Почему девушки убивают

      За последние полгода студия на улице Маслюкова уже успела стать для Влады практически родным домом. Иногда она даже ночевала здесь, когда машина не заводилась, а денег на такси не было. Тогда Влада заказывала на ночь большой ланч-бокс и вытягивалась до утра на диване, даже не раздеваясь. А с утра вновь принималась за любимую работу.       Но именно сегодня, после встречи с интересной и необычной во всех смыслах клиенткой Мирой Владе почему-то до жути захотелось, чтобы ее идеально отлаженная, только что из автосервиса, темно-синяя «Камаро» внезапно испортилась, и ей пришлось бы снова ночевать в студии. Остаться же просто так она не могла из-за боязни угона машины. Вызывать эвакуатор до платной стоянки было слишком долго и дорого, куда проще было добраться до дома самой. Поэтому в случае отсутствия поломки Владе волей-неволей пришлось бы ехать домой.       С мысленным тяжелым вздохом, зная, что вероятность неисправности сегодня составит в лучшем случае одну сотую долю процента, Влада принялась убираться в студии, стараясь задержаться здесь как можно подольше. Убрала все инструменты в ящики, проверив, чтобы они лежали на своих местах идеально ровно. Вымыла и так чистые руки, кинула в урну две подобранные с пола мелкие соринки. Оглядела себя с головы до ног в огромном зеркале и, наконец поняв, что дальше оттягивать неизбежное нельзя, выключила в студии свет, заперла дверь и вышла на улицу.       Летне-вечерняя Сарквама дышала приятной прохладой и какой-то особенной, расслабляющей атмосферой, которую Влада не замечала до сегодняшнего дня, когда с ней об этом заговорила Мира. Та, оказывается, была родом из Камераты, где примерно такая же атмосфера царила повсюду. Вобрав всей грудью вечерний воздух, Влада направилась к машине. — Влада Евгеньевна! — раздался вдруг слева резкий мужской голос. Влада так и вздрогнула. Подобным манером, по «отчеству», людей называли, кажется, минимум сто лет назад, во времена Путина. Но странность была даже не в этом, а в том, что незнакомец откуда-то знал имя ее отца, которого Влада ни разу в жизни не видела.       Она осторожно повернула голову. Окликнувший ее оказался молодым пареньком в кожаной куртке, с белесыми волосами, зачесанными кверху безвкусным треугольником. В целом он выглядел безобидным, хотя это впечатление могло оказаться обманчивым. — Здравствуйте, Влада Евгеньевна, — картаво заговорил паренек, останавливаясь в паре метров от Влады и натужно улыбаясь. — Меня зовут Ари. Вы меня не знаете, но вот я вас — очень хорошо. — О-откуда?.. — невольно запнувшись, спросила Влада. — Вы что — следили за мной? — Следил, так точно, — затараторил Ари, делая к Владе шаг. Та невольно попятилась, нащупывая в кармане ключи и вейп и прикидывая, что из них будет сподручнее воткнуть парню в глаз. — Каждый пост на вашей странице ждал с нетерпением… — Подождите-ка… — замялась Влада, с осторожностью убирая руку из кармана. — Вы хотите сделать прическу… своей девушке? — Нет, я хочу вас, — вперив в нее жадный взгляд, произнес Ари. — Целиком и полностью. Я влюблен, Влада.       Он вдруг опустился перед ней на одно колено и с умоляющим взглядом, — о ужас! — потянул из-под куртки чахлый букетик. «О нет, только больного фаната мне не хватало!» — подумала Влада, быстрым шагом направляясь к машине. Ари бежал за ней следом, звал в кино и в ресторан, и лишь после того, как Влада пригрозила позвонить в полицию, сбавил шаг, но не отстал окончательно.       Прыгнув за руль «Камаро», Влада трясущимися пальцами стала вставлять ключ в прорезь. Вот теперь она прямо-таки молилась всем богам, Путину и кому-то там еще, чтобы машина завелась. — Влада, да подождите же! Выслушайте меня! — барабанил в стекло со стороны водителя Ари. Попытался открыть дверь, но ее, к счастью, Влада заблокировала первым делом. Ключ уже торчал в прорези, но на все его повороты стартер издавал лишь сдавленное пощелкивание. «Ну же, давай, давай!» — мысленно молила Влада.       