Мне это надо!

***

Утро никогда не бывает добрым, но в последние дни у него даже утра нет. У него есть просто круглый день и постоянная работа. Сначала офис и дохуя подчинённых, а дома омега, которой разонравилось абсолютно всё. Вообще Намджун уже купил дом, а не квартиру. Новый дом просторный и светлый, идеальный, сказал бы Джин, если бы не был беременным. Да, именно беременность Джина — главная причина, почему они не переехали. Ремонт там только закончен, и последнее, что хотел бы делать альфа — это повторить этот ремонт по новой, а так и будет. Намджун уверен на все сто, если Джин зайдёт, то выйдет сразу, потому что ему всё будет не так, начиная от дизайна, который он сам нарисовал, и заканчивая местоположением дома, которое он сам выбрал. Но о доме можно подумать потом, сейчас придёт еще один недобрый невротик, за что ему вообще эта компания людей досталась. Он просто жить хотел, а не выживать в таком окружении. Время восемь, дверь открывается и сразу за ней появляется Юнги, странно Чонгука ни спереди, ни сзади нет, тогда возникает вопрос, почему Юнги один, и где же Чонгук. Обычно Гук даже в свой выходной выходил лишь бы побывать в других компаниях, ведь это большой опыт. А к Намджуну он всегда с особым трепетом шёл, потому что друзья, наверное, это единственный адекватный человек в этом дурдоме. —Ну доброе утро. —Юнги заходит и присаживается на кресло, которое стоит напротив Намджуна. По его лицу видно, что он явно не горел желанием приходить сюда в такую рань, но остальной график примерно на месяц вперед забит у обоих, а сотрудничество надо обсуждать сейчас, иначе дальше точно плохо будет. На самом деле Намджун сейчас желает лишь одного: лечь в кровать и не вставать ближайший месяц, потому что он не спал несколько… дней или недель, Намджун точно не вспомнит эту информацию. Возникает вопрос: зачем они оба припёрлись в такую рань в офис, если желания нет ни у кого. Ответ один: Чонгук и Хосок просто пошлют их, если взрослые альфы не смогут обговорить условия сотрудничества в определённое время, которое все четверо согласовывали неделю. Ну возможно не пошлют, просто нож в бестолковую голову, и в гроб. —Иди на хуй, Господин Мин Юнги. — О да, у Намджуна нет никакого настроения, он просто хочет помереть прямо сейчас, желательно быстро и безболезненно. Может позвать Хосока и сказать, что облажался. Любимый помощник и гроб закажет, и ножик вставит, считай не жизнь, а мечта. —Вау, неужели сам Ким Намджун вспомнил, что у меня есть полное имя. Прям прелесть, может проткнуть все презервативы, чтоб прям наверняка всегда называл меня так. А что, очень даже приятно. — Юнги приподнимает брови, и откровенно ржёт. Конечно, по виду альфы понятно, что он не спал месяц, причина так же очевидна, но не простебать друга, это просто заденет его эго. На самом деле Намджун часто говорил о случаях, которые происходили с ним и его омегой, про всё всегда Юнги узнавал одним из первых и, конечно, пытался как-то помочь, потому что всё-таки друзья. Как бы Намджун не отстаивал, Джин не ангел, а демон похлеще Чимина. —Ну что, ненавистник мебели, доброе и бодрое тебе утро. Я ж говорил, что ты влип, но ты не верил. Давай хоть я не буду мотать тебе нервы и впервые в жизни поверю тебе на слово. Я согласен на сотрудничество на тех условиях, которые ты напечатал на листочках, и даже ни разу не прочитав, подпишу. Я просто поверю, что ты честный и порядочный господин. Давай свои бумажки и покажи куда закорючку ставить. —Договор и всю прочую херню отправлю на почту, роспись нужна лишь на последнем листке, снизу. Передашь Хосоку в любое удобное тебе время, он все проверит и считай, мы партнёры. — Намджун просто благодарен Юнги, потому что умеет, умеет всё. Поддержать, выпить, помочь и в нужное время остановиться, перестать бесить и стать нормальным. —Ложись спать, партнер, пару обязанностей взял Чонгук, ты можешь поспать часа три, если мне всё-таки удастся договориться с одним человеком, то я заменю тебя на встрече, и ты сможешь поспать часов шесть. Я или Чонгук зайдём за тобой. — Мягкая улыбка появляется на лице Мина. — Спокойного утра. — Спасибо… Намджун произносит это, еле шевеля губами, но знает, Юнги его услышал. Дверной хлопок, шея тут же расслабляется, голова соприкасается с мягким креслом, и альфа сразу же падает в такой желанный и долгожданный сон. Как же он всё-таки рад, что не сэкономил на этих креслах. Вот бы остаться спящим на вечность, но нет, через семь часов в дверях появляется Чонгук. Хоть работать осталось всего пять часов, дело это не меняет.

