Только не отпускай меня, хорошо?

Бакуго 9:49 Я ждал Изуку на кухне. Пока он возился с письмом, я осматривал последний раз наше общежитие, рисуя в голове красочные картины, пропитанные воспоминаниями. Наверняка большая часть 1А класса считает, что это место мне абсолютно безразлично (я бы и сам так предположил, если бы мог смотреть на себя со стороны), но, на самом деле, я действительно буду скучать. Без преувеличений, каждая часть общежития мне дорога. Когда-то на этой кухне я помогал готовить этим полуфабрикатам, после чего наш совместный ужин действительно можно было назвать ужином. Также я приходил сюда ночью за водой, а в итоге завязывался разговор с Киришимой, который допоздна околачивался где-то в спортзале, а в позднее время только выходил из душа. - Точно, - Изуку отстранился от полюбившихся мне объятий и, словно что-то забыл, рыскал глазами по стенам. - Ты не хочешь оставить записку от себя? - Зачем? Ты же написал от нас обоих, - но, заметив на его щеках лёгкий румянец, я вздохнул, понимая, что ничего подобного он не сделал. - Тащи бумагу и ручку. Я минут 5 смотрел на белый лист бумаги и раздумывал, что бы написать. Наверное, стоило отметить, сколько они для меня значат, но, поймав себя на мысли, что я начинаю звучать как Деку, сжал в руках стержень и быстрым движением принялся выводить следующие слова: Эй, дебилы, если вы не станете самыми лучшими героями, то я вас с того света достану. И ты, Всемогущий, проследи за этим, а то и тебе жить спокойно не дам. Учитель, вас тоже это касается - прекратите уже спать на уроках и сделаете из них про. Пробежав глазами написанные мной строчки, я поймал себя на улыбке. Да, это и правда звучит несуразно, но я не собираюсь расписывать сопливые речи - Деку это наверняка сделал и без моей помощи. Спасибо за все. Бакуго Кацуки. - Уже все, Каччан? - Мидория в это время разлёгся на диване, прикрывая рот рукой от очередного зевка. - Что-то не нравится? - я оставил свою записку рядом с письмом Изуку и присел рядом с ним. - Им и этого будет достаточно. - Уверен, что они улыбнутся, - заметив, что я сел рядом, Изуку опустил голову мне на колени и положил мою ладонь на свои волосы. - Ну или проклянут меня, - усмехнувшись, я принялся аккуратно поглаживать копну завитушек на его голове. Они переливались то изумрудным, то смолистым цветом, а местами даже отражали солнечные лучи. - Я же не буду сопли лить на бумагу, как это сделал ты. — Ничего я не лил! - заявил Изуку, чуть надув щеки. — Я просто написал, как сильно благодарен им. — И тысячи повторяющихся "спасибо" слились в одну большую сентиментальную лужу, - это может звучать как издевательство, но на самом деле я просто хотел вновь увидеть, как он надувает свои щеки и нелепо краснеет. — Прекрати, - улыбнулся Изуку, целуя мою ладонь. — Куда мы пойдем сначала? Ты вроде хотел на колесо обозрения. — В парк развлечений лучше всего идти ближе к вечеру, а сейчас раннее утро, смекаешь? - парк развлечений мне пришел в голову внезапно - в этот момент в телефоне выскочила очередная дурацкая реклама про различные способы времяпрепровождения для Обречённых. Я подумал, что задроту это могло бы понравиться, да и мне самому, признаться, хотелось бы там побывать. — Ты прав... А что на счёт тети Мицуки? Ты расскажешь ей? — Нет, - моментально ответил я, теребя волосы Изуку. — Ведьма без этой информации спать спокойнее будет. Когда я был маленьким, сразу ей сказал, что если мне позвонят в один день, то она не посмеет плакать и горевать. Надеюсь, сдержит своё обещание, а то я и ее с того света достану! - хоть мы с мамой общались только за столом, я всегда знал, что важен для неё, даже несмотря на мой дрянной характер - я правда люблю ее. — А мы с моей даже не разговаривали об этом ни разу... - Изуку прикрыл глаза, наслаждаясь моими прикосновениями. — Она