I’ll always love you!

— Папа-а-а-а! Голос маленькой девочки пробудил шатена ото сна. Он застонал, не желая просыпаться, но в конце концов разлепил глаза. Пятилетняя девочка с растрёпанными волосами и мягкой игрушкой в руке стояла возле кровати и смотрела на своего отца с яркой улыбкой. Да, еë отец — Хван Хëнджин, шикарный мужчина, лет двадцати пяти. — Что случилось, Хëн-а? — спросил Хëнджин, стягивая одеяло и беря на руки свою дочь. — Это мой первый день в садике! Пора собираться! — высокий нежный детский голосок был пропитан совершенно непривычными интонациями. — Хëн-а, малышка, сейчас всего пять утра, а детский сад открывается в девять, — истину в словах отца она не слышит будто нарочно. — Нет, пап! Это первый день… Мы должны быть первыми! — Хорошо… послушай, малыш… Папа будет работать сегодня весь день, поэтому ему нужно немного поспать, хорошо? И Нана тоже сегодня не придёт. Нана была няней Хëны с тех пор, как малышка родилась. И помимо этого она определенно смогла занять место в сердце молодого отца: что-то до жути похожее на отношение к родной сестре. Девчушка наконец соглашается. — Тогда, папа… Можно я посплю с тобой немножко, пожа-а-алуйста? — Конечно, родная! Хван Хëнджин — дизайнер интерьера, а также отец-одиночка, воспитывающий свою дочь со всей любовью и заботой, на которую он способен и даже больше. Хван Хëна — его дочь, а по совместительству и единственная причина продолжать жить. Маленькая девочка, но достаточно смышлёная для своего возраста, иногда упрямая, но в меру, прямо как и отец. Обычный ребëнок.

🌼🌼🌼

Поспав всего около часа, Хëна снова проснулась, и на этот раз, разбудив своего отца, она потащила его в ванную. — Малыш, сейчас всего шесть утра! — Скорчив щенячье лицо, Хëнджин посмотрел на свою дочь. — Ну, папа, тебе нужно много времени, чтобы собраться! Кыш-кыш в ванну! — приказывает маленькая Хëна, мило укладывая на бока сжатые в кулачки пальчики. — Хорошо, хорошо, но сначала я должен тебя умыть. Пойдëм! — Хëнджин поднял свою хихикающую дочь и пошел в ванную, захватив все необходимые вещи из комнатки. — Хорошо, так… Раз Наны сегодня не будет… — протянул мужчина с явной досадой. — Это значит… Ты… будешь… готовить… завтрак? — робко спросила Хёна. Хëнджин на кухне — катастрофа, ни больше ни меньше, и его дочь это прекрасно знает. — Ммм… да? Так что давай просто съедим хлопья. Это самый безопасный вариант, к тому же сегодня твой первый день в детском саду и проблемы нам точно ни к чему. — А… Как насчет моего обеда? — Я куплю тебе шоколадный коктейль и кимбап. Пойдет? — Спасибо, папочка! — девочка от счастья чуть ли не пищала, улыбаясь так, что наверняка и с противоположной части орбиты видно. Завтрак оканчивается лишь к половине девятого. Хëнджин собрался быстро, как и подобает ответственному родителю. Когда они добрались до садика, площадка перед самым входом уже была заполнена провожающими своих детей родителями и воспитателями, приветствующими их яркими улыбками. — Папа, я могу дальше пойти сама, не надо провожать меня до самой группы! — воскликнула Хëна, когда шла рука об руку со своим отцом, но Хван, полностью проигнорировав еë слова, продолжал идти. — Так, хорошо, моя милая Хëн-а… береги себя, пожалуйста. Хëнджин шмыгнул носом. Обнимая еë и сидя рядышком на коленях, он как никогда ощущал то чувство, что поглощает всех родителей, когда дети вступают на новую ступень жизни. Его дочь в первый раз идëт в детский сад. Его дочь. — Да ладно тебе, папа… — улыбка Хëны наполнена неуловимой робостью. — Привет… Глубокий, но мелодичный голос неожиданно прервал разговор отца и дочери. Они оба посмотрели вверх: перед ними стоял светловолосый парень, вероятно, лет двадцати пяти, с красивыми веснушками на щеках, с яркой улыбкой и милыми карими глазами. — Привет! — ответ Хвана был пропитан чистейшим восторгом. — Привет, малышка! Как тебя зовут? — молодой сотрудник опускается на колени, заглядывая в глазки будущей подопечной. — Я Хëна. А вы кто? — Я Феликс… Ли Феликс, твой воспитатель в этом году, — слегка пухлые губы сами растягиваются в привычной улыбке. — Вы еë отец? — Взгляд карих глаз блуждает по лицу высокого мужчины рядом. — О, м-м… Да, я еë отец. Хëнджин, Хван Хëнджин. Поток его мыслей оборвался толчком дочери. Сказать, что Хенджин был поражен, увидев перед собой снова этого божественного мужчину — не сказать ровным счётом ничего. — Приятно было познакомиться, мистер Хван, — Феликс натянуто улыбается ему и берет девчушку за руку. — Итак… Хëна, идëм. Они оставили Хëнджина одного. Оставили смотреть вслед удаляющимся фигурам с неприятной тревогой в сердце. Она не ушла и потом, сопровождая его весь путь до офиса, в то время как все мысли были заполнены ни капли не изменившимся солнечным Феликсом.