***

Сразу после работы домой. Вкусный ужин, приготовленный его любимым омегой, и мягкая кровать, которая ждала его целый день. Но Джин не был бы Джином, если не… —Намджун, Намджуна, Намджун ты спишь? — Мягкий приятный и сонный голосок, который сто процентов не принесёт чего-то мягкого, как например КРОВАТЬ. —Да, мое Солнышко. — Намджун слишком привык просыпаться посреди ночи, просто потому что его омеге так хочется. С первой выходки прошло всего три месяца, просыпаться посреди ночи и выполнять запросы своего мужа стало вторым хобби. Первое это вот чтение, а второе хобби, самое любимое на эти девять месяцев, это работа ночью, у которой КПД равно нулю, или оно вообще отрицательное, хотя такого быть не может, но вот у Намджуна может и точка. Что только будущий отец не делал: разборка стола, потому что омеге не понравился ящик в столе, а точнее его наличие, из-за чего пришлось разбирать этот стол полностью — было, перекраска стула, потому что за окном выпал снег, и Джин считает что стул и снег не сочетаются по цвету — такое было, переклейка обоев, потому что они явно не подходят по стилю к новому цвету стула — было, замес клея для обоев, который потом сам альфа утром и выкидывал, просто потому что омеге понравился запах этого самого клея — было, покупка цветущего кактуса в четыре часа ночи, цветы которого обязательно должны были быть синего цвета, который идеальным градиентом переходит в бардовый, потому что, как это они всю жизнь прожили без именно такого кактуса, считай зря прожили жизнь — и даже такое было. — Я хочу кушать, сильно и прямо сейчас. — Слава всем, кому только можно, сегодня Намджун быстренько объездит полгорода и пойдет дальше спать. Сейчас альфа полностью спокоен, так как это не ремонт и не покупка не существующих на свете вещей, а просто еда со странными вкусами, в несъедобности этой еды Намджун уверен на все сто, но выполнит все заказы своего малыша. Сейчас пять минут и можно снова спать. — Я хочу мармелад со вкусом селёдки в томатном соусе, но без добавления масла, острый лимонад со вкусом сока и маринованные в кисло-сладком соусе соленые крендельки. Ахуеть, только это слово сейчас в голове Намджуна, и еще немного отборного мата. Что он там говорил, про пять минут и сон. Так вот у него видимо отпуск, и теперь можно пятьдесят часов искать этот прекрасный набор продуктов. — Хорошо, мое солнышко. — Только это может сказать Намджун, чтобы прямо сейчас не получить по башке и остаться в живых. Минус еще одна ночь сна.

