощь. Сейчас Вас рекомендуют друг другу случайные заказчики, а тут мы их сами будем отлавливать. Дело пойдёт быстрее.       — Только вот где ты их планируешь искать? Будешь хватать случайных прохожих и спрашивать, не нужен ли экзорцизм? — Трудно было различить, иронизирует он, или просто озвучивает догадки, отчего серьёзное лицо физрука вызывало ещё большую улыбку.       — Какая Вы древность, Моб-кун, — прыснул со смеху Аратака. — Одно слово — интернет. Там полно народу, однозначно есть какие-нибудь форумы любителей паранормальных штук. Там и будем искать клиентов. Звучит?       — Звучит, — неуверенно протянул Шигео.       — Вот и чудненько, — парень воодушевлённо затянулся, изо всех сил стараясь не закашляться.       Он запрокинул голову, выпуская из лёгких очередное облачко, жмурясь от розовеющих лучей рано заходящего осеннего солнца. Моб не мог и не хотел отводить взгляд. Заворожённый тем, как негреющее солнце отбрасывает пунцовые полосы на лицо парня сквозь ветхий деревянный забор, он облокотился плечом на ограду, склонив голову набок. Аратака приоткрыл глаза, провожая бледнеющий дым взглядом из-под опущенных ресниц. Он плавно перевёл взгляд на Шигео, и его радужки блеснули янтарно-медовым тёплым отсветом. Кагеяма смутился собственного долгого взгляда, и хотел было отвернуться, изобразить отстранённость, но не смог. Парень улыбнулся. Просто и обезоруживающе, в этот момент учителю показалось, что он не встречал человека красивее и… Теплее?       — Знаете, Моб-кун, — тихо произнёс старшеклассник и физрук затаил дыхание. — Я хотел задать два вопроса… Как Вы думаете… Если бы мы встретились при других обстоятельствах… Мы бы могли стать друзьями?       — В каком смысле «при других обстоятельствах»?.. В другое время, что-ли? — В голосе звучала озадаченность.       — Ну нет, — тон Аратаки оставался удивительно серьёзным. — Я скорее про что-то вроде альтернативных вселенных.       — Я не знаю, Аратака, — поддерживая серьёзный тон беседы, Шигео понизил голос. — Но мы ведь и так… Ну, друзья.       Рейген кисло усмехнулся.       — Да, но вдруг всё могло быть сильно проще.       — Или сложнее, — деловито заметил Моб. Он начал понимать, что парень просто рассуждает вслух и хотел было добавить ещё что-то про то, какие это глупости, но осёкся. Слишком сильно выдавала себя горечь улыбки.       — Да куда уж, — парень что-то буркнул себе под нос и потянулся за пачкой, подцепляя ещё одну сигарету.       — Ты сказал, что вопросов два.       — Да, — чиркнул зажигалкой школьник и тут же спрятал её в карман. — А компьютер-то у Вас есть?