Винный аромат истории

      Поездка была той ещё сценой, кажется Амелия даже доплатила пажу, чтобы тот держал рот на замке, ведь на протяжении всего пути младшая Леруа забрасывала Беренис причинами и аргументами почему та, должна была её предупредить заранее о поездке в отчий дом: «Моя сестра явно не одобрит внезапного появления, я и так оставила на неё всё, а вы так меня подставляете?!» — кричала юная мадмуазель, пока Беренис просто … молчала, конечно она могла бы объяснить своей спутнице, что каждый в доме включая неё находится в списке подозреваемых, а потому предупреждать о том, что едет детектив, который собирается осмотреть каждый дюйм поместья, не лучшая затея, однако эту глупую идею она отмела ещё до её зарождения, а потому дорога превратилась в лекцию об этике и субординации, что именно Амелия обеспечивает весь этот цирк и бла-бла-бла. На самом деле Беренис с самого начала её не слушала, она была погружена в раздумья о том, что будет делать и говорить по приезду и в очередной раз отметила, что без доверенного лица довольно неспокойно даже с пистолетом в сумке.       По приезду их встретили как подобает, однако, даже не выйдя и из кареты Беренис сразу перешла к делу и обратилась к Лакею: — О, судя по всему, вы месье Гастон, прекрасно, не могли бы собрать всех во дворе перед домом, спасибо, — быстро проговорила Беренис практически вылетая из кареты, даже не воспользовавшись помощью бедняги дворецкого.       Тот с недоумеванием посмотрел на госпожу Амелию, видимо ожидая пояснений к приказу, однако та быстро отмахнулась сказав, чтобы тот делал то, что сказала госпожа Дюран.       Поместье было по меньшей мере роскошным, двухэтажный особняк у которого было два крыла и отдельное здание для прислуги, где была кухня. Располагалось имение на поляне подле небольшого леса. Фасад дома украшал небольшой сад с красиво подстриженными живыми изгородями и цветочными кустами, а за домом был пруд, он был ухожен, а по его периметру красиво выложены камни, наверное, излюбленное место некогда маленьких девочек, а на удалении от него была конюшня и сарай, судя по всему, там хранились разные материалы, доски и инструменты на всякий случай. Поместью по меньшей мере лет сто не меньше, но выглядит оно будто постройку приняли с месяц назад.       Пока Гастон направлялся внутрь Беренис и Амелия ждали на улице и прохаживались по территории, рассматривая архитектуру. Конечно, Амелии хотелось бы добиться ответа от детектива, по поводу разговора в квартабсе, что та всё поняла и больше такого не произойдёт, но даже она понимала, что это не так. А тем временем Беренис отмечала все возможные детали, например, хоть и здание двухэтажное, никаких лестниц или других возможностей спуститься или подняться замечено не было, как минимум не с фасада, только несколько довольно хлипких растений подле стены и не менее слабый плющ, если бы ими воспользовались были виды надломы или иные признаки вмешательства, однако ничего тронуто не было. С этой стороны дома был замечен только один вход, он находился под арками западного крыла, но ввёл в основной корпус, и судя по всему, в конце западного был проход на другую сторону дома, скорее всего к конюшне и сараю, которые были видны из окна кэба. — Хмм, это же окна кабинета? — спросила детектив указывая на самые крайние окна западного крыла второго этажа, ожидая положительного ответа от своей спутницы. Амелия не сразу поняла о чём шла речь, поскольку смотрела в след Гастону, который побежал выполнять приказ, но обернувшись поспешно ответила: — Oui — Merci, — незамедлительно ответила Беренис медленно погружаясь обратно в свои размышления.       Девушки говорили кратко, в воздухе было некое напряжение, которое усилилось с появлением местами поседевшей макушки Гастона, за ним шла хозяйка поместья и небольшая толпа прислуги, все они выстроились в ряд на лестнице ожидая внятного объяснения почему их отвлекли от работы, а потому не теряя времени Беренис начала: — Bonjour madam, — детектив сделала жест рукой, как бы приветствуя старшую Леруа, — Господа, — после она сделала небольшую паузу, озирая всех своим критичным взглядом, а рукой предложила своей спутнице, Амелии пройти к остальным. — Буду с вами откровенна, я всех вас подозреваю.       