***

Три часа спустя. В доме стоит непривычная тишина. Если бы это был обычный день. То Намджун бы даже ухом не повел, и возможно даже обрадовался бы, но сейчас единственное, о чем он думает, так это о том, что ему пришла пизда. Что-то не так, что-то точно не так. В голове Намджуна уже загорелась эта красная надпись. Опасность, опасность. — Малыш, малыш, я дома. — В ответ тишина, ни единого звука. Паника все больше и больше поглощает здравый разум. — Малыш, ты где? Пройдя несколько шагов, держа пакеты со всем несъедобным в руках. Он видит его, маленький плачущий комочек сидит на коленях перед кроватью в их спальной комнате. Намджун точно свихнётся еще до рождения ребенка, он вообще не понимает, что могло вызвать слезы, но в голове вместо надписи опасность, появляется другая. Успокоить срочно. Медленно опускаясь на колени перед его солнышком, аккуратно кладя пакеты на пол, стараясь не спугнуть, альфа пытается понять в чём же проблема. Осторожно опустившись на пол, прямо перед омегой, альфа медленно обнимает его, а как только омега всеми конечностями начинает тянуться, пересаживает Джина на свои бёдра, держит свое чудо за ягодицы, позволяя обвить всего себя конечностями и уткнуться милым носиком в пахучую железу. — Расскажешь своему альфе что случилось? В ответ лишь непонятное мычание омеги, который всё сильнее обхватывает его конечности. Тут два варианта, либо умер какой-то паучок или омега себя снова накрутила, но какой из вариантов это не был, главная цель одна. Успокоить, дать понять, что всё хорошо и все в безопасности. Спустя достаточно долгое время, которое Намджун с величайшим терпением прождал, омега всё-таки поднимает глаза на альфу, и начинает осознавать, что происходит. —Т-ты был т-только в магазине? — Омега заикается, а Намджун и не давит, он просто сидит, выпуская свой феромон, чтобы его счастье поняло, что всё хорошо. Стоило только Джину задать вопрос, как он снова намертво вцепляется в тело супруга и начинает часто вдыхать аромат, пока Намджун немного, очень сильно, не понимает, к чему такие вопросы. —Да, я был только в магазине. Почему ты спрашиваешь, солнце? — На самом деле, он правда не понимает, обычно, когда альфа приходил с какого-нибудь задания омеги, если эти пытки ночью можно назвать заданием, Джин просто спал или встречал его с распростёртыми объятьями. —Просто, т-тебя долго не было, а я опять попросил всякую чушь, а тебе вообще с-спать надо, а я тут со своими поручениями, а т-ты потом не выспишься. — Пока даже в объяснениях Намджун ничего не понимает, он очень внимательно слушает, но вникнуть всё равно получается с трудом. — Я просто подумал, зачем тебе такой вредный и т-требовательный муж, который ещё и в положении, ведь т-ты красивый и богатый, на тебе любая омега готова жениться, а найти любовника на ночь вообще не проблема. Я ведь такая плохая омега… Конечно, Намджун в шоке, потому что омега тараторит такую чушь. Возможно он и правда такой завидный жених, но у него уже есть не менее завидная пара. Но не успевает альфа что-то сказать, как поток слов от омеги продолжается. — Ты правда не ходил ни к каким шлюхам, я правда пойму, если ты ходил, это же ничего страшного, просто я ни на что не способный омега, а ты, т-ты просто хотел… —Так стоп. — Вышло слишком резко, но Намджуну сейчас явно абсолютно срать, как и что там, потому что мысли его самого лучшего омеги заняты не тем, он бы вытрахал все эти мысли, но увы врач запретил, так что обойдутся они сегодня разговором. — Вы мои самые лучшие омеги и никого больше мне и не надо, сейчас твоему организму нужен отдых, так что все в порядке. А про то, что твои желания чушь… От кого ты это услышал, если это говорит Хосок или Чонгук, шли их на хер, а еще лучше на хуй или ко мне в кабинет. —Правда? — Вот эти миленькие глазки снова горят огонечками, и наконец-то альфа спокоен. —Да, да малыш. А теперь давай спать. — Намджун переносит их тела на кровать в лежачее положение, накрывает своего омегу и целует невесомо нежно в висок. А после в губы. Как же долго Намджун не прикасался к этим губам, кажется уже несколько часов, а по ощущениям вечность. Тягучий поцелуй перестает быть невинным, когда язык альфы начинает проникать в прекрасный ротик Джина, блять как же не вовремя всплывают эти фантазии. Вот пухлые губки обхватывают головку его члена, а вот… так стоп, не вовремя. Языки сплетаются, и прекрасный, совсем тихий стон слетает с уст омеги прямо в поцелуй. Они так и засыпают, в объятиях друг друга, ну не смогли они отлипнуть от друг друга и что, вот и они думают, что ничего.

***