Мне это надо!

***

Вот оно утро, опять ранний подъём, и снова не поспав, Намджун идёт на работу, захватывая по пути пакет с чудесным набором продуктов, который надо будет выбросить по пути, ведь есть эти деликатесы никто не будет. Дом, дорога, офис, дорога, дом, вот типичный день альфы. Но сегодня слишком много работы поэтому можно выкинуть нафиг дорогу и дом, и остаться прямо здесь ночевать. Стопка бумаг уже лежит на столе, скорее всего её занёс Хосок, как только пришёл в офис, время уже половина девятого, а значит Намджун опоздал на целых пол часа, но сегодня ему простительно, как и всю беременность Джина, ему простительно абсолютно все промахи. —Доброе утро, Джун, я догадываюсь, почему ты опоздал, поэтому принёс кофе и булочки. Как бы много работы не было, завтрак укладывается по времени. Как только дверь открывается, а в проёме стоит Хосок, который буквально говорит самые лучшие слова в этом мире, и держит в руках заветный стаканчик. Ммм… —Господи, Намджун, что с тобой случилось? Если именно так выглядит счастливый мужчина в браке, то я точно не настроен в этот брак вступать. Я останусь одиноким на всю жизнь. — Со смешком и сочувствующим взглядом, Хосок передаёт стакан кофе и садится напротив, доставая из пакета булочки с маком. —Я говорил тебе, что ты просто ангел, Хоби. Ммм, это просто божественно… — Говорит Намджун, откусывая булочку и запивая её кофе. —Сколько ты спал за эту неделю? Выглядишь просто отвратительно. —Хм, спасибо за комплимент. —Прости, я не хотел обидеть просто, ты правда нездорово выглядишь. — С сочувствием в глазах произносит помощник. —Ничего, на правду не обижаются. — После ещё нескольких укусов Намджун продолжает. — Спал, за неделю часов семь? —Ты же понимаешь, что сегодня суббота, а твоё предложение больше на вопрос похоже. — Хосок не зол, вовсе нет, хотя так может показаться, просто он и правда переживает. — Хорошо. — Кивает больше себе, погружаясь в свои мысли. — Месячный отчёт я сделал… Так, можешь после перекуса лечь спать, я возьму на себя несколько совещаний и твоей работы, не волнуйся за годы дружбы подпись подделывать научился. — Тёплая улыбка проскальзывает на лице. — Ложись и отдыхай, я приду за тобой. —Но сегодня работы по горло... Договорить этому горе начальнику так никто и не даёт. —Ты сейчас в таком состоянии помрёшь на работе быстрее, чем сделаешь что-то полезное. Так что ложись спать. — Этот тон Хосока знают все друзья и работники компании, означает, если ты сейчас не выполнишь, что я сказал, то я лично тебя прибью. —Хорошо, Господин Чон, и спасибо… —Не за что, а такие слова лучше почаще говори своим омегам, иначе не выспишься опять. Хосок так и выходит из кабинета, а Намджун моментально засыпает на удобном диване, прекрасно понимая, что если Хосок будет работать за двоих, то умрёт быстрее, чем Намджун в таком состоянии. С предыдущего инцидента не прошло и недели, как на совещании Намджун получает звонок. Обычно альфа не берёт никакие звонки и не реагирует на сообщения во время работы, если они, конечно, не сделаны с рабочего телефона. На работе только работа, именно так живёт альфа, иначе он бы сидел в соцсетях всю рабочую неделю. Но, как говориться, без исключений никуда. Вот и сейчас, звонит его омега, если не возьмёшь, то минус жизнь, возьмёшь тоже самое, в этой ситуации нет правильного выбора. Обычно омега звонил только по важным вопросам и всегда понимал, если альфа не мог ответить, однако сейчас Джин в положении, а это значит, что ему закон не писан. Спустя минутное рассуждение, Ким всё-таки берёт свой телефон в руки, и отдаёт последнее распоряжение Хосоку, заканчивать совещание надо, даже под угрозой смерти. Как только Намджун оказывается в коридоре, первое действие, которое он совершает, это нажатие на дурацкую зеленую кнопку. —Да, солнце. Разговор складывается очень даже подозрительно спокойно, альфе не предъявили за то, что