Где-то с минуту повисла гробовая тишина, а уже через мгновение воцарился настоящих хаос все зашептались, а некоторые открыто выражали своё возмущение, послышались гневные комментарии. Кто-то был растерян, кто-то зол, но все как один требовали объяснений. Когда Беренис решила, что хватит этого балагана она продолжила: — Господа, прошу, успокойтесь, я всё объясню, — кажется в этот момент от дружелюбной улыбки не осталось и следа, Амелия могла поспорить что видит перед собой гордого льва, восседавшего над ними всеми. — Вы все были в поместье в тот самый день, кроме вас Гастон, а потому к вам у меня всего один простой вопрос. — Какой вопрос, мадам? — Кажется Гастон был единственным кто не потерял самообладание, хотя явно был насторожен. — Какие у вас были отношения с усопшим? — Не стала тянуть Беренис. — Я глубоко ему предан, работаю здесь не один десяток лет, никогда бы его не предал, — ответ был спокойным, но при этом полным твёрдой уверенности, кажется в его пожилых глазах ещё пылает огонь решимости. — Это правда? — Беренис поочерёдно начала смотреть в глаза всем присутствующим, а спрятанные за спиной руки, ещё больше придавали ощущения беспомощности перед этой леди.       Кто-то закивал головой, но две дамы в один голос подтвердили сказанное лакеем, а Адель — кажется так звали сестру Амелии, сказала, что все здесь стоящие ему доверяют, а господин Бернар доверял больше всех. — В таком случае, вы наверняка заинтересованы в оказании мне содействия, — вновь обратилась к Гастону Беренис. — Oui, Madame, — Лакей слегка поклонился, тем самым демонстрируя готовность оказать поддержку Беренис. — Чудненько, — она вновь улыбнулась самой невинной улыбкой и хлопнув в ладоши продолжила. — Тогда вы должны проконтролировать всех здесь стоящих дам и господ, никто не должен покинуть эту террасу, пока я не закончу. — Будет исполнено, — без тени сомнения ответил ответственный за всю прислугу в доме.       Чуть было не воцарился новый балаган, Адель явно пришлось не по вкусу, что верный слуга, кланяется и исполняет приказы какой-то простолюдинки, уже был слышен разъярённый шёпот, однако, не давая ситуации накалиться Беренис продолжила: — Я намерена побеседовать с каждым из вас по отдельности в столовой и начать я бы хотела с вас, Амелия, — детектив грозно посмотрела ей в глаза и не дожидаясь ответа направилась за спины жильцов к входной двери. — Что? Но ведь я... — Начала было оправдываться младшая Леруа, но она не успела закончить. — Я всё сказала, — ответила детектив со сталью в голосе в последний раз обернувшись к жильцам лицом, а после скрылась в дверном проёме оставив дверь открытой, все присутствующие резко затихли будучи заворожёнными её небесного цвета глазами, в которых будто что-то вспыхнуло. Амелия немного замялась, но через минуту уже нагнала свою спутницу.       Внутри дом был ещё более изысканным чем снаружи, эти картины в позолоченных рамах и персидские ковры, сразу видно дом аристократа. Из довольно просторной гостиной можно было сразу попасть в столовую. Такой выбор был не с проста, в таких домах, с большими комнатами очень хорошая акустика, и Беренис не сомневалась, что жильцы развесят ушки … или ей просто хотелось взглянуть на содержимое бара, тут как посмотреть. Так или иначе конечно же Амелия последовала за ней, и разуметься она была зла, очень зла, кажется, до неё наконец дошёл смысл всего того, что ей рассказывали про Беренис.       А тем временем детектив уже нашла всё что искала, благо в каждой комнате был камин, а потому наслаждаясь запахом свежемолотых зёрен, она спросила у младшей Леруа, будет ли та чашечку кофе, правда ответ был не по теме: — Какого чёрта?! Вы что, меня подозреваете? — Благо её не слышали остальные жильцы, а то удара линейкой по рукам за такие манеры младшая Леруа не избежала бы. — Это я вас наняла, или вы уже забыли? От негодования девушка вся раскраснелась, так что ни одна пудра не скроет такой румянец, какой выступил у Амелии. — Конечно нет, — она быстро отмахнулась присаживаясь на корточки к камину, нужно было передвинуть дрова. — Однако, велика вероятность, что один из ваших сожителей действительно убийца, так кофе будете? — От