Шанс на семью

Арсений искренне улыбнулся, когда в первый раз взял в руки новый выпуск журнала, где на обложке находилось фото с той самой съёмки-благотворительной акции. Снимок был выбран как нельзя удачно: Попов дурачился, изображая свинку, Фунтик смотрел немного в сторону, но открыл рот, будто улыбаясь, а вот Артём с Антоном смеялись в голос. Шастун очень сильно походил на ребёнка в этот момент — так же как и Артём слегка расставил ноги в стороны, опирался на руки, чтобы не упасть на ёлку, запрокинул голову к верху в порыве смеха. Он выглядел так, как может выглядеть только Антон Шастун. После того, как Арсений рассмотрел обложку в течение двадцати минут, он наконец-то открыл журнал, перелистывая страницу за страницей в поисках других фотографий. На развороте было ещё шесть фото, немного текста о том, как Антон с Арсением собираются провести новогодние праздники. Дальше шла информация про благотворительную акцию, сведения о детском доме, а в самом низу была фотография Тёмы, сделанная на той же фотосессии. Он широко улыбался и показывал свою ладошку, словно приветствовал кого-то. Арсений стал читать текст, напечатанный под фотографией: «Маленькому трёхлетнему Тёме выпала большая удача — пообщаться с лучшими импровизаторами страны. По словам мальчика, это был самый удивительный день в его жизни. Арсений и Антон даже подарили малышу трек, с которым он сейчас не расстаётся, а постоянно играет вместе со своими друзьями по группе. У Тёмы не простая судьба — его мать не захотела забирать его из роддома, ушла от мужа, а отец, который всё же решил взять мальчика, стал часто пить, периодически забывал сына то покормить, то искупать, доходило всё до того, что он поднимал на него руку. У мужчины забрали ребёнка, когда ему было два с половиной года, теперь же он является воспитанником детского дома «Радуга» и ждёт любящих родителей.» Попов нахмурился, пока читал текст. Он никогда не поощрял насилие в любом из его видов. Тем более не понимал, как можно бить детей, которые даже не способны ответить взрослому человеку. Они слишком добрые и невинные, для того чтобы ощущать такое количество боли и страха в маленьком возрасте. — Арс, всё в порядке? — Антон подошёл со спины к мужу, сначала зарылся носом в его волосы, вдыхая сладкий запах мяты, а потом поставил на макушку свой подбородок. Мужчина обхватил руками плечи Попова, таким образом обнимая его. — Да. Антон мило улыбнулся, а потом принялся рассматривать фотографии на открытой странице. — Мы тут такие милые, — сказал Шастун. — Все вместе. А ещё на этих фото ты слишком красивый. Арсений расслабился под мягкими поглаживаниями своего мужа и от его фраз. — Уж точно не лучше тебя, Шаст, — Попов запрокинул голову к верху, сталкиваясь очень-очень близко с лицом Антона. Они улыбнулись друг другу, Шастун потянулся ниже, чтобы провести кончиком своего носа по носу Арсения, а тот, в свою очередь, ласково поцеловал мужчину в губы. — Люблю тебя. — И я тебя. — Так, парни, заканчивайте ваши нежности, — в проёме двери появился Стас. — И марш на съёмки. Чем быстрее мы закончим, тем быстрее вы уедете на заслуженный отдых. — Мы поняли, Стас, — выдохнул Арсений в губы Антона. — Уже идём, да? — Да, — подтвердил Шастун.

