Шанс на семью

Андрей проснулся, сонно разлепив глазки, но тут же вспомнил вчерашний день и уход ко сну. Рука непроизвольно дёрнулась к штанишкам, мальчик огладил их. Сухие. Только после этого ребёнок заметил Антона, который, как оказалось, сидел всё это время в комнате. Андрею стало стыдно, щёчки покраснели. Он поднял неловкий, с какой-то стороны даже боязливый взгляд на Шастуна, но тот только улыбнулся ему, сделал шаг к кроватке и присел рядом с ней. — Ты как, малыш? Казалось бы такой простой вопрос, но Андрей не знал, как на него ответить. Как он? Наверное, хорошо. Он очень беспокоился из-за того, что может проснуться в мокрой кроватке, этого не случилось сейчас — но это ещё не значит, что не нужно беспокоится в будущем. Андрею очень стыдно за вчерашний день, да и сейчас, в принципе, тоже. Он чувствует себя странно и кажется, хочет плакать. — Наверное, хорошо. Антон прижался губами ко лбу мальчика, после чего начал поглаживать его волосы на затылке. — Ты какой-то испуганный. — Извините. — Это нормально. Я просто беспокоюсь за тебя, солнышко. Ребёнок поджал губы, не зная, что можно ответить на это. — Хочешь ещё немного полежать? Или мы пойдем завтракать? — А Тёма уже проснулся? — Он не спит с пяти утра, — выдохнул мужчина. — Проснулся из-за кошмара и больше не смог уснуть. Арс сейчас с ним играет. Андрей нервно выдохнул, услышав эти слова. — Если ты беспокоишься, сегодня ничего не произошло. Тёма просто проснулся, заплаканный, пошёл к нам и мы легли спать в нашей комнате. Антон заметил, как мальчик значительно расслабился. — Так что, будешь вставать с кроватки? Андрей кивнул. Сегодня он был не слишком многословен, но мужчина не стал напирать на него — если ребёнок хочет немного помолчать, пусть делает это, главное, чтобы он не скрывал что-то важное. В течение десяти минут Андрей окончательно встал, переоделся, заправил кровать и умылся. В зале, как и говорил Антон, сидели Арсений с Тёмой, смотрящие мультики. Младший обнимал игрушку енота, прислонившись к груди мужчины. Кажется, он начал немного засыпать, хотя старательно боролся со сном. Андрей слегка улыбнулся, увидев эту картину и пересекся взглядом с Арсением, который смотрел ласково и заботливо. Надолго не задерживаясь, мальчик прошёл на кухню, где Антон уже поставил на стол тарелку с кашей, бутерброд с сыром, а сейчас доготавливал какао. — Сегодня мы хотим выйти погулять, — проговорил Шастун, смотря за реакцией сына. Тот только удивлённо вскинул бровь. — Погулять? А куда? — В какой-нибудь парк. Тёме захотелось покататься со снежной горки. Андрей призадумался, вспоминая недавние покупки. Среди них не было каких-то санок или снегохода, на которых можно было кататься. — Но у нас же нет ничего для неё. — Купим, — спокойно ответил Антон. — Тебе кстати, что больше нравится? Я думаю, для санок ты уже немного большой, поэтому можно взять тебе снегоход или ледянку. — Мне? Нет, мне не надо, — запротестовал мальчик. — Я, если что, и на тёминой могу покататься. Антон как-то грустно улыбнулся, присаживаясь рядом с ребёнком. Пока у них с Арсением так и не удалось убедить старшего сына, что им совершенно не сложно тратить на него деньги. — И всё же, что тебе больше хочется? Снегоход или ледянку? Андрей призадумался, в этот момент пережёвывая маленькую ложечку каши. Снегоходы, насколько он знал, всегда очень дорогие, что нельзя сказать про ледянки. Есть совсем дешёвые, пластиковые, такие, наверное, лучше всего покупать. — Ледянку, — пожал плечами мальчик. — Значит будем выбирать ледянку. Тёма так и не уснул, прибежав на кухню через пару минут, когда до него дошло, что старший брат проснулся. Он немного сонно, но радостно доложил о том, что сегодня они пойдут кататься на гору. Время пролетело