он взял трубку на рабочем месте, ничего не сказали против того, что опять на Хосока повесили все обязанности, потому что омега знает, что сейчас идёт совещание, а начал Джин почему-то говорить о завтраке. Как только Хосок выходит из кабинета, он видит перед собой картину: Намджун разговаривает по телефону, странно с того момента, как он вышел, прошло уже достаточно времени. Намджун и сам понять не может, почему омега позвонила ему без всякого повода, просто обсудить завтрак, но альфа рад, потому что омега не психует и нестись через весь город не придётся, пока что… —Джун, совещание провёл, отчёты на столе, могу занести в кабинет, если хочешь. — Говорит Хосок, подходя к своему начальнику. —О, привет Хосок, поставь на громкую, я хочу услышать его голос. Привет, Хоби, ну ты поставил или нет? — Хосок прекрасно слышит голос Джина и не может не улыбнуться, приятно, что тебя помнят и хотят поговорить, хотя много и не получиться слишком много работы. —Хорошо, поставил я всё. —Привет, Джин. Как самочувствие? — С легкой улыбкой говорит Хосок, пока Намджун закатывает глаза. —Вообще хорошо, но… — На этой фразе насторожились все. Потому что после “но” никогда не идёт что-то хорошее. — Намджун изверг. АХУЕТЬ НОВОСТЬ. Тут даже Хосок в ахуе, хотя он знает все стадии ярости начальника, но чтоб прям изверг. Нет. Если Хосок в таком ошарашенном состоянии, то Намджун выглядит более спокойно, он привык к таким новостям. —Что случилось, солнышко? И как я могу загладить свою вину? — эти фразы уже стали заученными, сейчас Джин скажет какое-нибудь название странной фигни или дорогой вещички, Намджун купит это и поедет извиняться, а потом все снова будут счастливы. —Этот изверг сделал мне завтрак. — Намджун полностью сбит с толку, ну сделал и что, он часто делал и обычно слышал слова благодарности или получал поцелуй, а сейчас стал извергом, но, если честно ему сейчас не важно, за что он изверг. Его больше интересует, что надо сделать, чтоб перестать им быть. — Он приготовил мне яичницу из будущих детей курицы, он убил её детей. Так что пусть идёт и извиняется, снимет на видео и отправит мне. А иначе пусть даже не приходит домой, я его не пущу. Намджун в шоке, а вызов завершён, пока Хосок смеётся на полу. Ну вот и поговорили миленько. Так хорошо, что понял Ким. Он изверг, потому что приготовил яичницу из яиц, которую просил его муж. Возникает вопрос, из чего готовить яичницу, если из яиц нельзя. Так с этим вопросом потом, где взять куриц, чтоб извиниться. Из магазина явно не подойдут, потому что они мертвые, а живые… —Хо, бронируй мне отель на два месяца, пять звезд, все включено. — Говорит Ким абсолютно серьезным голосом. —Ты реально собрался жить в отеле, а не в своём доме? Я точно останусь один на всю жизнь. —А что ты предлагаешь делать? Искать курицу? — Он обречён, никаких больше детей. — Я предлагаю никуда больше не совать свой член, и пожить у меня первое время. У Юнги есть дядя, он владелец птицефабрики, я думаю он поможет. И не смотри на меня так, ты мне платишь достаточно чтоб в моей квартире было две спальни. — Хосок единственный человек, который в этой компании мыслит здраво. —Хорошо, спасибо получается. —Пока не за что. Давай иди тебе ещё отчёты подписывать. —Хорошо, Босс. — Говорит Намджун, который просто заебался. После целого дня работы, единственное о чём думает Намджун, это как бы не сдохнуть, но Хосок, как настоящий друг помогает думать о другом. —Я звонил Юнги, и он согласился помочь. —Я так понимаю, что там есть но. — Конечно, оно будет, ведь это Юнги. —Есть, он просил передать, что не пропустит это шоу, и спасибо, что забрал Джина себе, а ему отдал Чимина. — Точно, они так долго делили этих омег в университете. Никто не хотел уступать Джина, а потом просто появился Чимин. —Блять… — Самый настоящий стон отчаяния раздаётся в главном офисе, который видимо слышит весь мир. —Так что, ночевать