ведь сможет простить меня? — Такого то идеального сына-придурка? Я даже не знаю, - наверняка он бы неправильно воспринял мою шутку, поэтому я решил дополнить свои слова. — Конечно, простит. — Тебе страшно? - неожиданно перевел тему Мидория, заглядывая мне в глаза. — Умирать. — Я-то откуда знаю. Если бы знал, как это, то мог бы ответить на этот вопрос. Без понятия - мне все равно, - заключил я. Ему наверняка было страшно - он перехватил мою вторую руку и положил в свою маленькую ладонь. — Тебе что, страшно? — Да, - быстро ответил он, разглядывая потолок. — Я не знаю, как и ты, что таит за своей спиной Смерть и как именно она орудует своей косой. Единственная причина, по которой мне страшно - я ничего больше не смогу изменить. Я о многом жалею. — Например? — Поздно стал откровенным с тобой. Я ожидал услышать что угодно, начиная от стать героем номер один и заканчивая поездкой на пони, но сказанные Деку слова заставили меня пропустить холод по всему телу. Когда же он поймет, что... Не поймет. В этом весь простодушный Изуку. — И что мне с тобой делать? - я наклонился и поцеловал его в лоб. — Мы будем рядом друг с другом, когда это случится. — А если начнется ураган, и нас раскидает в разные стороны шквальный ветер? А если колесо обозрения рухнет, и меня раздавит первого? А что на счёт злодеев? Вдруг мы будем вынуждены разделиться? — не унимался он. — Я буду держать тебя за руку, чтобы ты не боялся. — Ты такой добрый, Каччан, - мне показалось, или он прослезился? — Заткнись! Никакой я не добрый! Ты снова заставил меня говорить как в наивных сериалах. Чёртов Деку, - я знал, что он боялся щекотки, поэтому я упустил шанса заставить его молчать очередным приступом смеха. Рядом с Мидорией моё сердце нещадно трепетало, и иногда я даже забывал, что до сих пор чувствую за собой вину. - Каччан, щекотно! Хватит, - его смех и улыбка заставляли раны с невероятной скоростью затягиваться. - А вот и не хватит, глупый Деку. Теперь видишь, что я ни капельки не добрый. Или хочешь со смеху помереть. - Ну и страшное лицо же ты сейчас скорчил, - отметил Деку, затихая, но тут же продолжая смеяться. Мы постарались не шуметь, чтобы не разбудить никого, однако звонкий смех Деку всё же заставил кого-то проснуться. Услышав скрип двери и скорые звуки шагов на втором этаже, я быстро взял Изуку на руки и понес к двери, ухмыляясь от того, как этот задрот начал смущаться. Оказавшись перед общежитием, где сегодня с утра Изуку обильно проливал слёзы, я в последний раз внимательно рассматривал логотип UA. - Я буду скучать, - шепотом произнес Мидория, прижимаясь ко мне. - Глупо, но я тоже, - согласился я, опуская Деку на землю. - Прощай, UA! – Мидория низко поклонился и завис в таком положении на пару секунд. Если подумать, то для него академия значила намного больше, чем для меня. Этот парень положил все силы, чтобы из беспричудного школьника стать настоящим героем. Не спорю, я тоже приложил немало усилий, но поступление в одно из лучших учебных заведений для героев было для меня чем-то очевидным, а для него… Я скрыто восхищался им, хоть раньше бесился с того факта, что вечно был на шаг позади. Теперь, когда это было совершенно неважно, я смог понять, как мне повезло узнать его ближе. – Прости, я растрогался. Понимаешь, я никогда не думал, что смогу поступить в эту академию, - он выпрямился и направился к воротам. – Я и мечтать не мог, что моя мечта может стать реальностью. - Ты считаешь, что осуществил её, даже несмотря на то, что не станешь про-героем? – мне было стыдно за свою иногда неуместную прямолинейность, но я ничего не могу с собой поделать. - Да, осуществил. Хоть я и не смог стать героем номер один, как хотел Всемогущий, не спас множество людей с улыбкой на лице, как обещал – я всё равно считаю, что достиг части своей мечты. Думаю, что