Есть! Мотор тихо заурчал, и преисполнившаяся восторгом Влада включила R-ную передачу. Даже не глядя в зеркало заднего вида, нажала на газ. «Камаро» резко сдала назад и почти сразу же послышались отчетливый звук удара и сдавленный вопль…       Влада убрала ногу с педали и с замиранием сердца огляделась. Только сейчас она поняла, что за несколько секунд до того, как мотор завелся, фанат-маньяк, очевидно поняв, что счастье ему сегодня не светит, махнул рукой и пошел прочь. В ту самую сторону, куда газанула и Влада…       Обливаясь от страха холодным липким потом, она выскочила из машины и подбежала к задним колесам. Ари, тихонько постанывая, лежал на асфальте и держался обеими руками за бедро. Должно быть, нехило ему от удара бампером досталось.       «Везти его в больницу? — понеслись лихорадочные мысли в голове у Влады. — А если копам сообщат?.. Меня ведь и загрести могут…»       Внезапно взгляд ее упал на пряжку ремня Ари, и холодный пот, только было впитавшийся в кожу, вновь полез наружу. На серебристом металле пряжки зловеще посверкивал смотревший влево профиль лысого носатого человека.       «Путинист!» — мелькнула в голове Влады страшная мысль. Точнее, теперь они носили название «путинианцы». После проигрыша в Заксове эти люди озлобились и превратились в окончательно спятивших сектантов. Портрет мертвого вождя на ремне Ари и явно фанатичный блеск в его глазах были явным тому подтверждением.       «Так он никакой не влюбленный маньяк, а наверняка следил за мной, видимо, из-за случая с Полли их секта теперь имеет на меня особые виды!» — все больше холодея от ужаса, поняла Влада. А что если он подслушал их с Мирой разговор возле крыльца студии и решил перейти к активным действиям? Хотя она ничего особо компрометирующего в том разговоре не сказала, но все же… Одним словом, положение становилось вдвойне опасным. Везти покалеченного сектанта в больницу было никак нельзя.       Влада взглянула на бампер: тот помялся совсем незначительно. Быстро осмотрелась вокруг: улица была пуста, ни одного прохожего, лишь машины время от времени проносились мимо, обдавая приятным ветерком. Тогда, приняв решение, Влада откинула крышку багажника. Затем, нагнувшись, подхватила стонущего Ари под мышки и, напрягаясь изо всех сил, приподняла его. — Эй, ты что дела… — вяло засопротивлялся путинист, но Влада без лишних слов (ух, и тяжелый он, однако, а еще худощавый!) швырнула его в багажник и захлопнула крышку. Затем прыгнула за руль и минуту спустя уже выворачивала с Маслюкова на Динское шоссе. Ари глухо вопил из багажника, стучал изнутри по крышке. Молясь, чтобы какой-нибудь полиционер не тормознул ее, Влада помчалась по ночному шоссе, отчаянно раздумывая над планом дальнейших действий.       «А что если Мира?.. — подумала вдруг Влада, от волнения покусывая вейп с тупого конца и даже не замечая этого. — Вдруг ее специально ко мне подослали?.. Проверяли, как я отреагирую на ее откровения, чтобы потом уже выслать шпиона…» На сектантку та, впрочем, была мало похожа, да и говорила вроде бы искренне, но ведь могла и искусно притворяться… Впрочем, эта мысль ничуть не облегчала задачу. Или же…       «Позвоню Мире, — решила Влада, беря в руку хуй-фон. — Если она и правда профессионально занималась убийствами, то пусть поможет мне прикончить свидетеля. Заодно посмотрю на ее реакцию и пойму, действительно ли она причастна к этому всему».       На сообщение о том, что нужно прикончить одного парня, Мира отреагировала на удивление спокойно, но это еще ничего не значило. Полусонным голосом недавняя клиентка назвала свой адрес и обещала к приезду Влады как следует подготовиться. А вот тут нужно было быть уже предельно осторожной.