Беренис исходило ледяное спокойствие, которое сильно контрастировало с жаром огня камина, где весел чайник. — И? — Амелии этого было не достаточно. — А то, что если они решат, что я считаю вас убийцей и что наняли вы меня только ради прикрытия, то они расслабятся и могут совершить ошибку, на которой мы их и поймаем, — вставая вместе с чайничком проговорила Беренис. — Кто знает, может кто-то из них начнёт обвинять вас пытаясь пустить нам пыль в глаза. — … Чёрт, хитро, — Амелия слегла улыбнулась, она серьёзно задумалась о том, кто мог бы начать её подозревать. — Ради этого вы меня и наняли, — сказала Беренис и протянула блюдце с чашкой Амелии. — Спасибо, — взяв чашку та пристроилась подле стола возле Беренис и сделав глоток ароматного кофе продолжила, — так, какой план? — Ну, осмотреть поместье, поговорить со всеми, ничего особо интересного, кстати у вас нет плана дома? — следующий глоток кофе явно был необходим, всё же день обещал быть длинным. — Возможно, в кабинете отца или в библиотеке, в любом случае это на втором этаже, мне принести? — Нет, потом, не рушьте мой план, лучше пейте кофе, — Беренис пренебрежительно взмахнула рукой, ну она никогда не отличалась хорошими манерами. — … какие у вас мысли? — Она отвернулась и продолжила пить кофе. — Честно говоря никаких, — Беренис отклонила голову в бок и сделав выдох вновь принялась пить свой чёрный. — Разочаровываете. — Возможно.       Обе продолжали пить ароматный кофе, конечно, в этом не было никакой необходимости, но для всех остальных тут был настоящий допрос и чем дольше он идёт, тем больше шанс найти что-то интересное в дальнейших беседах. Девушки ещё какое провели у барной стойки в разговорах за чашечкой кофе, а в основном это были вопросы и ответы, например о количестве выходов, о том, что рядом и тому подобное. Они рассматривали интересного вида фонтан, встроенный прямо в стену, созданный судя по всему для охлаждения напитков. По итогу беседы Беренис отметила, что в доме и правда несколько выходов: парадный, задний, и через столовую для прислуги (через эту дверь приносят блюда с кухни), также в доме нет возможности попасть на второй этаж через что-то кроме парадной лестницы или лестницы для прислуги всё за той же столовой, точнее выход и лестница находятся слегка за столовой, в небольшом и узком помещении.       Беседа их шла уже около получаса и решив, что хватит мариновать жильцов в собственном соку было решено позвать следующего. По пути к выходу Беренис попросила Амелию изобразить панику или что-то в этом роде, но никак не облегчение, на что та охотно согласилась.       После того как Амелия вышла за порог, Беренис объявила, что никто не должен рассказывать, о том, о чём они говорили или будут говорить и после предложила Адель испить с ней чаю.       Как раз к приходу на кухню засвистел чайник, Беренис аккуратно его подцепила и налила в чайник для заварки, всё это время девушки молчали, Адель бегала глазами по детективу изучая её внешний вид и повадки. Через какое-то время Беренис налила Адель чаю и предложила ей присесть, сама же она осталась стоять, но достала свой блокнот и ручку с чернилами и после всех приготовлений таки начала разговор. — Что же, госпожа Леруа, я задам вам несколько вопросов, — она вновь посмотрела в глаза главе семейства, своим пронзительным взглядом. — … — Адель была довольно сильным человеком, взгляд её не пронял, но вот недовольство от всей ситуации в целом уже порядком превысило допустимый порог. — Что вы делали в момент убийства? — не отводя взгляд спросила детектив. — Я была в своей комнате с мужем, мы собирались спать, — Адель так же решила не отводить взгляд.       