Ошибка ценой в жизнь

      Кирен удивилась, когда вчера во время выдачи вечерней порции Серости Мэд огорошил ее деловым предложением — медикаментозно ускорить выздоровление Лу. Видимо, хотел поскорее избавиться от неудобного пациента или, может, надеялся, что это принесет Кирен облегчение? Она не задумываясь дала свое согласие на применение восстанавливающих препаратов и потом с довольным видом приняла послание от Ангела о том, что Мэд начал делать капризному чужаку уколы.       Ангел непременно донесет ей обо всем, что происходит в палате — в этом Кирен не сомневалась. Ей куда больше хотелось посмотреть, как будет вести себя Лу, вступив в фейковый сговор с Мэдом. Если все сработает, уже сегодня днем парень покинет клинику и, скорее всего, захочет с ней поговорить. С утра Кирен написала Ангелу, чтобы проводил чужака к ней, как только док с ним распрощается.       После полудня от мальчишки пришло сообщение, что он привел Лу к дому, и Кирен дистанционно отворила дверь. Время для беседы получилось самое подходящее — практически все члены клана разъехались по району, так что непрошенные гости не смогут помешать ей обстоятельно пообщаться с Лу.       Глядя в монитор видеонаблюдения, Кирен отметила, что парень сегодня выглядит довольно бодро, всяко лучше, чем вчера — и мысленно похвалила свое решение принять идею Мэда. Как Лу перенес инъекции и как док уговорил его согласиться, ее рациональное сознание совсем не интересовало. Главное — все получилось удачно.       Торопливые шаги в коридоре возвестили о том, что Лу уже поднялся на второй этаж и скоро окажется в кабинете. Кирен прошлась до бара, посмотрела на красивые этикетки, пробежалась пальцами по крышкам и остановила выбор на отличном виски. Ей хотелось угодить гостю — кажется, в прошлый раз виски он пил с удовольствием. Беседа должна хотя бы начаться приятно.       Дверь отворилась без стука. Наверное, Ангел разболтал, что его уже ждут, вот Лу и решил не церемониться. Но вместо того, чтобы сразу войти, он спросил:       — Можно? — прозвучало робко, даже как будто заискивающе.       Кирен кивнула и указала на журнальный столик:       — Проходи, Лу, — голос прозвучал привычно ровно, и Кирен поняла, что забыла даже улыбнуться. А между тем Лу сейчас следовало дать немного тепла. Она игриво прищурила глаза и сложила губы в улыбку: — Рада, что ты так быстро восстановился! Проходи, выпьем за твое выздоровление!       Лу сделал несколько шагов к креслу, что стояло спинкой к углу, но замер на полпути и, обернувшись, выговорил:       — Ангел мне все рассказал. Кирен, можешь не притворяться, — он дошел до кресла и опустился на мягкую подушку: — Я знаю, что ты принимаешь таблетки...       Наверное, это признание должно было вызвать досаду, но Кирен лишь механически отметила, что Ангел подвел ее и за это с него стоит спросить. Хотя Лу и сам еще вчера почувствовал, что перед ним не прошлая эмоциональная Кирен, так что Ангела можно лишь пожурить. Она поставила на столик стаканы, разлила по ним бронзовую жидкость и, подняв свой, выговорила:       — Я рада, что ты в порядке, Лу, — парень в ответ подхватил свой стакан, и после тонкого стеклянного звона, сделал небольшой глоток. — Твое состояние очень огорчило меня, а сейчас не то время, когда я могла бы позволить себе несколько дней проваляться лицом в подушку. Препарат блокирует эмоции. В моем положении это очень удобно.       Она говорила все тем же ровно-серым голосом, и Лу с каждым словом все сильнее округлял глаза.       — А как же... как же чувства? Тебе нравится быть такой?! — воскликнул он, когда Кирен договорила. — Ты же как робот!       — Эффективный робот, прошу заметить, — она улыбнулась, чтобы попытаться свести разговор в шутку. — Я прекращу их принимать, как только надобность отпадет.       — А как же тот поцелуй? — ласково, но с осторожностью проворковал Лу, понизив голос. — Тебе разве не хочется его повторить?       Наверное, ему пришлось собрать в кулак все свое мужество, чтобы заикнуться об этом. Она помнила, что испытала тогда в машине. Эмоциональной Кирен очень бы хотелось это повторить — и не раз, и продолжить отношения с вором в том же духе. Если бы не Серость, одно напоминание о том поцелуе породило бы жгучее желание поцеловать Лу прямо сейчас. Но теперешняя Кирен думала логически и отлично понимала, что жизнь парня закончится гораздо раньше, чем ей удастся соскочить с Серости, так что нечего и думать об этих отношениях.       — Минутная слабость, — отрезала она. — Больше не повторится.       Сказать последнее оказалось удивительно легко. Она искренне верила в свои слова и, судя по тому, как помрачнело лицо Лу, эта убежденность передалась и ему. Он заметно приуныл и выглядел так, будто получил отказ на предложение руки и сердца. Может, так оно и было? Может, он пытался намеками раскрыть ей свои чувства, а она безжалостно растоптала этот порыв? Думать о таком не хотелось, да и ее рациональное сознание в этом не видело никакого смысла. Скоро все закончится — снова убедила она себя и вдруг заметила, что эту фраза звучит в ее голове слишком часто. Наверное, причина в ее усталости от постоянных проблем. Интересно, как с этим справлялся папа?       — Ну что же, тогда позволь мне уйти, — оправившись от шока, твердо выговорил Лу. — Я достаточно сделал для тебя, отпусти меня. Я выплатил долг перед кланом.       Кирен снова пригубила виски. Вкусный напиток, Лу явно не достоин его пить, если смеет ставить условия. В ответ на его тираду следовало изобразить хотя бы гнев, а лучше негодование, но ей было слишком лень что-то разыгрывать:       — С тебя еще одно задание, и свободен, — сухо ответила она. — Долг будет выплачен, когда ты сгоняешь в двадцатый район и накопаешь компромата на тамошнего крестного.       — Что?! — Лу аж поперхнулся от возмущения и продолжил на повышенных тонах: — Тебе все мало?! Я мало для тебя сделал?!       — Ты сделал недостаточно, Лу, — холодно проговорила Кирен. — Ты выполнишь последнюю задачу, и я отпущу тебя...       Лу сердито надулся, сложив руки на груди, и смотрел в стену, как обиженный ребенок. Он понимал, что у Кирен разговор короткий и не подчиниться он не сможет. К тому же, последствия своих выходок он уже успел ощутить на себе в полной мере.       — Выполни задание, и уйдешь. Если сам захочешь, — договорила Кирен тихим голосом.       Сейчас разговор с парнем перестал ей нравиться — она лгала ему в глаза, хотя наверняка знала, что с того задания он не вернется. Кирен не любила врать, считала это подлостью. Лу все же вызывал уважение даже у ее рациональной ипостаси, так что обманывать его было противно. Но иначе добиться желаемого не получится.       С другой стороны, что хуже, Кирен уже и не понимала. Ведь если случится чудо и Лу превзойдет себя, не попадется и вернется обратно, засняв все, что нужно, ей придется сдержать данное перед кланом слово — собственноручно лишить его жизни. Такое вероломство окажется стократ ужаснее этой простой лжи.       Успокаивало, что вероятность благополучного возвращения парня выглядела ничтожной с учетом того, как устроена и охраняется основная база Сан-Тино. Шпиона там обнаружат очень быстро. И даже если в Лу не опознают человека Кирен, ему все равно не жить — и хвала богам, если казнь окажется простой и быстрой.       — Давай сразу опустим ту часть, где ты всячески артачишься, и перейдем к моменту разработки плана, хорошо? — спросила Кирен, придав голосу добродушную интонацию. — Мы оба знаем, что ты примешься за выполнение, не заставляй меня прибегать к жестокости.       Лу перевел на нее полный негодования взгляд, но вместе с тем, в нем сквозила обреченность. Внутренне он уже смирился, осталось только заставить себя признать это вслух.       — Такой ты мне совсем не нравишься. Я успел влюбиться в сексуальную и опасную королеву бандитов, а теперь вижу перед собой бесчувственного робота, — отрывисто проговорил он, но затем сменил тон на уважительный: — Я выполню твое последнее задание, Кирен. И ты меня отпустишь. Договорились?       Кирен кивнула:       — Договорились. Даю слово, что позволю тебе уйти, — выговорила она. — По первому же требованию избавлю тебя от нейроблокиратора, и вали на все четыре стороны.       Вот теперь Лу вернулся в свое обычное состояние — даже немного повеселел. Похоже, его устроила последняя сделка. Кирен про себя вздохнула — парень поверил ей, ведь до этого она не нарушала данных ему обещаний. К счастью, о том, что последнее слово она вероломно нарушит, ему долго жалеть не придется.       — Значит, слушай внимательно, — Кирен прошлась до стола и вернулась в кресло уже со своим лаптопом. — Мне нужно, чтобы ты собрал компромат на моего соседа — крестного двадцатого района. Его зовут Марко Сан-Тино. — Она вывела на экран карту. — Подлец хитер, как лис. У него много укрытий по всему району, но основная база — это огромный гараж. Уверена, что там не только собирают и ремонтируют автомобили, и тебе надо узнать, чем еще промышляет этот ублюдок. Я ставлю на торговлю запрещенными веществами и оружием. Ничто не мешает ему производить там взрывчатку и продавать ее террористам со спутников. Или фасовать наркоту.       — Запрещенные вещества!? — прыснул Лу. — Ты меня разве перед боем в Роскоши не наркотиками пичкала?       — Нет, я не занимаюсь нелегальщиной, — с показным возмущением отрезала Кирен.       Такой вопрос оскорбил бы ее в любом случае — она слишком щепетильно относилась к проблеме наркомании на уровне, так что у себя по мере возможностей боролась с наркодельцами и курьерами, жестоко карала негодяев за распространение на своей территории. Понятно, что наркомана такое не остановит, но своих граждан крестная ограждала от наркоты как могла.       — Хочешь сказать, не применила бы ничего запрещенного, если бы это позволило мне выжить? — издевательски спросил Лу.       — У меня было все, чтобы максимально облегчить тебе победу, — сурово процедила Кирен.       Можно было сказать больше, но она решила не вдаваться в подробности. Хан не потребовал экспертизы, хотя мог. И если бы выяснилось, что ее боец дрался под запрещенными веществами, это могло стоить репутации не только самой крестной, но и всему клану Ди-Ганов, которую зарабатывал еще покойный отец. В девятнадцатом районе не бывает нелегальных препаратов — это закон.       — Так вот, твоя задача — найти любые свидетельства незаконной деятельности, — продолжила Кирен. — На Григории запрещено производство и торговля взрывчаткой в любом виде, кроме того, под запретом любые порошковые вещества. Видишь порошок — считай, миссия выполнена.       — Даже если это мука?! — с иронией спросил Лу.       — Если эта мука не на кухне, то это не мука, — парировала Кирен. — В любом случае тебе никаких улик тащить не надо, достаточно того, что снимет твоя камера. Этого хватит...       Кирен прервала речь, увидев поднятую руку, и кивнула.       — Зачем лжешь?! Этого не хватит! — вскричал в сердцах Лу. — Ты даже мое признание Хану на пленку снимала, а тут... ни один прокурор не заинтересуется! Ты что, на убой меня отправляешь?!       Под Серостью Кирен не смогла рассердиться искренне, но изобразила ярость, которую бы испытала от такого хамского тона.       — Тон смени, ковбой! Давно электрошоком не баловался?! — они прибавила металла в голосе. — Где ты видел прокуроров на седьмом уровне? Как улика в суде твое видео не сгодится, но такого будет достаточно, чтобы на уровень спустилась гвардия штата и взяла Сан-Тино с поличным!       Лу притих и вжался в кресло. Угроза подействовала неплохо, хотя претворять ее в жизнь Кирен не хотела. И прошлый-то раз ей не понравился. Это была вынужденная мера. Хотя если парень продолжит вести себя таким образом, его придется снова проучить, и по этому поводу никаких сомнений не было.       — Тебе достаточно проникнуть в гараж, пройтись по помещениям и найти то, что поможет прищучить гада Сан-Тино, — уже ровным тоном продолжила она. — И нет. Я не отправляю тебя на убой. У тебя есть шанс покинуть гараж незамеченным. Сделаешь все тихо — вернешься невредимым.       — А если попадусь? — нетерпеливо спросил Лу. — Ты явишься за мной?       Очередной неприятный вопрос, вынуждающий солгать. Кирен перевела на парня прямой жесткий взгляд и медленно произнесла:       — Лучше не попадайся.       Она попыталась обойтись без лжи. Принципы — неприходящая ценность, и им она пыталась оставаться верна.       — Ты так говоришь, будто все зависит только от меня! — снова вскинулся Лу, но продолжил уже более спокойным тоном: — Кирен, послушай, я не грабитель. Я никогда не влезал в чужие дома. Если бы ты потребовала очаровать жену Сан-Тино, чтобы она выдала мне все секреты, я бы справился запросто!       — Нет у него жены! — отрезала Кирен. — Подонок хватает приглянувшуюся девчонку прямо с улицы, а потом платит за молчание. Очень по-джентльменски, особенно если учесть, что на другой чаше весов для нее оказывается внезапное исчезновение.       