🌼🌼🌼

— Эй, Хван, дизайн готов? Клиенты приедут сегодня днëм. Мужчина ворвался в кабинет Хёнджина, просматривая какие-то файлы в своих руках. Не получив никакого ответа, он оторвал, наконец, глаза от своих документов и недоуменно взглянул на того. Но кроме тупо уставившегося в стену человека он не увидел ровным счётом ничего… разве что красоту стен за ним: витиеватые рамки с цветными фотографиями, да пара картин, самим же Хваном и написанных. — Хёнджин… Хëнджи-ин… Хван Хëнджин! — Какого хрена, Чан-хëн?! Почему ты кричишь, у меня же есть уши. Бан Чан — его друг, старший брат, напарник, который был с ним столько, сколько молодой дизайнер себя вообще помнит. — О… у тебя-то? Не похоже, ведь я звал тебя пять грёбаных раз! — в тоне старшего отчетливо проскальзывал сарказм. — Да, да. Неважно. О чëм ты кричал? — Я спросил тебя, готов ли дизайн? Клиенты сегодня приезжают, помнишь? — Да… они готовы. Во сколько они придут? — Около двенадцати. Возможно, чуть позже. — плечи мужчины приподнимаются вверх и также опускается. Мол, «не знаю». — Не могу я! Хëна сама себя из детского сада не заберëт, — ругательство само срывается с губ Хвана. — Почему? Что случилось с Наной? — Она уехала в свой родной город из-за того, что отец заболел. — Я бы послал Чанбина, но он занят, — Бан помочь ничем не может, но злиться на него в такой ситуации — верх глупости. — Нет, все в порядке, я попрошу Джисона. Хëне он тоже нравится. Упомянутый выше мужчина — Хан Джисон — друг Хëнджина ещë со средней школы, который поддерживал его на каждом шагу жизни. На этом их связи, как обнаружилось, не закончились: Джисон оказался парнем двоюродного брата Хвана — Минхо. То, что у Ли своя академия, тоже оказалось для Хëнджина новостью. — Хорошо… В любом случае… Ты слишком рассеян. Что случилось? — от больших тëплых глаз не скроется ничего. — Ничего… ничего особенного. — Хëнджин тянет губы в лëгкой улыбке, но она выходит откровенно жалкой. Чан, как и следовало ожидать, на это не ведëтся, но решает не напирать. — Хëн, я… Видел его сегодня. — откровение вырывается у Хëнджина в самом конце, когда его товарищ был уже в шаге от двери. — А? До Бан Чан доходит не сразу: он растерянно скользит по чужому лицу в поисках подсказок, но после наконец понимает всë сам. — Что ты теперь собираешься делать? — вопрос очевиден. Ответ — нет.

🌼🌼🌼

В детском саду Джисону приходится ждать снаружи, потому что Хëнджин строго-настрого запретил ему заходить и указал встречать дочь за пределами здания. Ждать Хёну приходится не так уж и долго, совсем скоро он слышит, как кто-то окликает его: — Сони-и-и! — Хëна! Девчушка прыгает на Джисона, говоря, как сильно скучала по нему, хотя виделись они только вчера. После их короткого приветствия Джисон заметил фигуру, стоящую у ворот и смотрящую на уходящих детей. — Феликс? Феликс, привет, — Джисон широко улыбается, когда понимает, что видит давнего знакомого. — Джисон? Да, это ты… Как дела? Как ты здесь оказался? — Ты знаешь мистера Ликса? — интересуется Хëна, хмуря брови домиком. — Да, солнышко, мы знаем друг друга, — Хан, как всегда, до улыбки мил с ней. — я то в порядке, ты как? Когда из Австралии вернулся? — В начале этого года. Всë хорошо, я собирался позвонить тебе, но… телефон со всеми контактами я потерял. — голос Ли наполнен самой искренней на свете грустью. — Ладно. Я просто рад, что ты вернулся, — улыбка дрогнула на долю секунду, расцветая на губах Джисона с новой силой. — Как ты оказался здесь с этой маленькой принцессой? — пальцы Феликса как-то сами оказываются на щеках Хëны, теребя их бережно. Она в ответ лишь хихикает. — О-о… Еë отец попросил забрать, потому что сам занят. — Да… встретился с ним сегодня утром, — глаза опускаются на раскрашенный мелками асфальт. — Как дела с Минхо-хëном? Ли действительно просто меняет тему. От этого становится неловко перед Ханом, но тот, кажется, всë понимает. — Смотри, — ладонь Джисона поднимает вверх, и Феликс далеко не сразу понимает, на что же нужно смотреть. Но совсем скоро его взгляд сам останавливается на кольце, что покоится на безымянном пальце. — Ты замужем?! — бурно реагирует воспитатель от неожиданности. — Пока нет. Мы лишь обручились месяца три назад. — Меня действительно не было слишком долго, да? — Ликс… пять лет… это очень долго. Пообещав поддерживать связь друг с другом, Джисон взял Хену с собой, чтобы посидеть с девочкой до возвращения Хенджина.