Беренис повела бровью и задала немой вопрос: «и всё?» и кажется Адель её поняла. — Хааа, — Выдохнув и прикрыв на мгновение глаза Адель будто собиралась с оставшимися силами, — Это правда всё, я читала Персидские письма Монтескье лежа в постели, можете спросить мужа. — Допустим, какие у вас были отношения с отцом? , — Беренис ненадолго разорвала зрительный контакт прервавшись на заметки. — Как у любящего отца с любящей дочерью, он готовил меня, что после него я буду заниматься семейным делом… но всё произошло слишком внезапно, — на последних словах голос слегка дрогнул, а Адель опустив глаза пыталась рассмотреть что же пишет её «надзиратель». — Понимаю, а какие у вас отношения с сестрой и есть ли проблемы наследства? Всё же она не из основной ветки, — в голосе не было и капли сочувствия, а переход к ещё более каверзным вопросам только подтверждал невежество. На сей раз взгляд Адель стал суровее, а губы слегка поджались, но она не теряла самообладание: — На самом деле проблем нет или их не много, отец любил Амелию, а потому позволил ей остаться здесь, несмотря на косые взгляды от других аристократов, и получить шанс на беззаботную жизнь, которым она и воспользовалась, — Адель сделала несколько глотков всё ещё горячего чая и продолжила, — мы были очень дружны в детстве, постоянно играли у озера, и убегали в лес поиграть в прятки, хотя нам запрещали. Проблем по поводу наследства нет, Амелия ничего не просит, она осознаёт своё положение, но я и не выгоню её, всё она моя дорогая сестра и отличная помощница.       Беренис молчала, видимо решила дать Адель подумать как следует над её вопросом, а потому решила пока не отрывать взгляда от блокнота с заметками и результат не заставил себя ждать. — Я не думаю, что она могла пойти на такое, в этом нет никакого смыла, она ничего не просит и не жалуется, просто помогает по дому с делами, даже отцу помогала готовить речь к публичным выступлениям. — Ясно, — по правде говоря ответ удивил Беренис, она ожидала, что сестра будет наговаривать на Амелию, но всё же вопросы ещё не закончились. — Какая слышимость в доме. — Эм… не понимаю о чём речь? — кажется чашка Адель уже опустела. — Ну предположим, что вы читаете Персидские письма, а кто-то проходит мимо двери, заметите ли вы это? — Скорее всего нет, стены очень толстые и у нас ковры, шагов слышно не будет и скорее всего если что-то уронить тоже, а вот разговоры возможно, не думаю что прям отчётливо, но что кто-то говорит, точно да, — Адель слегка успокоилась, может её мнение о Беренис было ошибочным? — Хорошо, последний вопрос, как вы думаете, кто это мог быть? — и вновь этот пристальный взгляд. — Никто, — без промедления выдала Адель и решительно продолжила, — я не вижу причин, отец хорошо заботился обо всех, даже слуги получали больше привилегий чем положено, отец мог сам себе заваривать чай и наливать выпить, если надо было что-то принести часто сам ходил за этой вещью, да и отпускал отдыхать прислугу раньше, даже если сам не лёг, к тому же слуг в доме ровно столько чтобы они могли позаботиться о доме, и о паре человек, видимо не включая его. У него по истине широкая душа. — Ваша правда. — Я свободна? — Адель уже поняла, что лучше быть на улице на прохладном ветру без шали, чем в комнате с этой женщиной. — Почти, какие отношения у вас с мужем? — Холодный взгляд и ледяное спокойствие, стоя над своей собеседницей, она специально произнесла что-то такое, что можно трактовать по разному. — Что? Вы в своём уме?! — кажется на вопросе про Амелию чаша терпения была полна, но сейчас она окончательно была переполнена, так что Адель буквально взорвалась. Неужели Беренис подозревает её мужа в убийстве или того хуже в заговоре и измене! — Я просто спрашиваю, — на выдохе сказала она. — Нормальные у нас отношения, даже хорошие учитывая, что брак по расчёту, — Голос стал на два тона громче, — Жан очень добр ко мне, его выбрал отец, он хотел, чтобы мои дети ни в чём не нуждалась, но и счастья мне желал, — Адель выглядела очень недовольной, у неё уже проступил румянец как и у её сестры, но она быстро взяла себя в руки, — я могу идти? — Конечно, и будьте добры позвать месье Жана и не забудьте, не с кем не обсуждать наш разговор, а то я узнаю, — её глаза сверкнули. Это была угроза? — … Разумеется, — сказала Адель уже спиной к «этой» женщине.       «Могу поспорить, что я слышала скрежет зубов и хруст фарфора…» — пронеслось в голове Беренис.       На кухне воцарилась полная тишина, которую прервал тяжёлый выдох Беренис, ей никогда не нравилось вести допросы и уж тем более беседовать с очевидцами, подозреваемыми и кем-либо ещё кроме её напарника. В такие моменты она вспоминала Давида, именно он находил Беренис интересные дела или убеждал толстолобых следователей, что без неё им не обойтись. Обычно со всеми говорил именно он, а она слушала и в редких случаях задавала уточняющие вопросы, а потому изначально она хотела попросить вести беседу Амелию, но она напрямую связанна с делом, а потому эту часть приходится выполнять Беренис одной.       К сожалению, минутный перерыв прервал муж госпожи Леруа …