***

После съёмок машину вызвался вести Антон. Арсению хорошо так досталось на мышеловках, поэтому у него ныли пальцы ног, по мнению Шастуна, мужчине было бы трудно нажимать на педаль газа. — Сейчас приедем домой, денёк отдохнём, а дальше махнём по городам, — с улыбкой на лице проговорил Антон. — Угу, — довольно, но уставше, промычал Арсений. Эти новогодние праздники они решили отметить в кругу семьи. Сначала по плану стоял Воронеж, куда мужчины должны были приехать к маме и бабушке Шастуна на два дня, а потом они все вместе отправятся в Омск, уже к родителям Арсения и там встретят новый год. Погуляют пару дней, а затем разъедутся: родные Антона — назад в Воронеж, а сами Антон с Арсением в Санкт-Петербург в квартиру Попова, они пробудут там столько, сколько у них будет возможности. Мужчины перекинулись парой фраз, а потом замолчали, Антон смотрел на дорогу, а Арсений на магазинчики и здания, мелькавшие за окном. Попов прикрыл глаза и пока из колонок лилась приятная медленная песня, вдохнул полной грудью — наконец-то наступил долгожданный отдых. Когда Антон затормозил около светофора, Арсений открыл глаза, замечая, что он похоже чуть не уснул. На противоположной стороне улицы лежал тротуар, который находился недалеко от залитой водой снежной горки. Было уже поздно, но несколько человек ещё катались на ней. Попов смотрел, как с горки съехал мальчик, на вид лет пяти, он чуть не слетел с ледянки-ватрушки, но его успел подхватить мужчина, вероятнее всего отец ребёнка. Он покружил сына на руках, перед тем как снова усадить на ледянку. Арсений смотрел на это с лёгкой улыбкой на лице. Он представил, как у него у самого есть сын, как он везёт его на санках или снегоходе к горке и потом они катаются на ней, возможно даже сам Арсений, вспоминая своё детство, пару раз залезет на самый верх. А потом они идут домой, к Антону, который уже ждёт их с тёплыми кружками чая, пледами на диване и какими-нибудь сладкими печеньками или зефирками. Они отъехали от горки и вскоре в поле зрения Попова оказались только пустые улицы и заснеженные переулки. Он вздохнул и полностью облокотился на сиденье. — Почти добрались. Их вечер прошёл лениво и растянуто. Мужчины доели остатки плова, который Арсений готовил два дня назад, попили горячий чай, помылись и легли в постель. Старший размял напряжённые плечи Антона — их стандартная процедура после тех съёмок, где мужчина играл директора офиса. Потом они сразу же завернулись в мягкое теплое одеяло, приобняв друг друга. — Каникулы, Арс, — хмыкнул Антон. — Да, каникулы, — с улыбкой на лице согласился Попов. Антон подтолкнул мужчину, чтобы тот повернулся в сторону, что Арсений и сделал. Шастун обнял его за талию, уткнулся носом в волосы, перед этим поцеловав шею и довольно прикрыл глаза. Арсений уже привык засыпать в таком положении и ему очень нравилось это — родной человек грел его где-то под боком, согревал своим дыханием открытые участки кожи, а ещё прижимал к себе так сильно, точно никогда не хотел отпускать. Арсений поудобнее устроился в объятиях мужа, однако сразу у него уснуть не получилось, хотя он изрядно выдохся за сегодняшний день. У Попова из головы никак не вылезала та ледяная горка, на которой катались дети с родителями, он не мог забыть кадр, когда мужчина поднял на руки мальчика, а тот был счастлив, просто из-за того, что его папа был рядом. Арсений ещё немного прокручивал это всё в своих мыслях, а потом вспомнил и Артёма, который сейчас наверное уже давно спит. Он надеялся, что рядом с малышом лежит подаренная им с Антоном мягкая игрушка.

***

Встреча с родными Антона прошла прекрасно. Мама с бабушкой Шастуна уже давно считали Арсения своим сыном и внуком, наверное с того момента, как Антон в первый раз заговорил с ними про Попова, когда они только начинали снимать программу. Он много рассказывал о нём по телефону и при личных встречах, Майя сразу заметила, как светились глаза её сына, говорящего про коллегу с работы. Уже через полгода Арсений в первый раз познакомился с ними — приехал с Антоном в Воронеж на выходные дни. Попов помнит, как они все вместе готовили пирог с вишней, а потом ели его с чаем с шиповником, параллельно с этим рассматривая детские фотографии Антона, где он был до жути смешным и милым. Вот и сейчас они вместе хорошо провели время, а затем отправились на самолёте в родной для Арсения город — Омск. Арсений очень крепко обнял свою маму, как только вошёл в квартиру, они уже давно не виделись. Затем прошёл в зал к отцу, пока Татьяна обнимала Антона, а затем и Майю с бабушкой. Через пару минут все уже находились в зале, разговаривая друг с другом, фоном работал телевизор, по которому шёл какой-то