мои друзья смогут осуществить её. Я продолжу жить в их воспоминаниях, и, когда они станут величайшими героями, моя мечта исполниться до конца, - он повернулся ко мне лицом – я заметил на его глазах поблескивающие слезинки. Он улыбался ярче обычного, но всё равно плакал. - Снова в слёзы? – я улыбнулся, приобнимая его. - Прости, я это не контролирую, - он смахнул и легонько сжал мою руку. - Да прекрати ты извиняться, Деку! – я потрепал его по волосам – теперь его голова точно была похожа на крону дерева. - Проведем этот день… На плюс ультра! – девиз UA мы прокричали вместе, поднимая руки к небу. Я выглядел как идиот – всё это влияние Деку! Изуку 13:54 - Каччан, ты уверен? – я держал его за руку и читал различные вывески на стенах у входа в аквапарк. - Когда у меня ещё будет возможность огреть тебя из водяной пушки? – он сдвинул брови домиком и широко ухмыльнулся – да он загорелся весь! – Давай, Деку, я ещё с тобой с самой страшной горки скачусь! - Каччан, не думаю, что нам стоит делать что-то экстремальное в нашем положении, - мне и правда было немного страшно, даже учитывая то, что с ним я был готов на что угодно. – Горка сломается или ты меня из пушки застрелишь… - Деку… Ты идиот? Водой, блять, застрелю? - А вдруг… - Я, конечно, понимаю, что ты параноик, но чтобы быть настолько конченым… - произнес Кацуки и, глубоко вздохнув, направился к кассе. – Нам два билета, - послышался его голос. Я увидел, как он достаёт кошелек и расплачивается. Через пару минут он вернулся ко мне и протянул пропуск. - Каччан, разве для обречённых вход не бесплатный? Ты мог бы просто сказать, что… - Тебе ведь самому не нравится считать себя мертвецом, - отозвался Бакуго, надевая мне на руку пропускной браслет. – Давай хотя бы на пару часов забудем, что мы наполовину в могиле, усёк? – хоть его взгляд был по обыкновению серьёзным, я смог разглядеть в нём нотки сожаления. Я думал, что он давно принял свою судьбу, но это, похоже, было очередной завесой, которой он умело прикрывался. - Ты прав, - я посмотрел на наши браслеты. – Я же обещал, что мы повеселимся от души, и в то же время говорю такие глупости. Прости, Каччан. - Я точно застрелю тебя пушкой… За каждое извинение по два выстрела, - он попытался сделать как можно более устрашающий вид, но не сдержался от мимолетной улыбки. – Идиот… - Ты снова улыбнулся. - Мы только время теряем на твои сентиментальности! Пойдём уже, - Кацуки взял меня за руку и потащил за собой в комнату для переодевания. Как только мы задумали идти в аквапарк, сразу пошли в магазин и купили плавки. Честно говоря, я думал, что мы с Кацуки будем переодеваться в разных комнатах. То, что мы оба парни и кучу раз видели друг друга без одежды, не заставило меня смущаться меньше. Я старался не смотреть на него, чтобы не залипнуть на ненормально-красивое тело, которое я почему-то начал воспринимать иначе после всего произошедшего – задушить себя за эти мысли хотелось, но у бабочек в животе были другие планы. Зацепив свою футболку руками, я постарался как можно быстрее снять её. Мне нравилось собственное телосложение, но по геройским меркам оно было очень хлипким и хрупким, поэтому я даже в свой последний день не смог почувствовать себя свободнее и забыть о досаждающих комплексах. - Долго будешь мять в руках футболку и пожирать её взглядом? - пока я витал в облаках Бакуго давно переоделся. Я действительно так долго пребывал в собственных мыслях, или это он переодевается со скоростью света!? – Почему ты так смотришь на меня? – я уловил на его щеках короткий румянец и тут же покраснел сам. - П-прости! – закричал я, закрывая лицо помятой футболкой. – Я случайно, - эту ухмылку я запомню надолго… Открыв дверцу шкафчика, я положил на полку свои вещи, потом моментально стянул штаны и боксеры, весь красный, шикая на Кацуки за