***

      Место, где проживала Мира, уже доверия не внушало: строение двадцать три, за заброшенным металлургическим комбинатом. Впрочем, судя по тому, что бывшая серийная убийца переехала в Саркваму недавно и еще не успела заработать достаточно денег, на большее ей пока рассчитывать не приходилось.       Влада осторожно переехала через рельсы еще старой, довактраксовой постройки (машину, впрочем, при этом довольно-таки ощутимо тряхнуло, и Ари в багажнике заойкал громче прежнего) и на медленной скорости двинулась дальше.       «Строения» тянулись во мраке зловещей цепочкой. Свет фар выхватывал из темноты их номера. Ага, вот и двадцать третье. Влада притормозила чуть поодаль, не заглушая мотора (на всякий случай) и отправила сообщение Мире. Та тут же выскочила из своего гаража (иначе его и назвать было нельзя) наружу и, подбежав к машине Влады, запрыгнула в салон. На ней были зеленая хлопчатобумажная куртка с капюшоном и плотные мешковатые джинсы. Оно и понятно: внутри ее жилища, поди-ка, круглыми сутками холод как в морге.       Так и вздрогнув от внезапно пришедшего на ум сравнения, Влада дала задний ход. Пояснив на вопросительный взгляд Миры, что принимает обычные меры предосторожности, она остановилась возле выглядевшего заброшенным сарая и стала подробно рассказывать все то, что из осторожности не сообщила по телефону. Мира слушала с довольно спокойным выражением лица, лишь время от времени нетерпеливо кивала. Все время рассказа Ари в багажнике лежал тихо, ни единым звуком не выдавая себя. Словно бы уже понял, что ему уготовано, и смирился с такой участью. — Да уж, Владка, сказать, что ты влипла, это ничего не сказать, — со вздохом подвела итог рассказу Мира. — Но ничего, я сама когда-то в подобной ситуации оказалась, ну, ты помнишь… Слушай, — она вдруг с жадностью взглянула на вейп в руке Влады, — а дашь мне пару раз затянуться? У меня свои сигареты есть, но я привыкла на месте преступления никогда не курить. Меня однажды чуть было по пеплу не вычислили. — Это правильно, — кивнула Влада, радуясь про себя, что последний раз обычные сигареты она курила еще в школе. Обтерев рукавом раструб вейпа, она протянула его подруге по несчастью. Та с глубокомысленным видом затянулась два раза и внезапно вытащила из-под куртки свернутые в комок теплые шерстяные колготки. — Как сама понимаешь, я подготовилась, — с легкой усмешкой произнесла она. — Ну, давай показывай, где он у тебя лежит. Ты его связала хотя бы? — Нет… — ответила Влада, мысленно давая самой себе за это подзатыльник. — Эх, ну ничего, сейчас разберемся…       На разбирательство ушло совсем немного времени. Едва девушки открыли багажник, как Ари, словно только того и ждал, принялся вопить во всю глотку. Мира, быстро протянув руку, заткнула ему рот рукавом, так что крик тут же перешел в невнятное мычанье. — Вот ведь гад, живучий! — простонала Мира, заламывая руки отчаянно брыкавшемуся сектанту и в то же время плотно прижимая ему ткань к лицу. — Влада, неси аптечку! — Зачем? — Совсем растерявшись, Влада плохо соображала. — Чтобы усыпить, дура! — не выдержала Мира, которая уже едва справлялась с отбивавшимся фанатиком.       «Спокойно, главное — не паниковать», — твердила себе Влада, бросаясь в салон и начиная искать там аптечку, которой, кажется, она не пользовалась еще ни разу. Уколы ей тоже еще никогда не приходилось делать, но ведь все когда-то бывает в первый раз!       Занятая поиском аптечки в дальнем конце салона, Влада случайно задела ногой рычаг стояночного тормоза, так что тот с резким щелчком вернулся в исходное положение. Влада слишком поздно сообразила, что произошло, когда машина, стоявшая на уклоне, внезапно покатилась назад, прямо к стене сарая… По ушам Влады резанул короткий визг Миры, а затем «Камаро» ударилась бампером о стену. Раздался резкий хлопок крышки багажника, сдавленный стон, а затем все стихло. Влада лежала на полу машины, сжимая в руках аптечку, и ее всю так и била дрожь.       