Лу, кажется, опешил от спокойствия, с которым Кирен рассказывала о таких жутких вещах. Наверное, сказанные в сердцах, эти слова возымели бы куда более ощутимый эффект, но можно было не изображать, а подлости соседа в адрес его собственного населения сейчас не могли ее разозлить.       — У нас есть планы и чертежи некоторых частей гаража Сан-Тино, — как ни в чем не бывало продолжила она. — Проберешься через вентиляцию. Баз тебя проинструктирует и снабдит всем необходимым.       Кирен испытующе глянула на Лу — он словно перестал ее слушать и смотрел в одну точку. Испугался? Решил, что не справится?       — Ты меня слушаешь, Лу? — спокойно переспросила она и, дождавшись осмысленности в его взгляде, продолжила: — Забрался, прошел по помещениям, вышел тем же путем и свободен. Ясно?       Парень медленно кивнул, все еще витая где-то в своих мыслях. То ли строил план побега, то ли раздумывал, не сдать ли нанимательницу заклятому врагу со всеми потрохами?       — На случай, если ты думаешь о том, чтобы переметнуться к Сан-Тино, уверяю, это гарантированный смертный приговор, — выговорила Кирен. — У нас с ним давние счеты, так что он жестоко убьет тебя и пришлет мне видео. Он тебе не друг и никогда им не станет.       — Да я не об этом вовсе думал, Кирен, — отмахнулся Лу, так и не вынырнув до конца из пучины мыслей, а потом, спустя долгих пару минут, с тоской посмотрел на нее: — Когда ты прекратишь пить эти таблетки, мы же сможем поговорить, как два человека? Как нормальные люди?       Сказать «Да» казалось просто и легко, но Кирен не смогла. Лу спросил о том, что станет после — после того, как Сан-Тино будет повержен. Для него это «после» уже не настанет.       — Когда закончу, да, — уклончиво ответила она. — Но пока клан находится в состоянии холодной войны, извини. Будь у меня возможность переживать, я бы постарела лет на двадцать за последние несколько дней.       Лу явно не понимал, в чем дело. Он не мигая смотрел на нее несколько мгновений, а потом встрепенулся:       — Какой еще войны, Кирен? — он встряхнул головой, убирая челку с глаз. — Ты про Хана сейчас?       — Нет, Лу. Я про Сан-Тино. Все началось тогда, когда ты похитил кейс, — Кирен сделала невеселое выражение лица. — Ублюдок отрезал Вьюну ногу, тем самым, развязал конфликт, который с тех пор только обостряется. Пока ты спал, на район напали дважды. И это его рук дело. Мне нужно защитить своих людей, и ты мне в этом поможешь.       По лицу парня было отчетливо заметно, как в голове все кусочки паззла встают на свои места. Он наконец собрал цельную картину и обрел мрачно-серьезный вид. Кажется, наконец воспринял слова Кирен всерьез и поверил, что война случилась из-за него. По правде говоря, Сан-Тино похитил Вьюна еще до пропажи кейса, но Лу об этом знать не обязательно. Пусть верит в исключительность своей миссии и испытывает чувство вины — это станет залогом выполнения задачи.       — Если ты пообещаешь никуда не прятаться, я не стану запирать тебя в подвале, — подводя итог, проговорила Кирен. — Обещаешь?       — Да, даю слово, — ответил Лу без энтузиазма. — Куда ж деваться.       — Вот и славно, — она улыбнулась, — на задание отправишься сразу после того, как Баз тебе все расскажет. Он вернется вечером. До того времени побудешь тут. — Лу удивленно огляделся по сторонам, полагая, что Кирен имеет ввиду свой кабинет, и она поспешила объяснить: — В моем доме, я имею ввиду. Внизу, в зале есть где посидеть. А теперь ступай. Мне надо делами заниматься.       Лу рассеянно встал и направился к двери, но потом вдруг обернулся:       — Кирен, а связь-то между нами будет? Как я узнаю, что заснял достаточно компромата?       — Нет, Лу, связи не будет, — Кирен вернулась за свой рабочий стол. — Ты поймешь, когда найдешь. В любом случае тебе надо пробраться как можно глубже и снять как можно больше.       Лу показал большой палец вверх и вышел за дверь. Кирен устало откинулась на стуле. Кажется, ей должно быть все равно, но не получалось. Она отдавала себе отчет, что поступает гадко и подло, но логически же оправдывала себя — Лу искупает вину перед ней, перед кланом. Кроме того, она дала слово Орину, обещала всем, что чужак получит по заслугам. Так правильно. Но теперь начинало казаться, что даже выстрелить ему в голову в подвале пару недель назад было правильнее.