его лисий взгляд. Спустя три минуты я был готов. Мне казалось, что я ещё никогда не чувствовал, чтобы моё тело так отчётливо пропускало через мышцы похожее на тягучий мёд тепло. Я старался его игнорировать, но оно, словно питаясь моим страхом перед неизвестными раньше ощущениями, только начинало усиливаться, ехидно улыбаясь мне в лицо. Мне всегда была свойственна гиперчувствительность, которую я то хвалил, то до ужаса боялся. Из-за этого я стал считать, что все сильнейшие чувства – временные, возобновляемые импульсы в моём сердце, поэтому мне сложно понять, какие из них действительно те самые, которые люди не перестают возвышать. Наверное, я запутался окончательно, когда перестал различать их природу, спихивая всё в одну кучу. Находясь рядом с ним, внутри всё сжимается, перестраивается и взрывается фейерверком. Как называется это чувство? Радость? Счастье? Эйфория? Любовь? Я, правда, не знаю, оттого и ощущаю, что вот-вот сгорю, не выдержав давления со всех сторон. Сегодня мой Последний день рядом с человеком, который заставляет меня трепетать, с человеком, которому я боюсь признаться в собственных чувствах. Я люблю его? Я счастлив? Я рад? Может, после смерти мне наконец-то расскажут, что я чувствовал? Только будет уже поздно, чтобы признаться в этом перед ним. Понимая это, я вздохнул поглубже и пообещал, что расскажу ему об этом вечером. - Задрот, смотри! – как только мы вышли, Кацуки сразу повёл меня к одной из самых страшных горок, как было написано на расклеенных по всему аквапарку плакатах. – Начнем с самого пиздецового! - Только если поедем вместе… - шепотом ответил я, пытаясь отвлечься от ранее впившихся в меня мыслей. - Конечно, мы поедем вместе. Я же сказал, что буду держать тебя за руку, если вдруг станет страшно. Да и, - видимо, он собирался разбавить повисшую над нами мрачную атмосферу, которую я создал своим обеспокоенным лицом. – Без меня ты точно помрёшь. - Ты прав, - только благодаря ему я смог снова улыбнуться и почувствовать себя лучше. – Я уже очень хочу прокатиться! - Это ты сейчас такой смелый, - усмехнулся он. – Стоит нам подняться, как у тебя ноги подкосятся, и ты запищишь. - Ты меня недооцениваешь. Я не боюсь! – я произнес это до того, как посмотрел на устрашающее множество различных поворотов, зигзагов и даже мертвых петель. Нервно сглотнув, я пытался успокоить себя тем, что еду рядом с ним. – Быстрее пойдем уже… - Как скажешь, герой - он развел руками, не упуская возможности вновь довольно ухмыльнуться. Поднявшись на вверх, а именно метров на 27, я начинал ощущать, как ноги становились ватными от прилившего страха. Смотреть вниз я категорически отказывался и искренне поражался, как Кацуки умудряется ещё и наклониться вперед, опираясь прессом на защитный бортик. Вскоре он вернулся ко мне - он поставил меня в очереди, объясняя это тем, что тогда от меня будет хоть какая-то польза. Я и не был против, ведь здесь было хоть немного безопаснее. Бакуго встал рядом, прислонившись ко мне плечом. Его кожа была такой горячей (видимо, отголоски причуды), что я моментально согрелся от пробравших меня до костей мурашек. Ощущать его прикосновения голой кожей становилось для меня чем-то невыносимым, но до жути приятным. Мне захотелось обнять его, но я тут же боязливо отстранился, поймав на себе непонимающий взгляд. Кацуки хотел что-то спросить, но тут и подошла наша очередь подавиться адреналином. - О, вы случайно не Изуку Мидория и Кацуки Бакуго? – спросила миловидная девушка, отвечающая за этот аттракцион. – Я смотрела трансляцию спортивного фестиваля по телевизору и болела за вас обоих. Ой, и ещё за Тодороки Шото… - она даже покраснела и улыбнулась, вспоминания его. - Да, это мы, - я ответил ей улыбкой на улыбку, но в этот же момент заметил, как Кацуки вновь состроил недовольное лицо. - Да-да, двумордый, поняли. Можно