Лишь спустя десять секунд осознав в полной мере, что произошло, она бросилась за руль, дрожащими руками завела мотор и двинулась вперед. Отъехав на пару метров, вновь включила стояночный тормоз и, выскочив наружу, на негнущихся ногах направилась посмотреть на страшное зрелище.       Зрелище действительно было самым жутким из всех, что когда-либо доводилось видеть Владе. Весь задний бампер «Камаро» был помят и вымазан в крови. Кровь была и на земле, а у самой стены, буквально вдавленное в нее, лежало изломанное тело Миры. Выпученные глаза в упор смотрели на Владу. С трудом подавив подступившую к горлу тошноту, та поняла, что эту картину она не забудет на всю последующую жизнь. Нагнувшись к Мире, она пощупала тыльной стороной ладони ее шею — пульса не было.       «Господи, за что же мне все это? Как же так?..» — метались тревожные мысли в голове у Влады. Шокированная столь внезапной гибелью подруги, она не сразу вспомнила про Ари, который снова затих в багажнике. А вспомнив, наконец-то открыла аптечку и нашарила там шприц с «феном».       Крышка багажника была закрыта. Должно быть, Мира захлопнула ее инстинктивно, схватившись за нее руками, когда машина резко покатилась в ее сторону. Это-то и погубило ее: успей она прыгнуть в открытый багажник, с большой вероятностью осталась бы жива или, по крайней мере, только лишилась бы ног. Хотя что было делать с ней в последнем случае, Влада бы не знала. «Неужели пришлось бы добивать?» — мелькнула и тут же благополучно угасла страшная мысль.       Прежде чем открыть багажник, Влада осмотрелась вокруг. По-прежнему мрачно смотрели из темноты «строения» и прочие жилые и нежилые постройки. Все было тихо, лишь изредка каркали вороны и перекликались гудками далекие поезда. А ведь совсем недавно Владе казалось, что их с Ари громкую возню слышало пол-Сарквамы… Тяжело вздохнув, она в третий раз за этот день открыла багажник. — Помоги!.. Что это с ней?.. — попытавшись закричать изо всех сил, Ари внезапно осекся, уставившись на раздавленный труп Миры. Должно быть, зрелище его в буквальном смысле шокировало, поскольку он так и застыл с открытым ртом. Воспользовавшись этим, Влада схватила Ари за ступню (колоть надо было обязательно в здоровую ногу, ведь из-за онемения в бедре наркотик мог не успеть распространиться по телу) и с размаху всадила иглу шприца в бледную полоску кожи над ботинком. Надавила до упора кнопку, подождала пять секунд и… есть! Отчаянный крик Ари перерос в сдавленный сип, а вскоре он перестал брыкаться и затих. Веки его сомкнулись и дыхание стало ровным. Влада ввела под кожу всю остававшуюся в шприце дозу, отчаянно желая, чтобы проклятый сектант умер как-нибудь сам, во сне. На то, чтобы задушить его с помощью колготок, как собиралась сделать Мира, она не решилась — все-таки опыта в этом деле у нее совсем не было.       Но Ари все никак не желал умирать самостоятельно, посапывая словно младенец. Только вздохнув на это, Влада заткнула ему рот оторванным от колготок Миры куском, а оставшейся тканью кое-как связала за спиной руки. Затем подтащила труп Миры к багажнику за шиворот и швырнула его внутрь — легко и небрежно, словно мешок с картошкой (вряд ли сама Мира желала бы себе такой участи, но что поделаешь!). И только после этого, захлопнув багажник, перевела дух.       Положение складывалось хуже некуда. Если ранее заявленная цель «убить шпиона-сектанта» попадала лишь в категорию «полдела», ведь труп еще нужно было где-то спрятать, то теперь все не только вернулось к своему началу, но еще и усугубилось наличием второго трупа. И ждать помощи Владе было уже неоткуда.       Собравшись-таки с силами, она нашла в салоне машины тряпку и кое-как оттерла следы крови с бампера, корпуса и колес машины. Но затем все же не выдержала и, опустившись на землю, разрыдалась от бессилия. Заревела так горько, как последний раз ревела еще, наверное, в раннем детстве.