музыкальный концерт. До нового года оставалось шесть часов. Сергей намекнул на то, что такой скорый приезд гостей — новогоднее чудо. — У вас такие фотографии замечательные, — вдруг сказала Татьяна, указывая рукой в сторону недавно выпущенного журнала, лежащего на полке. — Мы с отцом не могли наглядеться. — Да, мальчики, — согласилась Майя. — Это была замечательная фотосессия! Антон широко улыбнулся и поцеловал маму в щёку. — Если бы не Арсений, её бы не было, — ответил он. Попов с улыбкой на лице подошёл к младшему и запустил свою руку в его кудрявые волосы. Он совсем недавно перестал стесняться их с Антоном на глазах других людей, ладно ещё их друзья, но показывать свои отношения перед родителями было труднее. Первое время. Сейчас же он уже к этому привык, Арсению не казалось, что он делает что-то абсурдное. В кругу самых близких людей Арсений чувствовал себя максимально спокойно и радостно. Он заснял небольшое видео для истории, где поздравил всех с наступающим новым годом, а также сказал, что совсем скоро выставит пост, который должен порадовать абсолютно всех, кто его увидит. Однако через пару часов весь праздничный настрой пропал, словно его и не было. Арсений зашёл в спальню родителей, которая должна была пустовать минимум до двух часов ночи, стал разглядывать фотографии, висящие на стенах. — Арсюш, что-то случилось? — поинтересовалась Татьяна, прикрывая за собой дверь. До нового года оставалось не так много времени, и пока Антон не переставал обсуждать что-то с Сергеем, а его мама с бабушкой помогать Татьяне накрывать на стол, она заметила, как её сын нервно потирает ладони друг об друга, ходит из в комнаты в комнату, раскладывает еду по тарелкам, но словно не может найти себе места. — Мам, послушай, — замялся Арсений. — Конечно, наверное, не очень хорошо, что я это все начинаю говорить за час до нового года… — Всё нормально. Уж лучше сейчас решить все вопросы, чтобы они остались в этом году, верно? Арсений невнятно кивнул. Это скорее был вопрос, который как раз таки потребует решения в будущем, а не за пять минут. Но говорить об этом он не стал. — Ты бы хотела себе внука? — не долго думая, резко спросил Попов. — Ты на что-то намекаешь, Арсюш? — настороженно переспросила женщина. — Нет, просто интересуюсь. — Это из-за вашей с Антоном фотосессии? — догадалась Татьяна. — Ту, где вы были с маленьким мальчиком из детского дома? Тебе он понравился? — Нет, вернее, да, просто… — Арсений выдохнул. Обычно на камерах и в шоу он ведёт себя максимально уверенно и спокойно, но только с родителями это чувство пропадало каждый раз, когда он был с ними. — Мне понравилось… общаться с Артёмом. Держать его на руках, смеяться, когда он говорит что-то глупое и смешное одновременно. Мне понравилось, как они с Антоном смотрятся рядом. Знаешь, Шаст такой высокий и он такой крохотный рядом с ним, — Арсений нежно улыбнулся. — По сравнению с его ладошкой, ладонь Антона просто ладонь-мутант, — мужчина ненадолго замолчал. — Ну и мне вроде бы как хотелось встретиться с ним ещё. — У вас случайно не осталось контактов кого-нибудь из персонала на съёмках? Фотографа, например? Я думаю, у него должен быть номер телефона, по которому можно связаться с этим мальчиком. — Осталось, но, — Арсений потёр шею. — Мне бы хотелось поиграть с Артёмом… не только в детском доме, где он сейчас находится. Я бы хотел съездить с ним куда-нибудь, погулять на улице или что-то такое. Может быть сходить в детское кафе или парк. В конце концов поиграть у нас дома. Татьяна, кажется, начала понимать, к чему клонит ее сын. Она кивала ему, с лёгкой улыбкой на лице, а потом сказала: — Я надеюсь, ты понимаешь, что ребенок — это большая ответственность? Арсений хотел произнести что-то ещё, но резко замолчал. Он не думал, что его мама скажет именно это. — Да, это бесспорно. — Ему нужно много внимания и заботы, всё не просто так. Детей нужно воспитывать. — Это сложно, — согласился Арсений. — Тёме три года и раньше я думал, что дети такого возраста… другие. Я не говорю, что он должен быть умнее или что-то такое, но он правда выглядит таким маленьким и хрупким. — Когда тебе было три года, ты застрял в кастрюле и мы с отцом вытаскивали тебя, потому что ты от туда сам не мог вылезти. Арсений засмеялся. — Я точно не помню такого. — Зато мы помним, — усмехнулась женщина. — Я сказала это к тому, чтобы ты знал, что дети способны чудить много всего необычного, ведь они так мир познают, но с последствиями приходится разбираться родителям. Попов кивнул. — Мы не так часто видимся с Робертом и Соней или Савиной, но Паша с Димой рассказывают о том как они растут, чем занимаются, всякие фото и видео показывают. Дети делают их