мы уже поедем, а? У нас не так много времени, чтобы торчать здесь, - огрызнулся он, первым сев в двухместную ватрушку. - Спасибо за вашу поддержку, - поблагодарил я и сел рядом с Бакуго. - Обними меня, как тогда на мотоцикле, чтобы не свалиться, - прошептал он, чтобы услышал только я. – На этот раз не повторяй своей идиотской ошибки и не отпускай меня, понял? - Не отпущу, - стараясь не обращать внимания на остальных, я прислонился к спине Кацуки и сцепил руки на его торсе. Сказать, что я чуть не потерял сознания от прикосновения к нему – ничего не сказать. Голову вскружило не по-детски от ощущения голой кожей его тепла. Мне казалось, что я стал бояться больше не водяной горки, а сойти с ума от Бакуго Кацуки. Я уткнулся щекой в его спину и закрыл глаза. – Мы же… Выживем? - Конечно, тупой Деку. Нам ещё в парк аттракционов пиздовать, - я почувствовал, как его плечи приподнялись – видимо, он вновь не сдержал улыбки. Спустя пару секунд я почувствовал, как в лицо ударил ветерок, а теплая вода укутывала собой кожу. Передо мной была только темнота, но и я и без того всеми фибрами души ощущал покрывающий меня с головы до ног страх. Я немного подрагивал, прижимаясь всё сильнее к защищавшему меня Кацуки. Он сейчас действительно был моим героем, только вот в роли злодея выступала самая высокая и страшная горка данного места. В этот момент я почувствовал, как его рука коснулась моей и немного сжала, слегка поглаживая. Он смог заметить мой страх, несмотря на то, что я сидел к нему лицом и молчал? Этот жест с его стороны заставил меня снова признаться самому себе, что я люблю этого человека. Всем сердцем его люблю! Не хочу больше скрывать этого, не хочу путаться в чувствах и искать именно ТО. Бакуго заставляет меня прогонять по венам тот букет чувств, у которого нет названия, но по силе он не уступает любви. Что-то вонзилось в меня. Я приоткрыл губы, сделал новый глоток воздуха. Я понял, что мне всё равно, как называется то, что я чувствую – я счастлив с ним до глубины души. Мне ничего больше не нужно - Каччан, я люблю тебя, - собрав все силы в кулак, я наконец-то сказал это. Как на зло в ту же секунду откуда ни возьмись на нас со свистом обрушился водный шквал – часть этого аттракциона. Мы с Кацуки моментально закричали от неожиданности, а мои слова словно растворились под шумными струйками воды. До самого конца поездки я не понимал, услышал он их или нет, однако продолжил испытывать все оттенки нахлынувшей паники, перемешанной с наслаждением. Наверняка я признался ему в любви далеко не в последний раз за этот день. Скорость, с которой наша ватрушка проскальзывала то по закрытым, то открытым трубам начинала увеличиваться – видимо, мы приближались к финальной точке. Заключительным рывком оказалась мертвая петля, на которой я чуть ли не вцепился в Бакуго ногтями. На тот момент я не думал о том, что через пару часов меня не станет – это факт сжался до крохотного шарика по сравнению с переживаемыми мной эмоциями. Я уже не чувствовал страха, словно опьянев от вкуса жизни. Мы с характерным звуком приземлились в воду, а через секунду Бакуго столкнул меня в воду, сам оставаясь на ватрушке и неудержимо смеясь. Оказавшись в воде, я подплыл снизу и, отомстив, утащил его к себе. Я обнял его, идя на поводу сильных эмоций, и не ожидал, что меня крепко прижмут к себе в ответ. Воздух начинал заканчиваться, поэтому нам пришлось выплывать за новым. Кацуки рассек воду рукой, и держа меня за талию, помог выплыть. - Да ты крепче, чем кажешься, - Бакуго откинул мокрую челку и улыбнулся, не отрывая от меня взгляда. - Я же сказал, что не боюсь, - довольный, я бултыхался в воде, пытаясь перевести дыхание. - Ага, а это что? – Кацуки отплыл к бортику и, сев на него, показал на красноватые полоски на прессе. - П-прости! – завопил