***

      «Ничего, не время раскисать», — успокаивала себя Влада десять минут спустя, когда снова мчалась по проклятому Динскому и искала в списке контактов хуй-фона номер давней подруги. Наконец, увидев нужное имя, она нажала кнопку вызова. — Аллё!.. — две минуты спустя откликнулась сонным голосом (и неудивительно, ведь время было уже за полночь) Даша Садовская по прозвищу «Оса». — Даш, привет, извини, что так поздно, — избитыми фразами затараторила Влада, — но дело очень срочное. Скажи, ты еще работаешь? — Она выразительно выделила голосом последнее слово. — Ну вообще уже нет, — чуть менее сонно ответила Даша. И секунду спустя внезапно спросила: — А сколько? — Сколько попросишь, — сдуру ляпнула Влада и тут же едва не врезала себе ладонью по лбу. — Ладно. — Теперь из Дашиного голоса окончательно исчезли нотки усталости. — Кого валить-то надо?       Влада объяснила все в общих чертах, невольно чувствуя противное дежавю, и Даша, узнав о невероятной легкости заказа, уже прямо-таки радостным голосом назвала цену. Вышло тридцать тысяч ламеров — практически минимум в таком бизнесе. Где взять столько денег, Влада слабо представляла, однако идти на попятный было уже поздно. Она согласилась подхватить Дашу возле ее дома и, все сильнее ощущая мерзость дежавю, дала отбой. Вцепилась в руль обеими руками и выжала полный газ.       Ночная сарквамская мгла уютно обволакивала шоссе, мрачные городские постройки и шарахалась от ярко светивших фонарей и фар машин. Влада сбавляла скорость лишь у «лежачих полицейских», и тогда тела в багажнике ощутимо подпрыгивали и перекатывались.       Даша жила на улице Дугиной, на противоположной от меткомбината окраине города. «Только и делаю, что мотаюсь из одного конца Сарквамы в другой», — невесело подумала Влада. Она проехала мимо вереницы ярких фонарей и свернула на аллею позади частных домов. Даша уже ждала ее у забора, с хуй-фоном в одной руке и тускло блестевшим смазкой пистолетом с глушителем — в другой. Влада подсадила ее к себе в машину и отъехала от дома подальше, объясняя, что из осторожности. Притормозив в темном и глухом месте, она рассказала Даше все подробно. Та так и вытаращила на нее глаза. — Ну ты даешь, Владка… — произнесла в конце рассказа она, почти как Мира, и вдруг опустила взгляд на зажатый в руке подруги вейп. — Слушай, а дашь мне затянуться?.. — Сначала дело сделай, — пожалуй, слишком резко ответила Влада. Проклятое дежавю все сильнее жгло ей душу. — Ну ладно, как скажешь… — слегка смущенно пожала плечами Даша.       Они вылезли из машины, и Влада открыла багажник. Ари слегка похрапывал и постанывал, дергаясь во сне, а Мира лежала головой у него на коленях, свернувшись уютным калачиком, будто бы тоже спала. — Ох… — так и отшатнулась назад Даша, но быстро взяла себя в руки и даже улыбнулась. — Да уж, как говорила моя подруга и коллега Азия, у каждой девочки обязаны быть свои развлечения, — с усмешкой произнесла она затем. — Ладно, щас все сделаем. Подержи-ка… Она сунула Владе в руки хуй-фон и с видом знатока передернула затвор пистолета. И вдруг ойкнула, дернув левой рукой. — Блин, палец порезала, — пояснила она, показывая Владе окровавленную фалангу. Крупные темно-красные капли падали оттуда прямо в багажник. — Прости, давно этим уже не занималась… — Ох, блин, ни на кого положиться нельзя… — вздохнула Влада. — Дай сюда, сама все сделаю. Даша со скептическим видом еще медлила, но затем все же протянула подруге пистолет рукояткой вперед. — Смотри, как надо, — произнесла Влада и, вскинув пистолет, выстрелила Даше в голову. Пуля с жужжанием пробила «Осе» (вот ведь ирония!) висок и вылетела наружу. Влада тут же подхватила не успевшее упасть тело под мышки и одним легким движением швырнула его в багажник, прямо поверх Мириного. Никаких угрызений совести она в этот момент не испытывала. Такая неумеха-киллер, оставившая на месте преступления свою ДНК, все равно недолго прожила бы на этом свете. Да и думать над тем, где достать тридцать тысяч ламеров, уже не надо было.       Следом Влада кинула в багажник и Дашин хуй-фон, предварительно вытащив из него сим-карту. Будут ли «Осу» искать? Наверняка будут и, быть может, даже отследят Владин звонок, поступивший ей. Но на это Влада тут же сочинила легенду. Что, мол, проверяла перед сном контакты в телефоне и совершенно случайно нажала «вызов» на Дашином номере. Нажала и сама того не заметила. А когда Даша ей ответила, не удержалась и проговорила с ней пять минут, потому как они уже давно не виделись. Легенда была не очень правдоподобная, но на это и был весь расчет. Влада к тому же собиралась снабжать ее тезисами вроде: «Вы даже не поверите» и «Я сама в это с трудом поверила». А слишком складная выдумка вызвала бы куда больше подозрений.       Она бы несомненно обругала себя в этот момент за такой страшный цинизм, если бы не была так зла на всех и вся. Неудачи в этот проклятый вечер так и сыпались на нее, и ужасная кровавая полоса все больше скручивалась в снежный комок.