незаметно, и уже совсем скоро семья выезжала с парковки возле дома прямиком к парку, где построили достаточно большую ледяную горку. Андрей очень переживал, пока они ехали туда. Не хотелось признаваться, что ему скорее даже как-то страшно было ехать на гору. В парке было достаточно многолюдно, хотя время близилось только к обеду. Обычно самый пик катания наступал вечером: тогда и огни зажигались, становилось очень красиво и ярко. Детей привычно высадили из машины, младшего взяли за руку, чтобы не потерять среди толпы народа. Арсений, что вёл за ручку Тёму, заметил, как он переживает, смотря на людей, проходивших около него. Всё же малыш почти не видел такого большого скопления народа. Попов поднял его на руки, смотря как-то успокаивающе-нежно. — Солнышко, ничего страшного не происходит. Не бойся, — заверил Арсений. Антон, увидев это, ласково улыбнулся малышу на руках, а затем вытянул руку, смотря на Андрея. Если он захочет, пусть возьмёт ладонь. Старший из братьев уверенно обхватил руку, после чего Шастун как-то облегчённо выдохнул. — Так, для начала нам нужна ледянка, — начал всех инструктировать Арсений. На днях он ездил в это место, чтобы заранее знать где находится горка, каток, маленькие кафешки, в которых можно погреться, туалет и всё остальное. Здесь же мужчина заметил магазин, продающий ледянки, лыжи, санки и коньки для катания. Ребята достаточно медленно прошлись до этого магазина. Спешить было некуда, да и дети с интересом рассматривали веселье, происходящее вокруг. Конечно, новогоднего настроения уже не было: несмотря на большое количество снега, новый год уже прошёл, но тем не менее в зимнем парке кипела жизнь. Магазин располагался в достаточно большом помещении и сейчас там было не так уж много народу. Как только семья переступила порог магазина, Арсений спустил сына на пол, также как и Антон отпустил ручку Андрея. Пусть пока сами подходят здесь, посмотрят, что им нравится. — Выбирайте, — Антон указал на стенд с большим количеством ледянок. Андрей сразу двинулся к самым дешёвым и не удобным вариантам, но рассматривал их с таким видом, будто бы действительно собирался попросить что-то купить. Зато Тёма сразу заприметил для себя кое-что необычное. — Смотрите! — радостно воскликнул мальчик, подбежав к ледянке-ватрушке, выполненной в рисунок с человеком-пауком. Ватрушка была достаточно большая и спокойно могла уместить в себя двух человек. — Вау, какая необычная, — с улыбкой на лице проговорил Арсений. Тёма немного засмеялся. — Не хочешь сесть на неё? Малыш закивал, Антон тут же его поднял над ледянкой, усадил в неё, заметив, что она была весьма большая для ребёнка. — По-моему она немного великовата, — со смешком в голосе заметил мужчина. Артём, будто бы, сразу перестал улыбаться, подумав, что эту ватрушку не смогут купить. Но тут Арсений сказал: — Но малыш, ты же не один будешь кататься с горки? Один из нас ещё точно влезет сюда, и как раз всем будет удобно… Андрюш, не хочешь попробовать позади Тёмы сесть? Андрей, вопреки тому, что он не хотел брать эту ледянку (всё же она была не самой дешёвой) отказать Попову не мог, поэтому подошёл, осторожно уселся рядом, подтягивая Тёму к себе поближе. Было удобно. Младший сразу повеселел. Не долго обсуждая, семья всё же пришла к выводу, что стоит покупать именно эту ватрушку. Андрей в этот раз не стал ничего говорить о цене, но взрослые увидели этот многозначительный взгляд, всё поняли. Старший из братьев не захотел кататься, остался с Арсением внизу, смотря за тем, как Антон с Тёмой устраивались по-удобнее на высокой горе. Их почти не было видно за толпой других ребят, Андрей очень волновался, смотря на такую высоту. А вот Арсений, кажется, напротив, только шире улыбался, когда муж