я, подплыв к нему. Я коснулся пальцами ранок, начиная винить себя за причинённый Бакуго ущерб. Подняв глаза вверх, я увидел его довольное лицо. – Чему ты так ухмыляешься? – я дрогнул от осознания того, что в открытую вожу по его телу рукой. - Да так, задрот, - усмехнулся он и направился к водяным пушкам. – Ты идёшь там? - Конечно… - пропищал я, осознавая, что только что мог задеть один из фетишей Бакуго. Бакуго 19:20 После аквапарка я не чувствовал своих ног, а у Изуку словно второе дыхание открылось. Поражаюсь, как у него после той горки, а потом ещё водных пистолетов и прочих развлечений осталась энергия на парк развлечений. Мидория как никогда заставлял меня улыбаться, из-за чего я чувствовал себя неловко. Может, со стороны я выгляжу серьёзным, но в душе меня распирает от счастья. Изуку… Если бы я только мог выкроить ещё хотя бы пару деньков и провести их бок о бок с тобой… Мне не верилось, что после стольких лет я смогу забыть о прошлом и проводить время вместе с ним, не думая о том, что будет дальше. Да, "дальше" у нас обоих уже не будет, но есть "сейчас". Учитывая, как я ломал ему жизнь, на небесах ещё сжалились надо мной, давая возможность всё исправить, которую, я был уверен, не заслуживаю. - Каччан, ты посмотри! – он с детским восторгом одной рукой сжимал мою руку, а другой показывал на тысячи светящихся огней, которыми усыпали, казалось, не только аттракционы, но и весь парк от начала до конца. Я уже был здесь в детстве, однако сейчас это место выглядело совершенно иначе. – У меня глаза разбегаются… Смотри, это же то самое колесо обозрения! Куда мы пойдём сначала? – он не унимался, а я не мог прекратить восхищаться им, ловить движение каждой его мышцы и притягивать сладковатый запах его духов. Он – лучшее, что могло случиться со мной в Последний день. - Дурак… Выглядишь как ребёнок, - буркнул я в привычной манере. – Сам выбери. - Я не могу… Тут так много всего. О, давай я посмотрю у них на сайте, какие аттракционы самые лучшие, - Мидория впервые за этот день достал телефон, после чего сразу же застыл. Выражение лица Изуку резко изменилось, от чего по телу пробежались мелкие мурашки. - Деку, что случилось? – я заметил, что застыл он на экране блокировки, и, кажется, понял, в чём дело. - Время… Уже 19:10, Каччан. Мне кажется, что мы можем в ближайшие часы… Я не стал дослушивать его и сразу же обнял, прижав к себе и гладя кудрявые волосы. Меньше всего я хотел, чтобы Изуку вспоминал о времени. Я затащил его на ту горку, зная, что он боится, только для того, чтобы позволить более сильным чувствам захлестнуть Изуку с голов. Сейчас он спустя долгое время вновь вспомнил о существовании времени, поэтому я должен был сделать всё, чтобы он жил настоящим. - Деку, посмотри на меня, - я отстранился от него и аккуратно дотронулся до нежных, обсыпанных веснушками щёк. – Ты можешь бояться смерти и забиться в углу или же провести оставшиеся часы, наслаждаясь парком. Выбор за тобой, - мне жаль, что приходиться ставить его перед серьёзным выбором, но иначе я не мог. - Хочу… С тобой, - чуть ли не плача, ответил он и вернулся в мои объятия. – Никуда не отпущу, - я смог разобрать его шепот. - Поэтому перестань реветь и пойдем на колесо обозрения, - оставив короткий поцелуй в лоб, я взял его руку и потянул за собой. Мы потерялись в приятной музыке, восторженных криках остальных посетителей парка и запахе вкусной еды. Солнце почти зашло за горизонт, оставляя нас утопать в свете рыжих лучей и различного цвета светодиодах. Протискиваясь всё дальше в толпу, я боялся потерять в ней Изуку, но он держался так крепко, что я пропустил мимолётную улыбку, изредка оборачиваясь и посматривая на торчащую макушку. Достигнув цели, я заметил рядом стоящий тир. - Пойдём, - сказал я. - Тир? – он смотрел на меня большими глазами, которые казались