***

      Госпожа Дюран поговорила с каждым в поместье, а потом и со всеми сразу ещё и ещё раз, но никого не поймала на лжи или несостыковках с тем, что было в деле, переданном ей. Но эти беседы были не бесполезны, удалось выяснить некоторые детали, которые парижские следователи решили не добавлять в отчёт, например подтвердилось алиби младшей Леруа, оказывается во время убийства она была на балконе в своей комнате и дышала ночным воздухом дабы легче заснуть. Это рассказал Жан бывший Дюпон, который примерно в это же время вышел на свой балкон покурить. И любой бы пришёл к выводу что это не объясняет почему они не слышали выстрел, однако и тут нашлось объяснение, что они все его слышали и десяток других тоже. Оказывается, что в ближайшем лесу находится прекрасная поляна, которая стала излюбленным местом дуэлянтов. В тот злополучный вечер жильцы дома услышали не один выстрел, а целых три, и никого не смутил тот факт, что один из них был громче остальных, ну подумаешь, зашли подальше, чтобы не мешать своим братьям по разуму, да и закончили за первый выстрел, быстрая рука у юношей не редкость. Однако есть и интересные моменты, одна из служанок сказала, что нашла грязные следы, судя по всему мужские, под окном первого этажа и … благополучно их стёрла, ей даже в голову не пришло, что это может быть уликой, но в её оправдание на тот момент ещё никто не знал о том что случилось.       Все алиби подтвердились, все друг друга видели, кроме Гастона и Лолы, но первый, как уже известно был далеко от поместья, а старушка Лола уже не так молода чтобы быстро и незаметно скакать по этажам. Если бы она воспользовалась парадной лестницей, то ей надо было бы пройти мимо горничных, а они бы услышали шаги на лестнице, а воспользуйся боковой лестницей за кухней, то скрип старой двери бы услышала Адель Леруа, которая читала свои персидские письма.       Как итог самое приятное это то, что можно хоть немного расслабиться на счёт Амелии и можно будет допустить её к дальнейшему обсуждению, ну а сейчас самое время прогнать жильцов ещё погулять и осмотреть всё поместье и порыться в чужих вещах.

***

      Благо жильцы хоть и скрипя душой, но с понимаем отнеслись к ситуации, так что возражений услышано не было. Амелия, как и было обещано, показывала поместье Беренис и отвечала на все вопросы и, на удивление, сама задавала встречные. Так, например, её интересовало мог ли кто спуститься со второго этажа используя тот злополучный плющ, или кто из жильцов самый перспективный на роль убийцы. Всё время осмотра дома девушки говорили о деле, правда этот разговор показался Беренис пустым, потому что рано обсуждать факты, никак не связанные друг с другом, которые были получены пятнадцать минут назад.       Как и было сказано ранее дом был по истине прекрасен, внутри он был также свеж, как и сад снаружи, стены светлые с изысканной отделкой, на них же весят разные картины, но не плотно, чередуясь с вазами и портьерами, а где-то и зеркалами, в некоторых местах находились маленькие столики, на них как правило в основном стояли лампы или подсвечники со свечами и спичками. На полу действительно были ковры не многим светлее пола, а сам он был из тёмного по цвету дерева, а местами из плитки или камня, последний же материал был в местах куда ходила только прислуга. Потолок был тоже из дерева, оно было светлого цвета с красивым орнаментом, его главным украшением была люстра, судя по всему, с газовым освещением (интересно как часто и в принципе как горничные его чистят от копати). Планировка в доме была следующая: на первом этаже была столовая, небольшая кладовая за ней, которая по совместительству была коридором для запасного выхода наружу и для узкой лестницы на второй этаж, ей пользовалась прислуга, скорее всего во время уборки и подготовки спален, т.