с сыном стали махать ладонями. — Пойдём их встречать, — Попов взял за руку ребёнка, в какой-то момент начиная бежать, чтобы перегнать пару, съежающую с верха. Всё переросло в общий смех и гул, весело стало даже Андрею. Несколько раз они покатались таким же составов, потом Тёма запросил, чтобы с ним покатался Арсений. Они съехали с горки, после чего малыш подбежал к брату, начав радостно дёргать его за рукав куртки. — Покатайся со мной! Пожалуйста! Покатайся! — слегка подпрыгивал Артём. — Тём, нет, я, — Андрей не знал, как отказать младшему брату. Но он просто побаивался съезжать с такой высоты один, а тут ещё младшего нужно было держать, это было весьма проблематично. — Ну пожалуйста, — надул губки Тёма. — Малыш, я думаю, Андрюша не очень хочет кататься, — встрял в разговор Антон, заметив скованность сына. — Андрюш, может ты со мной скатишься? — вдруг предложил Арсений, стряхивая с шапки снег. Он видел, какими глазами старший смотрел и на ватрушку, и на горку, и на то, как брат катается с неё. Мужчина догадался, что ребёнок, вероятнее всего, просто побаивается, поэтому нужно было помочь ему побороть страх. — Можно… — тихо проговорил мальчик. — Тём, я с тобой попозже скачусь. Попов за руку с Андреем поднялся на горку. Арсений первым сел на ватрушку, после чего помог впереди усесться и Андрею. Мужчина крепко обнял его одной рукой, чтобы в случае чего не дать упасть, второй ухватился за ручку. — Поехали? — весело спросил Попов у сына. Тот кивнул ему, слегка сжимаясь от накатывающего волнения в грудь. Арсений оттолкнулся ногами, а затем немного приподняв их, расплылся в широкой улыбке, не сдерживая смех от ощущения своеобразного полёта. За мужчиной начинал смеяться и Андрей, совсем тихо, как-будто на пробу. Но это уже очень обрадовало мужчину и заставило его сердце потеплеть.

***

— Я кушать хочу, — произнёс через часа полтора Тёма, вдоволь накатавшись на горке и даже немного подустав. Антон быстро оглянулся, пытаясь увидеть всевозможные маленькие киоски и магазинчики, а потом говорил о первом, что попалось в глаза: — Не хотите съесть по хот-догу? — А что это? — спросил малыш. — Как сосиска в тесте, — улыбнулся Арсений. — Хотим! — радостнее ответил Артём и за себя, и за брата. — А ты, Андрюш? Андрей конечно проголодался, но всё же поинтересовался: — А разве нам можно есть вредную еду? — Конечно, почему нет? Мы же не будем их каждый день есть. Просто сейчас холодно, а хотелось бы чего-нибудь горячего. Семья двинулась к киоску, где начали говорить заказ. — А горячий шоколад будете? — поинтересовался Арсений, склоняясь к детям. Тёма сразу согласился, а вот Андрей вроде как уже хотел сказать «нет», но задумавшись, согласился. Попов посчитал это маленькой победой. — Четыре хот-дога, два кофе латте и два горячих шоколада, — сказал Антон продавцу. Через восемь минут им отдали весь заказ. До ближайших столиков или хотя бы закрытого помещения было идти далеко, поэтому ребята решили просто остановится на лавочке, надеясь, что горячая еда поможет им не замёрзнуть. — Тём, давай я тебя к себе на коленочки посажу, чтобы попу не отморозить? — предложил Арсений и ребёнок без раздумий согласился. Мужчина поднял сына, придерживая его одной рукой за спинку. — Андрюш, давай-ка, — Антон, даже не спрашивая, посадил к себе старшего мальчика. Тот на долю секунды смутился, но почти сразу же расслабился, начав есть. Всё-же такая продолжительная прогулка порядком разогнала аппетит. К концу перекуса Тёма, на удивление, почти заснул на руках Арсения. Андрей же без всякой опаски полностью прижался к Шастуну, не засыпая, но и не проявляя какую-то большую активность. Супруги приняли решение поехать домой, первый семейный поход по развлечениям прошёл более чем хорошо.