***

      Пять минут спустя, закончив с половиной дел, Влада снова мчалась на окраину города. Только уже не в сторону меткомбината, а на свалку отходов, которую сарквамцы именовали попросту «Отходняком». Там же располагалось и автомобильное «кладбище».       Вспомнив, что она самостоятельная девочка, построившая с нуля не один бизнес, Влада решила делать все сама. Ни на кого уже нельзя было полагаться, все только и делали, что запарывали простейшие задачи и еще больше ухудшали ситуацию в целом. А вслед за этим Влада вспомнила, как бывший парень, который и подарил ей машину, рассказывал про автомобильную свалку. О том, что туда можно легко пригнать любую задействованную в преступлении машину и так же легко уничтожить ее. Поэтому теперь Влада и гнала со всех колес на «Отходняк».       Понемногу начавшая сереть сарквамская мгла все еще мягко укутывала шоссе. Поливальные машины, окатывавшие тротуары красивыми фонтанами, неспешно двигались навстречу Владе. Полюбовавшись на радугу в брызгах, вызванную лучами фонаря, она в очередной раз подивилась тому, как красив был ночной город и почему ей раньше не удавалось в полной мере этого ощутить, хотя несколько раз она и возвращалась домой за полночь. «Должно быть, наиболее красивой Сарквама становится гораздо позже, когда люди давно уже спят», — решила она.       А следом мысли от возвышенных переключились на вполне будничные. И самой главной проблемой в этом плане были, разумеется, три трупа в багажнике — прямо какой-то катафалк, а не машина. «Как же с Полли все было просто, — подумала внезапно Влада. — Убила, и дело с концом. Почему-то, когда в сериалах преступники стараются максимально запутать следствие и уничтожить все улики, то чаще и попадаются. А ведь и правда, самое простое и банальное убийство порой и оказывается самым сложным в расследовании».       Воспоминание о Полли разбередило рану в душе Влады и в то же время напомнило о том, с чего началась эта страшная кровавая цепочка. Стараясь вновь не поддаваться панике, Влада стиснула зубы и сильнее вдавила педаль газа.       Как некстати, слева во мраке замаячила ярко-желтая жилетка. Проклятье, полиционер! Еще и вскинувший при виде Влады жезл. И что ему в ее машине показалось не так?       Проезжать мимо было опасно, — дорожный страж мог вызвать подмогу или просто доложить на пост, — поэтому Влада со всей возможной осторожностью затормозила. Улица вокруг была, по счастью, пуста — ни души. — Добрый вечер, — подходя к опущенному стеклу машины, поздоровался коп. — Командир взвода Козлов. Предъявите документы. И багажник, пожалуйста, откройте.       «Ну вот, — с мысленным вздохом подумала Влада. — А ведь все могло еще обойтись». Она вскинула Дашин пистолет, лежавший под сиденьем, и выстрелила в копа дважды — чтобы наверняка. Лишь ойкнув, командир Козлов медленно опустился на землю.       В багажнике уже не было места, поэтому новый труп Влада бросила на заднее сиденье. Оставлять его на дороге было опасно: поднялась бы тревога, и вся затея Влады могла сорваться. Найденные при Козлове рацию и телефон она выбросила в кусты.       Наконец, спустя десять минут, в течение которых мертвый полиционер глухо стучал головой по дверце, Влада подъехала к свалке. Горы металлических кузовов высились в сумраке. Поистине, зрелище было жутким. Влада представила, что было бы, если бы трупы людей не закапывали в землю, а вот так же сваливали бы один на другой, и передернулась от омерзения.       