едем или ты тут на коврике? —Иди на хуй. — На большее сейчас Намджун не способен. Вечер и ночь проходят без происшествий, и в принципе нормально, но Господи этот долбанный телефон, его пора выкинуть на хуй. —Я убью, того кто сейчас тебе звонит, Намджун, блять возьми эту уёбскую трубку. —Да иду я… — После недолгого копошения, легкого броска взгляда на часы, можно понять. — Четыре утра. Звонок от Джина. —Мы умрём, юху. — Да это сказал Хосок, да это звучит, как приговор, но это правда. — Врубай громкую, я хочу слышать наш приговор. —Наму, а ты где? — Ну снова здравствуйте, сонный голос ангела, который пошлёт тебя прямо в ад, гореть в одном из костров. —Я у Хосока, что-то случилось? — Намджун правда переживает, но сейчас больше за себя и свой здоровый сон. —Я хочу кушать. Ты сможешь мне купить что-то? — Господи, сегодня Намджун легко отделается, неужели произошло чудо. Просто. Вау. —Привезу, конечно же. Что именно ты хочешь? — Неужели на примирение понадобится всего час времени. Всего-то купить продукты, понятно, что это точно не обычная еда, но всё же это не переезд или кактус. —Я хочу молоко синего дрозда и маринованный глаз кальмара. — Вот именно так звучит пиздец. Намджун ожидал всё что угодно, но точно никак не это. Глаз кальмара найти можно, но вот существуют ли синие дрозды и есть ли у них молоко? —Хорошо, солнышко. Ложись спать, я завтра все привезу. —Пока. — Намджун не успел даже попрощаться, а звонок уже завершился, он точно свихнётся. Ещё два месяца и точно конец этого пиздеца. На самом деле омега прекрасно понимает, что Намджун ему ни за что не откажет и нагло пользуется этим, но альфе об этом знать не надо. А сейчас этот убийца нервов альфы со спокойной душой ложиться спать, потому что так надо. Альфа его любит, так что пусть катается всю ночь. —Молоко синего дрозда существует или ты сразу на тот свет планируешь? —Говорит его секретарь и просто отвратительный друг. Но сейчас этот друг слишком прав, он просто не в силах найти этого синего дрозда, может альфа по-тихому вскроется и дело с концом. —Звони Юнги, пусть помогает, нам теперь куры не нужны. Нам нужен синий дрозд, который будет давать молоко. Если честно все прекрасно понимали, что звонить Мину посреди ночи, ну хотя считай уже утро, но в любом случае это не самая лучшая идея, но есть ли у них другой выбор. —Ало, Юнги… —Если ты, уёбский Ким Намджун, сейчас не скажешь ни одной нормальной причины, почему ты разбудил меня так рано, то я лично выебу тебя будильником и мне плевать, что ты альфа. Напомню, что тебе перед курами извиняться, а ты не спишь ещё, так что если ты звонишь, не чтоб сказать мне, что сейчас начался конец света, и ты решил меня спасти, то на хер ты рушишь мой прекрасный сон? — Юнги зол, очень зол. —Тут куры уже не нужны, нам нужен синий дрозд…

***

С несчастного звонка Джина прошло каких-то двадцать четыре часа сорок одна минута и тридцать семь секунд, и вот наконец-то альфа дома с этими продуктами, без которых ночью не мог жить Джин. На часах пять утра, но омега не спит, а готовит что-то у плиты. Странно, но Намджуна уже ничем не удивить. —Доброе утро, малыш. Я принёс всё как ты и хотел. — Давайте навсегда забудем то, как именно альфа провел эти сутки. —О, привет. А что я просил? — Ну может Джин просто забыл, такое же чисто теоретически возможно. —Молоко синего дрозда и маринованный глаз кальмара. — Просто возьми этот пакет и сделай вид, что тебе все очень нравиться, пожалуйста. —А это, выкинь это в мусор. Это говно есть точно никто не будет, идем лучше кушать. Я на завтрак приготовил яичницу, будешь? Ахуеть. Всё, это была последняя нервная клетка Намджуна. Он больше точно не проживёт. Альфа так и стоит посреди комнаты, уронив пакеты на пол, с широко раскрытыми глазами. Все деликатесы в мусор, а яичница из яиц, и это не убийство. У альфы лишь один вопрос. —Где взять пистолет, я хочу застрелиться.

***