***

Дома всё шло по старой методике: Андрей снял верхнюю сам, пока Антон с Арсением по очереди раздевали спящего Тёму, укладывая его в спальню. Старший пока не стал доставать домашнюю одежду. Попов первым вышел из комнаты младшего сына, сразу заглянув к мальчику: увидел его ещё в уличных свитере и штанишках, прислонившегося к кровати. Устал, видно. — Ты можешь поспать, если хочешь, — Арсений подошёл ближе и мягко погладил Андрея по волосам. — Я бы хотел искупаться, — ответил ребёнок. — Тогда сейчас наберу тебе водички. Мальчик взял для себя одежду, решив что то, в чём он сейчас был, лучше закинуть в стиральную машину. Андрей зашёл в ванную комнату как раз тогда, когда Арсений собирался уходить, убедившись в приемлемой температуре воды. — Арсений… — неуверенно окликнул ребёнок отца. — Да? — Извините, вы бы мне не могли достать поливочную станцию? Попов улыбнулся, просто кивая. Он открыл шкаф, висящий на стене, теперь полностью набитый игрушками для ванны, передал его Андрею. — Разберёшься, как она работает? Малыш только кивнул. Арсений оставил ребенка одного, на радостях, поспешил Антону рассказать эту новость: — Шаст, — позвал мужа Попов, останавливаясь на кухне. — М? — Андрюша только что попросил достать ему игрушку для воды. Реакция Шастуна не заставила себя долго ждать — он тоже счастливо улыбнулся, утягивая мужчину в объятия, ласково целуя его в губы. — Получается, мы всё делаем правильно? — Получается так. Минут через десять Арсений постучался в дверь ванной, и услышав одобрение, прошёл внутрь. — Ну как ты тут? На удивление мужчины, мальчик просто сидел, не двигаясь, с намыленной головой. Игрушка не была включена, просто удерживаясь на воде. — Не понравилась лодка? — поинтересовался Попов. — Я не играл, — смущённо ответил Андрей. — Почему? — Не знаю. Арсений поджал губы. — Может, вместе поиграем? Андрей, вроде как, неуверенно кивнул, передвигая станцию поближе к отцу. Попов включил лодку, из её шланга начала течь вода, собираемая с самой ванны. Мужчина направил поток на макушку сына, смывая с неё пену, затем — ниже, грея тёплыми струями воды спинку. Андрюша улыбнулся, затем протянул ладошку ко второму шлангу, направил его на крутящееся колёсико, которое под напором воды стало крутиться. Это было весело. Ещё через какое-то время к ним зашёл и Антон, неся в руках большое махровое полотенце. — Как вы тут, соседей не затопили? Андрей отрицательно покачал головой. — Нужно уже вылазить из ванны, а то вода остыла. Мальчик, это была ещё одна его черта, не стал спорить, вынув затычку из ванной, посидев в воде несколько секунд, думая, что мужчины уйдут. Но они так и остались стоять рядом, что может быть смутило Андрея, но совсем немного. Мальчик пытался перестать бояться новых родителей. Андрей привстал на ножки, и пока он не передумал, Арсений подхватил его за тельце, поднимая из ванной, начал под звуки, подобные тем, что издает самолёт, нести его к рукам Антона, изображая летающую машину. Андрея на пару секунд обдало холодом, как в следующую секунду он отказался обернутым теплым полотенцем и что самое странное — он смеялся. Действительно смеялся в голос. Такого не было уже давно. Через десять минут они втроём сидели на диване, выбирая фильм на усмотрение Андрея. На подносе стояло три стакана тёплого молока, в чашке — немного печенья. Мальчик расслабился впервые за долгое время.