к дверь на втором этаже спрятана за портьерой в коридоре возле спален. Так же на первом этаже был собственно просторный зал для гостей и несколько комнат для отдыха и развлечений, в одной из них был довольно старый бильярд, а в другой диваны и стулья стояли так будто направлены к какой-то сцене, в этой комнате в стенах был спрятан «занавес», оказалось, что эта комната обычно используется для чаепития знатных дам, поскольку окна выходят на прекрасный сад, но иногда она трансформировалась в домашний кинотеатр. По своим размерам первый этаж был меньше второго т.к значительная его часть была отдана под своеобразные уличные коридоры, однако они были очень удобны через такой коридор было проще дойти до некоторых комнат минуя промежуточные, так например попасть в столовую из театра минуя гостиную, ещё один такой коридор был непосредственно на втором этаже второго крыла, он был создан для того, чтобы можно было попасть в кабинет Бернара минуя библиотеку и небольшой общий зал, в котором Бернар принимал гостей и обсуждал с коллегами дела насущие за бокалом бренди. На этом комнаты второго крыла заканчивались. В основном же корпусе были жилые комнаты и ванны, все они были в длинном коридоре, здесь были комнаты самого Бернара, Адель и ей мужа, комната Амелии и несколько гостевых, одна из последних комнат несколько лет назад была отдана Гастону, его семья уже не одно поколение работает в доме Леруа, а потому его уважали не только прислуга, но и его хозяева. Парадная лестница была расположена в коридоре возле зала, этот коридор соединял несколько выходов из дома, зал и лестницу.       После экскурсии всем было позволено вернуться в дом и пообедать, Беренис хотела это сделать в городе, ведь имение Леруа было не последним местом, которое им нужно было за сегодня посетить, однако Амелия и месье Гастон убедили её остаться, они даже предложили накрыть для них не в общем зале, а в переговорной самого Бернара, от чего Беренис не смогла отказаться.       Пока девушки ожидали обед, Беренис нарисовала в своём блокноте план поместья, а также кратко описала важные, по её мнению, детали, по типу какие двери закрыты на ключ, у кого этот ключ, основные входы и выходы, где открыты или закрыты окна, где есть ковры, где обычно есть люди или наоборот нет, а также обозначила где чья комната и кратко выписала план работы прислуги. У них ещё было немного времени, а потому Беренис абстрагировалась от реальности сидя в мягком кресле, и мысленно проходила собеседования и экскурсию заново. И раз за разом осознавала, что ничего, вообще ничего стоящего внимания, все подтверждают алиби друг друга, никаких подозрительных вещей или иных улик не было, ничего не пропало, ну или если быть точным почти, пропал пистолет самого Бернара, он изначально хранился в красивом стеклянном ящике, судя по всему, это был подарок, возможно кого-то из сената, пистолет был явно декоративный, но стрелять мог, скорее всего это и было орудие убийства.       «Может снова осмотреть его кабинет?» — с такими мыслями Беренис встала и открыла дубовую дверь. Всё как и было, стол в центре, за ним удобный стул, а за ним шкаф и тумба в которой был алкоголь, а над ней картина, слева от стола был выход в тот самый коридор а рядом окно под которым стоял диван для гостей или отдыха, рядом угловой книжный шкаф, и вот уже стена с дверью в которой стояла детектив, дальше был опять шкаф и камин, почти во всех комнатах были камины, над ним была картина, окна и камин отделялись маленькими стенками друг от друга, так например выше упомянутый диван выглядел будто вдавлен в стену. Сразу после камина были полки со всякой всячиной, это были вещи Бернара, на такой полке и была коробка от пистолета.       Как и во всём доме тут было газовое освещение, скорее всего ночью читать тут так же легко, как и днём, но комната выглядела незавершённой, будто чего-то не хватало. На самом деле кое-что и правда отсутствовало, это был ковёр, видимо его выбросили из-за пятна крови и не желания отмывать его, всё же Бернара любили в доме все. Все книги на полочках, а документы выглядят аккуратно, в столе тоже порядок, а пробегая взглядом по всем делам и документам Бернара ничего интересного найти не удалось, только старые записи совещаний сената, парочка указов и договоров на работы и доставку продуктов с материалами в близлежащие земли, всё же Бернар был наместником.       «Свежие договора подписаны уже Адель, … судя по дате уже как раз подходил срок продления или подписания новых запросов, а эти вообще составлены Бернаром, хах, скрупулёзен был старик», — однако, кое-что детективу не давало покоя: «Странно, но где документы, судя по отчёту, Бернар готовился к важному моменту в своей карьере сенатора, что-то вроде указа, но здесь ничего такого, он же был таким старательным, заранее готовил обычные договора поставок овощей, а тут ничего про возможно важнейший указ в его жизни?! Может? Нет, рано судить, сказать наверняка можно будет после осмотра кабинета сенатора и разговора с коллегами Бернара» — Да так и поступлю … — Детектив, пора обедать, — послышался голос Амелии, из дверного проёма, откуда и пришла Беренис. — … , — мысли захватили думы детектива. — ДЕТЕКТИВ, — повысила голос Амелия, ей надоело ждать. — А? Да, иду, — наконец отвлеклась Беренис от своих мыслей и обернулась к своей помошнице.       Сев за небольшой столик дамы поблагодарили и отпустили бедняжку Фифи, которая до сих пор дрожит после случившегося неделю назад, всё же именно она обнаружила тело.       Обед был прекрасен не смотря на всю лёгкость, к столу был подан луковый суп, а на второе свинина с брусничным соусом и куртонами, а на десерт их ждали фруктовые корзинки и травяной чай, стоит отметить, он был на много лучше того, что заварила детектив.       Во время трапезы дамы обсуждали все возможные варианты развития событий, но единственное к чему они пришли, что скорее всего орудием убийства и правда является декоративный пистолет Бернара, и он всё ещё в поместье, точнее велика вероятность, что он лежит на дне озера, а убийца ушёл через лес. Также они решили заглянуть на кухню и осмотреть жилые помещения прислуги. Хотя нужды в этом было не так и много, всё же в одной комнате жили как минимум два человека, а в данном убийстве нет и намёка что есть сообщник, но ради галочки заглянуть нужно.       По окончанию обеда дамы, не прощаясь с жильцами вышли через заднюю дверь и пошли к кухне, там они потревожили несчастных кухарок, которые ужасно перепугались таким неожиданным появлением их госпожи, но та быстро попросила всех выйти, на несколько минут.

***

      Уже где-то час леди едут в карете направляясь чуть ли не в центр Парижа, следующей их целью был Сенатор, которому и доставлял письмо Гастон, сейчас он был на знатном приёме у Le Comte Жермен. — А какой конкретно приём проводит месье Жермен? — поинтересовалась Амелия у своей спутницы, её интерес был весьма очевиден, всё же она дама высшего общества. — Если не ошибаюсь бал, но это не так важно … — Беренис не успела закончить фразу, Амелия вновь была чем-то недовольна. — И вы собираетесь присутствовать там в таком виде? Так дело не пойдёт, позорить имя Леруа непростительно. Кучер! Сворачиваем, едем в бутик госпожи Флёр! — взяла всё в свои руки Амелия и примкнула к окну пытаясь понять где они сейчас находятся. — Это действительно так необходимо? Мы же уже почти приехали, — в голосе явно звучало разочарование, Беренис было и в штанах комфортно. — Разумеется! И никаких возражений.

***

— Хааа — послышался тяжёлый выдох детектива, на неё уже надевают третье платье и параллельно пытаются уложить волосы. — Хммм да, думаю этот розовый не плох, а я возьму это зелёное, и принесите к нему клатч, а леди Дюран эти пудровые туфли, поторапливайтесь, мы спешим! — Амелия похлопывала в ладоши подгоняя горничных, что носились то тут, то там.       Ещё где-то полчаса прихорашиваний и вот они уже готовы к посещению балла, благо их не приглашали и не ждут к началу.       Амелия в прекрасном зелёном платье под цвет глаз и Беренис в розовом платье, которое слегка смягчало её суровый вид наконец-то прибыли к месту назначения и их встретил не абы кто, а сам месье Жермен, кажется он был даже рад такому стечению обстоятельств. — Добро пожаловать, о прекрасные леди, прошу-прошу, станьте украшением моего вечера. — Начал стелиться в ногах у Амелии граф, уже кланяясь дабы поцеловать руку леди Леруа В это время Беренис держась позади и ОЧЕНЬ старалась держать лицо: « …. Твою мать».