🌼🌼🌼

Прошло больше недели, а Хена с каждым днем все с большей охотой ходила в детский сад и потихоньку привязывалась к одному светлому человеку. На прошлой неделе Хенджин много раз пытался сблизиться с Феликсом, но каждый из них оканчивался ничем, что его очень злило и беспокоило. — Пап, ты знаешь… Ликс такой хороший. Он мне очень помог, когда прогнал тех хулиганов сегодня. — Хулиганов? Над тобой издевались? — обеспокоенно спросил Хенджин. — Да… три мальчика и девочка говорили, что у меня нет мамы, которая подвезет и заберет меня из садика, вот почему это делаешь ты, — ответила Хена, опустив голову и явно о чём-то ещё раздумывая. — А где моя мама? Она ушла от Хёны? Хёна была плохой девочкой, пап? Слова заставили Хёнджина вздрогнуть, они звучали слишком жестоко, чтобы слететь с уст маленькой девочки. Хёнджин остановил машину и посмотрел на свою дочь. — Нет, детка, ты никогда не была плохой девочкой, ты всегда была лучшей. И твоя мама… Сейчас она в лучшем месте, присматривает за тобой с небес. — Пап, она самая яркая звездочка? — Да, малышка, она такая. А теперь, кто хочет мороженого? — Я!!! Хенджин посмеивается, направляясь к кафе-мороженому. Несмотря ни на что, Хенджин не позволит своей дочери скучать по матери или ненавидеть её.

🌼🌼🌼

Время все идёт, и вот уже прошло два месяца, как Хена наслаждалась походом в садик, а Хёнджин все еще пытался начать разговор с Феликсом. Пытался — просто потому, что ничего не складывалось… Феликс был в торговом центре, когда услышал, как кто-то зовет его, и неожиданно почувствовал, как две маленькие ручки обнимают его за бедра. — Ликси! — Привет, принцесса, — парень опускается на колени перед маленькой Хёной и касается её носа костяшками пальцев с яркой улыбкой на лице. — С кем ты? Почему ты бродишь одна? — прежде чем Хёна смогла ответить, взволнованный и запыхавшийся Хёнджин подбежал к ней от другого прилавка. — Хён-а, разве я не говорил тебе не отпускать мою руку? О, добрый вечер, мистер Ли, — Хёнджин поклонился, его сердце билось как сумасшедшее. — Добрый вечер, мистер Хван, — Феликс поклонился в ответ. — Хен-а, принцесса, разве я не говорил тебе не убегать, когда мы ходим по торговому центру? — Извини, папочка, я увидела Ликса и просто хотела поздороваться, — надутые губки маленькой девочки спасли ее от дальнейших ругательств. — Лик-са? — Хёнджин непонимающе посмотрел на Феликса, его глаза отражали кучу необъяснимых эмоций. — Да-да, ей нравится называть меня так, — Феликс неловко хихикает. — Ооо, ясно. Почему бы нам не сделать покупки вместе? То есть я имею в виду просто походить вместе по магазинам. Хёнджин потер затылок. У него наконец-то появилась возможность поговорить с Ли, и он любой ценой её не упустит. После покупок они вышли из торгового центра и направились к машине блондина. — Малыш, ты можешь посидеть минутку в машине? Я скоро вернусь. Хёна согласился, и Хёнджин поспешил. Феликс складывал свои вещи на заднем сиденье, когда услышал, как кто-то зовет его. — О, мистер Хван… Вам еще что-нибудь нужно? — Феликс… Как дела? — прошептал Хенджин. — Я Мистер Ли для вас. А насчет моего самочувствия? Я считаю, что это не ваше дело, мистер Хван, — холодным тоном ответил Феликс. — Феликс, пожалуйста… не будь таким суровым. Давай поговорим и отбросим формальности. — Хорошо… Хёнджин. Я исполню одно из твоих желаний. А насчет разговоров, тут не о чем говорить. — Ликс, нам нужно поговорить! Пять лет… Пять гребаных лет прошло, — проговаривая последнюю фразу по слогам, настаивал старший. — Да, Хван Хёнджин, прошло пять лет. Поэтому нам и не о чем говорить. — Феликс, я искал тебя повсюду! Везде, где это возможно! — Зачем, Хван Хёнджин? Зачем ты это делал после того, как сам меня бросил?! — Я? Нет, ты точно что-то путаешь. За пять… — Ты первым меня бросил, Хван! Из-за этой… из-за этой девушки, хен… ты оставил меня и сломал. Мне потребовалось целых пять лет, чтобы исправить это и построить стену вокруг себя из оставшихся осколков, — Феликс продолжил, потирая устало переносицу, чтобы скрыть скопившиеся слезы в уголках глаз. — так что, мистер Хван, нам действительно не о чем говорить. Не говоря больше ни слова, Феликс садится в машину и быстро уезжает, оставляя разбитого Хёнджина со слезами на глазах.