разноцветными из-за окружающих нас множества разнообразных вывесок. - Смотри и учись, - я схватил первый попавшийся ненастоящий пистолет и, прицелившись, выстрелил в большую подушку с Всемогущим. Я знал, что Изуку как ненормальный тащится от него, этого сложно не заметить. Поражаясь моей меткости, парень пошел за выигранной игрушкой. Получив приз, я тут же сунул его в руки Мидории, наслаждаясь его реакцией. – Ну как? - Каччан, он… Замечательный! – у Мидории появился легкий румянец и даже приоткрылись губы от удивления. Я надеялся, что сейчас он перестал донимать себя мыслями о последних часах. – Спасибо! Спасибо, спасибо! - Я ничего такого не сделал, - фыркнул я и поймал себя на улыбке. Наконец-то нам открыли дверцу в кабинку колеса обозрения. Я зашел следом за Изуку, не отрывая от его довольного лица глаз. Как только нас закрыли, кабинка тронулась и медленно начала подниматься. Заметив на его лице беспокойство, я тут же сел рядом с ним, приобнимая одной рукой. Не буду скрывать – мысли о том, что именно на здесь мы расстанемся с жизнью, не покидали меня. Я старался засунуть их поглубже в себя, но сейчас они словно выбились из клетки, начиная сеять хаос в моей голове. - Каччан, ты же тоже думаешь о том, что это наша последняя поездка? – как будто прочитав мои мысли, спросил Изуку, пододвигаясь ближе ко мне. - Бред, - соврал я. – Мы успеем прокатиться на американских горках, - я хотел укрыть его от реальности, спрятать в своих руках, лишь бы судьба не смела отнимать Изуку у меня. Я не готов терять его. - Ты не веришь в это. - Прекрати спорить со мной и наслаждайся видом, - я ощущал, что подбираюсь к собственному пределу. Не хочу и не собираюсь показывать ему свою слабость – ни за что на свете. - Я хочу тебе кое-что сказать, - Деку развернулся ко мне лицом, обличая скопившиеся в уголках слёзы. - Деку, прекрати, - сквозь зубы умолял я, опустив голову. - Всё это время я не мог понять, что чувствую. Я не разбираюсь в этом от слова совсем… Каччан, рядом с тобой мне посчастливилось разрываться от собственных чувств, - я слышал, что его голос нещадно дрожал. – Я хотел признаться тебе в этом ещё в аквапарке, но не набрался смелости. Я боялся, что, если признаюсь тебе, то ты не сможешь больше видеть во мне друга, боялся, что тебе будет меня жаль, что ты будешь чувствовать себя ужасно… Прости меня, - Деку начал всхлипывать. – Каччан, я люблю тебя. Люблю тебя… Я ни с чем не могу сравнить это чувство, но оно заставляет меня задыхаться. Я хочу быть рядом с тобой до самого конца… Я не выдержал и притянул его к себе. Мягкие и чуть влажные губы Деку заставили меня окончательно забыться. Углубив поцелуй, я услышал стуки его сердца, от которых моё начинало раскалываться. Тонкие, стеклянные осколки разлетались по всей душе, отражая то или иное воспоминание. Почувствовав на своей щеке холодные слезинки, я начал плавиться, отдавая себя без остатка. Изуку, прости, что мы не сможем сходить на свидание, Не сможем посмотреть вместе сериал, Не прочитаем новые главы наших любимых комиксов, Не станем героями и не спасем множество людей, И не погуляем в предвечернее время, держась за руки. Прости, что так и не извинился перед тобой. Поверь… Я обязательно сделаю это в Раю. Только не отпускай меня, хорошо? Звуки сирен, предупреждающих о пожарной тревоге, рвались в уши, но я был уверен, что мы оба слышим только учащённое сердцебиение друг друга. Изуку обнял меня со всей силы, а я держал его руку, как и обещал. - Тебе страшно? – спросил я, сжимая его руку сильнее. - Нет, - прошептал Мидория, утыкаясь носом мне в шею. – А тебе? - Нет, - честно ответил я. – Мы ведь ещё встретимся, чего бояться? - Ты сможешь найти меня там? – я почувствовал, как наша кабинка сорвалась и начала падать. - Я ведь держу тебя за руку, забыл? - А я пообещал не отпускать.