счастливыми. И честно, когда Поз предлагает нам прийти к нему, поиграть с Савиной, я всегда, не раздумывая, соглашаюсь. Мне не трудно лишний раз посидеть с ней, порисовать, мультики посмотреть. Это даже в каком-то роде успокаивает после всех съёмок и шоу. Татьяна положила руки на плечи сыну, посмотрела в его глаза, тем самым намекая, что сейчас скажет серьезную вещь. — Я бы посоветовала тебе сначала просто пообщаться с Артёмом. Понять, точно ли ты готов завести ребёнка. — Так ты бы хотела внука? — Только если ты хочешь себе ребёнка. Ты же знаешь, я тебя во всём поддержу. — А папа? — неуверенно спросил Арсений. — Я думаю, он тоже. Будет ходить с ним на рыбалку летом. Попов усмехнулся. Это было похоже на его отца. — Арсений, мы тебя ни к чему не принуждаем, но и отговаривать не собираемся. Я рада, что ты спросил у меня совета. Но тебе нужно поговорить с Антоном, потому что это в первую очередь ваше решение. И если Антон не хочет ребёнка, тогда к чему это всё? Мужчина кивнул. Всё же было странно говорить на эту тему сначала с мамой, а только потом со своей второй половинкой, но и Арсений никогда не был нестранным человеком. После новогодних праздников Арсений выставил несколько фотографий с фотосессий, которых ещё не было в интернете. Весь вечер он читал комментарии под своим постом: «О боже, это что, настоящий сын Артонов???!!!» «Я уже иду писать фанфик по этим ребятам» «Они такие милые вместе: 3» «Как малыш улыбается, это просто что-то с чем-то! Он так смотрит на Арса и смеётся на руках Антона!» «Арсений Сергеевич, ваша семья прекрасна! <3» «Я поняла, им не хватало только ребёнка» «Лучший новогодний подарок — эти фотографии» «Трое мальчишек на А» Скорее всего именно после прочтения этих комментариев, Арсений наконец-то решился поговорить с мужем. Они тогда были в Питере, настраивались на новое рабочее время. Совсем скоро нужно было возвращаться в Москву. Арсений сел около Антона, пока тот с внимательным видом печатал что-то на ноутбуке. — Можно мы с тобой поговорим кое о чём? — Да, конечно. Я сейчас уже закончу, — ответил мужчина не отрываясь от экрана. — Антон, ты хочешь ребёнка? — резко спросил Арсений. Пальцы Антона остановились на клавиатуре. Он подзавис на пару секунд, глядя в экран, а затем закрыл ноутбук, убирая его в сторону, так и не допечатав сообщение. — Ребёнка? — Ну, да. Из детского дома. Можно конечно попробовать и суррогатное материнство, но думаю это сложнее и дольше выйдет… Хотя стоп, — прервал сам себя Арсений. — Ты же ещё не сказал, нужен ли тебе ребёнок вообще. Воспитание само по себе очень тяжёлое… Ещё всякие игрушки покупать, комнату делать… По выходным не в постели весь день лежать, а гулять на детских площадках и в парках… — Эй, эй, притормози, — усмехнулся Антон. — Ты же мне вопрос задал, верно? А сейчас сам не даёшь мне сказать. — Да, точно, извини, — смутился Попов. — Ничего страшного, Арс. А насчёт ребёнка… Было бы странно, если бы я ответил: «можно попробовать». Если же удочерять или усыновлять кого-то, то только раз и навсегда. Единственное, что меня сдерживает это нехватка свободного времени. Мы же всё время на съёмках. Сами то поесть не успеваем, а маленького уж точно кормить по чаще нашего придётся. Хотя с другой стороны Дима, Паша, Стас заботятся о детях? Заботятся. Как-то успевают и семью совмещать, и работу. — Да, ты верно подметил, — кивнул Арсений. — Так ты получается, против? — Я этого не говорил. Я бы хотел ребёнка, правда. И вовсе не потому что, мол: «кто тебе воды в старости подаст»? Я хочу ребёнка просто потому что… Хочу. Хочу вот и всё. Хочу игрушки всякие покупать, машинки или куклы, одежду детскую. Ты видел всю эту одежду для маленьких? Она же такая крошечная! Что для младенцев, что для детей четырёх лет. Они же все маленькие такие, мечтательные. Я хочу ребёнка, но нужно быть уверенным в том, что мы сможем справиться с обязанностями, которые появятся у нас. Нужно будет малышу дать всё самое лучшее. И я не против, Арс. Разговор шёл ещё около получаса. Мужчины успели обсудить много разных аспектов, Арсений совсем перестал переживать и полностью открылся Антону, рассказав, как последнее время его не покидала мысль об усыновлении малыша. — Антон, знал бы ты как я тебя люблю, — Арсений, оперевшись на одну руку, потянулся к мужу, чтобы поцеловать его в губы. — Ты самый лучший! Когда Попов проговорил последнюю фразу, Антон перевёл свою ладонь за его затылок, снова притягивая мужчину к себе, немного углубляя поцелуй. — Уж точно не лучше тебя, Арс. А насчёт ребёнка… Может быть, созвонимся с детским домом, в котором живёт Тёма? Приедем туда, поговорим с заведующем, всё такое. — Да, да. Мне кажется, это отличная идея.