Впрочем, отвлекаться на подобные мысли сейчас не следовало. Влада подъехала к гигантскому электрическому прессу, которым обычно давили машины, превращая их в стальные лепешки. Остановившись прямо под прессом, Влада вылезла наружу и, на всякий случай сняв с машины номера, швырнула их в кучу других таких же, давно проржавевших. Затем направилась к пульту управления. В ночное время здесь никого не было, поэтому проворачивать любые грязные делишки можно было относительно спокойно. В свое время парень Влады довольно удачно поведал ей о свалке, удивленный именно этим фактом. Пожалуй, сейчас это было единственным, за что Влада могла быть благодарной бывшему.       Она еще раз огляделась: никого, лишь вороны носились над свалкой с пронзительным карканьем. Тогда Влада включила электрогенератор и нажала на пульте кнопку «пуск». Стальная круглая махина резко упала вниз, давя «Камаро» словно муху. Заскрежетали стальные шарниры, с громким хлопком почти одновременно вылетели из рам стекла. Влада на секунду ощутила грусть оттого, что ее красивая малышка, которая могла прослужить еще долго, за один вечер пришла в негодность и теперь превратилась в бесформенную груду металлолома. Впрочем, иного варианта в нынешней ситуации не было.       Следом пришло время для автокрана. Невольно вспомнив времена детства, когда она любила играть в автоматы с мягкими игрушками, Влада захватила гигантским щупальцем останки «Камаро» (теперь, к счастью, у нее было много попыток, и все бесплатные) и перенесла их в кучу других мертвых машин.       «Ну, теперь вроде бы всё», — с облегчением подумала Влада, направляясь к выходу со свалки. Напоследок она обернулась. На фоне начавшего сереть неба ярко выделялись разноцветные горы автомобильных кузовов, среди которых «Камаро» уже было практически не различить. Теперь для правдоподобия оставалось только с утра заявить в полицию об угоне. На свалке машину бы все равно не подумали искать. Пройдя с пару сотен метров, Влада наткнулась на припаркованное у обочины такси.

***

      В салоне машины приятно пахло кожей и уютно мерцали приборы. С тоской вспоминая покойную «Камаро», Влада отвернулась к окну, за которым дышал утренней свежестью город. На верхних окнах Ельчин-тауэра ярко горело только что взошедшее солнце. Его свет несколько разбавлял уныло-серую панораму сарквамских домов.       Наконец таксист затормозил в паре кварталов от Владиного дома. Так попросила его она сама — ее настоящий адрес таксисту не следовало знать. Ну и еще кое-какие причины имелись. — Триста, — бросил сидевшей позади него Владе таксист, молодой белобрысый парень. Усмехнувшись мигом возникшей в голове шутке, Влада выхватила из-под куртки пистолет и выстрелила парню в затылок. К сожалению, налички у нее с собой не имелось, а использовать электронные переводы было опасно.       Стараясь не смотреть на густо заляпавшую стекло бордовую жижу, Влада тщательно протерла пистолет рукавом и бросила его на сиденье. Напоследок оглядевшись и убедившись, что улица абсолютно пуста, вылезла наружу. Вот теперь все концы были зачищены.       На улице уже окончательно рассвело, и от привычного времени начала рабочего дня город отличало только отсутствие шума и суеты. Тишина, умиротворение. Самая долгая и самая тяжелая в жизни Влады ночь подходила к концу. Она мельком взглянула на электронные наручные часы — четыре утра. У нее было еще часиков пять, чтобы поспать, а затем, «обнаружив пропажу машины», позвонить в полицию. А после этого, еще через два часа, Владе нужно было ехать в любимую студию, на любимую работу. И уже ничто в этот день не должно было омрачить ее настроения.       «Штош, — подумала Влада по пути к дому, машинально покусывая раструб вейпа («штош», именно в такой орфографии, было ее любимым словом), — наверное, у каждой девочки бывают свои самые глубокие и темные тайны. Пусть и у меня они будут».